Продолжим!

В ходе Курской битвы к утру обстановка на фронте выяснилась и всё встало на свои места.

На северном фасе накануне, противник, имевший здесь гораздо больше сил, чем на юге, нанёс главный удар в направлении посёлков Ольховатка и Поныри широким фронтом в 45 километров по 13-й армии и флангам 48-й и 70-й армий. Главными ударными кулаками стали 47-й танковый с "Тиграми" и 41-й танковый, в который включили почти все САУ "Фердинанд" корпуса и с насыщенным количеством пехоты, их фланги поддерживали соединения, имевшие минимальное количество бронетехники.

Замыслом командующего атакующей группировки Вермахта генерала В. Моделя стал удар, в который были брошены практически все тяжёлые имеющиеся бронесилы и львиная доля пехоты. Он рассчитывал, что советские части не выдержат напора такого большого количества войск, после чего в наступление перейдёт вторая волна, в которой будет введена в бой уже основная часть из имеющихся танков Т-III и Т-IV. Однако даже если не считать артиллерийского контрудара Красной Армии перед началом наступления, у немцев оно сразу пошло не по плану.

Атакующих сначала встретили минные поля, которые полностью зачистить не удалось, а затем плотный артиллерийский и стрелковый заградительный огонь. Несмотря на это и с уже появившимися потерями в том числе и в тяжёлой новой бронетехнике немцы в 8 утра ворвались в боевые порядки РККА и начали сминать первый эшелон её обороны в лице 13-й армии. Чтобы не допустить прорыва в бой был брошен оперативный резерв в составе 90 танков Т-34. Произошёл первый крупный танковый бой, длившийся три часа. В ходе него советская группа была разбита, потеряв половину машин, немцы, оставив несколько единиц подбитыми и своих, вновь продолжили наступление, к вечеру вклинившись в оборону РККА примерно на десять километров.

Подведя итоги первого дня битвы командование Центрального фронта как и это предполагалось ещё до начала активных действий, приняло решение утром 6 июля нанести сильный танковый контрудар 2-й танковой армией и стратегическими резервами, однако перейти в наступление смогла только часть из этих сил - 16-й танковый корпус (генерал-майор В. Е. Григорьев) со своими двумя сотнями единиц техники. Поэтому второй день операции "Цитадель" немцы начали с обороны, применяя для этого свои "Тигры". Танковый бой длился несколько часов, после чего советское соединение, потерявшее треть своих танков, вышло из боя. Соединения РККА, выиграв время первой половины дня оставили первую полосу обороны и отступили на вторую, объединив войска обеих в одном строю.

Подойдя к главным узлам всей системы советской обороны на этом участке фронта н. п. Поныри и Ольховатка генерал В. Модель попытался сходу ими овладеть, свои существенные потери компенсируя сужением фронта с 45-ти до 40 километров, однако все атаки были отбиты и немцы временно остановились, продвинувшись за день всего на несколько километров.

В последних числах 1940-го года был сформирован 47-й моторизованный корпус Вермахта, который через полгода вошёл в состав ГА "Центр" и после нападения на СССР наступал на московском направлении по Белорусской ССР, смоленщине, остановлен на брянщине. Входил в состав группировок войск, окружавших силы РККА в Минском и Трубчевском котлах, к северу от Киева. Примерно в том районе действовал затем примерно полгода, после чего доукомплектован и преобразован в танковый.

В своём новом статусе вёл бои местного значения, привлекался для борьбы с партизанами, в середине 1943-го участвовал в Курской битве, после её неудачи отступил в центральные регионы Украинской ССР. В первой половине 1944-го там попал в окружение под Черкассами, но смог выйти из него. Далее переброшен на запад, где вступил в бои с высадившимися во Франции союзниками. Привлекался к Арденнской операции. Разгромлен в декабре этого же года, остатки корпуса отступили в Германию, где и оказывали сопротивление до самой её капитуляции. Всего в общей сложности им командовали семь офицеров.

