— Лучше, чем вчера, — ответила Анна, не оборачиваясь. — Рана грязная, но я промыла, наложила регенеративный гель. Через пару дней будет нормально. Главное — не перегружать руку. Спасибо, что впустили нас. Ты даже не представляешь, что значит не бояться, что за каждой дверью — мутант или сборщик.
Андрей кивнул. Он сел на ящик, служивший столом, и посмотрел на неё. Анне было около тридцати, с усталым, но живым лицом и глубокими карими глазами, которые выдавали ум и решительность. Её волосы, когда-то светлые, были завязаны в тугой пучок, а одежда — потёртый медицинский комбинезон — была чистой, но изношенной.
— Расскажи о себе, — сказал он. — Откуда вы?
Анна закончила перевязку, откинула прядь волос со лба и села напротив него.
— Мы с «Юпитера-2». Это была база на юге, километров сто отсюда. Жилой комплекс с лабораторным корпусом, там мы пытались создать вакцины против нанитического заражения. У нас было около сорока человек — учёные, медики, техники. Мы продержались почти год. Но две недели назад сборщики нашли нас. Они пришли ночью, с дронами и отравляющим газом. Большинство уснули и не проснулись. Нам удалось выбежать через коллектор. Денис, — она кивнула на брата, — получил осколок в руку, когда мы пробивались через завал. С тех пор мы шли пешком, прятались днём, двигались ночью. Почти без еды, без воды.
— Я слышал о «Юпитере-2», — вставил Олег, подавая голос впервые. Его голос был низким, хриплым — казалось, он не привык говорить много. — Это была хорошо оборудованная база. Но слабая система обороны. Вы полагались на дипломатию и исследования, а мир стал войной.
Анна бросила на него короткий взгляд, но промолчала. Андрей повернулся к Олегу.
— Я сталкер, — ответил Олег. — Свободный охотник. Работал на несколько станций, торговал информацией, деталями, иногда — оружием. Пока не нарвался на сборщиков. Я знаю, как они думают, как ищут, куда ведут пленников. Потому что сам работал на них два года.
Андрей ощутил, как в груди сжалась пружина внимания.
— Выбора не было, — сухо сказал Олег. — Они поймали меня на пустоши, вживили в шею подавитель воли. Наниты, которые глушили желание бежать, заставляли подчиняться. Я был их следопытом — засекал выживших, указывал маршруты. Пока однажды не сломался чип. Я не знаю, почему это произошло — может, бракованный, может, мой организм отторг. Я сбежал, оторвал подавитель — вот, шрам остался, — он провёл пальцем по шее, и Андрей увидел старый, выпуклый рубец. — С тех пор я прячусь. И ненавижу их больше, чем мутантов.
— Ты можешь помочь нам, — сказал Андрей. — Твои знания о сборщиках бесценны.
— Я и так помог, — ответил Олег. — Я привёл их сюда, к вашему порогу. Не специально, но факт. Сборщики могли засечь наш след, если у них есть сканеры. Но ты, — он посмотрел на Андрея, — ты что-то сделал с базой. Я не вижу её сигнатуры, не слышу шума, даже когда стою снаружи. Как ты это сделал?
— Маскировочный блокиратор, — ответил Андрей. — Игорь нашёл схему на старом складе. Мы установили антенну, она искажает сигналы.
— Умно. На «Юпитере» такого не было. Да и на других базах, которые я знал, — тоже.
— А что было на них? — спросил Андрей. — Расскажи. Какие технологии?
Олег помолчал, собираясь с мыслями.
— На «Юпитере-2» были стандартные блоки, системы очистки, генераторы. Они использовали микроэлементы для ремонта, нанопорошок для создания простых деталей, но не было пространственных карманов, порталов, да и наниты использовали только в медицинских целях. У них были арбалеты и старые импульсные винтовки, но не турели, которые ты ставишь. «Заря-3» — это совсем другой уровень. Здесь, — он оглядел стены, — здесь чувствуется военная закваска. Бункерный, автономный комплекс. Здесь были разработки.
— Это объясняет многое, — заметила Анна. — На «Юпитере» мы мечтали о таких системах, но у нас не было ресурсов. Ты, — она посмотрела на Андрея, — ты говорил, что попал сюда недавно. Как? Как ты смог освоить всё это так быстро?
Андрей выдохнул. Он знал, что этот разговор неизбежен. Он рассказал им кратко, но с деталями: о стройке в Купчино, о бадье с раствором, о том, как мир схлопнулся в белую точку, и как он оказался на полу «Зари-3» с голосом Алексы в голове. Он рассказал о временной петле, о молотке, о боли и о том, как это чувство — быть «вне системы» — помогло ему вырваться.
