14 августа 2026 года в Токио умерла Яёи Кусама. Ей было 97 лет.

Даже если вы далеки от современного искусства, её работы наверняка видели. Комнаты, которые словно продолжаются бесконечно. Стены, полы и предметы в точках. Пространства, где один и тот же узор постепенно захватывает всё вокруг.

Сегодня этот горошек воспринимается почти как фирменный знак Кусамы. Но я бы не начинала её историю с узнаваемости. Намного интереснее посмотреть, откуда этот образ появился и почему художница возвращалась к нему десятилетиями.

Рисование ей сначала запрещали

Яёи Кусама родилась 22 марта 1929 года в Мацумото, в префектуре Нагано.

С детства она страдала от галлюцинаций и навязчивых мыслей. Психиатр рекомендовал ей регулярно рисовать.

Дома при этом происходило обратное.

Мать не хотела, чтобы дочь становилась художницей. Она выбрасывала её рисунки, а когда Кусаме было десять лет, выбросила краски и кисти.

То есть мы с вами видим довольно странную ситуацию: врач говорит ребёнку, что рисование ему помогает, а дома именно рисовать ему и запрещают.

Кусама всё равно продолжила.

Важно понимать, что её психические заболевания не были частью красивой легенды, придуманной уже после успеха. Большую часть жизни она действительно от них страдала.

Я бы здесь не романтизировала рисование как чудесное спасение. Оно не отменяло болезнь. Но давало ей способ переводить часть переживаемого в изображение.

Цветы начали заполнять всё пространство

Один из самых известных мотивов Кусамы вырос прямо из её галлюцинаций.

Она рассказывала, как смотрела на скатерть с красными цветами, а потом увидела тот же рисунок уже вокруг себя.

Я посмотрела на скатерть в красный цветочек, подняла глаза и увидела те же цветы на потолке, окнах, стенах, на своём теле и во вселенной.

Узор словно переставал заканчиваться на ткани. Он распространялся дальше и дальше, пока сама Кусама не начинала чувствовать, что растворяется в бесконечности.

Именно отсюда появились её горошек и «сети бесконечности».

Позже она будет переносить повтор на холсты, стены, полы, предметы и тела обнажённых ассистентов.

На самом деле здесь и появляется главный принцип её искусства.

Не просто точка.

А повтор.

Накопление.

Ощущение, что один элемент способен захватить всё пространство.

Кусама называла себя «навязчивой художницей». И, в общем-то, это очень точное описание того, как она работала.

Горошек появился не сразу

В 1948 году Кусама поступила в Киотскую городскую школу искусств и ремёсел.

Она проучилась там год и начинала с традиционной японской живописи нихонга.

Потом ушла в абстракцию.

Та Кусама, которую мы с вами сегодня узнаём с первого взгляда, складывалась постепенно.

Мне кажется, этот момент особенно полезен, потому что зрелого художника мы всегда видим задним числом.

Перед нами уже готовый язык, и кажется, что автор однажды просто нашёл его.

Но сначала была традиционная живопись.

Потом абстракция.

Потом поиск формы для тех образов, которые преследовали её ещё в детстве.

Позже Кусама будет заниматься живописью, коллажами, мягкими скульптурами, перформансами и инсталляциями.

То есть менялись и техника, и масштаб, и само пространство работы.

А внутренний принцип оставался.

Всё изменилось после одного письма

В юности Кусама увидела репродукции работ Джорджии О’Кифф.

И решила ей написать.

О’Кифф ответила.

Началась переписка.

Я бы здесь обратила внимание не на романтичность этой истории, а на действие самой Кусамы. Она не ждала знакомства, а вышла на контакт сама.

Позже именно О’Кифф советует ей ехать в США.

Когда Кусама принимает решение уехать, мать даёт ей конверт с миллионом иен и говорит больше не переступать порог дома.

Художница берёт с собой двести рисунков.

Остальные уничтожает.

