Настало время поведать ещё одну историю из походной жизни. Это рассказ о холоде и ветре, о Северном Урале и семи его идолах, что стоят с незапамятных времён и встречают каждого путника безмолвием, но не безразличием.
Заваривайте кружечку тёплого напитка и присаживайтесь поудобнее, сегодня я поведаю вам о плато Маньпупунёр.

Начнём с географии: это место расположено на плоской вершине горного хребта между реками Илыч и Печора на границе Республики Коми и Ханты-Мансийского автономного округа. Туда не ведут дороги, единственные виды транспорта, на которых можно добраться к достопримечательности: вертолёт и снегоход. Особо искушённые туристы предпочитают более избитый способ: на своих двоих, и как раз о таком походе в посте будет идти речь. Кстати, неподалёку (50км "по воздуху") находится знаменитый перевал Дятлова.

Своё название место берёт от коренных народов, на языке манси "Мань-Пупу-нёр" означает — «малая гора идолов». И правда, сорокаметровые столбы выветривания, которые образовались из-за длительной эрозии горных пород (мягкие минералы разрушились, а твёрдые остались возвышаться над округой в причудливой форме), выглядят столь необычно на фоне пологих Уральских гор, что волей-неволей задумываешься об их возможной мифической натуре.

Настоящую же известность локация обрела, войдя в список победителей конкурса "Семь чудес России", который проводился крупными СМИ в 2007-2008 годах.

Пара слов о маршруте. Пешком на плато ходят летом и зимой. В тёплое время года без вертолёта забросить далеко вас не смогут из-за удалённости места от цивилизации, так что идти туда-обратно придётся в общей сумме 14 дней. Зимой вас посадят в сани за снегоходом и довезут поближе, так что маршрут сократится до 8 дней. В обоих случаях группа стартует от ж/д станции Ивдель, а вот дальнейший путь может сильно зависеть от погоды.

Поход сулил множество впечатлений хотя бы потому, что опыта зимнего туризма у меня на тот момент не было, да и вообще это был всего лишь 2й по счёту автономный поход (Путорана, которое я описывал в более ранних постах, по хронологии я посещал позже). А тут тебе и ночёвки зимой в палатке, и весь путь на снегоступах, и первый раз на Урале... Кстати, пара слов о снегоступах. Мне вот прям зашло! Не люблю лыжи, не приучен с детства и рядом нет никого, кто бы показал как правильно. Ну то есть по парку могу по лыжне шагать, но так чтобы в горы да на неделю - точно нет. А снегоступы куда проще: идёшь себе потихоньку, лишь немного сложнее, чем по земле. Конечно, если снег позволяет. Но был уже конец февраля, слой был плотный.

Вещи в дорогу собирал без должной скрупулёзности: спальник на -20 (хотя палатка общая и с печкой, но нас пугали холодами), флиска, обычная пуховка с барахолки (не походная!), шапка с али за 800 руб с защитой лица, ботинки на меху (сейчас все туристы сделали фейспалм). Но разбор ошибок по снаряжению я проведу чуть позже, а пока вернусь к хронологии.

Итак, сбор группы в Ивделе в 6 утра, все размещаются в кунге ГАЗ-66, топим печку и едем часов 5 до деревни в ХМАО. Там пересаживаемся в сани, цепляем их к снегоходам и едем... едем... и едем по обледеневшим рекам, по лесу, по кочкам, едем и мёрзнем без движения аж до полуночи. Вот такая вот заброска. Надел на себя вообще всё что только было, но, как ни старался греться, дуба дал знатно: от ветра укрыться очень сложно когда ты час за часом просто сидишь в санях. Ну как сидишь, подпрыгиваешь, дорога-то не очень ровная. Кто ездил тот поймёт, а кто нет - представьте себе мемный видос с мужиками в УАЗе, где они проливают пиво, и умножьте часов эдак на 8. Хорошо у кого-то были стельки с подогревом, вот эта штука меня здорово выручила, потому что ноги мёрзнут в первую очередь.

К ночи добрались до старой базы, где все сразу уснули в вагончиках с двухэтажными нарами, сил хватило только печку растопить, кажется даже не ужинали. На следующее утро надели снегоступы, пристегнули волокуши и вышли на маршрут. Было весьма тепло для зимнего похода, не ниже -5 днём. Пейзаж вокруг - речка под снегом, ёлки.

В первый же день стали видны сильные отличия зимнего похода от летнего: гораздо больше работы в лагере (выкопать яму для костра; напилить дров для кухни и обогрева на всю ночь; готовить гораздо дольше из-за температуры; если не повезло с доступом к воде, то весьма долго топить снег, и это всё в условиях более короткого светового дня), сложнее сушить вещи, ночные дежурства у печки.