Олег слушал молча, его лицо оставалось непроницаемым. Анна, напротив, смотрела с живым интересом, и в глазах её мелькнуло что-то — может быть, уважение.
— Ты пришёл из другого мира, — сказала она тихо. — Не из другой базы, а из другого мира. Мы думали, что всё это — пустошь, Гекатомба, мутанты — это единственная реальность. А ты... ты пришёл из места, где есть солнце, город, обычная работа.
— Был, — поправил Андрей. — Теперь здесь.
Анна покачала головой, словно переваривая услышанное. Олег шагнул вперёд, и в его голосе появилась твёрдость.
— Если ты смог выжить и освоить всё это за несколько дней, значит, ты не просто строитель. Ты лидер. И я пойду с тобой, куда скажешь. Но скажу сразу: я не доверяю незнакомцам, и я не стану рисковать зря. Мне нужно знать, что у нас есть план.
— План есть, — ответил Андрей. — Мы спускаемся на минус третий этаж.
— Ты говорил, он запечатан.
— Запечатан, но не заброшен. Алекса сказала, что доступ требует энергии и повышенного уровня допуска. У меня есть допуск. А энергию мы можем восстановить, если найдём там реактор или альтернативный источник. Я чувствую, что там есть что-то важное. Может быть, резервные системы, архивы, оружие. Нам нужно узнать, что скрыто под нами.
— Согласен. Сидеть в норе и ждать, пока сборщики или мутанты найдут лазейку — глупо. Надо действовать.
Анна посмотрела на Дениса, который приоткрыл глаза и слабо улыбнулся ей.
— Я с вами, — сказала она. — Но сначала я хочу помочь Игорю. У него культя, и если мы будем спускаться вниз, ему нужна опора.
— Я уже думал об этом, — сказал Андрей. — У нас есть детали, и у нас есть мастерская. Мы сделаем ему временный протез. Пока что базовый, механический. Если позже найдём технологию или сможем купить у торговцев, — он посмотрел на Олега, — может быть, получится восстановить ногу на нанитическом уровне.
— Я слышал, что на старых складах есть прототипы бионических конечностей. Но они редкость и дорого стоят. Временный протез мы сделаем сами.
Андрей кивнул и двинулся к двери.
— Тогда начинаем. Игорь! Ты где?
— В мастерской, — донёсся голос из коридора. — Я уже разобрал старый манипулятор. Если я прав, из него можно сделать механическую ступню.
Андрей улыбнулся. Игорь уже работал, даже не дожидаясь приказов.
Мастерская «Зари-3» загудела жизнью. Андрей принёс все детали, которые нашёл на складе: шестерни, сервоприводы, амортизаторы, лёгкий композитный сплав, датчики давления и мотор-колёса от старого погрузчика. Игорь сидел на верстаке, перебирая схематические чертежи, которые вывел на планшете.
— Сделаем с коленным и голеностопным сочленением, — сказал он. — Ты, Андрей, сделаешь каркас, я — электронику и систему обратной связи. Анна, поможешь с примеркой и регулировкой?
— Конечно, — ответила Анна, подходя ближе. — Я знаю анатомию, смогу подогнать так, чтобы он не натирал и распределял нагрузку.
Они работали весь день. Андрей резал, паял, сверлил, создавая лёгкий, но прочный каркас из сплава, обшитый изнутри мягким полимером. Игорь, сидя на табурете, соединял контакты, калибровал двигатели, настраивал микрочипы. Анна примеряла протез на культю, подгоняя углы, и делала пометки на кожу — где нужно усилить амортизацию, где поставить более мягкую прокладку. Олег стоял в стороне, наблюдая, но в глазах его мелькал интерес.
— Ты делал такое раньше? — спросил он у Игоря.
— Нет, — честно ответил тот. — Но я механик, а не хирург. Схемы есть, руки на месте. Сделаю.
Через четыре часа протез был готов. Игорь надел его, подтянул ремни, и Андрей помог ему встать. Протез гудел тихим сервомотором, и Игорь сделал первый шаг — неуверенный, но твёрдый.
— Работает, — выдохнул он. — Чёрт возьми, работает!
Анна улыбнулась, Андрей похлопал его по плечу. Олег кивнул — одобрительно, по-своему.
