Серия «Гарри против тварей-4»

Боевой скорняк

Драко покусали попку,

Плачет мальчик, такой робкий!

Мистер Поттер именно изощрялся в издевательствах над благородной кровью. Хомяк погиб не зря, раз от одного напоминания Малфой сразу поджимает губки и нервничает. Правильно делает, потому что кое-кто в ударе, и будет эти удары наносить…

У него было отличное настроение, раз план выгорел и всё прошло как по маслу! Надо следующего хомяка угостить дозой побольше, чтобы только наследников грыз и грыз, и не отвлекался на беготню!

А ещё вассалам подбросить, чтобы и здоровякам было чем заняться! Ишь, хомяка вассальной ногой за окно с большого этажа выпинывать, единственный экземпляр, да под воздействием уникального зелья, ему бы наследника ещё грызть да грызть...

– Может, тебе попался маргинальный хомяк, который ни то ни сё? Но отчего у него такой сильный стресс, а? Как ты довёл мелкое и не хищное животное до выпадения из зоны комфорта и полной потери самообладания? – в свою очередь, не менее ехидно поинтересовалась Гермиона у растерянного Драко. И продолжила измываться:

– В несчастном зверьке всего-то два фунтика весом, а тебя гонял, как собака курицу, причём ты визжал громче хомяка! Или его, жившего в гармонии с природой, взбесила разнообразная косметика мистера Малфоя, поклонника разнообразных запахов?

Твои дезодоранты порой слишком сильны, это очень дамская черта, наследник! И спровоцировала мужественного хомяка с тобой разобраться, цап-царап и кусь-кусь! Сказала бы, что шрамы украшают настоящего мужчину, но тебе, с таким дефицитом маскулинности, я выскажу только своё «фэ»!

– Да-да, – подхватил Гарри. – Шрамы на заднице не могут быть украшением, а только следами курощения. Драко курощёный, хомяком учёный, но учился он неважно, в отношениях был сутяжен…

А вот и стишок про твои сложные отношения с миром животных, лови и под грызуном себя чисть, а диких хищных кошек просто бойся, ты, типа, чистокровный зверёк Драсик-Карасик!

Дрался Драко с хомяком,

Показался дураком,

Был пушистым он искусан,

Тот хомяк очень разнуздан!

Бритый Драко нервный ёжик

Вдруг не досчитался ножек!

Стричь ты лучше не берись,

А то вдруг ошкуришь рысь?

Она так тебя ошкурит,

Даже Аргус нервно курит!

И откусит много раз,

Неудачник ты у нас!

***

Новые планы травли самого родовитого из наследников не замедлили. В следующий раз мистера Малфоя атаковали целых четыре мушкетёра под допингом – два рыжеватых, и парочка совсем чёрных, невидимых в темноте. И специально подготовленных для одной секретной спецоперации, вот.

После первого испытания Хагрид с интересом выслушал историю о химической стимуляции грызуна, очень героически гонявшего Малфоя. Однако, увы, подвергнутого слизеринцами дефенестрации – то есть казни выбрасыванием в окно. Выпиныванием, если точнее.

Лесник, конечно, поддержал своих воспитанников. Вскоре Клык помог отловить из залитой водой нор четвёрку щекастых вредителей. Агуаменти отлично работает против норного зверья! После чего пленных хомяков держали в клетке до часа икс, подвергая искупительному откармливанию.

Этот час наступил в момент заседания наследника в кабинетике задумчивости, отдохновения и мудрых мыслей. Драко избавлялся от твёрдых пищеварительных отходов (на самом деле, конечно, достаточно мягких и аристократичных), радуясь безукоризненной работе своего благородного кишечника. Даже его перистальтика очень изысканна!

Между тем Добби предупредил о гигиеническом намерении наследника и назвал кабинку. Мистер Поттер, облачившись в специальную мантию, невидимкой поспешил курощать. Коробка с набором для курощения была увесистой.

Наполненная упакованными в неё грызунами, она перед применением была обработана: сначала снято парализующее, а потом последовало резкое встряхивание, для приободрения хомячков, в которых и так находился свежеизобретённый препарат, теперь известный как озверин.

Зверьки, правда, не столько приободрились, сколько крайне разозлились, будучи недовольны всем – и препаратом, и параличом, и содержанием в упакованном виде, и встряхиванием… и мирно какавшим наследником тоже, до кучи. Возможно, появившаяся из-под наследника кучка аристократического помёта также вызвала претензии.

Одним словом, коробка обрушилась прямо на голову сидевшего в лёгкой задумчивости Малфоя, после чего из неё высыпались громко заверещавшие грызуны. Драко вздрогнул – он помнит этот премерзкий визг, звук агрессии и боли! Перистальтика усилилась, непроизвольно…

Мистер Поттер тем временем отошёл к входной двери и стал наблюдать аттракцион. Только один хомяк удрал сразу, выскочив внизу и заметавшись по туалету. Остальные зацепились за мантию наследника, а один остался в причёске, его тщательно уложенной причёске!

Драко тоже заверещал, но был менее убедителен. Когда ты без штанов на унитазе, убедительность так себе. По крайней мере, хомяки приняли Малфоя за некоего калового агрессора и немедленно атаковали. Верхний, разгребая волосы и царапая голову, тяпнул в ухо и пальцы, рефлекторно потянувшиеся защитить лицо. Второй укусил голень недалеко от взъёма, трижды, а третий…

Страшно царапаясь, взобрался на колено, мгновенно, и вцепился прямо в задницу, под мантией, как в прошлый раз! А у него же там всё открыто, он же не совсем закончил… Да это дежавю какое-то, дурного тона! Только своевременный удар задом в стенку заставил пушистого негодяя отпустить нежное место жертвы и бежать.

Второй зверь, перед эвакуацией, тяпнул за второе ухо, тоже до крови. И только третьего наследник нервным дёрганием нижней конечностью почти сразу выпнул вниз, оставшись сильно окровавленным и сверху, и в середине, и внизу!

Тут подключились вассалы, продемонстрировав хоть какой-то толк, во имя возмездия за пролившуюся благородную кровь. Услышав знакомые звуки, они немедленно натянули штаны и выскочили из кабинок. Уже имевший боевой опыт Гойл так пнул рыжую тварь, что та влетела в стену и предпочла немедленно сдохнуть.

На Крэбба другая тварь, чёрная, буквально взлетела, явно надеясь вцепиться в горло, лицо или ухо, но отвлеклась на укус в прикрывающее лицо запястье. А нерастерявшийся спортсмен тут же угостил её кулаком прямо в нос. Отчего тварь тоже ускоренно проследовала к стене и также предпочла немедленно сдохнуть.

Пришедший в себя наследник после нескольких попыток парализовал парочку уцелевших хомяков, с визгливым рычанием метавшихся по полу и наскакивавших на телохранителей. Остановил себе кровь и подверг пленников опытам на выживаемость, гневным! Отчего мерзавцы в скором времени тоже предпочли издохнуть.

На остатках боевого пыла Драко надрезал тела в нужных местах и, придерживая ногой, сдёрнул разноцветные шкуры, несколькими злобными рывками. Да, вассалы в мэноре Гойла показывали, как надо сдёргивать шкурку с добытой камнями белки, одним резким движением, он прекрасно запомнил.

Таким образом, Винсент и Грегори отшкурили по одному, наследник – двух, которых лично добыл и добил. Неплохие шкурки, хоть какая-то прибыль с врага. Кто на мистера Малфоя крысился и кусать пускался – без шубы остался! Раздетых до исподнего жира зверьков наследник покромсал Секо и смыл в канализацию. Вуаля!

А теперь срочно в больничное крыло, шрамы от таких недостойных противников ему ни к чему… Как же болят укусы, особенно сзади, где прямо подтекает! Кто-то ответит, и это будут не хомяки, мерзкое оружие в недостойных грифских… грифнявых руках!

Привлечённые шумом, зашли равенкловцы, удивились кровавым лужам на полу и потрёпанному виду мистера Малфоя. Приступили к расспросам. Драко отвечал со сдержанным достоинством, держась за прокушенное ухо и тыча перстом в рыжие и чёрные шкурки на подоконнике. И, подстёгиваемый болью в покусанных местах, почти сразу, поручив добытые меха вассалам, поспешил к мадам Помфри.

А невидимый Гарри спокойно покинул арену боевых действий, премного довольный. Но и задумавшийся над некоторыми новостями. Гм, у наследника есть интересное умение. Он у нас шкуры сдирает, прямо как маленький Хагрид, любитель разбирать хомячков на запчасти! Что значит, аристократическое воспитание! Но и мистер Поттер запомнил, где именно надо надрезать меховой трупчик, чтобы потом шкурить…

Эх, недолго боевые хомячки продержались, эти слизни их втроём почти сразу укатали, досада! На такую троицу гвардейцев кардинала четырёх пушистых мушкетёров мало, их надо кем-то другим доставать. Хорошо, что физически подготовленная миледи Булстроуд не собирается превращать это слизистое трио в квартет…

Надо полагать, хомячки не исчерпали своего боевого потенциала, просто следует сделать перерыв. Чтобы вырастить достойную смену погибшим героям, знающим, что задница Драко – слабое место. Глядишь, и ценное откусят!

О, а если Добби бросит боевого зверька под озверином в постель к сонному Малфою, то тогда что, спросим мы вас? А тогда могут наступить интересные следствия, как выражается Гермиона! Так что стоит иметь хомяков, одноразовых бойцов, в запасе. Во имя неожиданного курощения, в момент расслабленности врага.

Да, например, во сне или где-нибудь на пикнике. Мистер Малфой любит вкушать деликатесы на природе. Однако нападение ночью в спальне – ещё лучше! Атака хомяков-меланистов, в полной темноте – это один из вариантов для будущих пакостей Малфою. Желательно в момент, когда рядом нет телохранителей.

Правда, эта троица и гадить вместе ходит, кстати. Явно Крэбб и Гойл привязаны перистальтикой своих кишечников к позывам сюзерена, ха-ха-ха! Вот она, мощь вассалитета!

Сжал кулак боевой да хомяк,

Удалой тот грызун-холостяк,

Драко он саданул об косяк,

Он такой, он не каждый там всяк!

Атакует красиво хомяк,

С унитаза Малфой сразу – бряк!

Переносит грызун и столбняк,

Был гербовый, а ныне же враг!

Наступает четвёрка гостей,

Не собрать тут от Драко костей!

Остаётся немало соплей,

От того, кто и мыши слабей!

***

…Вам бы таких мышей, мы бы посмотрели! Там такие резцы, хуже всякой Грейнджер! И такой визг, что хуже Уизли, и напор – как у Поттера! Да, абсолютно грифячья скотина, зубастая, прыгучая и подлежащая пресечению. Причём пасти у всех были распахнуты на единственного наследника как-то прямо… с энтузиазмом, вот!

Но это наследник блестяще победил, а вовсе не его, оближись, низкий клеветник Поттер! Да он почти и не растерялся, и с двумя справился, несмотря на подлую внезапность нападения, и пролитие благородной крови… Да в интимный момент, с вмешательством в перистальтику!

Однако следует отметить, что в школе происходят недопустимые вещи. Дикая и толстенная мышь, она же крыса, возомнившая о себе, бросается атаковать первой, это крайне предосудительное поведение. Такого даже питомец младшего Уизли не позволяет, хотя жрёт прямо на столе у грифов…

Даже маглам известно, что человек – царь природы, и сам лесной царь медведь, если его чует, то сразу уходит. А магочеловек – царь всего! Наследник достойно держался, один против толпы бешеных тварей, и укротил половину, с обдиранием! Но понятно же, кто именно натравил…

Драко стал наводить справки об опасных тварях, нападающих первыми и всей кучей, подобно слизеринцам и грифам. Оказалось, что дикие хомяки ведут себя весьма нервно и легко срываются в агрессию. Совершенно не боятся человека, и часто сопротивляются кошке, и запросто могут прогнать слабохарактерных мурлыку или брехунца, изнеженных городским воспитанием. Хотя против серьёзного кота им не выстоять, конечно.

Мистер Малфой продезинфицировал шкурки врагов всеми возможными заклинаниями. И сшил из них, по образцу своей обуви, мягкие мокасины, удивив отличной трансфигурацией даже Макгонагал. Заработав и очередное превосходно, и двадцать баллов.

Оближись, недостойная Грейнджер, отстань ты, липкий полукровка! Что ты понимаешь в модной обуви? И она никакая не цветастая, изыди! Он отлично сочетал цвета, у него получилась и чисто чёрная пара, её тоже увидят. В нужное время.

– Да ладно обижаться, всё равно отличная же обувь, Малфой, яркая такая, мягкая! Очень подходит цветом твоим волосам, на контрасте… Но учти, что шкурка нестойкая, её обрабатывать надо, сложными заклинаниями… О, а мне такие можешь забацать? На память от однокурсника?

Как вы на Слизерине говорите, буду благодарен, но не должен, ха-ха-ха! Но ты крут, Малфой – против толпы боевых хомяков выстоял, и хоть бы слезинка! И шкуру содрал, представляя себе при этом гриффиндорцев, да? Смотрите все – перед вами боевой скорняк наследник Малфой! Аплодисменты умелому ремесленнику! Слава сапожнику Малфою!

Как избил его хомяк,

Драко знатный стал скорняк!

Сам душил и обдирал,

Ох, сапожный генерал!

***

– Раз мы удачно попробовали новый интересный препарат на мышках и хомяках, пора приступать к новой стадии испытаний, на человекообразных пациентах. Озверин усиливает природную наглость и агрессивность, и мы вправе ожидать данного эффекта на человекообразном и чистокоровном…

Гермиона вещала, а Гарри только что закончил подбор дозы озверина, сравнив вес грызуна с массой блондина. И довольно улыбнулся, предвкушая эффект очередного курощения.

Эффект, при соответствующей весу наследника дозе, оказался сходным. Малфой, после озверина, сначала бросался на своих телохранителей, но те, не решаясь бить в ответ на пинки и укусы, нашли свой способ мягкого укрощения. Взяв босса за плечи, сначала Крэбб, а потом и Гойл долго крутили его вокруг своей оси.

Драко испытал сильное головокружение и некоторое время просто ходил, пошатываясь, и на четвереньках. А потом вскочил и как побежал, со всех ног! И долго просто носился взад-вперёд, не останавливаясь, до полного мышечного истощения. А когда совсем устал, то, обессиленный и насквозь мокрый, свалился где-то далеко от входа в гостиную Слизерина.

Добрался до неё с трудом, буквально влача непослушное тело, уже перед самым отбоем, и кое-как. И пропустив ужин! Он настолько был измучен долгой бесцельной беготнёй, что на следующий день всё болело, все мышцы, даже челюстные.

Кстати, вассалы его добросовестно искали, но не нашли, потому что не догнали. Бедняге Драко было очень плохо почти весь день, и обезболивающее зелье помогло лишь частично. А визит в больничное крыло оставил противоречивое впечатление.

Медиведьма объяснила, что боль в мышцах после сильной перегрузки – это естественный процесс, потому что какая-то молочная кислота в них накапливается и вызывает неприятные ощущения. А раз данные ощущения естественные, то магия с таким плохо борется, учтите, наследник. И зелье, вызывающее бестолковую беготню, ей не встречалось, и заклятия такого она точно не знает. Вероятно, вас порадовали чем-то редким, наследник…

Драко возвращался в свои покои удручённым. Вот же гадость! Раз неизвестное заклинание или зелье, его родовая магия поэтому и пропустила, какая досада! Правда, и аппетит в этот плохой день был сильнее обычного, он отметил, да, прямо зверский какой-то аппетит. И очень тянуло устроить скандал, он просто героически себя удержал, четырежды…

Однако при взгляде на удобные меховые туфли становилось как-то легче. Хотя наследник никакой не сапожник, у него просто есть определённые способности к артефакторике, на почве углублённых знаний трансфигурации! Он свои новые мокасины ещё и ругать гриффиндорцев научит! На хомячьем языке…

Нет, это же визгливый язык, а его высокий мелодичный голос противные грифы обзывают именно визгливым, пошлые недоумки!

