Соседка позвала своего соседа, Ивана Иваныча, засор в ванной глянуть. Иван Иваныч — человек серьезный, тридцать лет за забором от звонка до звонка... Пришёл, не отказал. Ковыряется он в трубах, а Ниночка над душой стоит, про мужскую силу выспрашивает. Иван Иванович молча выпрямляется, подводит её к окну, где светлее, и без лишних слов скидывает кальсоны. Оттуда выпадает такой весомый аргумент, что у соседки аж дух перехватило.

— Вот вы, Ниночка, только что сомневались, бывают ли в природе честные тридцать сантиметров без учета НДС? Пожалуйста, любуйтесь.

Соседка, медленно сползая по стенке и поправляя очки:

— Матерь Божья, Иван Иваныч... Это же... это же произведение искусства! А можно мне его... губами... ну... на вкус попробовать?

Иван Иванович тяжело вздыхает, натягивает кальсоны обратно, завязывает их крепко на шнурок и отвечает: