Источник — https://t.me/prchand/14697

Сладкий миф про очередное доминирование США в хайтехе продержался недолго, считанные месяцы. Очередной Deepseek-moment.

Напомню суть.

У США в подземных бункерах (ну как в кино голливудском, много полупрозрачных экранов и решительный негр с орденскими планками, требующими операцию на ключице) не только давно уже стоят самолёты 7-го поколения с боевыми лазерами, но и есть сверхмощные ИИ-модели, которые — если их выпустить наружу — всё стремительно перехакают и погрузят мир в хаос. Данное супероружие США сдерживают, потому что всех жалеют, ведь иначе суперИИ влёт найдёт по 157 уязвимостей во всём софте, сайтах и сервисах, всё автоматически переломает и наступит апокалипсис. Просто ребята из Белого Дома ответственные, добрые, жалеют остальных, отсталеньких таких да тупеньких.

Заход тупой и маркетинговый, придуман чтобы поддержать тезис об американском сверхдоминировании в ИИ-отрасли, видно это было сразу и по неуклюжим попыткам доказать сие (все демонстрации "смотрите как может" были то с оговоркой "у модели исходный код того что она ломает был", то с прочими подобными), и по алогичным тезисам "раз оно переполнение буфера в коде нашло то в интернете буквально на произвольный сервис издали натравить если, и номер порта выдать, то сто тысяч таких же сразу найдёт".

Ну а теперь аналогичную штуку выпустили китайцы, только с открытыми весами, для публичной эксплуатации. Уровня, достаточно для того, чтобы американские СМИ и исследователи сквозь зубы были вынуждены признать "ну примерно такое же, да, ну конечно послабее, но почти".

Такое убивает всю тему инвестиционной привлекательности, т.к. "у нас будет суперпродукт, весь мир будет сидеть на подписочках и к нам будут ежемесячно течь миллионы, а то и сотни миллионов тарифных выплат по 50-100-200 баксов, поэтому вот у нас такая капитализация, базирующаяся на потенциальной Ниагаре выплат" становится мифом. Циклопическая конструкция "в США будут датацентры за триллионы долларов, в них будут супермощности, и все будут платить туда, потому что ну а вариантов никаких, остальные-то отстали на 50-100 лет" натыкается на "массовый пользователь не будет, если есть примерно такое же, но на порядок-два дешевле".

Bugpocalypse откладывается; массовое IT получит возможность прогонять продукты через системы, выгребающие баги и уязвимости, без подсадки на рекуррентные платежи американским сервисам. Потенциальный эффект "сейчас супермодель выйдет и найдёт море дыр в продуктах, всё пропало, единственный вариант — купить у США доступ и проверить" сглаживается, местами до нуля.

Интересно какой новый миф для оправдания космических (хотя слово неправильное — на космос копейки идут на фоне вложений в ИИ-сервисы) хотелок и обещалок будет придуман. Как-то объяснять что всё это отобьётся по деньгам ведь нужно. Что вместо красивого "у вас всех просто ИИ, а у нас в тайном бункере сверхмегамонстрИИ-хакер, которого мы на цепях еле удерживаем" будет.

Поглядим.

В СССР действительно было несколько ярких воплощений Остапа Бендера, и у каждого нашлись свои поклонники. Единого «самого любимого» не существовало — зрители делились на лагеря, и споры на эту тему не утихали. Я бы выделила трёх основных кандидатов, которые чаще всего становились предметом дискуссий.

Арчил Гомиашвили (фильм Леонида Гайдая «12 стульев», 1971). Для многих именно его Бендер стал эталоном: харизматичный, уверенный в себе авантюрист с ярким грузинским акцентом. Гомиашвили задолго до кино играл эту роль в театре, и театральный опыт чувствовался — его герой выглядел настоящим шоуменом, который умеет вести за собой. Сам актёр позже говорил, что роль дала ему всесоюзную славу

Андрей Миронов (телефильм Марка Захарова «12 стульев», 1976). Его Бендер получился более глубоким и многогранным: в нём сочетались цинизм, обаяние и даже трагические ноты. Многие зрители считали Миронова мастером передачи внутреннего мира героя — негодяя, которому невозможно не симпатизировать. Правда, сам Гомиашвили критиковал эту версию, называя её «опереточным фарсом», а Гайдай и вовсе считал её «уголовным преступлением».

Сергей Юрский (фильм Михаила Швейцера «Золотой телёнок», 1968). Его Бендер получился более интеллектуальным и рефлексивным. Юрский подчёркивал трагичность персонажа: в его исполнении Остап — не просто авантюрист, а человек, осознающий, что его жизнь растрачена впустую. Некоторые критики и зрители называли эту версию одной из самых глубоких. При этом не все принимали такой подход: кто-то считал, что Юрский внешне не совсем соответствовал книжному образу.

Почему так вышло? Дело в разных режиссёрских подходах и в том, какие грани характера героя каждый актёр раскрывал ярче. Кому-то ближе энергичный, трюковой авантюризм Гомиашвили, кому-то — тонкий психологизм Миронова, а кому-то — философская глубина Юрского. В итоге у каждой экранизации сложилась своя армия фанатов.

Так что «самый любимый» в СССР — это скорее вопрос личных предпочтений, а не объективного рейтинга.