Но техническая причина совсем не такая, как пишет автор: «ой, сложно разработать запатентованный пружинный механизм». Пружина и пластмассовая ручка — вообще не главная проблема. Россия делает куда более сложные автоинъекторы для других лекарств. Например, отечественные препараты уже выпускаются в автоинжекторах.

Сложность в том, что ты продаёшь не просто шприц. Ты продаёшь комбинацию лекарственного препарата и устройства, которое должно после полутора лет таскания в сумке гарантированно ввести очень конкретную дозу за несколько секунд человеку без медицинского образования.

И вот тут начинается настоящая инженерка:

эпинефрин химически довольно капризный: свет, кислород, температура, материалы контейнера; даже старый «Эпиджект» имел срок годности всего 20 месяцев и требовал хранения при 15–25 °C;

нужно гарантировать точный объём введения и скорость;

игла должна достаточно глубоко попасть в мышцу у разных людей, в том числе через одежду; причём в инструкции «Эпиджекта» отдельно был риск, что у человека с толстым слоем подкожного жира игла до мышцы не дойдёт;

устройство нельзя случайно активировать в сумке;

но ребёнок, учитель или перепуганный родственник должны суметь его активировать;

оно должно одинаково работать после падений, вибрации, жары/холода в допустимых пределах;

нужно отдельно делать как минимум взрослую и детскую дозировку;

каждую серию надо стабильно производить стерильно и с очень низкой вероятностью механического отказа.

То есть сделать прототип на столе — несложно. Можно, грубо говоря, за несколько месяцев собрать работающую ручку. Сделать миллион устройств, у которых вероятность осечки настолько мала, что Минздрав разрешит доверить им жизнь, — уже дорого.

Но и это вполне решаемо. Тут скорее экономика рынка, чем технологическая невозможность. Адреналин в ампулах стоит копейки. Российские цены на упаковки ампул исчисляются буквально десятками–сотней рублей. А автоинъектор надо производить, регистрировать, обеспечивать отдельной линией, потом огромную долю произведённых ручек выбрасывать неиспользованными после окончания срока годности. Для здорового человека это устройство «купи две штуки и надеюсь, никогда не воспользуешься».

То есть бизнес-кейс сам по себе не прекрасный. В США/Европе рынок создаётся тем, что врачи массово выписывают такие ручки пациентам группы риска, школы обязаны/привыкли их иметь, страховки оплачивают, существуют большие программы снабжения. Если в России просто сказать фармзаводу: «вложи несколько сотен миллионов, зарегистрируй и потом как-нибудь продай аллергикам», он вполне может выбрать десятый дженерик какого-нибудь популярного препарата.

Где автор, на мой взгляд, прямо перегибает — это «1460 человек в год, которых можно было бы спасти одним ударом». Российские клинические рекомендации 2025 года прямо пишут, что систематизированных российских данных по частоте и смертности от анафилаксии нет. В современной российской научной статье говорится то же самое: официальной статистики смертности от анафилаксии в РФ нет. Международная оценка смертности — менее 3 случаев на миллион населения в год, с довольно широким разбросом исследований.

Даже если механически взять верхние оценки из зарубежных исследований и умножить на население РФ, нельзя затем написать «вот столько россиян погибает и всех их спас бы EpiPen». Часть анафилаксий происходит уже в медучреждениях, часть фатальна несмотря на лечение, часть причин смерти вообще плохо кодируется.

А вот медицинская мысль поста правильная и важная: внутримышечный эпинефрин — препарат первой линии при анафилаксии, и задержка его введения — плохая история. Поэтому возможность человеку из группы риска мгновенно воспользоваться заранее отмеренной ручкой объективно гораздо лучше сценария «ампула + шприц + сообрази дозу в панике». Российские данные тоже показывают проблему с применением эпинефрина: например, в московском детском регистре на этапе скорой его получили только 54% детей с анафилаксией.