В летних походах, зачастую, на день выбираются 1-2 дежурных, которые готовят, носят воду, моют посуду. И так на протяжении всего похода: участники выполняют обязанности поочерёдно. Зимой же постоянно все при деле: костровище, дрова, палатка с печкой, вода и еда - всё это требует куда больше усилий, осложняется глубоким снегом, холодом и темнотой. Группа незнакомых людей гораздо быстрее находит общий язык, налаживает контакт друг с другом. Само твоё естество говорит: "Объединись и забудь про разногласия или будет худо". В такие моменты понимаешь, какой же огромный путь проделали наши предки, возведя уютные города, в которых теперь каждый может жить сам по себе.

На второй день похода маршрут повёл нас через лес, деревьев прибавилось и они здорово мешали тянуть волокуши. Тропы как таковой уже не было, мы ориентировались на GPS трек, но кое-где встречалась лыжня предыдущих групп. Впрочем, мы старались её не портить своими широкими тапками. Всё это время мы двигались недалеко от реки, но пополнить запас воды из неё было непросто: снежная шапка нависала карнизом и можно было провалиться вместе с ней, замочив все вещи. Как самый долговязый, я занимался набором воды для группы, и в один момент сильно перестраховался, отпустив на секунду котелок. Его тут же подхватило течением и утащило под шапку... Момент был, мягко сказать, неприятный, но каким-то чудом нам удалось откопать ценный инвентарь в нескольких метрах ниже по течению. Правда, в довесок, то ли во время спасения котелка, то ли когда пилил дрова, я умудрился ещё и фотоаппарат типа "мыльница" выронить из кармана в снег, и вот тут уже с концами, так он там где-то и остался в снегах Коми. Что поделать, усталость в походе тоже сказывается и увеличивает риск оплошности.

Путь продолжался, и на третий день мы начали подъём на плато. Часть вещей, включая палатку, было решено припрятать перед этим в лесу, чтобы забрать на обратном пути: наверху нас ждала заповедная территория, и жить там разрешалось только в специальных модульных вагончиках. Освободившись от дополнительного веса и волокуш, мы стали забирать вверх, и вот тут уже пришлось по очереди пробивать дорогу в глубоком снегу. Картина была а-ля "посмотрите как мощны мои лапищи".

Ближе к концу подъёма, когда вышли из леса, попали под сильный ветер и пургу. Видимость быстро упала до нескольких метров, наверху местность была выровнена снегом, не было ни деревьев, ни скал и мы шли по белой пелене с видимостью всего на несколько шагов вперёд. Никаких ориентиров, только трекер. Так мы брели довольно долго, точно больше двух часов. Остановиться было нельзя - сильный ветер моментально выдувал из тебя всё тепло, в ход шли сухие перекусы, распиханные по карманам. Мелкий снег летел горизонтально с такой скоростью, что без маски невозможно было долго держать открытыми глаза, благо у всех были горнолыжные очки, без них не представляю как там можно было бы пройти. По ощущениям - ты словно на другой планете: непривычные погодные условия, в которых ты в зимней амуниции, будто в скафандре, бредёшь как какой-то странник по снежной пустыне.

Так, через белую пустоту и вьюгу, мы перешли из Европы в Азию, о чём нам сообщили верхушки погребённых под снегом указателей. В послеобеденное время добрались до жилых модулей на территории заповедника. Внутри было тесновато, как в купе поезда, зато можно было наконец отдохнуть от ветра и перевести дух. Ну а дальше топили снег, чтобы хоть как-то напиться и приготовить ужин.

На следующий день нам предстояло пройти через Печоро-Илычский заповедник и познакомиться с каменными великанами. О встрече с ними и о второй части нашего похода я расскажу в следующем посте.

Моё интервью 2024 года, опубликованное в официальном печатном органе Правительства РФ

Ночевал на кладбищах, в руинах разрушенных зданий, жил из расчёта пять долларов в день — себя он называет «международным бомжем», считая это самой высокой оценкой. Виктор Пинчук — крымский путешественник, побывавший в 60 странах Азии, Африки, Латинской Америки и Океании. О том, как оказывался на волосок от гибели, пережил приключения и почему всегда путешествует в одиночку, Виктор рассказал "РГ".

Легкоход по жизни

И где бы мы встретились — на «блошином рынке» Симферополя. Здесь Виктор торгует привезёнными из странствий монетами разных стран и репликами наград. Этот маленький бизнес вполне укладывается в его образ жизни и мировоззрение.

— Первое моё путешествие было в 2005 году, — вспоминает Виктор. — До этого я много раз ездил за рубеж в качестве туриста.

Разница между понятиями «турист» и «путешественник» принципиальная, — считает он. Первый имеет конкретную цель и уровень комфорта, за который редко выходит: увидеть пирамиды, искупаться в Красном море, покайфовать в шезлонге с коктейлем в руке... Второй пересекает страны и континенты без определенной цели: это своего рода творчество, когда процесс важнее результата. На знакомство с одной страной у Виктора обычно уходит от двух недель до месяца. Он предпочитает бедные, и даже беднейшие страны, поскольку там всё естественней, ближе к настоящему. Да и дешевле. При этом комфортом жертвует вполне сознательно.

— Понятия «бомж-туризм», «международный бомж» придумал не я, они давно сложились в мире, — говорит крымчанин.