Йоахим Лемельзен кадровый офицер-артиллерист. На момент начала Второй Мировой уже командир 29-й пехотной дивизии в генеральском звании. С ней участвовал в нападении на Польшу, где солдаты и офицеры его соединения совершили одно из первых массовых военных преступлений, расстреляв около трёхсот польских военнопленных. Далее, уже возглавляя 5-ю танковую дивизию воевал во Франции, а после победы над ней принял 47-й моторизованный корпус, в будущем преобразованный в танковый. В ходе операции "Барбаросса" наступал на Москву, получил Рыцарский Крест за захват Белорусской ССР, лично столкнулся вновь с казнями на этот раз советских пленных, из-за чего написал в Генштаб сухопутных войск докладную записку, в которой осуждал и критиковал убийство безоружных бойцов РККА за исключением политработников, но в то же время оставался сторонником беспощадной борьбы с партизанами. Видимо поэтому именно его корпус привлекался к карательным операциям на территории брянщины. Далее наступал на Курской дуге, несмотря на неудачу награждён Дубовыми Листьями. После перехода к стратегической обороне отозван с Восточного фронта, назначен сначала командующим 10-й в Италии, а затем 1-й во Франции и 14-й армий опять на Аппенинах. Во всех случаях воевал против высадившихся союзников. Капитулировал в мае 1945-го, ни в каких преступлениях не обвинялся, никакого наказания не понёс. Генерал артиллерии.

На южном фасе утро 5 июля после советского артудара для немцев и вовсе оказалось провальным. Понеся потери от огня артиллерии части Вермахта также дезорганизованно и с опозданием перешли в наступление, в связи с чем в ходе первого тяжёлого боя понесли большие потери и не смогли вклиниться в оборону РККА. Перегруппировавшись, после полудня они атаковали повторно и только тогда добились оперативного успеха, начав сминать первую полосу советской обороны в лице частей 6-й гвардейской армии между н. п. Стрелецкий и Трефиловка. В итоге к вечеру противник с большими потерями смог захватить шесть относительно крупных поселений и фактически проломить первый эшелон обороны РККА.

На следующий день он пытался развить успех, прорвать окончательно советскую оборону и начать движение к н. п. Обоянь. Однако командование Воронежского фронта бросило на недопущение этого все свои резервы и в ходе ожесточённого встречного сражения, длившегося до вечера, остановило врага.

В небе над белгородчиной уникальный подвиг совершил советский лётчик-истребитель А. К. Горовец.

Александр Константинович родом из деревни, ныне находящейся на территории Витебской области Белоруссии. В молодости призван в РККА, попал в ВВС. С начала Великой Отечественной и до Курской битвы был замкомандиром авиаэскадрилии, летал на Ла-5, к этому моменту сбив одиннадцать самолётов противника. 6 июля 1943-го он со своей авиагруппой вылетел на боевое дежурство, но предположительно из-за потери связи оторвался от своих товарищей и наткнулся на большое количество вражеских машин, с которыми в одиночку вступил в воздушный бой. В ходе него за короткое время он сбил девять пикирующих бомбардировщиков Юнкерс-87, причём (видимо из-за закончившегося боезапаса) последнего тараном. После чего вынужден возвращаться на аэродром, но был застигнут истребителями Люфтваффе и фактически в беззащитном положении погиб. Несмотря на то, что количество в девять воздушных побед вызывает споры и сомнения, А. К. Горовец стал единственным советским лётчиком-истребителем, за один бой сбивший так много вражеских самолётов. В мировой истории подобное смогли осуществить ещё только один немец и один американец. Посмертно награждён Золотой Звездой Героя, в послужном списке ещё два ордена. Гвардии старший лейтенант.

Исполнилось 42 года советскому командарму, (совсем скоро прославившемуся) П. А. Ротмистрову.