Так что мой вывод: проблема настоящая, но причина не “мы технически не способны сделать пружинку”. Скорее никто пока не собрал вместе государственный заказ/гарантированный рынок + производителя препарата + производителя инъекционной платформы и не довёл продукт через регистрацию. С инженерной точки зрения для российской фармы это совершенно подъёмный продукт.

Врач из Башкирии Ильгиз Мустафин спас жизнь пассажирке самолета в небе на высоте несколько тысяч метров. Медик смог не просто избежать трагедии на борту, но и предотвратить вынужденную посадку воздушного судна. Подробности истории — в материале ufa.aif.ru.

Контролировал весь полет

В ночь на 22 августа врач-анестезиолог Месягутовской центральной районной больницы, заведующий отделением реанимации Ильгиз Мустафин летел в отпуск в Египет. Внезапно в небе на расстоянии несколько тысяч метров над землей одной из пассажирок стало плохо — женщина потеряла сознание, а показатели артериального давления упали до критических отметок.

Экипаж незамедлительно начал поиск в самолете медработников среди пассажиров. К счастью, на призыв откликнулся наш земляк.

Он быстро оценил тяжесть состояния пациентки, оказал всю необходимую экстренную помощь и смог привести ее в чувства во время полета.

Командир воздушного судна спрашивал у доктора, необходима ли экстренная посадка. Но благодаря Ильгизу Мустафину удалось избежать вынужденной остановки в пути.

В итоге лайнер продолжил движение по графику, а женщина оставалась под контролем врача до самого прибытия в египетский аэропорт.

Сотрудники Месягутовской больницы отмечают, что гордятся поступком своего коллеги. По их словам, в такой ситуации Ильгиз Мустафин оказался не в первый раз. Ранее, будучи в полете, он уже спасал человеческую жизнь.

Сам врач в беседе с ufa.aif.ru рассказал, что с ним подобное происходит практически каждый полет. Но о подробностях предпочел умолчать.

Принял удар пандемии

Как удалось узнать, Ильгиз Мустафин уже более 15 лет лечит людей. Его рабочий день — это постоянная борьба за каждый вдох пациента, где счет идет на секунды, а ошибка стоит слишком дорого.

В Месягутовскую ЦРБ он пришел сразу после окончания учебы в 2010 году. Сегодня он — один из ключевых специалистов не только для родного района, но и для всего северо-востока республики. В его палатах — самые тяжелые больные, те, кому требуется максимальная концентрация сил и мастерства врача. При этом под его присмотром оказываются не только взрослые, но и новорожденные малыши, чья жизнь только начинается.

Особой страницей в биографии доктора стал 2020 год, когда на базе больницы развернули ковид-госпиталь. Именно Ильгиз Мустафин вошел в первую боевую смену, приняв на себя удар пандемии. Он не просто лечил, а взял на себя организацию работы отделения и обучение коллег, которые пришли в «красную зону».

«Ильгиз Флорисович вышел на борьбу с Covid-19 в составе первой бригады на 14 суток. За время работы в госпитале показал свой профессионализм, руководил и организовывал работу всего отделения. За добросовестную работу в сфере здравоохранения доктор награжден Почетной грамотой Президента Российской Федерации», — рассказывал о нем министр здравоохранения Башкирии Айрат Рахматуллин.

Сам медик считает, что анестезиологи-реаниматологи — это не просто врачи, которые снимают боль.

«Мы несем полную ответственность за исход операции, за то, увидит ли пациент новый день, — делится он. — Эта профессия научила меня главному: в критической ситуации нельзя позволить себе панику. Ты должен действовать четко и хладнокровно. Она полностью перевернула мое восприятие мира и ценность каждого мгновения».

«Врач от Бога»

Несколько лет назад Ильгиз Мустафин спас жизнь четырехлетнему пациенту, который проглотил игрушку из «Киндер Сюрприза». Она застряла у малыша на границе пищевода и дыхательных путей, частично их перекрывая. Ситуация была опасной.