***

Гарри задумчиво предлагал свои варианты. Мысли просто теснились. Курощать можно очень разнообразно! А если устроить мозговой штурм? Так мы ещё и травки Невилла не использовали!

– Бить током из конденсатора. Тащить несколько ниток под простынёй, это Добби может. Пусть просыпается каждые полчаса от ощущения того, что под ним кто-то пролезает!

…Нарубить отстриженных ногтей Хагрида, и эту сечку Малфою в постель, и пусть думает на вассалов. Мол, ногти на ногах подстригали, сидя на его постели, и везде намусорили! Вот визгу будет! Или чужие ногти использовать рискованно, раз их в зелья только так?

…Или два ведра ледяной воды в постель! Её же попробуй тогда высуши… О, и палочку Малфоя спрятать Гойлу в задницу, и помрачить вассала на повторение двух коротких фраз: «Очень чешется, босс!» и «Не буду больше, босс!» Это же не предельно сложно, если Гойла и на три слова, так? К тому же порчи организму никакой, и Добби должен купиться. За палочку в зад магия не должна наказывать!

– Я уверена, Гарри, что даже если палочка там сломается, магия не станет вмешиваться!

– И мы это скоро проверим! Э-э, провернём!

Нападение нервного хулигана

– На Малфоя напало тотемное животное – хомяк, обиженный некрасивым изображением на гербе благородного рода! Столетия накопленной злости – и вот он, сокрушительный вызов со стороны небольшого, но гордого животного с расшатанной нервной системой.

Потому что у хомяков не бывает таких огромных хвостов, как изображено на гербе! Наследник раздразнил дикого зверя и подвергся мощной атаке, он сильно надкусан и частично изгрызен! А также изрыдался, просто как девчонка!

И мистер Поттер, премного довольный своим громогласным выводом, ударил по струнам:

Мститель жестокий, восставший из норки,

Малфоя унизил, подвергнувши порке!

А также он Драко немножко погрыз,

Наследник, трясись ты, нагнись и лечись!

***

Почитав разные книжки и послушав иных лесников, некоторые гриффиндорцы теперь лелеяли грозные планы. Желая, в частности, применить против некоторых слизеринцев и малоизвестное в мире магии биологическое оружие.

– Такой хрупкий изысканный блондин, далёкий от спорта и большой модник, может бояться и мышей, как считаешь, Гарри? Наловим в лесу, намажем фосфорной краской, и таким несложным способом проверим ночную стойкость наследника при обнаружении в постели мелких грызунов...

Пусть потом всегда перетряхивает одеяло с простынёй на ночь, отвлекается от злобы дня и борется с энурезом! И вздрагивает от любого попискивания!

– Обязательно стоит проверить. Особенно на энурез! Думаю, нашествие светящихся мышей, да ночью в постели, испугает всех! Ну, кроме Макгонагал… Эх, на Снейпе бы проверить! Ха, смешно окажется, если Крэбб тоже боится мышей. Ну, слоны же боятся, я читал, Гермиона, только не помню, где!

– А я читала, что мадагаскарские тараканы очень крупные, как даже не тараканы, а просто ужас мира и природы стыд. Купим! Пусть бегают по сумке Малфоя и по самому Малфою. И пауков, покрупнее, и чтобы мохнатых! И фалангу, здоровенную и очень кусачую!

И змею, маленькую, но ядовитую! И в сумку ему, в сумку! Ой, я вслед за тобой тоже так увлеклась, разными экзотическими насекомыми… Пока, думаю, более всего актуальны грызуны, как самые доступные! И не самые мелкие, хотя и мышевидные… Чтоб пугать так пугать!

Гермиона прочитала нужное про хомяков и вдохновилась. Дескать, отличный субъект для курощения слизневидных наследников, и очень неожиданный, ты, Гарри, просто не представляешь! Особенно для всяких Малфоев подходящий, идеально просто подходящий… Я уверена, что Малфой видел только домашних хомячков, и то издалека, ведь зверьки так воняют, так воняют!

Вон, Хагрид как-то про хомяка рассказывал, вредителя тыкв и вообще всего огородного, крайне наглого, прожорливого и весьма злобного зверька. Да, при поимке сопротивлявшегося даже Клыку… некоторое время.

Пойдём к великанищу, попросим капкан на хомяка – и вуаля! Ударим толстым хомяком по стройному Малфою! Хагрид такое про них рассказывал! Оказывается, дикий хомяк – это полная противоположность домашним хомячкам, он никого не боится и любит нападать!

– Боевой хомяк, да?

– Агрессор, Гарри! Терминатор, беспощадный! До полутора ярдов… в прыжке! Если удастся переключить хомячиную… хомячью злость на одного слизеринца… группу слизеринцев, это будет им большой сюрприз. Потому что дикий хомяк сам по себе – вовсе не крошка, а нормальный такой зверёк, небольшой, но активный.

Он у нас величиной в фут, с хвостиком, толстым таким. И я же тебе не просто так говорю про полтора ярда в прыжке. Толстяк действительно очень прыгучий! Ой, Невилл не слышит?.. Так вот, атакующий хомяк практически взлетает, когда в ярости, да.

Кстати, он же очень зубастый. Но самое главное – очень злой. Настолько, что даже сородичей не терпит, всех гоняет. Полный грызунный псих, короче. При опасности ведёт себя как загнанная крыса, то есть бросается даже на самого крупного врага. И кусает его, и царапает, действует наглостью и яростью.

И очень орёт! При этом вид имеет самый мирный и довольно миленький – щекастый толстячок в красивой многоцветной шкурке, ушки кругленькие, глаза бусинки, короткие лапки с пальчиками, хвостик…

– …И все дела, ага. Просто идеальный зверёк для нашего Драсика! Главное, чтобы он догадался хомяку палец в рот положить, на предмет изучения вместимости щёк!

– О, было бы идеально, Гарри! Пошли к Хагриду! И у меня мысль появилась, как сделать хомяка ещё злее. С помощью кое-каких препаратов, уникальных…

Дело хомячьей мести кое-кому белобрысому решили не откладывать. Но обошлось без капкана. Хагрид, как ветеринар и немножко вивисектор (о чём в своём месте), имел как раз нужного пленного грызуна, опыты с которым в данный момент потеряли актуальность. Зато сильно ухудшили и так чрезвычайно нервный характер пушистого заключённого.

Наставник молодёжи охотно пожертвовал ненужным зверьком во имя курощения Малфоя. Смесь слизи Тревора с вытяжкой из мозга василиска, чуть сдобренная микроколичеством яда Короля Змей, оказалась очень активной штукой.

Три мышки почти сразу погибли при испытаниях, несмотря на неуклонное снижение и без того крошечной дозы препарата. А четвёртая вдруг стала вести себя агрессивно, бросалась на всех подряд, пока вскоре не кончилась.

Возможно, что и от злости, хотя не обошлось без посторонней помощи. Да, она, гневно пища, бросалась абсолютно на всех, включая крайне удивлённого Живоглота. Когда мышь временно выдохлась и только бурно дышала, периодически сердито попискивая и блестя бешеными глазками, Живоглот мгновенным броском её придушил.

Но отдал, по требованию хозяйки. Та объяснила, что мышка опасная, в ней специальное зелье, его тебе нельзя кушать, Глотик! Ты отличный охотник, и тебе взамен будут предложены альтернативные закуски, вплоть до рыбных!

Питомец понял и внял. Его очень неплохо кормят, хотя периодически надо есть добычу со шкуркой, во имя правильного пищеварения. Ладно, опасная сумасшедшая мышь уничтожена, инстинкт утолён. А голод ему утолит хозяйка, она щедрая. И ему всё равно, каким зельем мышку довели до озверения, мышей полно и не жалко, совершенно!

– Так-так, Гарри, посмотрим дополнительную информацию по зверькам-неврастеникам. Значит, хомяк относится к мышевидным грызунам, и это вроде звучит так, очень амбарно… в смысле, аграрно. Мыши-мыши, мыши – кышь, видишь кошку – и летишь!

Но зато обычное воздействие хомяка на человека в природе – очень дикое, злое и, стало быть, перспективное, с курощательской точки зрения. И должно быть периодически повторено, если удастся в первый раз.

У нас теперь есть уникальный препарат – озверин, я предлагаю именно такое название… составленный из трёх уникальных ингредиентов. И прекрасно возбуждающий обычную мышь до максимально зверского состояния. Дозу хомяку предложим аналогичную от последней мышиной, так?..

Нет, серьёзно побольше, ведь он почти в тридцать раз тяжелее мыши, Хагрид его очень полноценно кормил. Послушаем Хагрида ещё, он в хомяках явно разбирается…

***

Лесник прочитал им целую лекцию, тыкая пальцем в клетку с вредителем. Мол, этот разноцветный грызун вовсе не грызёт листья и плоды культурных растений, он страшно некультурно подкапывается под них самих.

И подкопав всё на свете, тянет подрытое вниз, и цинично исчезает вместе с добычей. То есть после него вся грядка пустая, одни дырки в земле! И ещё кору молодых плодовых деревьев грызёт, просто как заяц последний!

Значит, она, зверушка хомячья, охраняется во Франции, Германии, Бельгии и Голландии, не знаю уж и зачем. Мех малоценный, но интересно окрашен и годится для отделки и жакетов, и мебели, правда, давно не в моде. В Британии хомяк не охраняется. Длиной в фут, жирный и не менее двух фунтов живого веса, если самец, вот. Чего там ещё про него?

Значит, если видит тебя, то орёт, и потом бросается, причём тогда, когда человек отворачивается, потому что умный. Рычит очень свирепо! И кусается здорово, глубоко. Толстый, но в щель с палец толщиной протискивается, котоподобным образом. Да, частично он жидкость, верно, Гарри!

Большой он этот, проглотит… ага, троглодит, я так и хотел сказать, ребята. Всеяден, почти как свинья, или медведь: живёт на растительных кормах, но трескает насекомых и их личинок, а также змей, ящериц, тритончиков и лягушек. И эта, каннибальствует, то есть мышек жрёт, особенно мышат! Но овощи и зерновые особо предпочитает.

Как барсук, говорите? Не, барсуки всё-таки у нас довольно редкие звери, я же на них охочусь, успешно так… А хомяки плодятся, как крысы! Да крыса и есть, просто толстая и красивая, особенно щёки.

Я их в детстве изучал, любительски. Чуть ли не на два ярда вверх запросто прыгает, носится быстро, не всегда и догонишь. По хомякам мой Клык хорошо работает, тупизны проявляет меньше, потому что хомяков любит. В смысле, как еду.

Покажешь ему непотребство на огороде, с выговором за утрату бдительности, сапогом, он и начинает разнюхивать. Затем в засаде лежит, принюхивается. Услышишь визг, глянешь – уже и доедает рыжего проглота, жирного такого!

Вот ещё и наглый этот хомяк, как Малфой, потому что своё дерьмо на самом видном месте оставляет, а его – как с кошки, примерно! Бывают такие годы, когда он плодится и особенно вредный…

– А почему он толстый, Хагрид?

– Потому что зимует в норе, как медведь, ему жир накопить надо. Жрёт как не в себя, и ещё в нору тащит, чтобы и зимой жрать, соображает! Видом-то миляга! Шкурка очень яркая и контрастная: сверху рыжевато-бурая, по бокам и на голове – светлые пятна, пузцо чёрное, лапки с пальчиками.

Но нередки и совершенно негритянские экземпляры, иногда с белыми пятнышками на лапках и горле. Меланисты, ага, правильно говоришь… Жиреет до не могу, нора диаметром до трёх дюймов, мелкая кошка пролезет, запросто! Небеременная кошка, понятно…

Я одну нору раскопал, по наводке Клыка, была пять футов в глубину, не меньше. Так там у него три кладовки было, больше полцентнера овощей и картошечки, моих! Значит, в защёчных мешках у хомяка помещается до полутора унций семян и зёрен, причём он их сортирует.

А если чует опасность, то встаёт на задние лапы и начинает орать, крайне вызывающе и противно. Причём имеет своё зверское коварство: стоит лишь отвернуться, как бросается атаковать всеми зубами, и целится вцепиться в голую кожу, не одёжу!

– То есть дикий хомяк в драке большой специалист, да? Он несоциализированный мизантроп, да, Хагрид? С детскими психическими травмами и трагедией одиночного существования? При не всегда достаточной кормовой базе и обилии врагов? Которые его на жакеты...

– Не усложняй, Гермиона! Отлично он себя в одиночестве чувствует, подобных зверей полно! Но сволочизма, очень животного такого, в ём просто через край! Плохой сосед, и подлежит выпиливанию!

***

…На него натравили какую-то совершенно бешеную тварь, добрых два фунта разрушительной энергии! Зверь жёлто-рыжий, с небольшими белыми пятнами, и с огромным чёрным пятном внизу живота… Это что, намёк на его нестандартно окрашенные телесные фрагменты, якобы отвисающие?

Непонятное чудовище выскочило из открытой сумки, где мерзко нагадило, и сразу бросилось бегать по мантии и кусаться, с гневными воплями, хриплыми и крайне угрожающими. И укусило, пребольно, и несколько раз, и всякий раз до крови, и мизинец вообще чуть не откусило, кровь так и лилась!

Да-да, и это в школе! Даже крыса Уизли испуганно запищала и полезла прятаться за пазуху предателя, но продолжения мистер Малфой не наблюдал, потому что был совершенно отвлечён этим, как потом выяснилось, диким боевым хомяком. Он видел в гостях хомячка в колесе, с модной в сезоне алмазной посыпкой на меху, красивом… но запах, запах! Он против домашних животных, они воняют!

А этот непонятный зверь разнообразно атаковал, проник под одежду и бешено носился под мантией, пока не впился прямо между половинок, раздирая знаменитое рунное кружево. Из-под мантии доносилось повизгивающее рычание, над мантией раздавались истерические вопли наследника.

Его жрут, живьём! Но Малфоев не жрут, нельзя, нигде, никому, Малфои – вершина пищевой цепочки!.. Себе он может признаться, что почти потерял самообладание и ничего не мог противопоставить разноцветному агрессору, кроме бестолковых шлепков по туловищу, бессильных, с точки зрения изгнания!

Мистер Малфой был укушен даже в чрезвычайно укромное место сзади, с огромной силой, кровотечение прямо чувствовалось, он был очень напуган… А если бы укус пришёлся на ближайшие окрестности?

Что за монстр? Тёмное порождение магии Запретного леса? Или это какая-то уродская собака, выведенная близнецами Уизли? Он бы спросил у Хагрида, однако противно общаться с недочеловеком…

Было очень больно и обидно, ведь это совершенно неспровоцированное нападение, на высшее существо! А потом хомяк выскочил из-под мантии и бросился грызть аристократические руки, холёные и умягчаемые кремом!

И только мощный и точный пинок мистера Гойла переправил зверя в открытое окно, с неизвестными последствиями… Надо надеяться, больше не вернётся, замок полногабаритный, до земли лететь – не долететь!