В 1957 году она приезжает в Сиэтл. Там проходит небольшая выставка в галерее Зоэ Дюсанн.

В 1958 году Кусама перебирается в Нью-Йорк.

То есть письмо не привело к мгновенному успеху.

Оно просто стало первым звеном в цепочке: контакт, совет, переезд, новая среда.

Нью-Йорк оказался совсем не красивой легендой

Сегодня фраза «художница переехала в Нью-Йорк» легко звучит как начало готовой истории успеха.

У Кусамы всё выглядело куда прозаичнее.

Она жила в квартире без отопления.

Денег едва хватало на краски.

В холодные ночи вставала и начинала работать, чтобы согреться.

Будущая самая дорогая художница в этот момент ещё просто пыталась продолжать рисовать.

Я бы не делала из этой бедности красивый сюжет.

Нищета не делает художника сильнее и ничего не гарантирует.

Но именно этот период хорошо показывает расстояние между началом профессионального пути и тем образом Кусамы, который мы знаем сегодня.

Уитни сказал нет

Есть эпизод, который сейчас звучит почти неправдоподобно.

Кусама решила показать работу Музею Уитни.

Картина была выше её самой.

Она пронесла её через сорок кварталов Манхэттена.

И получила отказ.

Музей просто не принял работу.

И вот здесь, мне кажется, важно понимать масштаб одного отказа.

Он не стал концом.

Но и не был каким-то особым знаком будущего успеха.

Это нормально. Художник может потратить огромное количество сил на одну попытку и услышать «нет».

Один ответ конкретной институции не описывает всю карьеру.

Кусама продолжила работать.

А параллельно продолжали складываться другие связи.

Джорджия О’Кифф познакомила её с арт-дилером Эдит Герберт. Та несколько лет была для художницы финансовой опорой.

То есть пока одна институция отказывает, в другой части профессиональной среды появляется человек, который помогает ей продолжать работу.

Потом её начали замечать

В 1959 году у Кусамы состоялась первая персональная выставка в Нью-Йорке, в «Галерее Брата».

О её работах высоко отозвался Дональд Джадд.

Она сблизилась с Джозефом Корнеллом и вошла в пацифистскую контркультуру.

А в 1962 году приняла участие в международной групповой выставке Nul (Zero) в Амстердамском городском музее.

Она была единственной женщиной среди участников.

Признание собиралось не одним большим событием, а постепенно.

Сиэтл.

Нью-Йорк.

Отказ Уитни.

Поддержка дилера.

Персональная выставка.

Профессиональное окружение.

Международный групповой проект.

Мы с вами часто читаем такие биографии уже после того, как всё произошло, и поэтому последовательность кажется почти логичной.

Но Кусама внутри каждого этапа не знала, что будет следующим.

В этом смысле никакой готовой лестницы у неё не было.

Её язык оказался сильнее одного медиума

Кусама не оставалась только в живописи.

Она работала с коллажами.

Создавала мягкие скульптуры.

Делала перформансы.

Строила инсталляции.

Но один и тот же художник считывался даже тогда, когда форма работы радикально менялась.

Почему?

Потому что повтор был не украшением.

Горошек не просто накладывался на разные поверхности.

Он продолжал ту же внутреннюю логику.

Кусама могла менять медиум, но не начинала каждый раз с нуля.

Я бы сказала, что именно здесь и появляется настоящий художественный язык.

Не тогда, когда все работы выглядят одинаково.

А когда разные работы всё равно связаны одним способом думать.

Christie’s появляется через десятилетия

12 ноября 2008 года работа Яёи Кусамы была продана на Christie’s за 5 100 000 долларов.

На тот момент это был рекорд для живущей художницы.

Кусама стала самой дорогой художницей своего времени в этом смысле спустя десятилетия после первых американских выставок.

И тут очень хочется поставить рядом две картинки.

В одной денег почти не хватает на краски.

В другой работа стоит 5,1 миллиона долларов.

Получается эффектный контраст.

