Всё о кино

Производство: Польша / Lukra Films
Жанр: фантастика, боевик, триллер

Режиссер: Лукаш Рог
Актеры: Андреа Тивадар, Джорд Ноттер, Джек Макэвой, Якуб Орманец, Малгожата Галина Клара, Элайджа Роуэн, Маю Гралинска Сакаи, Элиз Альварез, Александра Бак, Габриэла Хлодзиньская

Описание:
Джемма служит в международном спецподразделении и сталкивается с тревожными видениями, предвещающими гибель человечества. Постепенно её предчувствия начинают связываться с реальными событиями, которые выводят её на след опасной угрозы. Пытаясь разобраться в происходящем, Джемма оказывается перед выбором, от которого может зависеть не только её судьба, но и будущее всего мира.

Захотелось поделиться с вами фильмом из моего топа в номинации : Что я только что сейчас посмотрел?
После прочитал описание, но стало ещё более странно на что рассчитывал режиссёр ?

И до самой последней минуты сохранялась интрига. Впрочем вы уже и так знаете, что развеять её не получилось :)

ps часть сцен можно смело обрезать - нудная погоня в начале, иногда перематывал. Где то на сайте видел упоминание, но обзор не нашёл.

По сюжету на дворе конец 1970-х. Маркос Тимолеон, мультимиллиардер и судовой магнат, собирает гостей на своем личном острове, чтобы отпраздновать 25-летие дочери Софии. Но у каждого приехавшего есть собственные интересы, а у самого Маркоса на дочь совсем другие планы. В какой-то момент праздничный стол начинает напоминать шахматную доску, только фигуры здесь живые и далеко не все знают правила игры.

Впечатления после просмотра.
Есть что-то очень символичное в том, что фильм с таким названием начинается не с праздника, а с ощущения надвигающейся беды. Это чувство интриги и ожидание того, что сейчас произойдет какое-то мощное эмоциональное событие, подкупает. Уиллем Дефо тоже, кстати, подкупает. Весь фильм держится только на нем и на этом... все.

Дефо здесь не просто играет богатого старика с плохим характером. Он буквально занимает собой пространство. В нем есть что-то одновременно притягательное и отталкивающее. Он умеет быть обаятельным, когда ему это нужно, но за улыбкой постоянно чувствуется человек, привыкший покупать не только вещи, но и людей. Как говорил сам актер, он пытался передать общий дух миллиардеров 1970-х, которые воспринимали деньги как билет в любой кабинет и практически не видели границ между бизнесом, политикой и личной властью. И Дефо, естественно, это умеет делать.

Здесь стоит сказать про Викторию Кармен Сонне в роли Софии, его дочери. Ты ожидаешь сильную психологическую игру между ними, конфликт отцов и детей, но по факту они не ощущаются одновременно ни врагами, ни родственниками. Скорее как парочка незнакомцев. И это уже проблема самого постановщика.

Режиссер Мигель Анхель Хименес явно хотел снять не просто семейную драму, а историю о закате целой эпохи. Сначала это заставляет смотреть, и кажется, что за каждой репликой спрятана какая-то большая игра, но она так и не начинается.
Фильм медленный. В этом есть определенная цель, так как нужно было визуально показать эту историю. Дорогие интерьеры, солнце, море, белые костюмы демонстрируют старый мир богатых людей, а вот напряжения как не было, так и не появляется. Темп скучный, развязка плоская. да и к тому же не пытается объяснить Маркоса. Он остается неприятным, противоречивым и временами даже загадочным человеком.

Критики сравнили картину с дорогой бутылкой вина, которую долго открывали, красиво разлили по бокалам, а содержимое уже успело выдохнуться и это очень точное описание.

Эту психологическую драму можно посмотреть только ради Уиллема Дефо, но никакой шахматной игры не будет, потому что фигуры на доску так и не расставили.

Оценка фильма - 5 хэппи бёздей ту ю из 10

При желании буду рад увидеть вас в моем небольшом блоге, я все также в ТГ
Много шума из-за кино

О, я помню… Лето тогда стояло знойное, душное, комары так и вились над головой, а мы, мальчишки, целыми днями по лугам носились, будто бесы. И вот в ту пору, аккурат у нашей деревни, да на берегу Тисы, кино снимали — "Табор уходит в небо" называлось.

Сначала мы и не поняли, что за суматоха: грузовики понаехали, палатки поставили, провода какие-то тянут, лампы огромные привезли — страсть, а не штуки, тяжёлые, будто чугунные. А потом и артисты появились. И сразу видно было: не наши, не деревенские. В них какая-то особая стать была, будто они и ходят-то не по земле, а по воздуху. Особенно та актриса, что Раду играла, — Светлана Тома, как её звали. В жизни она тихая была, скромная, всё больше молчала, но стоило ей в кадр шагнуть — и будто молния пробегала: глаза горят, волосы развеваются, и вся она — как пламя.

А лошадей-то сколько пригнали! Целый табун. Мы, мальчишки, сперва к ним кинулись — уж больно хотелось погладить, за гриву подержаться. Да только не подпускали нас: кони были горячие, норовистые, фыркали, копытом били, будто сердились, что их с привычных пастбищ сорвали. Потом уж узнали, что актёров специально учили с ними управляться: полтора месяца в манеже крутились, привыкали к норову. Видели мы, как один артист, высокий такой, черноволосый (Лойко Зобара играл), к жеребцу подходил: не кричал, не хлестал, а тихо так что-то шептал, ладонью по шее гладил — и конь, хоть и дрожал весь, но голову наклонял, будто слушал. Вот это, думаю, и есть настоящее мастерство: не силой брать, а словом, сердцем.

Но больше всего мне запомнилась та сцена — про которую теперь и говорить-то неловко, а тогда мы, мальчишки, глаз не могли оторвать. Купание Рады в реке. Снимали её чуть ли не на рассвете, когда туман над водой стелется, словно молоко, и воздух ещё прохладный, зябкий. Актриса вошла в воду медленно, осторожно, будто прислушиваясь к каждому шороху, к каждому всплеску. А режиссёр, Лотяну, всё кричал: "Ещё шаг! Ещё! Чувствуй воду, чувствуй воздух!" — и сам, бедный, дрожал от напряжения, будто это он в ледяной воде стоял.

Дублей было много. Мы, мальчишки, прятались за кустами, боялись, что прогонят, да и стыдно было немного, а всё равно смотрели. И знаете, что поразительно: в каждом дубле она была другая. То будто испуганная, то свободная, то будто сама с рекой разговаривала. И вода, казалось, тоже менялась: то тёмная, почти чёрная, то вдруг вспыхивала золотом от первых лучей солнца.

Помню, как после очередного дубля она вышла на берег, вся дрожащая, губы посинели, а на лице — такая усталость, будто не сцену снимала, а целую жизнь прожила. Ассистенты тут как тут — одеяло накинули, гусиным жиром намазали, чтобы согрелась. А она только улыбалась слабо и всё повторяла: "Ничего, ничего, ещё раз…" И снова шла в воду.

И вот ведь что странно: сколько лет прошло, а я до сих пор помню тот рассвет, тот туман над речкой, дрожь актрисы и тихий шёпот артиста, уговаривающего норовистого жеребца. Будто всё это было не кино, а настоящая жизнь, которую мне посчастливилось увидеть одним глазком. И теперь, когда вспоминаю, сердце сжимается от какой-то светлой грусти — оттого, что такие мгновения не повторяются, они уходят, как тот самый табор, растворяясь в дымке, оставляя после себя лишь тихий отзвук, который живёт в памяти до самого конца.