А грифы всё это наблюдали, с огромным интересом, и как стали издеваться! И нести чушь про какой-то магловский футбол боевыми хомяками как спортивную сенсацию местного масштаба!

Дескать, форвард Гойл пробил образцово, в какую-то там девятку, хотя попал в окно, очень целесообразным образом… Было малопонятно, но обидно. А из-под мантии капала кровь, с мизинца и лилась, он не сразу смог остановить, от волнения, ему вспомнился проклятый гиппогриф…

Тут грифы стали ещё сильнее издеваться – дескать, у тебя геморрой, Малфой, или просто трудные дни, раз ты так интересно капаешь из-под мантии, а? Покажи боевые ранения, Малфой, мы тебе прижжём раны, и даже перевяжем, если там не всё отгрызено! И показывали, как раскаляют в камине кочергу и прижигают, ему прямо стало совсем нехорошо...

Потом грифы стали цинично ругать его за насилие над мирным грызуном, рассерженным явно на почве недоедания. Ему бы семян или овощей, и у тебя появился бы верный норный друг, Малфой, пушистый красавчик с миленькими ушками, готовый защищать и рвать резцами! Да он даже тыкву ест, если хлебом не кормить, однозначно!

Оказалось, что некто хомяк – по сути, возомнившая о себе крыса-переросток, толстая и щекастая, с окровавленной пастью, когда после пробования высокородной плоти!

А грязнокровные и очкастые грифы с удовольствием говорят, что хомяки разносят бешенство и чуму, поэтому идеальные питомцы для всяких слизней, носителей сословного бешенства и чумы родового высокомерия! Но ведь драконья чума не лечится, почти, какой ужас!..

Когда слизеринцы ему разъяснили, что магловская чума – гадость, но лечится, а опаснейшее бешенство хомяки действительно переносят, легче почему-то не стало. Хорошо, что медиведьма быстро справилась с прокусанными местами. А разглядывая и залечивая самое пострадавшее место, бормотала, что наследнику повезло, ведь его самые ответственные окрестности под постоянной угрозой!..

Да, это нападение определённо неспроста! И намагиченные, до не могу, панталончики не справились с жуткими торчащими зубами зверя, и допустили кровопролитие. И подлежат утилизации, увы, потому что Малфои не ходят в погрызенном. А он так не любит прощаться с красивыми вещами, если они покамест не надоели!

***

– А я запасливый и бережливый, у меня и жаба крупная, и хомяк очень щекастый! – выпалил Гарри. На него с двух сторон одновременно посмотрели и Лонгботтом, и Малфой.

Последний сердито подумал, что песец на родовом гербе совершенно не похож на хомяка, просто щёки и бока толстые, вот и всё! Но Поттер понёс – и на хомяков, и против наследника, без остановки!

– Какой же ты жалкий неудачник, Малфо-о-ой! Вот Рон, не самый уживчивый из мальчиков среднего школьного возраста, но живёт со своим питомцем очень мирно! Так, ставит Паршивцу клизмы помаленьку, чему-то нужному учится, чуть-чуть разбирается в языке мелких животных!

А ты, претендующий на познание азов дипломатического искусства и коммерции, ты чем вызвал агрессию мелкого норного животного, вне среды его обитания? Ты и хомяку лапку отдавишь, самоуверенный невежа, и не заметишь! – изощрялся мистер Поттер. И не собирался останавливаться, куда там!..

Люмос и ногой зажигают!

Хагриду учить охота,

Мы имеем бледный вид,

Вот уже промокла попа,

Видно, дождик моросит!

Теннисный шарик стремительно летал над столом, ребята усердно прыгали, изрядно запыхавшись. И получая обычное удовольствие.

– Сливаешь третью партию подряд, Гарри! Соберись, а то мне так неинтересно выигрывать!

– Да сосредоточиться не могу, и всё. Мысли всякие, неправильные, вот и не в форме... Ненаказуемо, подруга!

***

Да, по-детски как-то у него получается конфликтовать, что с Малфоем, что с зельеваром. Из них троих мистер Поттер явно самый адекватный. И что толку?

А директор-то знает, что Снейп никакущий препод. Тот же всегда такой сыч, специально отталкивающий учеников, слухом земля полнится. Альбус всё про всех знает, значит...

Почему-то его устраивает Снейп, это очевидно. Вероятно, не как профессор, а как декан трудного факультета. Змеи его вроде уважают и побаиваются. Ну да, как мы Минерву, примерно так. Барсуки вообще на тепличную деканшу молятся.

А воронята помалкивают, но лучше Флитвика вообще декана трудно представить... Хотя что Лавгуд позволяет гнобить, это ему большой минус, конечно. Эх, нет идеальных людей на свете! Правда, Гермиона крупных недостатков вроде и не имеет…

Ах да, мистер Снейп для больничного крыла зелья варит, это же огромная экономия для школы. Точно, кто-то умный сказал, что без экономической подкладки основу многих явлений и причин нипочём не познать.

Гм, Бинсу не платят, Снейпу не платят, экономия существенная. Тогда почему фруктов и разнообразной рыбы на столе маловато? Не говоря о сладостях…

Чу, мысль всплыла,

И как-то сразу утонула.

И вроде умною была,

Но безвозвратно ускользнула!

Ещё слизеринцы эти, нигде себя в безопасности не чувствуешь, везде готовы подкараулить! А гвоздемёт отобрали, лишили собственности! Отгоняя мысли о недосягаемой бензопиле, магический мальчик сочинял новое стихотворение про те чудные гвоздики, увы, отработавшие свой единственный раз.

Драко был у нас герой,

Мыл глаза мочой порой!

Отпивал он жидкость Гарри,

И от вкуса был в ударе!

Мы ему гвоздями дали,

И металла прописали,

Да, вассалы заслонили,

Только Драко мы прибили!

Гвоздик, славно ты дырявишь,

Малфой, чудно ты гнусавишь!

***

Сэр-освободитель Гарри посоветовал вводить старое масло с помощью шприца, прямо внутрь фруктов. У Добби получается шприцевание, он способный зверёк! Добби в последний раз смог достичь и превозмочь, это красивые слова. Добби добился успеха в новом деле, и превозмог свои  страхи и неуверенность

Потому что поумневший и расторопный Добби... о, ему очень нравится быть расторопным! Да, расторопный электровеник Добби смог, с помощью шприца, высосать помадку из шоколадной плитки, и рассосать, с большим удовольствием. Он никогда не пробовал такой сверхъестественно вкусной помадки!

О, ему следовало бы сначала угостить великих учеников, но угощать с кончика шприца… Добби боится, что такой вид угощения немагоугоден. Поэтому угощает себя, путём рассасывания. Простой магией он очищает шприц от помадки, в свою пользу. Да, Добби имеет право на помадку наследника, раз тот ему должен и за кипяток, и за массу другого плохого.

Пустой шприц Добби наполняет старым фритюрным маслом, и накачивает его внутрь шоколадной полости. Никто не сможет определить, что эта плитка пустая внутри, раз она полная! Полная сюрпризов для мистера Малфоя, плохого бывшего младшего хозяина. Добби намаслил бывшего не только снаружи, с помощью обмазывания туфель, карманов, еды и вассалов, но также изнутри.

Сэр Гарри может с полным основанием сказать, что это накачивание шоколада – пример хорошей работы, с творческим огоньком и правильной, то есть разумной инициативой. Добби и раньше был немножко инициативный, а сейчас его разумность выросла! И действует на его бывшего, и тот должен визжать особенно громко…

***

Магия Поттера необыкновенно гнусная! Она портит вкус его любимого шоколада, и любимых конфет, и фруктов тоже. А Поттер с Грейнджер кривляются и говорят, что у наследника масленичная неделя. Хотя он точно знает, что масляных недель не существует!

И ещё Поттер орёт, что не всё коту масленица, будет и великий пост. И что наследник катается, как сыр в масле, и гриффиндорцы рады ему помочь кататься ещё лучше! Грифы очень циничные, прямо как слизеринцы, их опасно недооценивать. Наследник, пожалуй, недооценивает коварство кошачьего факультета.

О да, как же он недооценил коварство гнусной грифни! Она ухитрилась испортить его любимый шоколад, причём найдя для этой низкой цели частичный яд – старое пригоревшее масло, с массой опасных для магического здоровья веществ. Его детекторы это ясно показали, да и вкусовые рецепторы наследника, тончайшие, буквально кричали об отравлении.

Да только пресловутый азиатский чай на вкус ещё хуже! Или… да неважно! Но как враг смог подобраться к его шоколаду, который лежал в сумке, под присмотром? Неужели его коварно усыпляли, творя неслыханное в магической истории злодейство над лучшим в мире шоколадом?

Поттер же никаких правил не признаёт, он такой бесчестный! Может спокойно тебе заорать, при всех:

Малфой – жопа, причём с ручкой,

Надоел всем, почемучка!

Хотя на самом деле наследник никакой не почемучка! Это Грейнджер надоедливая почемучка, да и Поттер тоже, в немалой степени! А мистер Малфой, наоборот, разоблачает их тупейшие вопросы, этих магловоспитанных бездарностей…

Применяющих недопустимые полемические приёмы! Ведь если аристократа обозвать словом на «жэ», то он просто теряется, оставаясь и без дара речи, и забывая, как правильно должна подрагивать, от презрения, аристократическая ноздря…

И вот некоторые этим пользуются, особенно Поттер. А предатель Уизли обзывается ещё гораздо страшнее! А Грейнджер очень изобретательно обзывается, там такой издевательский подтекст, чисто слизеринский, что непросто и ответить, поэтому лучше нападать…

***

Гарри мурлыкал про «белла донна, маре, э он бель канцоне..» Мотивчик ему нравился, итальянские слова тоже. Бель канцоне – это красивая песня. А вот бель кальцоне – это красивые панталончики Малфоя. Смешно! И вот уже получился стишок, очень правильный стишок…

Малфой бель кальцоне

Взял да и уделал!

Будучи засоней,

Гадил беспредельно!

Эх, уно моменто,

Мы замаслим энто,

Энто шоколадо,

Драко что отрада!

Наш электровеник,

Очень чуждый денег,

Драко обездолил,

Шоколад присвоил!

Нет, целых два стишка получилось. На, Малфой, держи! И гунди…

Как Малфой отведал масла,

У него в глазах погасло!

Масло вдруг помчалось вниз,

Эй, наследничек, проснись!

У наследника поносик,

Сам собой возник вопросик:

Знает про какао-масло,

От простого же – несчастлив!

Какая ложь! Он вовсе не опоносился… опозорился из-за не простого, а очень мерзкого старого масла, известного обилием вредных веществ. А только испытал некоторый кишечный дискомфорт, уверенно добежав, с должным запасом…

Из стишка Поттера следует, что на нём испытали какой-то электровеник, явную маглятину. А раз ему советуют проснуться, значит, коварно усыпили! Налив масла в карманы, туфли, панталончики, за шиворот и в причёску! И в шоколад, вандалы! И вассалов замаслили, а чистить-то ему!

***

Корчась на унитазе, запорный младший Уизли гневно вспоминал, как Малфой только что поднёс свежую рифмованную гадость, на давно заезженную тему:

Хужесквибный ты болван,

Твоя задница – вулкан,

Рончик вышел погулять,

Нас удушьем донимать…

А этот Поттер, предатель, сочинил про горшок и унитаз, который Рон. И кто лучше… в смысле, хуже, спрашивается, если у шрамоносца стишок ещё длиннее, чем у Малфоя?

Братьев тянет на смешок,

Рон спешит хватать горшок,

Когда братики хохочут,

Жидкость тёплая щекочет!

Если близнецы шутили,

То штаны вам промочили,

Коль они шутили вместе,

То в штанишках уже тесно!

Рон в резиновых трусах

Лишь смеётся, не за страх!

Он попавшее в трусы

Принесёт вам, братья-псы!

Рон измажет вам светёлку,

Его месть ведь не без толку!

Рон – в штанишках унитаз,

Он взорвётся возле вас!

С другой стороны, Рональд всегда одобрял, когда у Гарри упоминалось про месть близнецам. У мистера Уизли-младшего это больная тема, раз очень трудно отомстить таким талантливым негодяям. И крайне опасно… Узнав про возможности резиновых трусов, Рон почти прекратил сердиться и задумался. В принципе, при общении с братиками вещь, возможно, ценная.

Как сказала Гермиона, трусы-непроливайки, однако неудобные при длительном ношении. Да и не только длительном. Возможно, не имеют преимуществ перед старой доброй ватой в трусах…

По большому счёту, в стишке Гарри ему не понравилось только именование унитазом. Однако если подумать, то взорваться рядом с этими… рыжими козлами, которые братья-псы, было бы здорово! И его право на месть подчёркнуто, это важно. И что братья – именно псы, это же очень точно, а он о них так ещё не думал. А теперь будет, и как-то уже легче становится…

***

Обсуждая с Гарри некоторые невыгодные стороны рыжего друга, Гермиона, сдерживая раздражение, критиковала его родителей, очень безответственных. Этот Рональд весь второй курс ходил с палочкой, замотанной моим волшебным скотчем, который очень мало помогал.

На что всем старшим братьям, из которых треть – старосты, было абсолютно фиолетово, вот вообще. Хотя колдовать такой палочкой просто опасно, хоть у Локхарта спросите! Мол, вон сначала Снейп внимание обратил, потом и деканша – в итоге, разобрались, накатали телегу предкам, те и проснулись, почти год спустя. Рончик, тебя боятся преподы, раз ты их одним движением сразу в психушку, ты крут!..

А младший сын бесился, когда после второго курса получил от родителей хорошую палочку, однако снова подержанную. Ту, из которой явно вырос сильный волшебник Перси. И хотя была в идеальном состоянии, но всё-таки привыкла обслуживать достойного колдуна, который с ней постоянно упражнялся.

Поэтому для Рональда оказалась тугой, хотя и много лучше прежней. Снова он не получил достойной палочки от производителя, как выражается Грейнджер, но недурственно колдует трофейной, Крабочка которая. Ну, если тренируется, то недурственно…

Гарри сочувствовал другу и подбадривал его стишком, вполне добродушным. Когда вдруг проголодаешься, то мучения Рончика становятся понятнее. Хотя то, как он первым рвётся ухватить те же куриные ножки, раздражает.

Слишком уж бесцеремонно! С другой стороны, он во всём бесцеремонный, так ведь? Поэтому куда там ножкам убежать от его загребущих ручек, верно?

Плохо Рончику живётся,

Сжал в руке он курногу,

Голод очень в Роне бьётся

И орёт: «Я не могу!»

– Верно, Гарри, и живётся плохо, и естся неважно, если ноги от курочки прямо на твоих глазах повыдёргивали да сожрали, сиротой оставили! А уж голода-то во мне, первосортного голода – прямо как у вассалов!

Нет, больше, именно до орания! Здесь я их понимаю и завидую – ведь толстые, значит, в коня корм! А я всегда мосластый был, таким, вероятно, и помру. Жалко меня!

***

Гермиона, по итогам чтения очередной книжной порции, озабоченно высказывалась другу:

– О, ведьмам посвящён такой сексистский фольклор, как будто не было ни леди Морганы, ни Хельги Пуффендуй, ни Ровены Равенкло!

– Нет, подруга, о сильных ведьмах есть уважительные пословицы, мне Хагрид цитировал. И даже песни есть, в которых ведьма расчленяет супруга на ингредиенты…

– Да ну? Интересно будет узнать... Потому что я слышала вариант, в котором на ингредиенты пускали жену, старую и надоевшую!

– О! Фольклор магов такой разнообразный, прямо хоть собирай!