Но я бы всё-таки смотрела не на эти две точки, а на расстояние между ними.

Потому что внутри этого расстояния находится почти вся профессиональная жизнь.

Выставки.

Новые контакты.

Работа в разных медиумах.

Международный контекст.

Десятилетия повторения одного художественного принципа.

Аукционный рекорд не объясняет этот путь.

Он просто показывает, насколько сильно к 2008 году изменилось положение работ Кусамы внутри арт-рынка.

Болезнь никуда не исчезала

Большую часть жизни Кусама страдала психическими заболеваниями.

И успех этого не отменил.

Поэтому я бы точно не пересказывала её жизнь как историю о том, как болезнь превратилась в талант и всё закончилось хорошо.

Не закончилось.

Такой простой формулы здесь нет.

Психическое заболевание оставалось частью её жизни.

А искусство оставалось способом работать с частью того, что она переживала.

То есть горошек не «вылечил» Кусаму.

Он стал языком.

И это, на самом деле, гораздо точнее.

Что мне кажется главным в этой истории

Яёи Кусама умерла 14 августа 2026 года в Токио.

Ей было 97 лет.

Сегодня можно запомнить её по инсталляциям.

По горошку.

По аукционному рекорду.

Я бы добавила к этому ещё несколько совсем других эпизодов.

Девочке выбрасывают краски.

Она всё равно рисует.

Пишет письмо художнице на другом континенте.

Уезжает в США с двумястами рисунками.

Живёт без отопления.

Несёт огромную картину через сорок кварталов.

Получает отказ.

Продолжает работать.

Постепенно оказывается внутри профессиональной среды.

А через десятилетия одна её работа продаётся на Christie’s за 5,1 миллиона долларов.

Для меня здесь главный вывод не в том, что нужно просто верить в себя.

Не каждый отказ заканчивается признанием.

Не каждый художник становится самым дорогим.

И страдание точно не является обязательным условием большого искусства.

Но одна вещь действительно остаётся.

Отдельный момент очень редко равен всей траектории.

То, что сегодня выглядит как окончательный отказ, через годы может оказаться всего одной строчкой в длинной биографии.

И то, что сегодня кажется просто странным повторяющимся образом, может со временем стать полноценным художественным языком, если автор действительно продолжает его исследовать.

А что в истории Яёи Кусамы удивило вас сильнее всего: происхождение горошка, письмо О’Кифф, отказ Уитни или рекорд Christie’s?

Больше про современное искусство, опен-коллы, резиденции и конкурсы для художников публикуем в Telegram-канале «Your art muse»: условия участия в ярмарках, ответы на ваши вопросы и главные события арт-мира. Подписывайтесь — всё для того, чтобы построить карьеру художника в современном искусстве.

https://t.me/+u7yYz1g_A_YwNGEy

https://max.ru/your_art_muse

Сразу же сделаю оговорку: речь исключительно о гражданских делах об обязании соседа переделать говнопол, а также о делах об обязании демонтировать/звукоизолировать шумный кондиционер, лифт и т.д. Речь НЕ о делах о привлечении к административной ответственности за шум (нарушение регионального закона о тишине). В чём разница и какой путь выбрать для себя - подробно описано в шумовом гайде (тут и тут). И вообще настоятельно рекомендую его каждому прочитать - очень многое встанет на свои места.

Итак, истец собирается обратиться в суд с иском об обязании соседа сменить (говно)пол. Конечно, само понимание, что именно требовать от соседа, постепенно выкристаллизовывается в процессе (как раз после прочтения статей, форумов и т.д), а изначально просто есть проблема: шум от соседа. Шаги, стулья двигаются, дети бегают по коридору и так далее.

И истец начинает собирать доказательства (точнее то, что по его мнению является доказательством) для праведного похода в суд на соседа. При этом очень часто истец занимается имитацией деятельности и обманывает, в первую очередь, себя, тратя время на ерунду.