В срочном порядке в больнице подготовили операционную, планировали установить трахеостому, но благодаря оперативным действиям врача игрушку достали без операции. С ребенком было все хорошо.

Пациенты в соцсети очень тепло и с благодарностью отзывают об Ильгизе Мустафине.

«Ильгиз Флорисович действительно врач от Бога. Два года назад он сделал все возможное и невозможное для спасения нашего сына».

«Уже восьмой год благодарна этому врачу за то, что спас нашего малыша! И помимо этого мы подружились и он о нас помнит. Желаю ему всего самого доброго! Редкий врач-суперпрофессионал! Мы всегда будем помнить о том, что он для нас сделал».

«Отличный врач! К сожалению, тоже бывали в его руках. Приехали с сыном в приемный покой. Пока ждали педиатра, он спустился к другому пациенту. Увидел моего сына и незамедлительно отправил на госпитализацию. Огромное спасибо за профессионализм!»

«Ильгиз Флорисович — наш герой, влюбленный в свою профессию. Гордимся!». Или вот еще очень меткое высказывание: «Это уже призвание — людей спасать».

АиФ-Уфа

Постоянно в одиночестве. Подруг и знакомых, конечно, я ни в чем не могу упрекнуть - одна съездила со мной до избушки за компанию, вторая - свозила на 40 дней на кладбище. Я очень благодарна, но у людей своя жизнь,и они не могут постоянно находиться рядом.

Дача выглядела пустой, и хоть я развивала там бурную деятельность, когда приезжала. Но вот ни разу не осталась ночевать. Это было невыносимо. Дома - то же самое. Тишина, пустота и таблетки на ночь... Порой возникало ощущение, что до психушки мне совсем недалеко...

И как раз в это непонятное, тяжелое и мутное время мне прилетело сообщение в личку. От мужчины. Пикабу и Дзен он не читал, но видел несколько постов, которые были опубликованы ВКонтакте. Так и нашел меня Максим.

Взрослый, на 6 лет старше. Жену потерял в этом же году, умерла от рака. Боролись они несколько лет - сначала была операция, ремиссия. А потом рецидив, химия уже не помогла. Перед смертью жена лежала около трех месяцев, не вставая. Ухаживал он сам и родная сестра жены. Там тоже были и мучения, и пластыри фентанила; и наивные надежды на то что, может, болезнь отступит и станет лучше.

Умерла на его глазах. В этот момент Максим как раз приехал со смены и был дома. Так вот... Рассказал он мне свою историю и предложил пообщаться. А я, честно говоря, сразу и не соображала - а что общаться то? Зачем? Обычно люди бросают подобные переписки спустя несколько дней. Так же я и про него подумала - попишет, выплеснет душу и исчезнет.

Но мой новый знакомый не пропадал. Спрашивал как дела, рассказывал о своей жизни. Вскоре мы обменялись телефонами, несколько раз поговорили. И спустя примерно 10 дней с момента знакомства уже встретились вживую.

Помню, у меня было очень ограничено свободное время, так как ожидалась клиентка на вечер. Час. Мы пообщались всего час. Впечатления от короткой прогулки были смешанными. Очень "теплая" энергетика исходила от этого человека. Прям комфорт, уверенность, спокойствие и надежность. Так казалось мне тогда. Так я его почувствовала.

Не было вот этого вот всего: "Ой, какой мужик, как понравился." Честно говоря - вообще не понравился, я была "замороженная". Плевать.

А вот по ощущениям - как будто пообщалась со старым другом, братом или отцом. Видно было, что Максим разговаривает очень осторожно, подбирая слова. Как будто стараясь не задеть где то ненароком мои чувства; стараясь не обидеть.

Ну, что ж. Погуляли немного, да я поспешила работать, вообще внутри себя не понимая что происходит. На тот момент мне было все равно; но, как ни странно, после короткой встречи и разговоров на общие темы чувство пустоты и одиночества немного поубавилось...

Продолжение следует.