– А что, Гарри, не самая плохая мысль! Отчего бы и не пособирать? Вдруг умное что-то найдём?

– Умное, у магов? Не смеши, Гермиона!

– Но есть же умные и приличные ведьмы с колдунами?

– Есть, есть, да только дураки заметнее…

– Дураки всегда заметнее, это закон жизни, Гарри!

– Меня окружают плохие законы, плохие маги, отвратительные опекуны… полтергейст ещё этот! Это вот всё, не считая дураков! А один дядька Вернон чего стоит, якобы опекун! Свинокартофельный породитель Дадликов-Падликов… Он и в вышину большой, и в ширину здоровый, и драться любит. А в жирину так вообще талант! Машину только очень умело водит, мягко, Петунья всегда хвалит, злюка такая, и рукастый, в доме всё сам чинит…

Так начинал описывать неприятных родственников мистер Поттер. Потом логично переходя на ругань в отношении толпы идиотов-соучеников, которые раньше чуть не кланялись герою магического мира. А потом как с ума посходили и стали считать наследником Слизерина!

За парселтанг, один-единственный парселтанг. И учителя ведь знали, что я ни при чём, и ни один не почесался... Неужели считали, что так со мной и надо? Потом отвлеклись и, типа, забыли, да только мистер Поттер плохо верит в забывчивость, он уверен, что маги эти – очень злопамятные, хуже него ещё!

– Да, учителя тоже могут быть безответственными, вплоть до выпускания троллей и попыток удушения руками уникальных мальчиков, которые со знанием парселтанга. Однако, Гарри, больше думай о хорошем, потому что много злиться вредно!

О Хагриде, например, думай… И я признаю твоё право злиться, признаю, не сверкай и не сверли зелёным! Злись, только в меру, я об этом…

– Ну да, да, Хагрид, конечно. И Флитвик, Спраут, Макгонагал, Брюквик. И Синистра. И Люпин, само собой. И ты, Гермиона! И Невилл с Роном. Да, ничего, можно жить, можно. Директор, само собой, слона-то я не приметил…

Думаешь, мне приятно злиться? Да ни фига, только взрослых гадостей в моей детской жизни многовато, причём из обоих миров! Это же очень несправедливо, так? Вот и злюсь. Другие на моём месте вообще убивали бы… Хотя… а я сам что сделал? С целым профессором…

– Гарри, этот Квирелморт был уже трупом, с подселенцем внутри. Мёртвых профессоров не бывает… кроме Хогвартса, но это всё равно исключение из правил! И он сам сгорел, раз хотел убить ученика!

Преподаватели же клятву дают, что не навредят учащимся, я читала! Его просто магия замка ликвидировала, за всё хорошее! Твоими руками и ликвидировали, раз магии так надо было, зачем-то…

– Хорошо, если так…

– Гарри, прекращай бурчать! Пошли, попингуем в понг! Ну что за рожица у тебя, такая неправильная? Ну, Гарри…

– Да пошли, пошли, разве я против? Без пинга и понга вообще такая тоска бывает, не могу…

***

Фольклор магов оказался интересным, но… Многие пословицы были какие-то такие… совсем неправильные! Или в сильной степени неправильными либо просто подозрительными, а нормальных, то есть просто умных и весёлых, как-то маловато. И Гилдерой Локхарт о слабосилках цитировал очень уничижительные мудрости… хотя, раз всё общество слеплено вокруг сильных магов-клановиков, то чего удивляться?

И о ведьмах тоже уничижительно, но и со страхом тоже. Даже у Хагрида такие перлы, что хоть стой, хоть падай! Если магл оскорбит, то до смерти будет бит, если ведьму обижать, лучше сразу убежать. И это ещё самое приличное!

Гермиона, пародируя Хагрида, наставительно вкручивала морщившемуся рыжему, только что надоедавшему своими классическими претензиями относительно того, что вот одним всё, и на блюдечке, а другим ничего, да в помойном ведёрочке…

– Рон, ведь мудро сказано, что завидущие глаза простым заклинанием выкалывают!

И продолжала:

Заклинание чётко твори, палочку правильно верти.

Жалящее заклятье уже за то уважать надо, что оно задний ум в порядок приводит...

Гарри, слушая, хихикнул и вставил ещё одну мудрость, тоже от лесника:

Усердно учился – колдовать ногой стремился!

И тут же весело добавил импровизацию, Рону совсем не понравившуюся:

Усердно Рональд наш учился

И колдовать ногой стремился,

И что-то думал головою,

Хотя привычнее ногою…

– Гарри, будь серьёзней! Я думала, ты пословицами продолжишь, а тебе бы только позубоскалить…

– Гарри, ну чего ты про ногу эту, дурацкую, правильно Гермиона говорит! Я же шутил тогда, когда палочку ногой держал! Люмос-то и ногой зажигают!

Мистер Поттер тут же оживился:

– О, молодчина, Рон! Ты только что придумал новую поговорку, не хуже других плохих!

– Да ну! А вот ещё говорят: магичь, да не перестарайся. Ведь мудро!

– А ещё, Рон, вот так говорят: плохому магу и ноги колдовать мешают.

– Гарри, ну опять ты про ноги эти! Вот как ты можешь так про меня, лучшего друга? Да где же я плохой колдун? И разве может в друзьях у героя быть плохой маг?

– Гарри не говорил, это ты сам подумал, что плохой колдун. Кстати, Малфой считает, что у героя в друзьях может быть и плохой… – вмешалась в диалог девочка.

– Гермиона, ну как тебе не стыдно про меня и вот такое, вражеское? У меня же и сердце доброе, как мама говорит, и руки почти умелые, как папа выражается, когда я ему помогаю, а он трезвый… и не дерётся!

– Твои умелые руки избавят школьника от телесной муки, да только кратковременно…

– Ну, Гермиона, а, чего ты так? Опять обидное всякое, и только про меня, нет, чтобы про остальных…

Правильная еда

Мяса чан, да вкусу нет,

Твой был слабеньким обед!

Гостя лучше ты корми,

Ему травки подбери!

Хлебосольный Хагрид, желая порадовать Гарри, Гермиону и себя, учинил, в честь реализации последних фрагментов туши василиска, большой стол. Были даже фаршированная щука из Чёрного озера и, на особенную радость школьников, креветки в чесночном соусе.

За морепродуктами в Хогсмит сгоняли Добби, остальное было дарами леса, озера и фермы. Немного выпив, Хагрид раскраснелся и уверенно убеждал собеседников в своей гастрономической правоте. Потому что не все классические рецепты правильные, отнюдь!

– Я понимаю, ребята, что жалостливый этот Ганс Андерсен, и сказки очень известные, но я его отверг целиком. Как прочитал про салат из сырых мышиных мордочек, от которого даже дохлую лошадь тошнило, так сразу понял – неправильный он гурман!

И потому отверг, начисто!.. Да чтоб мне лапками сусликов и хвостиками тушканчиков самогон закусывать! Да чтоб я бифидокефир с кленовым буратинатом мешал и ацидофильным молоком похмелялся!

Гермиона чуть поморщилась – и на критику классика, и на упомянутые продукты. Она как-то по ошибке попробовала бифидокефир и убедилась, что это совершенно не кефир! А про ацидофильное молоко только слышала, и одно название так выглядит, что… Ох, и копчения у Хагрида! Ведь кудесник! Да, именно волшебник, а кто ещё? Очень добрый волшебник, к ним двоим замечательно добрый!

Размякнув после обильного ужина, девочка благодушно рассуждала, любовно поглядывая на организатора застолья. Хагрид изощрился, набор блюд отменный!

– Наш Хагрид очень правильно питается, и нас тоже питает, регулярно. И мясо-рыба, и каши, и супы, и овощи, во всех видах – от салатов до рагу. Фрукты тоже, хоть из своего сада, хоть покупные...

Точно, и тыква великанская сладкая, почти патока. А на столе в Большом зале она ведь так себе. Или совсем никакая. Это только наш гостеприимный хозяин так готовит, умеет. Там добавления сахара нет, максимум чуть мёда и яблочки, для вкуса. Умеет, да. Наш герцог и аппетитами одарённый, и очень кулинарно одарённый, это талант такой, скажи, Гарри!..

Гарри, хоть и размякал в таких случаях почище подруги, преодолевал естественную осоловелость и довольно кивал. Потом вспоминал, что мальчикам можно не опасаться испортить фигуру, как девчонкам, особенно довольно тощим мальчикам. И, после одобрительных междометий, членораздельно поддакивал:

– Ну да, талантов у нашего большого наставника полно. Приветствуем ваше светлейшее полувеликанство, господин герцог Запретного леса, повелитель всех копчений, мяса-рыбы командир!

Лесник осклабился. Конечно, ему приятно быть наставником. Ну, и герцогом тоже. Да за таким столом. И с такими ребятками, славными!

***

Гостеприимство Хагрида, чуток насильственное, если и переходило в гастрономический садизм, то в лёгкой степени. Ритуал угощения и вкушения был ему очень важен. Расставляя блюда, лесник оживлённо подшучивал: живём – всегда жуём, языком да посохом болтаем, а пустых щей не хлебаем. Нам хоть жабу в горшок, а всё с наваром бываем!

Вот мудро говорится, что опоздавшему поросёнку сиська возле задницы. Но там, добавим, и молока больше, вот ведь как в природе хитро устроено, компенсация же везде, тудыть…

Чего там у тебя, Гарри, стишок зачесался, да? Поди про меня, видного фольклорного героя, как одна умная девочка высказывается?.. Да легко догадался, на твоей хитрой мордочке всё написано, во-от такими буквами...

Хагрид в супе ковырялся

И живое в нём нашёл!

С той компанией остался,

Но в конце один ушёл!

Жарится ещё кабанчик,

С запашком чую стаканчик...

Любим стрескать барбекю,

Косточки отдав Клыку!

***

Это было ещё осенью, вскоре после начала учебного года. Недовольно озирая погрызенные барсуками последние тыквы, Хагрид вспомнил молитву пахаря в старые времена: «О, Мать-и-Магия, взрасти и на трудящего, и на крадящего». И пробормотал, что вот поймает вредителя, да так отхимерит, что не узнает никто! (Потом отловил и отхимерил, такой жирсук получился, ух, но это большой секрет!) Послышались оживлённые голоса.

Гарри с Гермионой тащили корзины с белыми грибами, выкосив несколько богатых полянок. Это был восторг, настоящий восторг – притащить две тяжёлые ароматные корзины, чтобы руки прямо отваливались. И затем помогать Хагриду магией в шинковании, для тренировки. Потом ели и густой суп-грибницу, необыкновенно вкусный, и жареные белые, и маринованные.

Гермиона, собираясь в повторную экспедицию, чтобы окончательно опустошить окрестности, озабоченно частила: «Хагрид, а подберёзовики брать? А подосиновики, красивые такие, брать? А моховики брать?..»

Лесник одобрительно махал ручищей и советовал брать всё, что без червячков. Но особенно искать белые, именно их. Потому что белый – это гриб особый, лучше и нету, и то не только его мнение, вот. Да сами видите, вкуснотища какая! Но и прочие, вроде подосиновиков, в жаровке хороши, вкус у них подходящий…

Жаль, трюфели совсем редко попадаются, Клык плохо ищет, раззява. Они же пахнут, как ничто не пахнет, почти, почему не ищешь, собака такая?.. Эх, велик Хогвартс, а настоящей-то свиньи, чтобы трюфели искала, и нету! Может, просто мало у нас растёт, раз не Франция всякая?..

Гермиона, помогая потом в заготовках, поясняла другу, что британцы обычно едят шампиньоны, вёшенки и прочее, что из теплиц происходит, довольно ограниченный ассортимент. Потому как природные грибы считаются опасными. Они все загрязнения из воды и воздуха в себя втягивают, как губка, такая досада! Но здесь грибы безопасные, и этим надо пользоваться, правда, Гарри?

И тот был совершенно согласен. Кстати, и принц Чарльз прямо одержим грибами, включая ординарных лисичек, их тоже берёт. Однако далеко не все британцы уважают грибную охоту. Но это же здорово, когда по лесу гуляешь, а грибы там и тут… А затем на сковородочке! И потом до весны – и маринованные, и сушёные, во многих блюдах, красота!

***

Хагрид наш мог готовить обед

Из всего, что несёт страшный вред.

Его крепкий желудок

Варил гусей и уток,

А приправою шли незабудки!

…Нет, ребята, и его желудок не всё переваривает, особенно самое неправильное. У меня ведь тоже с пищевым поведением были проблемы, детские и юношеские. Не как у Клыка, конечно, но… На Рональда рыжего был похож, тьфу на всех Уизли… кроме Артура и Перси!

Поэтому был очень озабоченным и зависимым, согласно канонам великанской натуры, сложной и противоречивой. Много страдал от нехватки еды, даже на хогвартовском пайке, усиленном, и всегда бегал озабоченным, насчёт догнаться. Охотился в лесу, Чёрное озеро эксплуатировал, когда Флитвик, добрая душа, в подарок сеть наколдовал, и пару бредней…

Кулинарией много занимался, новые блюда измысливал, повышенной питательной силы, когда мясо прямо в жире булькает, а ты его потом вареньем заедаешь. Вареньями… Ох, варенья-то я как любил, ещё больше, чем сейчас! Ну, самогончика-то не знал в юны годы, вот и была мне за то упущение компенсация – сладости. Логично всё!

Ну, было дело, увлекался и перегружал желудок, ухитрялся же как-то. Вроде отлично зашло, а потом – хоп, и такое бурленье внутренних говн, что до не могу! Да уж, дристал сильно, когда не то жрал, и помногу, даже Помфри не сразу вылечивала. Потому как великанский мумунитет и отторжение многих зелий! В общем, непростой он пациент оказался, непростой. Одно слово, феномен.

Хорошая пища – это первое дело, детишки! В молодости приходилось страдать и от неправильного питания, и от того, что отравить пытались… Да-да, случались в Хогвартсе злодейства на почве отрицательной толерантности к великанам, выживал-то он непросто, Моргана-мать!..

Да всякой дрянью травили, ребята, сообразно велениям чистокровной тёмной магии. Чистокоровной, как ты, Гарри, правильно её называешь. Вот прямо чистокоровность свою с магловщиной, самой страшной, смешивали, и мне скармливали…

Какой магловщиной? Да ртутью, и прочим, в таком же роде, классикой. Вплоть до мышьяка, опаснейшей вещи! Поэтому одно время, как Клык, примерно, много животом страдал. Даже слышал про себя неблагоприятные прогнозы, да. Дескать, кто зелёным дристал, тому счастья уже не будет! А только судно под гузно – и в лечебницу св. Мунго, на удобрения, в смысле.

Однако мумунитет не пропьёшь! Хотя и не пил он тогда, так, пробовал интересные жидкости, познавал свойства, в рамках детского любопытства, все дела. Что от папки оставалось, когда тот в Мунго прибрался, скоропостижно… на почве личной самоуверенности и неумеренности, бедняга, вот то и пробовал, сиротинка горькая. Как помер батя, так от него немало бочонков и бутылей оставалось, хватило, чтобы распробовать и понять новые ценности… И принять!