Павел Алексеевич родом из Тверской области. Ещё не достигнув совершеннолетия вступил добровольцем в РККА. В Гражданскую проявил себя самым наилучшим образом, после чего неоднократно направлялся на учёбу, стал краскомом, нёс службу в стрелковых соединениях, с начала 1930-х в Забайкалье и на Дальнем Востоке. Из-за чисток командного состава едва сам не попал под арест. В 1937-м получил назначение в Москву преподавателем в академию моторизации и механизации, фактически став танкистом, начал писать труды, касающиеся будущего применения бронетехники в бою. Участвовал в войне с Финляндией. Перед самым нападением немцев возглавил штаб 3-го мехкорпуса, расквартированного в Прибалтике. Там встретил начало боевых действий с Германией, вскоре попал в окружение, но через два месяца смог выйти из него. Назначен командиром свежей 8-й танковой бригады. С ней до конца года воевал на подступах к Москве в районе Калинина (Твери), вновь проявил себя, но мог оказаться под воентрибуналом, поскольку не выполнил самоубийственный приказ атаковать значительно превосходящие силы противника, а его соединение получило гвардейское звание. Весной 1942-го там же принял новый 7-й танковый корпус, с которым отличился в боях у Воронежа, вручены генеральские погоны. Далее его соединение было переброшено под Сталинград, где в ходе неудачной атаки оказалось обескровлено и лишилось матчасти, убыло в тыл на переформирование. Восстановив боеспособность, отличилось в ходе контрнаступления, закончившимся окружением немецкой 6-й армии.

С завершением битвы командующий создаваемой 5-й гвардейской танковой армии. Она являлась одним из ударных кулаков стратегического резерва и во время Курской битвы находилась в составе Степного фронта. В середине июля 1943-го в районе н. п. Прохоровка противник крупными силами пошёл на прорыв, что могло сулить обвалом всей системы советской обороны на южном фасе. Именно армия П. А. Ротмистрова была брошена в бой и ценой очень больших потерь смогла предотвратить это, после чего немецкое командование свернуло операцию "Цитадель". Потеря более половины всей бронетехники вновь привела к разбирательству, но созданная комиссия вины генерала не обнаружила. Далее наступал западнее, что привело к окончательному оставлению Вермахтом Харькова, форсировал Днепр, в начале 19443-го окружил крупную группировку противника в районе Кировограда. За это получил звание маршала. После чего переброшен севернее и принял участие в освобождении Белоруссии и Литовской ССР, однако по мнению фронтового командования вновь понёс неоправданно большие потери, поэтому в середине 1944-го снят с должности и отозван в тыл. Назначен замкомандующим бронетанковыми силами РККА и на передовой более не появлялся. В 1948-м году перешёл на преподавательскую должность, на которой пробыл шестнадцать лет. Тогда вёл большую научную работу, основываясь на опыте ведения прошедшей войны. Ушёл в отставку в 1968-м, тремя годами ранее получил звание Главного маршала танковых войск и Золотую Звезду Героя, имел также ещё шестнадцать советских и шесть иностранных орденов. Доктор наук, профессор. Умер в 1982-м году.

В глубоком советском тылу, на территории Узбекской ССР произошёл трагический случай. Так на центральном артиллерийском складе всего Среднеазиатского военного округа под городом Ташкентом сдетонировали находящиеся там боеприпасы. В результате мощного взрыва и начавшегося пожара погибли четыре человека и около пятидесяти получили ранения. Оказался уничтоженным такой объём снарядов, который поместился бы в 414 железнодорожных вагонов.

О понесённом уроне такого масштаба было доложено лично И. В. Сталину, который приказал виновных отдать под суд воентрибунала. Отвечал за склад естественно командующий военокругом генерал П. С. Курбаткин.

Территориально этот склад находится на железнодорожной станции Арысь, которая ныне входит в состав Казахстана. Данный военный объект существует до сих пор и подобное происшествие, но уже мЕньшего масштаба произошло в 2019 году.

Фото: современного взрыва.

