Серия «Истории про кино»

После просмотра я допустил ошибку и полез читать, что с помощью ручного пулемёта хотел сказать Ари Астер. Оказывается, фильм про людей, избегающих своих травм, это ещё и фильм про политику, власть, левых, правых и соцсети. Допустим, всё это там есть. Но фильм рассказывает об этом так тягомотно и размыто, что я всё время думал о другом.

По сюжету шериф небольшого городка Джо решает баллотироваться в мэры. Ему противостоит бизнесмен Тед Гарсия, который собирается построить в городе огромный дата-центр. На фоне пандемии и предвыборной кампании город превращается в маленькую модель Америки, где каждый знает, против чего борется, но никто не понимает, зачем ему это на самом деле нужно.

Потому что здесь почти нет людей, кто действительно хочет власти. Я, например, обожаю «Карточной домик», потому власть там — смертельный наркотик главного героя. В «Эддингтоне» политика — это скорее костюм, который каждый надевает поверх личных проблем.

Джо отказывается надевать маску и поносит Гарсию, хотя просто хочет вернуть жену и почувствовать себя мужчиной. Его жена Луиза не может открыть травму и находит принятие в харизматичной конспирологии Остина Батлера. Сын Гарсии Эрик через политическую активность клеит активисток. Сара (активистка) знает четыре вида антирассистов, но на пикетах пытается вернуть бывшего — полицейского Майкла. А сам Майкл — вообще самая трагичная фигура: он просто хочет вернуть себе достоинство, пока все вокруг рассказывают ему, за что он должен бороться.

И так буквально с каждым персонажем. Мне просто лень расписывать.

Это же и самая интересная часть фильма. Люди превращают личную проблему в политическую, потому что политический язык делает её красивее и легитимнее. Джо мог бы сказать: «Я ревную жену и чувствую себя униженным». Но это звучит жалко. Приятнее сказать: «Я борюсь с коррупцией и государственным контролем».

В этом смысле «Эддингтон» идеально попадает в настоящее. Срачи в социальных сетях (в России, да и за пределами) превратили политику в способ определить себя. Человек может искать славы, любви, уверенности, принадлежности или способ справиться с одиночеством, но рассказывает себе, что он просто борется за правильные ценности. И чем больше мы спорим друг с другом, тем меньше замечаем, что каждый пришёл сюда со своей маленькой личной болью.

Самое грустное — сам фильм почти не замечает, насколько хороша эта мысль.

Вместо этого Астер раскладывает передо мной витрину: политическая поляризация, конспирология, капитализм, пандемия, социальные сети, власть, маскулинность и травма. Всё интересно. За два с половиной часа почти всё успевают показать. Но фильм напоминает супермаркет, в котором включили сразу все рекламные экраны. Я вижу всё и сразу, переставая понимать, куда именно смотреть. И начинаю скучать.

Особенно странно, что фильм вроде бы подводит к мысли о личном, но сам всё время хочет говорить о политическом. Астер словно пытается рассказать глубокую историю о том, как политика меняет наше восприятие мира, когда мне интереснее обратное: как мы используем политику, чтобы не смотреть на себя.

В финале остаётся ощущение, что независимо от того, за что герои воевали, мир всё равно продолжит двигаться вперёд. В Эддингтоне построят дата-центр, кто-то выиграет выборы, кто-то проиграет, а кто-то продолжит щитпостить в телеграме. Машина поедет дальше, даже если люди внутри так и не разобрались, куда едут. И я даже не уверен, что это трагедия.

Потому что, может быть, правда полезнее заняться чем-то реальным? Построить что-то или починить, поговорить с человеком, которого ты любишь, признать свою зависть или одиночество. Сделать что-нибудь, что действительно может помочь лично тебе справиться со своей жизнью, даже если это выглядит менее героически, чем битва за судьбы Родины в комментариях.

«Эддингтон» оставляет странное чувство. В нём есть хорошие идеи и точные наблюдения о людях, которые прячут личное за политическим. Но сам фильм словно прячется от своей лучшей мысли за ещё одной идеей и ещё одной трактовкой.

А мне предлагают расшифровывать. Вместо того, чтобы уже взять и что-то сделать.

6 из 10.

За фильм, в котором каждый борется за что-то большое, потому что ему страшно признаться в маленьком. Пока мир продолжает просто строить дата-центры.

В прошлом году я посмотрел дебют Дэмиэна Маккарти Oddity (Астрал. Медиум), и поэтому «Хокум» порадовал меня слабее, чем мог бы. Я понимаю, что сравнивать фильмы – занятие неблагодарное, но здесь трудно удержаться: Маккарти достаёт из чемодана буквально те же приёмы, аккуратно протирает и раскладывает в новом доме.