Но то клизменное ведро от низменного Тома Реддла ему помогло, камни эти, кишечные, поудаляло, хотя и не все. Помфри там ещё старалась, выпаивала что-то невкусное. Да ещё в него какую-то трубу длинную, как у кентавра, заинтересованного в общении, сувала, и смотрела туда, потроха евоные разглядывала. На предмет камней, или ещё чего…

Потом тюбаж делать заставляла, подросшему уже, когда такой аппетит был, что прямо не могу. И когда протоки печёночные, из-за неправильного питания да воспаления-отравления, забивались и плохо жёлчь пропускали. Чтоб жёлчь не застаивалась, он и водичку минеральную пил, и на боку с грелкой лежал, печень грел, он помнит, на правом надо лежать…

Лежишь на боку, а кишка начеку, в гузне покряхтывает. Потому как если гузно наел грузно, то не только мягко сидишь, но и с одышкой ходишь! Полежит он, это самое, на горячем, минералкой надуется, по самые ноздри. Потом маслица подсолнечного хлебнёт, с пинту, не больше, оно ж невкусное, если гольём-то, лимончиков десяток сжуёт – уж как забурлит, как всклокочет в утробе, травоядные пугаются, бегут.

А поклокотав, к-а-ак даст задним выхлопом, потом с берёзок так и стекает. Чего только не выходило, из всякого ненужного! И легче становилось, помогало, хотя загаживались полянки, где лечился, воняли. Так он ж кушал всегда, он же великанчик! Чем гуще стол, тем круче выхлоп, это ж понятно…

После мемуарной части у его сиятельства герцога Запретного леса шли нравоучения. В простой и доступной форме.

– Помни, Гарри, когда работаешь на дядю, никогда не заработаешь на красивых тёть! Дядька тебе не тётка – пирога не даст, это завсегда так.

– Да у меня и тётка такая, там не то что пирога… А ещё и дерётся, и за волосы таскает! Эта тётя Петуния такая специальная тётя, что если я сделаю куклу её наружности и буду втыкать иголки, желая плохого, то у тётки всего лишь пройдёт радикулит! А раз ты про пирог сейчас сказал, но его зажал, то вот тебе стишок!

После первых строчек Хагрид напрягся, но Гарри как бы и не заметил:

Делал Хагрид это разно:

Тихо, смачно, безобразно,

И порой зверообразно…

Масло он намазывал!

А другой стишок Гарри рассказал Гермионе:

Хагрид в походе

Суп варил в презервативе,

Чтоб не очень горячо,

Выжимался перец чили,

Чтоб похоже на харчо,

Позже добавлял он скунса,

И ещё сок киви,

Нету лучше перекуса,

Вышло чахохбили!

– Гарри, он не варил в презервативе, а только хранил, чтобы остыло быстрей, и всё. Остальное верно, согласна, кроме скунса, конечно, тут ты, Гарри, вообще! Курица была, раз чахохбили...

***

…Вот такие пироги с котятами, понимаешь! Подай вон ту бутылочку, Гарри, я её уговорю, и хорош… Ну да, Гарри, да, разок попробовал, и Макгонагал ничего не узнала… Да случайно получилось, нетрезвый был, начинку перепутал. Хотел опят нашинковать, да языком после самогона другое себе под нос выговорил, а рука послушалась, на автомате, эх, горе-то какое!

После самогончика… самогончиков ведь многое на автомате делаешь... Вот и не повезло бедненьким. Котят-то – эт-то не есть цимес, эт-то есть заурят-но, как бы Геллерт Гриндевальд сказал, чтоб ему в Нурменгарде этом на одной котячьей диете сиделось, геноцидильщику проклятому…

…А, вспомнил, не настоящие котятки, домашние, то были, а рысята на печке обсыхали, там дождь лил сильный. Мамка-то на воротники пошла, а детёнышей спас, пожалел, да и цвет у них был симпатичный, и ушки такие...

Он же мех ценит, и женщины его знакомые тоже ценят, все без исключения. Гермиона твоя подрастёт, так поумнеет и тоже будет ценить. Мех – это вещь, даже мужчинам нужен, а в суровом климате и необходим, вот!

…Ненадолго, правда, спас котяток, только обсохнуть и успели, всё самогон этот виноват. И главное, вкуса-то не запомнил! Вроде пирог как пирог, мясной. Пойди теперь найди, кто в таких пирогах разбирается? Надо всё же меньше пить. Или больше разбавлять? Но чем? И чем больше разбавляешь, тем вкус сомнительней, проверено это…

***

…Клевета за мной, ребятки, с самого детства ползёт, очень прилипчивая. И как не ползти, если её самые наитемнейшие распространяли?! Да-да, самые неназываемые в этом деле отметились, прямо хоть гордись, сквозь горькие слёзы…

Как там Реддл этот, темнота культурная, мажатам вкручивал, особенно на ночь? Даже слизеринцев своих не жалел, пугал. Послушайте, дескать, про двуногий огромный ужас, который среди нас живёт и с нами питается! А ведь, случись оказия, он и нами питаться сможет, потому как из великаньего племени взят, каннибаловоспитанный!

У меня секретов нет,

Слушайте, детишки.

Попадётесь на обед,

Так заткнут вас шишкой!

Это он про якобы кулинарные великанские секреты рассказывал. Мол, прежде чем человека жарить, ему задницу шишкой надо затыкать, чтобы жир не вытекал. Ну, глупость же? Затыкать надо, но не шишкой ведь, она же вся из дырок? А когда не распушилась, то маленькая, тоже толку не будет…

Том Реддл такой был лжец, что вообще, и во всём!.. Соберёт первачков и вкручивает им, а он умел убедительно убалтывать, раз очень одарённый! Рассказывал так, что прямо этот создавал, эффект присутствия, во как!

Дескать, дело было тёмным-тёмным вечером. Страшный и злой волшебник Хагрид заканчивал свой второй ужин. Он жадно съел крысу без хвоста на десерт, вытер губы рукавом, влил между них полведра виски кустарной выгонки, и сказал: “Вкусно!”

Потом довольно пукнул, испугал тараканов и пошёл за угол, на дело. Наделав делов целую кучу, превонючую, сидит, сукин сын, на корточках, очень довольный, и ждёт поощрения от Мать-и-Магии! Но вместо поощрения снова проголодался и пошёл в лес…

Запретный, какой же ещё? В общем, морды бить пошёл, или ободрать кого. Ободрать интереснее, потому что еда. И тут навстречу ему…

Ну, он дальше не помнит, порнография какая-нибудь… У Томми все шутки были через одно место, и про эти вот места. И нет у него тараканов, боятся они Клыка, и заслуженно!

Да он в жизни губ не вытирал, глупо это. Языком остатки пищи облизнул – и всё чисто, и всё до крошки в утробу пошло. Его великанская магия на крошках, знамо дело, не проживёт, но не очень неправильно это, пищу безвозвратно вытирать – сначала рукой, а потом, получается, и об штаны!

Они же загрязняются от этого, штаны-то, а ведь и так не всегда чистотой блещут. Он же в них живёт, так ведь? Да и сам в лесу живёт. Чистота от того страдает, верно люди говорят. Дескать, Хагрид – сильный духом, сильный, прямо смерд, сверхъестественной величины смерд!

Ну, главное, чтобы не холоп, верно? Маги-то холопство обожают, кушали, знаем… Да и крыса ему паршива, не сочна, он их с юности отверг, практически, выбросил из рациона. Древние римляне, конечно, крыс и даже мышей уважали, с анчоусами их запекали, правильно изощрялись…

А где в нашем озере анчоус? Нетути! Поэтому он больше енотов там, барсуков, бобров, пока не закончились те бобры: ох и жирные, ох и вкуснятинка! Некоторые прямо во рту тают. Таяли, да…

А с другой стороны, если крыса и без хвоста, так что, пропадать ей? Да, за хвост держать удобнее, но это ж, как там… дискриминация по наличию крысиных признаков самоидентификации! Он в курсе. Да, дискриминациям бой, меньшинствам – аой!

Ваш Хагрид ондатру с нутрией попробовал и одобрил, раз те же крысы, но упитанные, правильные, большие… Нормальное мясо, а уж Клыку как понравилось, скотине неразборчивой!

…Томми Реддл этот ещё про меня очень плохой анекдот придумал, тоже все повторяли. Дескать, мечта любого людоеда, даже латентного – вывести новый сорт человека, без косточек! Представляешь, какой гад? Мясо без косточек, это же, если не шея, и не вырезка, то просто не то, вот совсем…

Потому что если рёбрышки правильно запечь, это просто божественно и магоугодно, в одном флаконе, как одна умная девочка говорит… Гарри, ну чего ты хихикаешь про этот сорт, не смешно же, совершенно, ну ни капельки!

Живоглот против Рона

Рону мучительно снились кошки, причём абсолютно все! Да, все кошки его жизни, отрицательные персонажи, собравшиеся вместе, и явно неспроста. Вот Мурмурка, которая сбежала из Норы, на почве перекормленности и неблагодарности…

Да у неё в миске ночью такие куски, недоеденные, оставались, невозможно было пройти мимо, когда ночной дожор! Да он сам свидетель, как и близнецы Мурмурку грабили, отгоняя от миски… Мурмурка буквально и в сметане купалась, и масло с сыром имела, по потребности, и очень любила, и мясное-рыбное какое хошь. Сбежала, неблагодарная тварь, противница детского любопытства и подростковых опытов!

Потом миссис Норрис, трёхцветный кошмар, пусть и умеренный такой, в сравнении с прочими. И профессор Маккошка, неумеренный кошмар, с этой трансфигурацией живого мистера Уизли в неживое, и так далее… Да там одних устных пожеланий плохого от этого профессора-кошкессора столько наберётся, на целый мешок!

И ещё Живоглот, чудовищный кошмар его жизни, на любой, даже символический пинок в свою сторону отвечающий с громадными преувеличениями. Это, раздувая пределы необходимой обороны, вот! И выходя за все рамки, вот! Очень быстрая тварь, коварная, до не могу…

Так вот, все эти кошки крысились, правда, сначала не на него. А на Паршивца, которого жрали вчетвером, с довольным урчанием и даже повизгиваниями. Его личную крысу жрали… дожирали на глазах у владельца! И когда от бедняги оставалось уже совсем немного, стали смотреть на него, с очень заинтересованным видом!

Ворча и бия себя хвостами по бокам, а это плохая примета, когда на тебя так кошки крысятся! Потому что чуяли улику, которую мистер Уизли-младший прятал за спину, стараясь напустить на себя равнодушный вид.

Получалось плоховато, потому что в руках был недоеденный кусок пирога с котятами, отличный кусок! И от этого все внутренности наполняло, помимо съеденной части пирога, какое-то тягостное предчувствие…

Прямо как в тот раз, когда этот же гнусный квартет увидел у него в руках жестянку с верёвочкой, простейший прибор для обуздания и наказания котов. Тогда всё закончилось плохо, он просыпался с криками, забившись от погони в какую-то щель и пустив позорную струйку в трусы. Понимая, что не выберется и неизбежно погибнет в тесноте, от голода погибнет, самой страшной смертью…

Сейчас же хвостатые твари уже были готовы бросится на него! Причём Живоглот явно старался зайти сзади, хитрейшая из тварей, и уникально когтистая… С большим трудом удалось проснуться… скорее очнуться, потому что внутри был очень сильный голод, прямо как перед завтраком.

Чрезвычайно трудно заснуть, когда остаётся только нюхать руки, в тщетных поисках обнаружить дивный аромат мясного пирога, от которого мистер Уизли очень зависим… И чувствуя только свой собственный запах, который обычно совсем не аромат, особенно после расчёсывания сзади! Да ему даже тот тролль не снится, избитый дубиной и напрочь побеждённый, а вот кошки эти все…

Да они так мстят, пытая его бессонницей и голодом! Однако его не сломить, потому что он доживёт до завтрака, дотянет… всем хвостатым назло!

***

Рон, адресуясь другу, сердито читал антикотиный стишок, надеясь на одобрение. Этот котоскот ему пакостит, как будто понимает критику! Так обидно за тапочки, ведь он же не слизеринец… Надо же, и помпончики испортил, уродище криволапое! От такой обиды вдруг настоящий стих получился, очень хороший…

Гроза местной школоты –

Живоглот проворный,

Начал гадить мне в углы,

Словно барсук норный!

Я же зверя не боюсь,

Он ведь глупый, толстый,

С ним на славу разберусь,

Криволапым монстром!..

Однако вместо одобрения и ободрения автор нарвался на голимую критику. Гарри не собирался давать особо ценного зверя в обиду. Рончик многовато наезжает, лучше сам бы у кота чистоплотности поучился. Это всем было бы полезно! И мистер Поттер в ответ наехал сам.

– Живоглот и не глуп, и не монстр! Он ласковый и умный, да-да. И местная школота – это ты и есть! И метит он твою обувь за нападки, ты же его пытаешься пнуть, раз за разом, зараза такая! Да не сопи, я же не без глаз!

Ведь Живоглот тебя только разок под утро грубо разбудил, когда ты во сне пауков увидел и обделался! Он правильно сделал, это ты реагировал неправильно, на кота. И тапком ты в него тогда не посмел кидать, а сразу домовиков кодовым словом позвал, чтобы не позориться.

Они всё тишком убрали, но кое-кто от запаха проснулся и всё-всё видел, как твоя сестра любит говорить! А потом ты из-за ерунды в него обувью кидался, от крысы своей отгонял, хотя она в клетке была!

Говнюк ты, мистер Уизли, и тебе до такого умного кота долго ещё расти. Только за это время Живоглот профессором станет, а ты – десятилетним котом останешься, по уровню развития, и не книзлом, точно. Как-то слабо для крутого мага, Рон! Ты же крутой у нас, победитель троллей…

– Да какой там крутой, если меня кошак гоняет… и говнит! Гарри, да такая зверюга и клетку могла сломать! Паршивец же котов совсем видеть не может, впадает в истерику… знаешь, сколько в него надо накидать вкусного, чтобы успокоился?

– Да видел, как ты кидаешь… От себя отрываешь, самые маленькие кусочки, и скармливаешь, чуть не плача. У тебя такое лицо делается, как будто ты у Снейпа на отработке!

– Да голодный я… почти всегда! Устройство у меня такое, ты ж в курсе, Гарри, ну. Полюбите меня тощеньким и голодненьким…

– Грязненьким и пованивающим, ага! Тощенький нашёлся, ну-ну, жрец за троих, и четвёртый в очереди...

Жил разбойник один – Живоглот,

Несравненной разумницы кот.

Любил крысу гонять,

Много есть, сладко спать,

Как-то Рону устроил бойкот…

***

Этот день младшего Уизли развивался неплохо. Сначала он стихотворно поиздевался над кошкой завхоза:

Плачет Норрис в коридоре,

У неё такое горе:

Этой киске злые крыски

Сгрызли хвостик – до пиписки!

Но этого было мало, совсем. Так, разминка. И Рон всыпал всем этим котолюбам, которые за бесполезнейших зверьков заступаются. Ну какой прок от кошек в Хогвартсе, какой?

А если это кошка Филча, там столько вреда, что и не описать! И не только Поттеру на него стишки сочинять. Рон Великолепный и сам может рифмой дать, и очень метко, и всем подряд!..

Ох ты ж Хогвартс, ну и школа,

Закололи кошку!

Гарри Поттеру – кишки,

Гермионе – ножку!

– кривлялся Рональд, а потом и кидался, но был не только трижды оцарапан, но и дважды укушен. Включая укромное конопатое место сзади. В связи с чем много визжал и ругался, а потом жаловался, очень занудно. Дескать, пропал выходной день, совсем пропал!

Однако не нашёл ни капли сочувствия, и ни у кого. Потому что прав Живоглот, раз угрозы убийством совершенно не терпит. И швыряния чем попало в свою сторону тоже не терпит, не говоря о пинках. Уважай кошачье пространство, ты, невоспитанный норный зверёк! Иначе не только укусан-оцарапан, но и зажален будешь!