Давайте разберем основное, с чем я сталкиваюсь, и почему оно в 99% случаев не нужно.

1. Обращения в полицию

Практически всегда имеют место вызовы в полицию, написание заявлений, мышиная возня с участковым, который ничего не хочет делать и т.д. Здесь важно понимать следующее: никакого преступления (именно уголовного преступления) в сделанной соседом конструкции пола - нет. И состава административного правонарушения - если только сосед не нарушил закон о тишине и удалось это зафиксировать и доказать - нет. Особенно, с учетом пробелов, которые мы обозначили в законодательных челленджах (раз и два).

А раз нет ни преступления ни административного правонарушения, то что должна сделать полиция? Конечно же, НИЧЕГО. Вынесет так называемый "отказняк" - отказ в возбуждении уголовного дела.

Но тем не менее, истцы часто пишут заявления в полицию. Далее возможны варианты. Либо заявление пишется на коленке от руки и сдается в ОВД, причем даже не фотографируется. На руки в ОВД выдают так называемый талон КУСП (книга учета сообщений о преступлениях). Там просто номер, дата и всё.

В итоге у истца даже самого заявления нет, есть только КУСП, при этом постоянно эти КУСП все в суд носят и считают, что он что-то доказывает. Вопрос только, что? Разумеется, НИЧЕГО кроме факта обращения в полицию. И судья ровно такой вывод и может сделать: да, обращались (факт обращения зафиксирован), но с чем обращались - непонятно, какой результат - непонятно.

Следующий вариант может быть, если истец чуть подготовился и сделал 2 экземпляра заявления или хотя бы сфотографировал своё заявление перед подачей. Тогда у него на руках талон КУСП + текст заявления. И почему-то, не знаю почему, почти все считают, что если они что-то написали в заявлении, это сразу же автоматически на 100% считается доказанным. Конечно же, НЕТ.

Любой человек в любом заявлении (не только в МВД, а в любой орган) просто излагает свою версию реальности, свои фантазии и т.д. и т.п. И всё. Поэтому текст заявления ничего никому не доказывает. Соответствует действительности то, что написано в заявление? Неизвестно, надо проверять. Собственно, МВД этим и занимается (на практике - заявление спустят на участкового, а он, как профессиональный "сливной бачок", напишет отказняк). У участкового вообще работа такая: отказняки писать.

Единственная польза от обращений в полицию может быть только в том, что в отказняке всё же будет указано, что кто-то из сотрудников что-то установил (например, переделку соседом пола, что, конечно же, бывает крайне редко). Либо всё же сосед будет привлечен к административной ответственности по закону о тишине и будет соответствующее постановление, но я считаю, что в определенных случаях это только будет путать судью. Типа, вот их привлекли к ответственности, что вам ещё надо, уважаемый истец? Надо - привлекайте ещё. И придется подробно объяснять про то, что мы хотим устранить причину - неправильный пол у соседа, а не бороться с последствиями.

2. Обращения в управляющую компанию (УК)

Надо начать с того, что УК, по большому счету, никто. Это организация, которая занимается управлением общим имуществом в многоквартирном доме. То есть просто должна осуществлять хозяйственную деятельность, лифты должны работать, в подъезде должны быть лампочки, может придомовую территорию чуть облагородить, но не более того.

УК не является надсмотрщиком за тем, что делают люди в своих квартирах (к сожалению) и со своим полом (который 100% не относится к общедомовому имуществу). Да, у нас в головах ещё силен авторитет различных "управдомов", "старших по подъезду" (это блин кто вообще, кто его назначил?) и т.д. Но в реальности, у них нет никаких полномочий даже зайти в чью-либо квартиру.

Поэтому если ответчик "упорот" и к себе в квартиру УК не пускает, то жаловаться в УК бессмысленно. И даже если пускает - тоже бессмысленно. Что УК должна сделать, хочется спросить? Заставить соседа пол переделать? Нет таких полномочий, УК в этом вопросе - никто. Поэтому до сих пор загадка, зачем люди тратят время на жалобы на соседа в УК.