Во второй половине дня они приступили к подготовке спуска. Андрей понимал, что внизу их ждёт неизвестность, и каждый должен быть защищён. Он открыл чертежи на планшете и начал создавать броню.
— У нас есть 80 микроэлементов и 60 нанопорошка после вчерашнего пополнения, — сказала Алекса. — Этого достаточно для четырёх комплектов лёгкой брони класса «Б-2». Она состоит из керамических пластин, армированных углеродным волокном, и датчиков, которые интегрируются с планшетом. Защищает от осколков и когтей мутантов, но не выдерживает прямого попадания из тяжёлого оружия.
— Делаем, — ответил Андрей.
Они собрали четыре комплекта: для себя, Игоря, Анны и Олега. Броня была лёгкой, почти не стесняла движений, но плотно сидела на корпусе, закрывая грудь, плечи и спину. Дополнительно Андрей сделал усиленные наручи и наколенники. К каждому комплекту прилагался арбалет с десятизарядным магазином и запасными болтами, а также короткий нож-тесак из армированной стали.
Олег получил дополнительное оружие — переделанный дробовик, который Андрей перебрал с помощью Игоря, добавив глушитель и улучшенный приклад. Анна взяла с собой медицинский набор, расширенный до полного полевого госпиталя, и небольшой импульсный пистолет, который Андрей собрал из остатков деталей со склада. Игорь кроме арбалета нёс с собой технический планшет и набор инструментов.
— Мы готовы, — сказал Андрей, когда все одели броню и проверили оружие. — Алекса, открой доступ к минус третьему.
— Подтверждение доступа, — ответила Алекса. — Биометрическая идентификация Выжившего #0417-У принята. Открываю герметичный люк.
Люк, ведущий на минус третий этаж, находился в тупике за рубкой, замаскированный под техническую панель. Стальные створки разъехались с тяжёлым шипением, выпуская струю холодного, спёртого воздуха. Вниз вела винтовая лестница, покрытая серой пылью и следами старой крови. Свет от фонарей разбегался по стенам, выхватывая из мрака ряды опустевших стеллажей и переплетения труб.
— Давай, — сказал Андрей. — Я первый. Олег, прикрывай спину. Игорь, Анна — за мной.
Он начал спускаться, чувствуя, как протез Игоря мягко постукивает по металлическим ступеням, как Олег бесшумно ступает за ним. Каждый шаг вниз, казалось, уводил их в другой мир — мир, где технологии и тайны оживали в полумраке.
На третьем этаже было темно, но фонари выхватывали широкие коридоры и огромные залы, заставленные мёртвыми серверами, терминалами и устройствами, которых Андрей никогда не видел. Стены были покрыты узорами из светящихся, но потухших линий, похожих на старые интегральные схемы.
— Это не просто этаж, — прошептал Игорь. — Это исследовательский центр. Лаборатория или ЦОД. Смотри, — он указал на консоль, увенчанную сферой из матового металла. — Там может быть терминал управления.
Андрей подошёл к консоли и вставил планшет в разъём. Система откликнулась — экран засветился, и на нём появилась надпись: «Требуется биометрический идентификатор. Введите код Выжившего».
Андрей приложил левую руку к сканеру. Металлическая полоса на его предплечье зажглась тонким золотым светом, и через секунду терминал ожил. На голограмме развернулась карта этажа — десятки комнат, два больших зала, что-то похожее на реакторную, и в центре — огромное пространство, отмеченное как «Резервный источник. Статус: Ожидание активации».
— Мы нашли, что искали, — сказал Андрей. — Источник энергии.
Но в тот момент, когда он хотел шагнуть вперёд, Алекса заговорила резче обычного:
— Обнаружен неизвестный биосигнал в секторе 7. Не мутант. Не человек. Источник — внутри центрального зала. Рекомендую проявлять крайнюю осторожность.
Андрей поднял арбалет. Олег передёрнул затвор дробовика. Игорь активировал сканер на планшете. Анна сжала пистолет.
Тишина внизу была абсолютной, но где-то в глубине, за стенами, они услышали звук — низкий, вибрирующий, похожий на удар колокола, но глухой, будто из-под воды. Звук повторился, и по стенам пробежала дрожь.
— Следуем за сигналом, — твёрдо сказал Андрей. — Только без лишнего шума. Игорь, карту на планшет. Олег, ты сзади. Если что-то двинется — стреляйте на поражение.
Они двинулись вглубь этажа, и темнота сомкнулась за ними, как крышка гроба. Впереди их ждала либо находка, которая изменит всё, либо нечто, что они ещё никогда не встречали.