***

…Развеселившиеся Крэбб и Гойл, издеваясь, ломающимися басками проорали, почти чисто попадая в такт:

Рон, в сапог засунув кошку,

Мастурбировал в окошко!

Рон сначала стал придумывать оскорбления этим двум тупым жирдяям, но потом несколько отвлёкся. О, про сапог – это же идея, богатая, требующая развития! Пойду, Живоглота потиранствую, ведь приятно, когда ответить не может. Клыка неинтересно, он тупой и не понимает, да и здоровый такой, вдруг тяпнет. А рыжего нахала самое то!

– Ты, котяра, а знаешь, как у маглов, в самой глухой провинции, с котами, которые метят где попало и ненужных котят делают, поступают, чтоб не делали? В сапог с головой и всеми лапами засовывают, чтобы только хвост торчал, понял!

И потом отрезают напрочь всё ненужное, ха-ха-ха! Или просто суровой ниткой яйки обвязывают, чтобы сами потом отвалились… А ты тогда что себе вылизывать будешь, блохастый? У тебя же там совсем крохотный, куда мельче, чем у меня!

Живоглот пришёл в ярость. У людей и так масса недостатков, так ещё о самых неприятных вещах напоминать! Ты разбудил во мне зверя, Уизли ты, распоследний! Я тигр, а не кот, я леопард, я нунда, с ядовитым хвостом! И ты будешь платить, Рональд Билиус, будеш-ш-ш-ь, чепуш-ш-ш-ила отстойный…

Думаешь, так уж трудно ночью в спальню пробраться и тебя внутри пижамы пометить? Гарри Поттер всегда пропустит питомца своей подруги, куда бы тот не попросился. И ночью все кошки серы, бесшумны и незаметны, о чём ты, конечно, не в курсе, малограмотный предатель и маленький принц кишечных запоров!..

***

Рон в очередной раз донимал Живоглота своими анекдотами:

– Вот слушай, скотинка ты неправильная, какая про тебя придумана вещь, поучительная и смешная. Значит, один критик говорит художнику:

– Какая-то у вас странная картина, очень абстрактная! Называется «Кот в сапогах», нормально. Но вот смотрю на неё и вижу только сапоги. А где же кот?

– Так в сапогах, в каждом!

…Понял, да? Ты же помнишь, Живо-Заглоткин, зачем котов в сапог прячут, гы-ы-ы-ы?

…Сам ты Заглоткин… И Проглоткин… И Запоркин, бздиловатой породы! – лениво подумал Живоглот. Лучше сыто дремать, чем на визгливого наезжать, полз бы он в свою семейную нору, что из говна и палок, да торчит дыркой кверху. Потом, всё потом… и ботинки твои тоже потом!

Рон не унимался.

– Не всегда коту творог, когда мордой об порог! Что, котище косматое и блохастое, состояние котолепсии хочешь испытать? Это когда долгий сон вредных кошаков, которые только дрыхнут, наконец-то переходит в вечный!

А знаешь выражение – кошек драть? Это означает блевание, понял, как люди к таким, как ты, относятся? А как любопытство кошку сгубило, в курсе? А про кошачьи консервы, которые из бродячих кошек делают, слышал?

– Сам ты блохастый и к тому же приваниваешь! – гневно подумал Живоглот. – Блохи – это беда всех обладателей великолепной густой шерсти, природная, и в природе неодолимая. Но хозяйка подарила противоблошиный ошейник, который отлично помогает. Поэтому он никакой не блохастый, а мордастый, и всё!

Он прекрасный питомец, олицетворение годности… и котности! А хозяйка очень славная, ласковая и заботливая, всем бы таких, да Бастет Мышевредная подобных хозяек кому попало не раздаёт…

Тут в гостиную зашёл Гарри, задержавшийся в библиотеке. И Рон сразу захотел порадовать его новым стишком про кота этого, позорного…

Живоглот – ты обормот,

Ты стремительный проглот!

Я ж тебя погладил,

А ты мне да погадил!

Тапки люто промочил

И от кары отскочил…

Тут Гарри, громко и торжественно, вдруг закончил за Рона:

А я падал мордой вниз

И цеплялся за карниз!..

…Нет-нет, за дело ты получил, за дело! Потому что меру надо знать, вот что! Захотел кота дразнить – люби и тапочки отмыть! У Живоглота же на морде при виде тебя, Рончик, сразу написано, и очень крупно: сейчас в рожу вцеплюсь! Держи дистанцию, понял? И про погладил не ври тут!..

Нет, Живоглот мне друг, а Рончик – не дороже! Поэтому будешь получать критику, и от хозяйки, и от друга хозяйки тоже. И стихотворную будешь получать, котофобненький! Мало тебе от Маккошки взысканий, да? Так наших отведаешь, за нашего котика! Он надкусит, а мы добавим, не унесёшь!

***

Рон, убедившись, что пушистой заучки поблизости не наблюдается, воровато приблизился к ненавистному зверю, грозе крысеньких домашних любимцев. Ему нравилось, как рыжий разбойник дёргается и шипит от его рифмованных оскорблений. Будто на сковородке поджаривается…

Так получи ещё кулинарненького, свеженького, вот только сейчас придумал!

Кошка, шкворча, поспевает в духовке,

Можешь уже звать друзей на обед!

И не забудь ты про свёклу к морковке,

Чтобы и тушка, и винегрет!

– Надо было полоснуть… – лениво подумал Живоглот, медленно выпуская очень серьёзные коготки. Ну, с точки зрения любимой хозяйки, это были именно коготки, несомненно. Однако и крыса, и крысовладелец назвали бы это стремительное оружие «коготками» в самую последнюю очередь.

Между тем кот втянул когти и прикрыл глаза, стараясь забыть новую гадость в свой адрес. Раз рыжий не унимается, значит, будет обонять ещё раз. Потому что есть закон магической компенсации, о котором неуч так никогда и не вспоминает. А вот Живоглот давно выучил, потому что очень умный.

Хотя затолкать такой важный закон в одну морковную голову пытались многие. Нет, с такой гнилой тыквой и Бастет Мудрейшая, она же и Мышевредная, отказалась бы работать, из брезгливости…

***

…Гарри, под одобрительное хихиканье Гермионы и довольное урчанье полукнизла, читал из новенького. Вскоре после сцены купания Живоглота, вызвавшей много отрицательных эмоций у Рона.

Его тоже вот так в тазике мама купала, а потом, в компенсацию за воду и мыло, кусачее, баловала вкусненьким. А сейчас этой шерстяной скотине столько почёта, как будто стоит чего-то! И заучка всегда его защищает, всегда!

– А чего Глотику протестовать, он же умный у нас. Котик ведь чувствует, что много грязи набрал, пока за мышками бегал, раз погода-то какая? Охотник же не будет обходную дорогу выбирать, когда за добычей кидается? И зачем ему грязь со всего живота слизывать, и с лапок ещё?

Когда можно в тёплой воде полежать, и тебя вымоют, а потом высушат и угостят, за хорошее поведение. Кошачья водобоязнь, я считаю, это признак незрелой кошатины… кошкности… котовности… котовианства, вот. А Глотик очень умный котовианец и верит своей хозяйке!

Живоглот громко мурчал, очень довольный. Да, тёплая вода – это неплохо, она гораздо быстрее убирает грязь, чем если языком. Грязь – крайне невкусная вещь, но кошки обязаны вылизываться, раз даже собаки так умеют. И его поведение очень зрелое, очень котовианское, несомненно, особенно после высушивания.

А уж хозяйка какая верная, всегда на его стороне! Такими хозяйками не разбрасываются… А приванивающий враг, ругающий хозяйку за глаза, ещё получит своё, с добавочками. Хозяйка не всё слышит, зато Живоглот на страже! Он бойцовый кот и предателей крови сердцем чует!..

Гарри сразу написал стишок, под мурчание что Живоглота, что Гермионы. А Рон обиделся, хотя упоминался без каких-то там, но, правда, с глупым вопросом… К тому же получалось, что Живоглот в стишке лучше, чем Рон, идеальный просто котяра!

И важный, и раскормленный, до не могу! Да просто толстый, причём без осуждения! Вон, Булстроуд осуждают за толстоту, а коту можно, да? Лицемерие полное, он так считает!..

Ответь, зачем твой Живоглот,

Когда в тазу купается,

Лежит спокойно, не дерёт,

Водой не возмущается?

…Хозяйка этого кота –

Достойнейшая ведьма,

С такой хозяйкой – хоть куда,

И воду потерпеть бы.

Всегда кот сыт, лаской богат,

Расчёсан и поглажен,

Вот почему воде он рад,

Он толст, пушист и важен!

Ах, глуп у Рончика вопрос!

Когда кота купаю,

Ему не капаю спирт в нос

И, Рон, не выжимаю!

…Да он только попробовал дома разок выжать кошку, а она так царапалась, что чуть прямо глаз не вынула! Нет, кошек выжимать нереально, хотя довольно интересно, как близнецы говорили. Хотя могли и врать…

И спирт не капал, только мечтал, когда очкастый мухоморную настойку на спирту сделал, удачную, от слизней. Он же просто так себе под нос потихоньку говорил про спирт в ноздрю, потому что кот такой вреднючий, спасу нет. И будто понимает, как лучше вредить! Этот котяра вроде близнецов, а их и так слишком много. Поттер услышал и в стишок сразу вставил, мяу не успеешь сказать...

Он просто любит побурчать себе, когда настроение ноль, это же успокаивает и никому не мешает. А Грейнджер так и вздохов его не терпит: мол, пиши эссе, прямо буквами и пиши, немедленно, и не отвлекайся, не вздыхай, не заработал ещё... И жалящим может угостить, вторая Брюквик нашлась!

Домовику, вон, даже плакать разрешает, да сколько угодно, и магией кормит, и сладким ещё. А ему и вздохов, пусть тяжёлых и громких, жалеет, отвлекают они, видите ли. Значит, и вопросы у меня глупые, и котофоб я, по мнению Макгонагал и Грейнджер…

И Поттер туда же, котофильствует каждый день, котяру наглаживает, подкармливает. Снова плохой стишок, где человек выглядит хуже кота, как так? Опять всё наврано у этого Поттера, а люди верят! Идиоты...

Под бомбами, огнём и на морозе

Мистер Поттер отметил, что так называемые навозные бомбы – очень неплохое оружие от всяких слизней. И затем использовал оные бомбы против компании Малфоя ещё дважды.

Сначала Гарри применил обычный подрыв, но тогда почти всё принял на себя шедший впереди чрезвычайно широкий мистер Крэбб. Его возмущение было очень громким, и это единственное, что стоило бы отметить. Нет, заляпанность остальных имела место, это тоже следует отметить!

Зато превосходный эффект получился с забрасыванием сразу двух штучных изделий в туалет, когда туда заходила вся троица: сначала Крэбб, потом наследник, сзади – Гойл. И когда Гойл собирался закрыть дверь, Гарри и метнул, обе бомбы. Из-под мантии-невидимки, само собой. А потом закупорил дверь чуть менее простеньким запирающим заклинанием.

Ух, сколько энергичных выражений и движений доносилось из-за двери! И визгливый голосок хорошо дверь пробивал, и басы крепко выражались, и плечи с ногами наружу ломились. Да только куда там!

Малфой не скоро догадался про чуть хитренькое заклинание, где Аллохомору нужно было дублем усиливать, трижды. Ха, наследничек протупил, при стрессе плоховато соображает, молодец, и здорово обтекал…

Навозная бомба – сильная вещь, даже на открытом пространстве ароматом крепко душит, стойкий он у неё. А уж в закрытом помещении эффект был особенно заметен, да ещё от двух бомб подряд!

Малфой даже обед пропустил, это очень приятно было увидеть, особенно Рону! Телохранители ничего, на обеде были изрядно крепки духом, но догадались сесть подальше от остальных. А старшекурсники сразу применили ароматизирующее заклинание, на весь стол, оно же не из сложных.

Ну а Драко просто не решился в неароматном виде предстать, на конфетках до ужина просидел. И мантию, унавоженную и заблёванную, потом выкинул. Тихо в тот день было за обедом, не приставал никто. Так и стишок-лимерик ехидный сэкономил, на следующий раз!

Зельевар пробежал по паpкету,

Удивлён, что нигде стёкол нету,

Только бомб аромат,

Слизни раком стоят…

Гарри их приучал к этикету.

В общем, мистер Поттер почти весь третий курс носил в сумке одну, а иногда и две навозные бомбы, или каломины, как почти изящно выражалась Гермиона. И порошок мгновенной тьмы, и чихательный ещё, и рыгательный, и ещё помрачающий порошок, пусть тридцатисекундного действия. Да за полминуты маг под помрачением такого натворит! Или маги...

Эх, надо бы тогда кислоту носить тоже, раз такое сильнодействующее средство! В школе сильной кислотой нельзя, зачастую, а органической – запросто, хоть всё время. Раз её в виде приправы используют. А насколько она там концентрированная, это второй вопрос…

Пригорелое фритюрное масло с кухни, наливаемое в карманы, волосы и сумки, хорошо действует, но и Малфой ловок чиститься. Квалификация слизня растёт! Может, тогда концентрированный уксус в сумку с книгами, с помощью Добби? Или быстро нейтрализуют, вещь-то распространённая в обоих мирах, раз запах сразу выдаст?..

Может, Филча лишней бомбой унизить, за всё хорошее? Да ну его, есть кандидатуры и подостойнее. А Филч такой… отстойный, и всё! Если человек добровольно себя калом намазывает, для здоровья, что ты с ним сделаешь? Отойдёшь подальше, да и всё, вот наш правильный ответ!

***

Бояться большого пожара в Хогвартсе особых оснований не было. Домовиков больше сотни, аналог Агуаменти знают, очищение воздуха от дыма знают, завалы разбирать умеют, аппарировать с учениками умеют… Всех старшекурсников тоже учили, как бороться с огнём, как оказывать первую медицинскую помощь. Преподаватели, из сильных, могли вообще почти всё!

Так что никаких оснований отказываться от испытаний огненного противодействия не было. Пусть взрывная волна после хлопка горючего газа – горячая и опасная, но если количество взорвавшейся смеси невелико, слизеринцы пострадают умеренно.

Да, мисс Грейнджер именно так думает. Она мысленно уже взрывает смеси горючих жидкостей и газов, воздействуя на противников облаком… облачком огня. А мистер Поттер думает о бомбочках. Пока магии в нас мало, мы врага другим достанем, вуаля!

Мистер Поттер довольно долго переживал своё обезоруживание. Чудесно показавший себя гвоздемёт был конфискован деканом Минервой Макгонагал, и явно с концами. Ладно, хоть не схлопотал отработку. Конечно, он предпочёл бы в наказание за начинку слизеринских задниц гвоздями драить кубки и прочее, но зато остаться с автоматическим оружием, невиданным в Хогвартсе.

Однако деканша была непреклонна, чётко дав понять, что владельцу хитрого механизма его больше не видать. Дескать, нечего подобными магловскими штучками благородные шкурки дырявить, заклинания учите, Поттер, вы волшебник, а не магл! Хотя гвоздемёт и был магически усовершенствован Хагридом, да только кого в такой школе это будет волновать?

Мистер Малфой тоже переживал магическое бессилие перед развёрнутой и наступающей на него отвратительной магловщиной поттеровского разлива! И про гвозди сколько уже в рифму изощряется, гнусный полукровка, ведь вообще не останавливается!

