Потом я предложил постоять около дома со мной, просто поговорить вживую. Купил шампанское и конфеты. Вечер был интересный. Наговорился я прям от души, про звёзды говорили и всякое ещё. Перед уходом я спросил: «Ты не жалеешь, что вышла и что мы разговаривали?» Она сказала, что нет, ей всё очень понравилось. Я спросил: «Мы можем ещё раз увидеться?» Она сказала, что да. Я даже в щёчку чмокнул. Я счастливый пошёл домой.

Утром встал и думаю: «Говорила: „Не для меня ягодку мама растила, с таким даже не выйдет постоять“. А тут вон как события развиваются». И пропал в одночасье весь интерес к ней, просто щёлкнуло что‑то. Пару раз сама писала, но мне прям пофиг стало. Общаться в итоге перестали.

Что я в итоге понял: получается, что не она мне понравилась, а моё самолюбие она просто задела. И когда я опроверг её заявления в свой адрес, весь интерес пропал.

Ответом на пост чтобы побольше народу увидело.

Вроде еще не видел это тут.

Я чаще всего проверяю сварные соединения: сам шов, зоны сплавления и термического влияния. Для этого использую разные методы: где-то — ультразвук, где-то — рентгеновское или гамма-излучение. Но думаю, что будущее за цифровой радиографией. Только представьте: никаких пленок и проявок, моментальные результаты контроля — одни сплошные плюсы.

Когда рассказываю о своей работе, обычно провожу аналогию с врачами, которые делают флюорографию или УЗИ, с поправкой, что вместо человека я контролирую металл. Многие, конечно, пугаются слов «рентген» или «гамма». Но мы же не стоим рядом с источником излучения. Как и врачи-рентгенологи, находимся за бетонными стенами или специальными защитными конструкциями, так что переживать не о чем.

В профессию я пришел почти случайно: у моего друга отец всю жизнь работал дефектоскопистом. Друг пошел по стопам отца, а за ним и я подтянулся.

Мне с самого начала хорошо удавалось находить дефекты, особенно ультразвуком. Настолько хорошо, что сварщики и слесари меня откровенно недолюбливали. Но такова работа дефектоскописта. Если сегодня промолчать о проблеме, завтра она может стать серьезной аварией. Поэтому у нас есть главное правило: нельзя идти ни у кого на поводу, торопиться, закрывать глаза на недочеты.

За годы работы были случаи, когда найденные дефекты действительно могли привести к серьезным последствиям. В такие моменты понимаешь, как важна работа, которую делаешь. Поэтому всегда стараешься учиться, узнавать что-то новое. Отсюда и высший разряд.

Мне всегда легко давались нормативные документы. Так что все свободное время изучал новые и старые ГОСТы, сравнивал редакции, разбирался, почему менялись требования. Смотрел советские, российские и зарубежные видеолекции, читал специализированную литературу, изучал нормативную документацию смежных отраслей. Все это в совокупности за достаточно короткий срок дало большой объем знаний и совместно с упорством обеспечило мне пятый разряд. А ровно через год я уже был с шестым.

Дома я тоже не даю мозгу расслабиться. Потихонечку осваиваю токарное дело, работаю с 3D-принтером, в гараже стоит плазморез с ЧПУ. Пару лет назад смастерил аппарат точечной сварки из трансформаторов для микроволновок. Корпус напечатал на принтере, плату управления заказал отдельно. В итоге с его помощью перебрал аккумуляторы себе, брату и друзьям. Был очень доволен результатом.

Еще написал в Excel собственный калькулятор для радиографического контроля. В интернете есть похожие программы, но они считают только время экспозиции. Мне захотелось сделать инструмент, который рассчитывает вообще все параметры. Возможно, когда-нибудь превращу его в полноценное приложение. Правда, для этого придется еще освоить программирование. Будет чем вечерами в командировках заняться.

Вообще, мне нравится постоянно чему-то учиться. В самолете или по пути на работу слушаю уроки английского. В командировке в Турции однажды самостоятельно спросил дорогу до международного терминала аэропорта у сотрудницы, и она поняла меня, а я ее. Был очень доволен собой.

Еще в командировках люблю посещать концерты с живой музыкой. Причем хожу пешком, в чужом городе, без навигатора. Однажды в Питере был в ночной поездке на корабле. В ту сторону доехал на метро, так как иначе не успевал. Обратно решил прогуляться, посмотреть город. Заранее изучил маршрут. Иду я в сторону дома, а мост закрыт. То есть открыт. Разведен, в общем. Ну я в обход, на ближайший мост, а там ремонт. В голове примерно маршрут перестроил. Под утро местность начала меняться на какую-то деревенскую, но больше меня смутил дорожный знак на английском языке «Helsinki» и километраж до города. В итоге 50 км я нагулял за ночь. Устал, но отлично перезагрузился.

Вообще, у меня в планах попробовать себя в преподавательской деятельности. Возможно, когда-нибудь, возглавить лабораторию неразрушающего контроля. Для этого нужен стаж мастером или инженером, пока, увы, не сложилось, но я не из тех, кто сдается! Так что найдите меня лет через пять :)

Вечером Генрих сидел у входа в пещеру и грустно полировал шлем.
— Дорогой! — донеслось из глубины. — Почему ты сидишь там один? Тебе со мной скучно? И прибей уже, наконец, ту старую голову Горыныча в прихожей, она на меня смотрит... не так!

Генрих посмотрел на ржавое марево заката и прошептал:
— Эх, Серега... Ты не сокровища охранял. Ты был санитаром леса. Прости, брат, не разглядел я в тебе союзника.

Он медленно встал, зашел в пещеру и начал мечтать о том, чтобы где-нибудь в соседнем королевстве завелась хотя бы маленькая, пугливая гидра. Лишь бы у неё было три головы, и ни одна из них не спрашивала: «О чем ты сейчас думаешь?»