Снова серые ирландские леса, в которых не стоит гулять одному. Снова странные мужики, разговоры о потустороннем и ощущение, что в темноте кто-то стоит. Даже мораль примерно та же: за нечистью интереснее наблюдать, когда она отражает грехи людей.

По сюжету писатель-американец приезжает в ирландскую глушь, где оказывается среди людей, которые слишком увлечены местными легендами. Он относится к происходящему с раздражением, иногда откровенно по-мудацки, и постепенно втягивается в историю, которая размывает границу между фольклором, реальностью и его страхами.

В какой-то момент фильм достаёт зеркало, белого кролика, загадочный напиток и маленькую дверь, в которую, конечно, нужно каким-то образом попасть. То есть косплеит «Алису в ирландском лесу», где варят грибной чай и слишком много знают о ведьмах.

Почти всё, что режиссёр умел в Oddity (я отказываюсь называть его Астрал), он делает здесь лучше. Герой-чужак – отличная находка. Дуэт рационального американца в компании чудаковатых местных создаёт интересный конфликт: духи пугают, но сильнее пугают люди, которые знают, как с ними жить.

Сам фильм тоже пугает чаще. Гнетущая тишина, лес и странные лица работает с самой первой сцены. Мораль героя здесь не сильно оригинальная, но тоньше, чем в дебюте. Если ты бежишь от своих грехов, однажды они тебя догонят. И фильм буквально показывает два маршрута: можно продолжать бежать, а можно принять то, от чего бежишь. Догадайтесь, какой вариант достанется герою, а какой злодею.

При этом когда все секреты вылезли наружу, мне стало скучно. Главная страшилка не особо страшная. Главный поворот – не «вот это поворот». Фильм собирает сложную головоломку, но в конце я ещё раз посмотрел картинку на коробке и понял, что её и ожидал.

Так выглядит моя главная проблема с «Хокумом». Если ты хочешь сделать второй фильм лучше, не просто полируй, что уже работало, а добавь новое. Здесь лучше всё: страшнее, аккуратнее и атмосфернее. Но кроме технического мастерства (и отсылок к Кэролу) меня ничего не удивило. Я оказался в том же лесу, послушал похожие легенды и снова ждал, когда за ирландской хтонью обнаружится человек, который зря играет с дьяволом.

Это хороший хоррор со своей изюминкой. Местами он пугает и завораживает, а его ирландская нечисть прячет под мхом несколько очень человеческих проблем. Просто я хотел увидеть, что режиссёр сделает с тёмным лесом, если наконец перестанет водить меня по знакомым тропам.

А получил ещё одну экскурсию по маршруту, где аккуратно прошлись садовники.

7,5 из 10

Я люблю обсуждать идеи фильмов. Я люблю обсуждать особенности картинки. Но после «Сирата», я не очень понимаю, о чём нужно говорить сначала. При этом даже спустя месяц после просмотра я до сих пор помню, как мои ноги сами двигались в такт электронной музыке. Возможно, так выглядит лучший комплимент фильму, правда, это же и его главная проблема.

По сюжету отец с сыном отправляются в пустыню Марокко искать пропавшую дочь. Там они присоединяются к группе рейверов, которые едут на «самый главный рейв», и параллельно живут в атмосфере Безумного Макса: полупустыни, немытые тела и бесконечная дорога. Дальше роуд-муви постепенно мутирует в нечто тяжёлое: мы переживаем личную трагедию и слышим отголоски конца света, после которых герои продолжают двигаться вперёд, уже плохо понимая зачем.

Тут у меня начинаются вопросы.

Потому что как путешествие фильм работает странно. Есть дорога, есть (пусть и не очень увлекательные) приключения, есть цель и потеря, вроде всё необходимое на месте. Но режиссёр словно специально выкрутил ручку смысла на максимум, но потом забыл подключить её к колонкам. В финальной трети герои почти сами проговаривают, что происходящее бессмысленно. И я с ними согласен. Только не уверен, что всё так и задумывали.

При этом с атмосферой всё прекрасно. «Сират» пропитан духом рейва. Пыль, жара, басы, люди, танцующие посреди пустыни, машины, ползущие по ночному ландшафту с маленькими огоньками фар. Цивилизация словно погибла, но кто-то под конец успел забрать с собой колонки, и пока музыка играет, апокалипсис можно немного отложить. Правда когда в плеере нажимают «стоп», остаётся вопрос: зачем всё это?

Я пытался ответить. Может, это фильм о том, как люди на краю света переживают конец света? Но они вообще его не переживают. Может, о том, что только чистые смогут пройти через Сират – тот самый мост между земной жизнью и раем? Но по этому мосту проходят не только чистые. Может, это притча о свободе? Тогда почему свобода всё время приводит героев примерно туда же, куда и обычная жизнь?