За каждый гвоздик, терзавший его чувствительную плоть, ты, Поттер, заплатишь страшно и неоднократно, до чувства полного самоудовлетворения пострадавшего наследника! Гвоздить Малфоев категорически нельзя! Можно слегка пригвоздить его вассалов, но не более. А набить самую родовитую задницу Хогвартса целой унцией магловского металла – немагоугодно, слышишь, ты, Поттер?

Малфой Драко всем вопит,

Ему Поттер говорит:

«Висеть будешь на гвозде,

И терпеть всегда, везде!»

Малфой был нафарширован,

Он металлом очарован,

В Драко гвоздики хранят,

А вассалы лишь ворчат:

– Этот Поттер мечет гвозди,

В гвоздемёте их ведь грозди!

Тот металлом так плюёт,

Что до мышцы достаёт!

Наши мышцы – ягодичны,

И к гвоздям теперь привычны!

***

Что же, раз избранного для чего-то там мальчика деканша обезоружила, выдав слизням головой, как в старину говорили, то плакать не будем, мы же не Малфой! А думать будем, как воевать дальше, уже без гвоздемёта.

Малфой же не отцепится, так? Поэтому надо расширять уже имеющийся антитварный защитный комплект. Как-то: бомбы навозные, слезоточивые, самодельные, осколочные и кислотные, а также порошок мгновенной тьмы.

Опытным путём выяснилось, что распыление горючих жидкостей и порошков, особенно взвесей масла и бензина, оказывается, рождало эффект слабой Бомбарды. Это магоёмкое, опасное и запрещённое в школе заклинание, как известно, не отличалось особой точностью.

Самодельная как бы Бомбарда тем более не отличалась. Но при использовании достаточного количества огнеопасных жидкостей показывала себя на должной высоте. Ведь огонь пугает всегда!

Гермиона и Гарри учились распылять пары бензина, подальше от себя, а потом, с безопасного расстояния, добавлять немного кислорода и машинного масла, отработанного и позаимствованного у Дурсля-старшего, счастливого мерседесовладельца.

Масло в кислороде вызывало мгновенную вспышку, отчего тут же следовала аналогичная реакция бензиновых паров, с хлопком и приличной ударной волной. Необразованные юные маги дико пугались, считая, что это слабая невербальная Бомбарда, в сочетании с неудачной попыткой вызвать жутчайшее Адское Пламя, которое Адеско Файр. И молодцы, что так считали!

Однако не пламенем единым, что вы, что вы! Пускай враг испытает напор всех стихий: будет сдут ураганом, смыт наводнением, засосан мерзейшей грязью… и поджарен, вот. И заморожен тоже!

Мистер Поттер ещё раз попробовал курощать врагов жидким воздухом, и без всякого пари, жертвой которого так бесславно пали чудесные туфельки Малфоя, из лучшей змеиной кожи. Впрочем, редкая питонья кожа, став ценным трофеем, пошла в зелья, и это скорее славно, чем бесславно.

А для нового курощения холодом преисподней мистер Поттер нахально отвёл глаза ассистентке Снейпа, невербальным Конфундусом, буквально на полдесятка секунд, пустив заклинание в спину. И успел утащить из зельеварни весь сосуд Дьюара. Добби как раз предупредил, опираясь на информацию громкого мистера Гойла, что слизни отправились позаседать.

Прежде чем разлить кислород перед слизнями в туалете, под мантией-невидимкой, мальчик со шрамом предпринял некоторые сюрпризы. А именно, сначала шарахнул по кабинкам уже вполне годным для выполнения замедляющим Иммобилисом, не сильно-то простым. И сразу парализовал всех заседавших ещё более сложным Петрификусом Тоталусом, ненадолго, потому что на троих нужно много магии.

Потом вылил основную часть леденящей жидкости, отчего помещение заволокло паром, и сбежал. Разумеется, вместе с сосудом, и не забыв запереть дверь на суперклей. Снова отвёл глаза смазливой девице-ассистентке, и вернул ёмкость на место. Хорошо сработали добротно выученные заклинания, и магии в резерве ещё прилично осталось…

Пусть Снейп потом недоумевает, по какой причине жидкий воздух взял и как-то сильно улетучился? Раз этот резервуар открывают весьма редко, о чём мистер Поттер в курсе. Он ведь сначала всё разузнал, в подробностях, потом обдумал – и вуаля!

Между тем за столь ловко запертой дверью творилась нешуточная драма. Ведь туалет после испарения большой и очень особенной лужи на полу превратился в настоящий морозильник, совершенно настоящий. Ударило холодом, прямо как сильным заклинанием, по всем присутствовавшим, а те и пошевелиться первое время не в состоянии!

Наследник Малфой немного примёрз к унитазу, отклеиваться было больно. И очень поморозил нос, уши и мизинцы, до сильного распухания. Его-то паралич прошёл довольно быстро, но расколдовать вассалов трясущейся от холода рукой удалось далеко не сразу. И те запертую как-то очень хитро дверь выбивали долго, недопустимо долго!

В результате благородная тонкая белая кожа была серьёзно повреждена и отдавала ярко-розовым, до ярко-красного. Ужасный цвет, ужасные тона! И ощущения замерзания были просто чудовищны! Да у него сердце чуть не остановилось, так пробирало и колотило! Новые и абсолютно ненужные ощущения…

А также предчувствие того, что от коварного ловкача Поттера можно и ещё что-то узнать, примерно в том же духе. Ведь явно слышался голос Поттера, чего тот и не скрывал! Потому что распевал гадости вроде нижеследующей.

Слышен звон бубенцов издалёка,

То Малфой, замерзая, бежит,

С унитаза был сдёрнут с подскока,

Вот и членик уж криво лежит…

Вскоре слизеринцам пришлось пить Бодроперцовое зелье от простуды, гадость острую! Толстокожие вассалы страдали меньше, но тоже жаловались на обморожение пальцев рук и ушей головы, эти вымогатели шоколада и премии за выбивание двери... Но какое жуткое леденящее заклинание, сильное!

И слышно было, как Поттер в туалете на них колдовал, но там только понятные заклинания прозвучали, поэтому совсем непонятно, как он учинил столько холода? Может, это специальное морозильное зелье? Однако мистер Малфой о таком даже не слышал…

А Гарри, чтобы сбить наследника с толку, как-то поинтересовался, оценил ли он особое зелье «Снежная королева»? Дороговатое и редкое, но несколько минут большого холода даёт. Правда, сильный холод бодрит, Малфой? Или, скорее, всё же едрит? Ты учти, что если нашлось то, что едрит, то можно столкнуться и с таким, которое распроедрит вас всех, вонючие слизни!

Кстати, если на твой прибор налить такого зелья, он рассыплется на кусочки даже от небольшого удара! А ты же помнишь мою крепкую коленку, Малфо-о-ой?

Сильный Поттера удар

Породит меж ног кошмар!

Брызнет членский порошок,

Не ходить тебе в горшок!

Стрёмный Драко теперь скромник,

Он купил мочеприёмник!

От последних рифм наследник, обладавший отлично развитым воображением, как-то побледнел и отошёл в сторону, не ввязываясь в продолжение разговора. Потому что сразу вспомнил грустную судьбу изысканной обуви, промороженной какой-то маглятиной и раздробленной пошлыми ботинками Поттера на кусочки, с проигрышем пари. И решил, что беспринципный враг мог использовать и некую низкую магловщину, необыкновенно презренную, но пробирающую…

И новые стишки у него пробирающие, необыкновенно пошлые, до отвращения. Воистину стрёмные, как бы ни криво выглядело это жаргонное словечко! Наследник имеет высокие гигиенические стандарты, и ни в кого не вцепляется, а просто ставит на место всяких якобы избранных. Ведь это не только право, но и обязанность всякого высокородного!

Ты вцепился в меня, как колючка,

Ты вцепился в меня, словно клещ,

Но твоя чёрненькая штучка –

Самая глупая в мире вещь!

Ты решил подкатить-ка придатки,

Ты тупеешь, как будто барсук,

Подари вассалам манатки,

Чтобы с кружевами вокруг!

Мойся, давай, ты в душе почаще,

И тереби свой цветной причиндал,

И считай, что нет его краше,

И маши им, чтоб всяк увидал!

***

Ладно, слизня поморозили, до простуды, и теперь о другом думаем, более важном. Значит, серьёзного железа здесь точно иметь не  дадут, во имя разоружения всех мальчиков-героев. Только контрабандой, если что. В принципе, если носить свинцовый шарик, небольшой, на полфунтика, да на цепочке-ремешочке, и в рукаве, то отмахаться можно.

И попробовать отбрехаться, если застукают – мол, это свинец, а не железо, очень мягкий и непрочный материал, вон, сколько вмятинок, смотрите!.. Ладно, сами там увидим, коли будем посмотреть. Да и отработки за магловщину можно пережить, здоровье важнее. Как глянешь на огромных телохранителей Драсика, так прямо и чувствуешь, что здоровье – важнее!

Значит, пока остаются изделия большой химии, как их называет подруга. Кислоты, щёлочи, перцовые баллончики, слабительные средства, психотропные лекарства, йод, марганцовка, зелёнка… Плюс набор юного химика. Магия почему-то частично презирает физику, отрицая электричество, почти.

Но вот к химии магия лояльна, разрешает любые реакции. Насчёт термоядерных не знаем, но кислоты, щёлочи и соли взаимодействуют в замке чётко по учебнику. Недаром в основе химии – сплошные превращения, то есть чистая трансфигурация! И химия очень разнообразна, но презираема магами, за каковое пренебрежение последует воздаяние.

Чего вы не знаете, то вас и проймёт! Потому что химия – реально сильная вещь, восхитительно многоликая. А Гермиона – обладательница домашней лаборатории, разрушительная часть которой перекочевала в Хогвартс. И не химией единой тоже!

Есть ещё биологическое оружие, оно тоже это, конвенциональное, то есть разрешённое. Если нас тварями тварят… травят, в ассортименте, то и мы вправе отметить вас… э-э-э, отметелить вас… В общем, ответить вам той же монетой, то есть аналогичным образом. Тварненьким таким, в целях максимального отоваривания, вот.

Точнее, подобием аналогичного образа, потому что у нас какие там твари? Так, тварюшки! Грызуны да насекомые, по мелочи. Да, наша монета мелковата, детская такая. Однако в нужном количестве и в нужный момент! Чтобы вплоть до мементо мори, то есть – помни о смерти!

***

Ушастый вредитель таскал с кухни отработанное растительное масло, тёмное и припахивающее горелым, которое потом оказывалось в обуви и карманах как мистера Малфоя, так и вассалов. С точки зрения Добби, это крошечное вредительство, мельчайшее.

Конечно, Добби чувствует лёгкое недовольство магии замка за преумножение загрязнений, но оно тоже мельчайшее. Зачем магии размениваться на пустяки? Это и низшему эльфу понятно. Ведь наследник легко очищает свою обувь изнутри, только ругается, и всё. Правда, ему также приходится убирать масло из просторной обуви своих вассалов, из-за чего бывший младший хозяин очень сильно ругается.

Особенно когда надо чистить замасленные носки, на это нужно две или даже три попытки. Поскольку заставить вассалов часто менять носки – это непросто, спросите хоть у Рона Уизли! А если им подливать и в карманы, как придумал Добби, то времени на очистку уйдёт гораздо больше…

Добби так шутит, про носки и Рона, он научился шуткам у великих детей, и ещё немножко у Пивза, очень большого шутника, правда, крайне неприличного. Однако Добби умнеет, и понимает, какие шутки – приличные и детские, или сравнительно детские, а какие пошлые и непристойные. Если поступать с мистером Малфоем немножечко пошло, то Мать-и-Магия простит, это говорит интуиция чувствительного эльфа, поборника (красивое слово!) справедливости…

***

…О, никчёмный Добби не смог полить ненужным маслом внутренности слизеринских сумок, его внутреннее служение порядку противится такому вредительству, не совсем мельчайшему. Добби не виноват, то есть меньше виноват! Но он, будучи мелким ушастым вредителем-невидимкой, смог добавить чуть-чуть масла в шоколад и фрукты, припасённые Драко Малфоем для перекуса.

Пожалуй, масла было всё же не чуть-чуть, а больше. Потому что наследник даже визжал. И обвинял слуг в недостатке бдительности, хотя те не виноваты. У Добби очень высокая невидимость. И скорость высокая, он же электровеник, как говорит мудрейшая из девочек. Добби отличный электровеник, уверенно работающий под невидимостью!

Опыт с замасливанием продуктов дал противоречивый результат. Его бывший совершенно не может есть замасленный шоколад. И фрукты тоже не может. А вассалы могут, особенно шоколад. И на их физиономиях хорошо заметно отсутствие сочувствия боссу, а только интерес к полученной еде, и всё. Босс это тоже видит и сердится.

А слуги между собой прямо говорят, что Поттер умеет и нормально вредить, намасливанием, например. Все бы так вредили! Потому что шоколад у босса самый лучший, и фрукты отличные, а масляную обувь он просто превосходно чистит, раз магических талантов такая куча. Даже с замасленными носками справляется, видный умелец! Да их после его чистки ещё носить и носить, не меняя!

Поэтому низший эльф Добби обеспечит своему бывшему дополнительный фронт работ, как учат героический сэр Гарри и его мудрейшая подруга…

Новый друг

Не станем крысу мы держать –

Грызун и нечиста!

Прижмём к себе ручную гладь,

Огромного кота...

Красив и грозен Живоглот,

Волей Бастет храним!

Да, удивительный проглот,

Хозяйкою любим!

Торопливо пошёл дождь. Щит Протего сверху защищал отлично. Да, круто быть волшебником!.. Рядом озабоченно чирикали воробьи. Живоглот, которого взяли с собой, тоже укрывался от падающей воды под щитом хозяйки. И подчёркнуто отворачивался от этой суетливо скачущей добычи. Одни перья!

…Лягушки гораздо лучше, не говоря о мышах. Как громко шуршат полёвки в траве посреди ночной тишины, прелесть. И какие они медленные, по сравнению с кошками! И кровь такая горячая, чудо, а не напиток!

Да, насколько же млекопитающие выше холоднокровных этих амфибий, никакого сравнения. Этого Клыку не понять, хотя чутьё у брехунца исключительное, это мы признаём. Зато слышим не в пример лучше, м-р-р…

***

…Вот страшноват Живоглот на всю морду свою, расплющенную, а ведь красавчик, даже когда не мурчит. Потому что и глаза умные, и морда очень понятно все эмоции показывает. Прямо собачья морда!

По Клыку тоже отлично видно, какое у него настроение, и что накосячил, и что был наказан. А особенно отлично видно, насколько жрать хочет: сильно, очень сильно и просто край, не могу, как сильно хочу, гав-гав!.. Рон всё никак коту свою крысу простить не может, а зря. Ох, не ему с полукнизлом тягаться, куда там!..

Гарри наглаживал Живоглота, расположившегося на его тёплых худых коленках, и успокоено размышлял. Коты – хорошо! Молодчина Гермиона, что на Живоглота тогда серьёзно потратилась. Потому что получается, и у него теперь кот есть. Гермиона не ревнует, умница. И котяра часто к нему забирается, и не когтит, так, иногда…

И у Невилла любит полежать, там коленок-то куда больше… Так хорошо кота гладить и мурчание от него получать, очень это уютно. По-домашнему, вот. Если бы не твари, разнообразнейшие, включая слизеринских, то Хогвартс был бы образцовым домом.