Павел Семёнович Курбаткин родом из Одессы, ныне областного центра Украины. В своём родном городе активно поддержал революцию, вступил в РККА. На момент начала Великой Отечественной добровольцем воевал в Испании и почти двадцать лет прослужил на территории современных Туркменистана, Узбекистана и Казахстана, с 1939-го замкомандующего, а с конца 1941-го командующий войсками Среднеазиатского военокруга. Был одним из высокопоставленных офицеров, планировавших операцию по быстрому захвату Ирана, которая осуществилась блестяще, после чего курировал вопросы боевой подготовки новых формирующихся воинских частей, отправляемых затем на фронт. На момент взрыва склада отвечал за него и вместе с рядом офицеров попал под трибунал, однако фактически никакого наказания не понёс (видимо наверняка на место отправлялась комиссия, выявившая отсутствие вины генерала, а взрыв произошёл из-за стоявшей жары). Через год назначен командующим образованного Харьковского военокруга. В 1945-м, после капитуляции Германии вернулся обратно и прослужил там ещё девять лет. Кавалер семи орденов. Генерал-лейтенант. Умер в 1956-м году.

Среднеазиатский военный округ имел два формирования и впервые был создан в 1926-м году на базе Туркестанского фронта, включив в себя территории современных Казахстана, Киргизстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана с основной задачей борьбы с местными антисоветскими движениями (басмачеством), которая длилась чуть ли не до самого начала Великой Отечественной. В конце 1930-х подвергся массовым репрессиям, из-за чего лишился большого количества опытных командиров. Во время войны в нём была создана 53-я армия, направленная в оккупируемый Иран, а также образованы и переброшены на фронт новых 17 дивизий и 13 бригад, а также доукомплектовывались и проходили боевую подготовку множество других соединений, прибывших с других регионов СССР. Через месяц после Дня Победы разделён на Туркестанский и Степной (не путать с одноимённым Степным, который создавался в 1943-м под Курском) военокруга и был расформирован. Восстанавливался в 1969-м году после конфликта с китайскими войсками на острове Даманский путём разделения Туркестанского на две части и на этот раз включил в себя территории существующих ныне Казахстана, Киргизстана и Таджикистана. Просуществовал двадцать лет. Награждён Орденом Ленина. Во время Великой Отечественной им командовали генералы: С. Г. Трофименко, П. С. Курбаткин, А. Н. Первушин и М. Ф. Липатов.

Опубликована очередная сводка Совинформбюро.

Дневное сообщение:

В течение 6 июля наши войска на Орловско-Курском и Белгородском направлениях продолжали вести упорные бои с крупными силами танков и пехоты противника. Наступление противника поддерживалось большим количеством авиации.

На Орловско-Курском направлении все атаки противника отбиты с большими для него потерями.

На Белгородском направлении противнику, ценой больших потерь, удалось незначительно продвинуться на отдельных участках.

По неполным данным, нашими войсками на Орловско-Курском и Белгородском направлениях за день боёв подбито и уничтожено 433 немецких танка. В воздушных боях и зенитной артиллерией сбито 111 самолётов противника. Взято в плен 22 немецких лётчика.

Захваченные в плен 5 июля южнее Орла немецкий лётчик унтер-офицер Гайнц Гейль и радист обер-ефрейтор Гергарт Шрамм сообщили: «Мы прибыли на советско-германский фронт 3 июля из Югославии. 5 июля в 2 часа 15 минут наша эскадра получила приказ бомбить укрепления русских. Мы ещё не успели сбросить бомбы, как наш бомбардировщик «Юн-керс-87» был подожжён советским истребителем. Признаться, мы ожидали сильного противодействия со стороны советской авиации и зенитной артиллерии. Однако жестокий отпор русских лётчиков превзошёл все ожидания и ошеломил нас».

А у меня пока всё!

Чтобы оперативно найти и почитать любую статью, начиная от 22 июня 1941-го года и до 8 июля 1943-го включительно, а также специальные материалы о биографии советских полководцев, родившихся в конкретных регионах и специальные Части, охватывающие отдельные события, рода войск, боевые награды и многое другое тех лет, достаточно перейти на мой основной канал по этой ссылке: Вторая Мировая: день за днём.

Следующая статья совсем скоро.