Единственная польза от таких жалоб может быть лишь в следующем: УК все же пустят в квартиру соседа (по доброй воле соседа) и каким-то образом будет составлен некий документ (акт) о том, что сосед переделал пол. Опять же, это будет скорее всего с чьих-то слов, что кто-то скажет "мы делали ремонт в 2019 году" и это найдет отражение в акте. Также в акте может быть отражено напольное покрытие в помещениях, что косвенно может свидетельствовать о переделке пола соседом.

Но итог очень простой: УК не может никого заставить что-либо делать у себя в квартире. УК отвечает только за общедомовое имущество. Если лифт шумит - вот это 100% ответственность УК и тут имеет смысл с ней общаться (и потом судиться). Но если сосед переделал пол - точно нет, пустая трата времени.

Продолжение следует...

Подписывайтесь на Блог Защитника тишины на других площадках: Телеграм | Макс | Дзен | Пикабу

Вступайте в Лигу защитников тишины и делитесь опытом: Телеграм | Макс | ВКонтакте

В первую очередь эта красочная серия 1969 года посвященная книжным иллюстрациям Билибина.

Следующий выпуск выпуск листа марок с книжными иллюстрациями Билибина состоялся в 1984 году.

В 2000 году была выпущена маркированная почтовая карточка

На ней есть изображения обложки одной из книг, которую художник иллюстрировал в тот период, когда жил за границей и марки из серии «300 лет дома Романовых» 1913 г. Билибин был одним из соавторов этих марок, хотя марочной графикой никогда не занимался.

Был выпущен в 1976 году еще немаркированный конверт , но он сейчас довольно редкий, у меня его нет.

Зато в наших карманах, если заваляется монетная мелочь, то и она память о Билибине. В 1917 году по заданию Временного правительства им был разработан «немонархический герб» для новой власти. Временное правительство воспользоваться им не успело. В 1918 году большевистское правительство не стало заниматься герботворчеством, выкупило у художника права на герб и стало печатать бумажные деньги с клише, которым не успели воспользоваться «временные». Такие банкноты печатались в Пензе (серия АА), Москве (серия АГ) и в Перми (серия АБ).

Ходили эти купюры недолго и вскоре были заменены новыми советскими дензнаками. Из-за последовавшей во время гражданской войны гиперинфляции у населения осталось много таких купюр. Они и сейчас не представляют редкости.

Этот же герб был принят в качестве государственного Российской Федерацией и помещался на монетах с 1992 по 2015 годы.

Из-за границы Иван Яковлевич вернулся в 1936 году, на родине занимался книжной графикой. Умер во время ленинградской блокады от истощения.

150-летие художника отметила почта Приднестровья выпуском двух малых листов.

28 августа 1879 года в истории англо-зулусской войны была поставлена точка: в британский разведывательный отряд под командованием майора Мартера настиг и пленил короля зулусов Кетчвайо. Это событие ознаменовало собой крушение последнего очага организованного сопротивления и завершение существования Королевства Зулу.

Предыстория

Предыстория англо-зуллуской войны уходит корнями в середину 1870-х годов, когда британская колониальная администрация в Южной Африке взяла курс на создание конфедерации южноафриканских территорий под своим контролем. Главными идеологами данного курса выступили лорд Карнарвон и верховный комиссар - сэр Генри Бартл Фрер. И главным препятствием для объединениея выступало независимое и сильное африканское королевство Зулу, которое находилось под контролем короля Кетчвайо Кетчвайо, взошедший на престол в 1872 году, унаследовал от своих предшественников, Чаки и Дингаана, сильное централизованное королевство с жесткой военной системой, однако он не стремился к конфликту с британцами. Тем не менее, британские чиновники и колонисты сознательно раздували образ «зулусской угрозы», используя пограничные инциденты как предлог для эскалации. Финальной провокацией стал ультиматум, предъявленный Кетчвайо 11 декабря 1878 года, условия которого были заведомо невыполнимы: распустить армию, отменить систему призыва, допустить миссионеров и передать спорные территориальные вопросы на рассмотрение британского резидента. Ответа в установленный срок не последовало, и 11 января 1879 года британские войска под командованием лорда Челмсфорда пересекли реку Буффало, вторгнувшись в королевство Зулу.