Да, именно образцовым. А раз это Хербер какой-то, то выходит – странный он дом. Поопасней, чем дурслятник, раз в десять. Или сто. Но с Живоглотом гораздо лучше, на мурчание что-то у тебя внутри отзывается, сладко так…

А Рон странный какой-то, раз кошек не любит, очень странный, и всё! Кошек не любит, собачек боится, да к облезлой крысе стремится – странный волшебник!

Был массивен кошак Живоглот,

Но залез он на шкаф, бегемот.

К Рону прыгнул он смело,

На нём кучу соделал,

Ибо кот сразу брал в оборот!

***

С Живоглотом удалось подружиться почти сразу. В тот вечер близнецы отвлекли Рона за ужином, и Гарри досталась последняя куриная ножка с общего блюда, крупненькая. Он её сунул в карман, пусть будет…

И вспомнил о трофее незадолго до отбоя. Да, неплохо бы себя порадовать вкусненьким, пока в прожорливого друга камни плюют. Есть шанс, что не прибежит на запах, с претензиями… Мальчик развернул салфетку и с удовольствием впился в хорошо прожаренную сочную плоть. Курочка и остывшая радует! И буквально почувствовал чей-то взгляд.

Рыжий котяра спрыгнул с колен Гермионы и решительно направился к избранному куровладельцу. Подошел и очень интересно взглянул, прямо сквозь очки в мозг пробурился. Дескать, очень нуждаюсь в курином довольствии, приятель, крайне, и немедленно. Не сильно настаиваю, но очень хочу, во имя пушистой хозяйки, нам с тобой небезразличной…

Гарри стало смешно. Прямо как разговаривает, такая рожа! Ну, раз во имя, то не буду второй раз откусывать, держи, рыжий... И он протянул домашнему зверю ножку, коль тот вежливо попросил, взглядом больше, только разок и мяукнув, тихонько. Да, Рон так не умеет просить, совершенно не умеет…

Уж раз во взгляде том, да в звуке том слышались и просьба уважить, и сдержанное достоинство, и симпатия к другу хозяйки… Пожалуй, ножка котищу важнее, чем мистеру Поттеру, раз прибежал, даже греться на коленях перестал.

Раньше Живоглот совершенно спокойно на посторонние перекусы реагировал, вёл себя важно. От Рона разве что отворачивался. Специальный такой котище, недаром подруга в магазине именно в него сразу вцепилась и сияла. И мурлыкать научилась, почти сразу.

Кот аккуратно взял дар в пасть и дружелюбно ткнулся широким лбом в колено. Мол, благодарствуйте, уважаемый герой, во имя...

– Во имя Бастет Мышеедной? – шутливо спросил Гарри, припоминая одну древнеегипетскую богиню, из важных, дочь Солнца и Луны, вроде.

Кот довольно мурлыкнул. Мальчик-герой почитает великую из золотого века котиков, титулует богиню, и почти правильно. О, великая нильская цивилизация котиков, о, бальзамирование миллионов пушистых хвостатых, о, почтительные хозяева, благодарные фамильяры и их фараоны, жившие по сотне лет!..

Так пошла дружба. И Живоглот отныне нередко выбирал его колени. А если Гермиона захватывала питомца в спортивную комнату, кот, вертя круглой башкой, с любопытством следил за полётами стремительного теннисного шарика

И прыгал за ним, если тот летел в дальний угол. Но если за шариком достаточно было нагнуться, сделав шаг-другой, Живоглот себя не утруждал.

– А ведь он шарик несёт кому надо, где бы ни поймал. Знает собачью работу, молодец! И ловит так ловко! – немного удивился Гарри, обратив внимание на активность рыжей бестии.

– А то, Глотик у нас умничка! И тоже любит тренироваться… – довольно ответила хозяйка. Рыжий и мордастый негромко заурчал, явно в знак одобрения. Прыгать – здорово, это очень по-кошачьи!

– А Рону никогда не приносит...

– Да, я заметила, – нейтрально отозвалась девочка.

Гарри не стал развивать тему. Ему было ясно, что настоящей дружбы между пушистой и прожорливым нет. Это он их заставляет как-то… он вспомнил длинное слово и похвалил себя… взаимодействовать, вот.

Не ссорятся – и хорошо. То есть ссорятся, но не разругиваются. Было неприятно, когда Рон, обычно не правый, обижался на острый язычок отличницы и возмущённо кричал: «Гарри, да скажи ты ей!..» Нет, он не говорил, ведь права подруга, права. И он предпочитал Рона успокаивать.

А Гермиона ему жаловалась только, что Рональд опять забыл, не выучил, не сделал, обещал и не выполнил, списал слово в слово, а так же нельзя... В этих обращениях он со временем стал различать невысказанную просьбу повлиять на гигантского ленивца, как припечатывала Рона подруга, и не всегда за глаза.

Когда Гермиона сердилась, то легко называла вещи своими именами. Впрочем, и Гарри тоже доставалось – когда за нехватку прилежания, когда за плохие слова в песенках и неуважение к профессорам. Но Рон сердил её гораздо качественней. И уже чуть ли не ежедневно. Потому что у неё куча занятий, а рыжему и дай сдуть эссе, а лучше два, и конфетку дай, и от шоколадки отломи…

После василиска Гарри чувствовал себя повзрослевшим. Прежде всего, за счёт понимания того факта, что надо готовиться к новым неприятным встречам. Раз в этой школе его готовы убивать и Блэк, и дементоры. А вот Рон остаётся прежним... Рончиком, с огромной пищевкусовой зависимостью.

И гигантским ленивцем, как он тоже звал друга, сначала за глаза. А затем и не только за глаза. Потому что Рон давал всё больше поводов, чтобы и в глаза уриной брызнуть, и корону лопатой поправить.

Те же шутки у рыжего всё грубее и грубее становились, хотя порой бывали и удачными, особенно против Малфоя. Одна из его плохих черт – то, что покритиковать очень любит. Мягко выражаясь, конечно. Рончик тот ещё критик! Все у него дураки и ничего не понимают.

И поныть ещё больше любит, потому что и близнецы, и лохматая (за глаза, правда), и преподы, и эссе эти, и конфетку... Ты что, уже всё съел, да? А я, а мне?.. Чего свои, свои, а я же уже всё, я и не заметил, они же съедаются на раз, тебе жалко, да?..

И эпизод с теми сэндвичами во время первого знакомства сразу вспоминается. Рон тогда умял всю внушительную горку, жалуясь, с набитым ртом, что мясо и не сочное, и жёсткое, и остыло… А Гарри бы не отказался от жёсткого и остывшего, он сладким только перебил аппетит, а потом очень хотелось поесть. Особенно к самому концу путешествия.

Хорошо, что увиденные в замке чудеса до самого ужина надёжно отвлекли. И позднее не вспоминалось это пиршество на глазах у голодного и тощего, разок, может быть, только, или два.

А вот сейчас отчего-то стало всё время вспоминаться, как новый друг толстенными бутербродами запихивается, один за другим мечет, и шоколадными лягушками заедает…

***

Живоглот, за лакомства от Невилла, держался с ним вполне дружелюбно, всегда давая себя погладить. И как-то показал, по просьбе Гермионы, нюхнув жабий аквариум, куда ускакал Тревор – в душевую, в самую крайнюю кабинку. Ботаник был очень доволен и с тех пор всегда угощал, достойно.

А вот с Роном сразу не сложилось, ещё в том зоомагазинчике, когда котище Паршивца учуял. И потом очень быстро получилась полная вражда. Непримиримая, и при непротивлении сторон.

«Плохое животное!» – ворчал Уизли, и громко. «Никччёмный человечишшка!» – периодически шипел Живоглот, и почти понятно.

Не будем скрывать, что отношения Рона с Живоглотом – сильная и крайне драматическая история тех, кто друг другу сразу не понравился. Ненаследник Уизли не мог спокойно видеть этого многолапого убийцу! Вот кто настоящий паршивец, с большой буквы!

Этот Живоглот прянул прямо ему на голову и погнался за Паршивчиком, разбойник красномордый! Его расплющенная будка у него сразу вызвала огромное подозрение, там слово «рецидивист» вот такими буквами написано!

…Так, валяется и вылизывается, обожравшийся лентяй, весь довольный, прямо до отвращения… Вот как рядом с такой мордой, довольной, жить, а? Как несправедливо, ведь у него после еды никогда такого довольства не бывает.

Потому что вроде хорошо-хорошо в животе, а потом раз – и снова пусто, как колдорадио послушал! Ага, вот рифмочки пошли, сейчас как дам под хвост, пока заучка не слышит…

Схвачу рыжего кота,

Обломаю лапки,

Сдеру шкурку, что чиста,

Да сошью две шапки!

А остаток – на трусы,

В них чтоб было видно:

Коль замечены усы,

Котикам – обида!

…Да, это именно обида, рыжий враг Уизли-Погрызли, и сильная! Живоглоту никто не угрожал обдиранием! Это он обдирает в подземельях и окрестностях замка почти всех, кого встречает, кроме лис и барсуков всяких! И тебя обдерёт, Уизли, только попробуй нарушить мои границы, и обломает, до кучи…

А обиженный на всех долговязый и проголодавшийся подросток никак не унимался:

Рыжий скотик наверху

Вдруг запел: «Кукареку!»

Шмель, наверно, зажужжал,

Коль б прибор в дверях зажал!

…Никогда и ничего он не зажимал, враг ты, запорный! И шмелю вообще нечего в дверях зажимать, если это не директор Дамблдор, он же Шмелинг! И тебе бы стоило лучше вылизываться, неряха Уизли, больно дух от тебя тяжёленький, оскорбляющий обоняние…

Только ты, придурок, языком своим, длинным, одну чушь молотить умеешь, а в жизни ничего полезного не сделаешь, Бастет свидетельница. И магия у тебя какая-то… несвежей мышкой отдаёт, вот!

***

Рон с утра был мрачен. Полночи его топили в огромном ведре с ледяной водой, и всё-таки утопили, несмотря на героическое сопротивление. Проснулся с чувством утопленника... ужасно голодного утопленника.

Полный живот холодной воды, а перекусить нечем! Потому что на ночь увлёкся и, под одеялом, так вот последнее, утащенное с ужина, и добил. А Паршивец, негодное животное, тоже всё сожрал, а ведь иногда оставляет в клетке подсохшие кусочки... Никчёмная крыса!

Вспомнились стишки Поттера, где вроде наезд на крысу, где-то и очень заслуженный, да. Но и на владельца тоже! Хотя про тихонько гуманно получилось, типа, по-дружески…

Пусти в постель –

С тебя не слезет.

Паршивец – в щель,

И там облезет…

Потом подохнет,

Затем протухнет…

И Рон не охнет,

Тихонько пукнет!

Ещё Рон вдруг вспомнил, как в раннем детстве он тщательно привязывал сзади веник, надеясь на лучшую жизнь… Веники, чтобы денег стало больше, и чтобы ему купили… Да там такой список, до сих пор приятно вспомнить! И как неприятно вспомнить, что почти ничего не сбылось!

Так было неудобно ходить с этими вениками, а на метле летать и вовсе невозможно… А близнецы только ехидно улыбались, и ничего не говорили, специально! И только Перси объяснил, что это присловье, насчёт того, когда, мол, в доме нету денег, тогда привяжите сзади веник… Дескать, давно уже оно не работает, Рон, можешь не мучиться!

Ты пойми, когда-то было очень сильное заклинание, подарок от двух архимагов, полулегендарных. Которые не уничтожали друг друга, а с чего-то вдруг объединили усилия и помогли магическому человечеству. И вроде даже маглам это присловье как-то помогало… да ну их!

С чего вдруг архимаги скооперировались, никто не знает, но заклинание хорошо помогало, многим. А некоторым счастливчикам – так и отлично. Они эти веники лаком покрывали и сохраняли. И даже, вот, стишок был написан.

Потом данное заклинание, беспалочковое, кстати, уже лишь частично выручало, ещё потом – только по мелочи. Но уже лет триста как совсем выдохлось, хотя некоторые утверждают, что если взять несколько веников… Однако, Рональд, верить кабацким разговорам просто глупо!

***

Это важно, когда у человека есть кот, и даже магоугодно. На фоне всяких тварей несомненно домашние животные необходимы. У него есть питомцы и знакомое зверьё, но удалённого доступа. Сова в совятне, собака в доме Хагрида, жабу он за человека… своего питомца не считает, крысу тем более…

А теперь кот под рукой, очень такой домашний. И мурлычет прямо тебе, это очень важно. Для Гермионы рыжий котище – очень подходящий зверь, видно, что они всегда друг другу рады. На это приятно смотреть.

Паршивец, конечно, достоин сочувствия, имея, с одной стороны, и такого специального хозяина, рыжего и визгливого, любителя поставить ему клизму, с очень довольным видом. А с другой стороны, получив довольно страшного врага, рыжего и мурчащего. Но у Паршивца есть вполне надёжная клетка. Рон почему-то не понимает простой вещи: если где-то шныряет кот, крыса должна быть под замком, вот и всё.

***

…Клык в душе признавал вину за то, что порой не удерживается и трахает хозяйскую ногу. Потому что нет большего удовольствия! Ведь ни одна сучка не сравнится с ногой великого герцога Запретного леса! О, эта сиятельная нога, что прекраснее любой, даже самой накрахмаленной болонки…

Клыку как-то подвалило счастье повязаться с благороднейшей догиней, о-о-о… Как же визжала её хозяйка, и обзывалась на Клыка, за полукровность его, окаянную. Да, с догиней было классно – и запах, и цвет, а уж оргазм был, чуть ли не многократный… Но это очень интимно, Клыку неудобно даже вспоминать, он довольно чувствительный и немножко стыдливый пёсик, гав-гав…

Так даже в сравнении с догиней эта величайшая нога невероятно притягательна, вот трахал бы, и трахал! Однако слишком часто нельзя, герцог не любит. И Живоглот не понимает прелести такого секса. Ни разу не понял, сколько не объясняй. Мурчит своё, и мыслеобразы очень чётко прямо в собачью голову вкладывает, довольно сердитые.

Дескать, кошки ног не трахают, о них тереться надо и свой запах человеку передавать, чтобы тот не потерялся. Максимум, по груди хозяйки потоптаться, но только передними лапками, и недолго! К хозяину надо прижиматься и греть его, и самому греться. И лизать в лицо предельно аккуратно, и по чуть-чуть, и только в подходящие моменты, самые интимные!

А ты же меры ни в чём не знаешь, даже в доме погадить готов, если съел не то. Мы, кошки, очень разборчивы в еде, а ты, бывший блохастый? Ты деревенский всё-таки пёс, Клык, тебя когда-нибудь пришибут, сапогом, за непростительные пищевые ошибки! И наварят из костей ароматного клея, а хвостом мусор со стола сметать будут, это очень устойчивая людская привычка, сметать, и ежедневно, он в курсе!..

Живоглот, конечно, много себе позволяет, потому что очень специальный кот, книзловатого типа. Так и Клык, как выясняется, тоже крутой питомец, раз фамильяр. Не хуже и Живоглота, тем более, и весит куда больше, и голос очень громкий имеет, и личную конуру. Хвост на метёлку – это, конечно, вроде как и понижение в статусе, посмертном…

А что, пусть и мусор такой метёлкой! Герцог же будет сметать, повелитель всего! И хвостов тоже повелитель. Тем более, его хвост – большой предатель, может и не про то рассказать, с перепугу, сколько уже случаев было. Трусливый кусок, им порой только сметать, это верно, котявый мурмурелла!

Когда Клык волнуется, он придумывает новые английские слова, это свидетельство развития, оближись, Живоглот! Кстати, все сучки наши хвостики обожают, это важно, и свои умеют увлекательно поднимать, это ещё важнее…