Знаешь, меня в детстве пиздили. Много пиздили. Настолько, что я презираю и буду всегда презирать своих родителей, которых и видеть не хочу. И успешно с этим справляюсь.
И самое забавное (нет), мне говорили, что меня не трогали. Всю жизнь пылинки блять сдували. При этом я прекрасно помню, как у меня по всему телу были следы от проводов, от ремня, от блять лопатки для обуви. Как мне за то, что я пытался забрать СВОЮ вещь, чуть не сломали челюсть.

Знаешь. Я ведь даже не ненавижу их, я не хочу просто, чтобы они существовали в моей жизни. Неприязнь есть. Но нет ненависти, ибо это слишком много эмоций для тех, кто это не заслуживает.
Ну и да. В случае любой просьбы о помощи, я отправлю их нахуй. Моей помощи они не увидят никогда.

И может это мой бзик, но надеюсь многие поймут, что хочу сказать. Из-за того, что меня избивали за любую хуйню, я не видел иных способов воспитания. Поэтому я боюсь, что в моей жизни появится ребенок, ибо боюсь превратиться в родителей. Я не хочу НИКОГДА физически наказывать своего ребенка. Но не смотря на текущее состояние, мне сложно контролировать экстренные эмоциональные.

Если для тебя бить ребенка нормально, не размножайся. Никогда.
Физическое наказание означает, что ты проебался в воспитании. Ты не смог вырасти в глазах ребенка, как авторитет, которого надо слушать. Либо просто хуй забил на воспитание и пытаешься стать родителем, когда ребенок уже подрос без тебя.

Да уж... Детей раньше били и никому до этого не было дела. У меня есть 2 сестры. Мы погодки и я старшая. Когда мы были маленькие, то часто с ужасом ждали, когда папа придёт домой. Нас с сёстрами воспитывали как домашних рабынь и обслугу и папа приходил в ярость, если... если хоть что-то было не так. Пропала дрель? Виноваты, конечно, дети. Девочкам, лет 7 обязательно надо взять дрель. Не может найти пульт от телека? Тоже мы виноваты. Двойки, плохо помытые полы, посуда... Даже если мы дрались между собой. За всё нам влетало.
Нас били проводами, солдатским ремнём (один раз ударив по лицу пряжкой чуть не сломал мне челюсть), а на даче подключались доски (плашмя по спине, ногам, рукам), палки, кнуты. Иногда кнут грел на костре и горячим лупил, рассекая в кровь кожу. Шрам до сих пор на ноге остался. Естественно, всё это перемешивалось с унижениями и многочисленными оскорблениями, бьющие по самым больным местам. Чувство страха и безысходности, когда я понимала, что очередных побоев не избежать я до сих пор помню. Мать нас редко била, но меня конкретно оскорбляла постоянно и на побои от отца всегда закрывала глаза. Мы кричали, плакали, молили не бить нас, но это ещё больше злило отца.
Мы все трое выросли побитые морально, с огромной кучей комплексов, боящиеся всего на свете. Но...
Но мой папа работал на 3 работах. Когда вокруг был голод, он обеспечивал нас едой и вкусностями даже когда вообще ни у кого такого не было. Он помогал нашим соседям, что б и их дети тоже ели. Он приносил домой вкусности ящиками) А когда было совсем плохо, то приносил нам один Сникерс и делил его на 3 части, ни разу не взяв себе кусочка. Он получил множество ран на своих работах, его невозможно было разбудить с утра, а по вечерам он приходил иногда настолько уставший, что даже не ужинал, а просто заваливался спать, спал 2 часа и вставал на новую работу. Если бы не он, мы бы не смогли прожить. У нас на Новый Год всегда была огромная пышная ёлка и огромные пакеты с разными дорогими подарками и угощениями)

Мой отец был тираном. Его методы воспитания до сих пор отзываются в нашей жизни в виде многочисленных комплексов и страхов. А как он бил наших животных... Страшно вспоминать. Он вымещал всю свою злость на нас и наших питомцах. Но я помню не только это... Я помню Новый Год, рыбалку с ним, помню дачу и как он разрешал гулять допоздна, как он вступался за нас и защищал, помню все те лакомства, которые у нас были, когда вокруг все голодали. Помню как он пришёл домой без половины фаланги и как перевязавшись, почти сразу же, уехал на другую работу. Он был тираном и героем одновременно.
Прошли годы и он, конечно, стал спокойней. Иногда, всё же, его характер снова проявлялся, но всё реже и реже. Сейчас его уже нет, а я скучаю. Не по побоям, конечно. По даче, которую он собственными руками с нуля отстроил, вкусняшкам, да даже по тому сникерсу, разделённого на 3 части. Я всегда видела как он страдал в этой "семье" и как выжимал из себя всё ради нас. Но оценить, конечно, смогла только когда уже выросла, а жаль...