43. Свабдю в студию!

Очень может быть, что самые первые сериалы все-таки придумали греки в глубокой древности – просто ушлые бразильцы свистнули у них ценную идею. Что характерно – накал страстей и логика остались где-то на уровне.

Взять хотя бы историю Ио – той, которая телка – и ее потомков. Как уже было изложено выше, сюжет завязался с уже нам знакомого «Зевс воспылал, а Гера возьми да узнай». Чтобы скрыть прелюбодейство, Громовержец перекинул Ио в телку, да за делами и забыл ее превратить назад (нужно бдеть за смертными, вестимо!). Гера этим коварно воспользовалась и наслала на бедное животное крылатого гибрида-кровопийцу. Судя по описаниям аэдов, овод Геры свободно мог унести телку в далекие юга и схарчить там без помехи, но злобности ради ограничивался тем, что гонял по всей Элладе, не давая ни травки пощипать, ни на быков окрестных заглядеться.

После продолжительных и бодрых скачек Ио незаметно пересекла пограничные заставы Эллады (овода, видимо, задержали на кордоне), обрела человеческий облик и народила сыночка Эпафа. Тот в свою очередь произвел на свет Бела, от Бела пошли Египт и Данай, эти начали размножаться гораздо прилежнее предков, и тут уже сюжет сложился окончательно.

Данай правил в Ливии и как итог долгого ночного труда имел пятьдесят дочерей-красавиц. Египт правил в какой-то непонятной земле, где течет Нил и, не желая отставать от брата, народил полсотни сыновей – может, не прекрасных, зато воинственных. И по прошествии нужного времени озаботился: а откуда бы невест-то набраться? Простая арифметика: если каждый сын выберет себе жену… это ж только вообразить количество потенциальных тещ! И тут Египта осенила гениальная мысль сложить два и два. Вернее, пятьдесят и пятьдесят.

Вот только Даная перспектива скорой свадебки почему-то не устраивала (пятьдесят комплектов приданого, ага, щас!). Наскоро помолившись Афине, он построил пятидесятивесельный корабль, посадил дочек на весла и дунул с попутным ветром в неведомы края. Несколько удивленные таким оборотом сыновья Египта тоже погрузились на суда и двинули следом, мотивируя, что «Жаницца охота, аж жуть».

Видимо, дочерям Даная замуж было ну очень неохота. Во всяком случае, они гребли быстрее и пригребли в конце концов на родину прабабушки Ио – в Арголиду, где правил Пеласг. Царь обрадовался гостям, взял Даная с дочками под покровительство, а приплывшим следом сыновьям Египта велел передать свой пламенный арголидский кукиш и просьбу поискать невест в другом месте.

При этом Пеласг не учитывал, что сыновья Египта – воинственные. И что им ну оч-оень хочется жениться…

В общем, кто-то к девушке по волосам на башню влезает – а египтяне сходу вынесли ради свадьбы Пеласга вместе со всем его войском. Сгоряча они чуть ли не покрошили и самого Даная, но притормозили и выдвинули ультиматум: хочешь мира – готовься к свадьбе.

Данай честно сготовил свадьбу пятьдесят на пятьдесят, а вместо прощального напутствия раздал дочкам по кинжалу (завалялось полсотни в сундучках). Момент торжественного «Коль!» был назначен на брачную ночь.

В ночь после свадьбы сорок девять сыновей Египта крупно напоролись (именно на то, за что боролись). Пятидесятой – Гипермнестре – достался тупой кинжал и красивый Линкей (а было бы наоборот – и всё пошло б иначе). Потыкав тупым красивое, она решила, что чего там – можно и замуж сходить, разбудила мужа и тайно вытолкала из дворца.

Утро застало город в похмелье, а Даная в дикой ярости: количество жениховских трупов было некруглым. Славное число «пятьдесят» папа уже собрался было дополнить за счет Гипермнестры (правда, тогда получалось некруглое число дочерей, но это уж как-нибудь нарожается), но тут явилась Афродита, всем погрозила пальцем, привела Афину и Гермеса и быстро устроила личную жизнь ну прямо-таки всем.

Гипермнестру выдали за спасенного Линкея. Сорок девять послушных дочерей были оперативно розданы замуж кому куда (брачные ночи состоялись благополучно, после тщательных обысков невест. А то кто там знает, что там у папы ещё пылилось в сундуках). Сорок девять умерших сыновей Египта тоже устроились. На асфоделевых полях (но тени выпили из Леты и не обижались).

Словом, всеобщее счастье цвело и пахло многие годы, а подстава обнаружилась только когда данаиды начали потихоньку перемирать от старости.

В подземном мире их, лучась подлючестью, встречал Аид и пояснял, что женихов колоть – как бы, нехорошо. А потому – вон ведра, вон колодец, вон сосуд, который в принципе невозможно наполнить… Ведро – колодец – сосуд – буль-буль – вечность – ферштейн, фройляйн?! Гут, зер гут.

Пы. Сы. Ну, за данаидами - понятное дело, теперь Сизиф с Танталом посыплются, куда ж без них)