Евгений Родионов — участник Первой чеченской войны. Во время этой войны он попал в плен, и в итоге был казнен. Через какое-то время после казни появились сведения о том, что Родионов принял «мученическую смерть» и что он чуть ли не умер «за православие», «за веру». Как будто бы он не был участником боевых действий, а был «просто православным».
Как это подтверждается? Ну, во-первых, Родионова представляют однозначно как невинную жертву, православного христианина, мученика, а его врагов — чеченцев — как противников самого светлого религиозного течения — православия, как будто данная война — борьба против православия, иных мотивов там якобы не было. Это идеальная история для православно-националистической пропаганды. Однако необходимо все же рассмотреть ситуацию с источниками, в том числе рассмотреть версии и легенды.
Начнем, пожалуй, с истории православной, которая представляет Родионова как христианского мученика. Историю в представлении православных деятелей, сторонников канонизации Родионова, нужно пересказать.
Возьмем авторитетный для православных ресурс «Православие.ру»:
«Что же произошло? О чем рассказал матери Евгения в присутствии представителей ОБСЕ убийца его? Молодым солдатам, захваченным в плен, сказали: «Кто хочет остаться живым, пусть снимет свой нательный крестик и назовет себя мусульманином». Когда Евгений отказался снять свой крестик, его стали жестоко избивать. Потом подвергли издевательствам и пыткам, которые продолжались в течение трех месяцев. Потом — убили, отрубив голову. Могилу его за огромные деньги указали матери сами чеченцы. Мать опознала тело сына по нательному крестику. Поразительно, что даже с мертвого они не сняли крестик — не посмели.
Что такое нательный крестик? Почему так ненавидит его сатана и делает все, чтобы никто его не носил, или носил просто как бессмысленное украшение?
Многие, наверное, слышали рассказ о юном Ленине, о том, как в детстве в приступе ярости в ответ на настойчивые приглашения пойти в церковь он выбежал из дома на снег, сорвал с себя крестик и стал топтать его. То, что произойдет потом с Россией, будет связано с этим эпизодом его биографии. Я помню, как в шестидесятые годы одна молодая женщина испытывала после принятия крещения диавольские нападения».
Как видно, тут было недостаточно сказать о человеке, который участвовал в войне и погиб, нужно было все так описать, чтоб у людей был чуть ли не образ Иисуса Христа перед глазами.
И чтоб понять, что автор православного текста — выдумщик, нужно взять хотя бы историю с Лениным. Случай с крестом — известен. Вот какие источники есть на этот счет:
«Считается, что толчком к разрыву Ульянова с религией стал следующий случай. Однажды, беседуя с гостем, Илья Николаевич пожаловался, что его дети плохо посещают церковь.
«Сечь, сечь надо!» — наставительно заметил гость, пристально глядя на Владимира.
Эта фраза так возмутила Владимира, что он выбежал из дому и в знак протеста тут же сорвал с груди нательный крестик.
Отвечая позднее на вопрос анкеты «Если вы неверующий, то с какого возраста?» — Ленин написал: “С 16 лет”».
То есть методология создания православного чуда — вспомнить нечто, что слышал очень давно, но очень плохо запомнил и вместо того, чтобы сказать «не помню», как бы заново построить историю, причем чем красочнее, тем лучше. В истории с Лениным не хватает продажи души дьяволу или чего-то в этом духе.
Служитель культа поп Константин, к примеру, отмечает вот что:
«Сложить голову на поле брани, как это ни прискорбно, – святая честь для каждого воина, который защищает свое Отечество. Попасть в плен и не сломаться – это гораздо сложнее. Пуля потому и дура, что прошибает навылет и не оставляет возможности выбора – это солдатская доля в бою. Жене Родионову, которого мы чтим как священномученика, выпала более тяжелая участь. Ему был дан непростой выбор между жизнью и отречением от веры»