Англо-зулусская война

Начало кампании обернулось для британцев одной из самых сокрушительных катастроф в их колониальной истории. 22 января 1879 года у подножия скалы Изандлвана основные силы британского лагеря, насчитывавшие около 1800 человек, были атакованы и практически полностью уничтожены зулусской армией численностью около 20 тысяч воинов. Это поражение потрясло англичан, но не изменило стратегического соотношения сил. Зулусы, вооруженные преимущественно копьями и щитами, понесли тяжелые потери и не смогли развить успех. В последующие месяцы британцы, подтянув подкрепления и перешли к методичному наступлению. Кетчвайо, понимая свою технологическую отсталость, предпринимал отчаянные попытки начать мирные переговоры, но британцы требовали безоговорочной капитуляции, что было равносильно уничтожению государства. После череды боев, в которых зулусские воины сталкивалась с британской огневой мощью винтовок и артиллерией, судьба королевства была решена. Кульминацией стала битва при Улунди 4 июля 1879 года, где британцы расстреляли главные силы зулусской армии, после чего сожгли резеденцию короля зулуссов. Кетчвайо бежал, и началась долгая охота на него.

Пленение короля зуллусов

После падения Улунди, столицы зуллусов, британское командование, не желавшее оставлять в живых потенциального лидера сопротивления, развернуло масштабную операцию по его поимке. За информацию о местонахождении короля была объявлена награда. Кетчвайо скрывался в лесах и отдаленных деревнях, его свита таяла, но преданные воины продолжали его укрывать. К концу августа поиски сосредоточились в районе леса Нгоме. Британский отряд под командованием майора Ричарда Мартера получил сведения от местных информаторов о том, что король укрывается в одном из местных поселений. На рассвете 28 августа драгуны и африканские вспомогательные войска окружили убежище бывшего короля. Сопротивление было недолгим: воины, охранявшие Кетчвайо, попытались прикрыть его бегство, но были рассеяны ружейным огнем. Сам король, облаченный лишь в кожаный передник, был обнаружен спрятавшимся в зарослях неподалеку. Согласно воспоминаниям участников, он не стал сопротивляться. Его схватили, связали и вывели к офицерам, где и был поставлен на колени перед майором Ричардом Мартером.

Последствия

Последствия пленения были для зулусского народа катастрофическими. Кетчвайо был отправлен в Кейптаун, а затем в Англию, где, впрочем, был принят с определенным любопытством и даже удостоился аудиенции у королевы Виктории, сумев произвести на нее благоприятное впечатление. Однако самой страны это не спасло. Британцы, следуя принципу «разделяй и властвуй», не стали аннексировать королевство Зулу напрямую, а разделили его на тринадцать вождеств, поставив во главе них лояльных назначенцев, что немедленно спровоцировало междоусобную гражданскую войну и кровавый хаос. Спустя несколько лет, видя провал этой политики, британцы в 1883 году позволили Кетчвайо вернуться на родину, но его власть была уже призрачной и ограниченной, а значительная часть территорий была отдана его сопернику Зибебу. Вскоре Кетчвайо потерпел поражение во внутреннем конфликте, был ранен и умер в 1884 году при невыясненных обстоятельствах, вероятно, от яда. Его наследники уже не обладали реальной властью. В 1887 году терроритория бывшего королевства Зулу была официально аннексирована как британская колония.

P.S Подписывайтесь, чтобы всегда быть в курсе интересных обзоров и событий. Ваша поддержка очень важна! С большим количеством обзоров и историй вы можете ознакомиться и в телеграм-канале. Спасибо!