Деньги — самый больной вопрос для нашего человека, когда он впервые задумывается о путешествии. Но не для опытного бомж-туриста. Виктор всегда берёт с собой в дорогу сумму из расчета 500 долларов на месяц. И... привозит их обратно. Не все, конечно, но бо́льшую часть. Причём возвращаются эти банкноты уже с «автографом дорог»: потрёпанные, местами подмоченные, с пятнами — там под ливень попал, тут пот подмочил. А привычный суточный бюджет Виктора составляет всего пять долларов.

Знание языков — второй вопрос для любого, выезжающего за границу. Английским Виктор Пинчук владеет на базовом уровне. Несколько расхожих оборотов на арабском языке выучил в процессе. То же самое с испанским. По Латинской Америке он путешествовал полгода...

Из книги Виктора Пинчука «Третья афровылазка»:
Время завтрака — подсказали внутренние часы. С куста нарвал "пачку" листьев толщиной с колоду карт. Затем, тщательно пережёвывая каждый, начал трапезу отшельника. Оказалось, не так-то просто это сделать. Минут через 20 затолкнул в себя всю порцию. Меню скверное, зато посуду мыть не надо! О том, что листья могли быть ядовитыми, не думал. И когда пил из реки Кунене, к которой незадолго до того не решался дотронуться рукой, тоже ни о чём не думал.

— В путешествии я легкоход, — говорит о себе Виктор. — Это тоже устоявшийся термин.

В дороге у Пинчука нет даже палатки и спальника, при том, что ночевать под открытым небом для него обычное дело. В рюкзаке у бомж-туриста только подстилка, покрывало, надувная подушка, зубная щётка и паста. Раньше были ещё миска, кружка и месячный запас овсянки. Теперь и их нет. Нож? Не всегда.

— С ним бывают проблемы в самолете, — поясняет Виктор.

Белый «Пятница»

Вам когда-нибудь доводилось ночевать в лесу голым, в набедренной повязке «а-ля Пятница»? А в джунглях? Виктор пережил такое приключение в Намибии.

Как-то сдуру решил переплыть реку Кунене, — вспоминает путешественник. — Место потрясающе красивое, как будто сошло с рекламного проспекта, и безлюдное, кругом ни души. Живописная река оказалась стремительной, а ниже по течению — каскад огромных водопадов. Крымчанин понял, что не рассчитал свои силы, когда возвращаться к своему берегу было уже поздно. Понимая, что жизнь его висит на волоске, в отчаянии превозмог себя, а течение подтолкнуло пловца к противоположному берегу. Обессиленный, едва выбрался из воды. Вокруг дикие джунгли. Одежда, деньги и документы остались на противоположной стороне. К тому же река была пограничной, и получается, что Виктор нелегалом попал в Анголу.

Попытки найти более узкое место выше по течению и вернуться обратно оказались тщетными. Ночь застала его абсолютно голым среди дикой природы. И это не сафари-парк: туристов и даже местных жителей здесь нет. Попытался сделать себе набедренную повязку из листьев какого-то дерева — бесполезно, она спадала. Махнул на это рукой. Ночь провёл в джунглях в чем мать родила. Но даже для такого опытного путешественника, как он, это испытание оказалось чрезмерным. Тропический лес в тёмное время суток полон жизни, и муравьи там — самое малое зло...

Утром он отправился вниз по течению реки в надежде найти людей. И за изгибом реки увидел аборигена на том берегу, с которого сам приплыл. Разглядев голого белого человека в джунглях, тот позвал всю деревню, а затем приплыли и спасатели на лодке.

Камера или жизнь

В Йоханнесбурге крымчанина ограбили средь бела дня в самом центре мегаполиса.

— Всё произошло настолько быстро, что я не успел опомниться. Помню только, мне со спины рукой обхватывают шею, а два других человека хватают за руки, — вспоминает Виктор. — Тот, что сзади, надавил на каротидный синус (рефлексогенная зона), и я потерял сознание. Сделай он это чуть сильнее, мог бы запросто убить.

Очнулся Виктор на тротуаре. Добычей грабителей стали несколько мелких рэндов (местная валюта) и дорогой фотоаппарат. Ещё раз между жизнью и смертью Виктор оказался в Малайзии — подхватил лихорадку Денге. О том, что у него нет никакой страховки или медицинского полиса, думаю, говорить излишне. Спасибо, помогли местные врачи, и иммунитет оказался крепким.

А в Афганистане путешественник провёл сутки в местной тюрьме, только потому, что вышел купить лепёшку.

— Так почему в дороге всегда один? — спрашиваю у Виктора.

— Если найдётся такой второй человек, готовый как я спать среди надгробий, есть личинок пальмового жука или сушёных гусениц, — поверьте, ему напарник не нужен, — отвечает Пинчук.

*****

Источник: Винник С. Г. «Крымчанин Виктор Пинчук рассказал, как почти без денег путешествовать по миру» // Российская газета: газета. — 5.06.2024., № 122 (9364).

Этот текст доступен по лицензии Creative Commons «С указанием авторства» версии 4.0