Я пришёл к своей версии. Для меня «Сират» – фильм о потере контроля. О мире, который существует в духе рейва: ты не знаешь, куда едешь, зачем едешь и что будет через пять минут. Музыка играет, машины движутся, а люди танцуют, и когда героев пытаются разогнать, они говорят: «Мы никому не мешаем. Мы просто танцуем». Кажется, об этом всё кино.

Потому что да – они никому не мешают, но и смысла в их движении нет. Они просто едут дальше. Как будто сам факт движения уже становится оправданием существования. Это произошло и с фильмом. Он так красиво движется, так уверенно шумит и гипнотически светится, что я почти перестал спрашивать, куда мы вообще приехали. А приехали мы, кажется, в пустоту. Да, в красивую. В пустыню, наполненную музыкой, светом, пылью и людьми, которые пытаются танцевать, пока мир вокруг разваливается. Проблема одна – никто уже не знает, зачем играет новый трек.

Наверно, я всё же не жалею о просмотре. Потому что кино, которое заставляет меня два часа искать в нём смысл, а потом спорить с собой, не может быть совсем пустым. Просто здесь я пришёл за фильмом, а получил состояние. Гипнотическое, но местами скучное, красивое, но и тревожное. И, возможно, именно поэтому мне всё кажется, что «Сират» вот-вот скажет нечто очень важное.

Но не говорит.

6 из 10.

За странное ощущение, что я два часа танцевал с фильмом, а потом выключил музыку и понял: мы так и не выяснили, куда едем.

Красивой быть больно

Мне нравится тренд на сказки, рассказанные глазами проигравших. Ведь обычно принцесса получает финальные титры (и принца), а проигравшие выходят лишь с клеймом злодея. Никто не спрашивает, что чувствовала та девчонка в стороне, которой с детства объясняли, что она недостаточно красива и изящна. К моей радости об этом спросила «Гадкая сестра». Фильм взял знакомую историю Золушки и развернул зеркало в другую сторону. Сюрприз: отражение внезапно оказалось куда актуальнее оригинала.

По сюжету всё примерно так, как вы запомнили. Есть Золушка (Агнес), бал, принц и сводная сестра (Эльвира), которая мечтает стать той самой избранной. Единственное изменение – теперь главный герой она. И до бала мать будет раз за разом убеждать Эльвиру, что счастье начинается с правильного носа, тонкой талии и готовности терпеть боль. От хирурга или своего избранника.

Внешне фильм выглядит детищем джалло-ужастиков, которые сели пересказывать братьев Гримм. Я познакомился с этим жанром недавно, на «Маленьком красном платье». Он же объяснил мне главный принцип: делай страшное красивым. Да настолько, чтобы было не оторвать взгляд.

На этом топливе работает и «Гадкая сестра». Прыщи, опухшие тела, пенисы и сперма, пластическая операция молотком и ползающие гады, на которых лучше не смотреть за ужином, превращаются в гипнотический танец под электронную музыку в густом розовом свете. Выглядит завораживающе и отвратительно одновременно. Как украшенный кремовыми розочками торт, в который вместо бисквита положили сырое мясо.

Если вы смотрели «Субстанцию», вы знаете, как фраза «красота требует жертв» может выглядеть буквально. Так вот «Гадкая сестра» делает её ещё буквальнее. Она показывает каждый укол, синяк и каплю крови, которые стоят женщине попытки стать достаточно красивой, чтобы наконец заслужить любовь.

«Ты меняешь внешность, чтобы соответствовать тому, что у тебя внутри» говорят Эльвире. И это самая страшная ложь фильма. Потому что именно так устроено незаметное насилие над собой, когда палач больше не нужен, и ты сама начинаешь резать, ломать и переделывать себя, искренне веря, что только после этого обретёшь любовь. С этой целью когда-то и рассказывали сказки. Ими предупреждали об опасностях. Просто тогда чудовища жили в лесу, а сегодня в зеркале, лентах соцсетей и в нашей голове.

Если вы знаете оригинал, финал вы тоже угадаете. Однако фильм подбросит под конец особенно красивую идею. Золушка, как полагается, получит всё, о чём мечтала, но лишь поменяет одну зависимость на другую (без спойлеров). В мире, где красота – единственная валюта женщины, оказывается, безопасность – не всегда свобода. А вот та, кого считали проигравшей, здесь неожиданно получит шанс впервые выбрать себя. Пусть несовершенную и поломанную.

Поэтому если вы сначала подумаете, что фильм не работает, не торопитесь. Дайте ему время. И если после титров вы вдруг захотите чуть добрее посмотреть на отражение в зеркале, возможно, сказка всё же выполнила свою работу.

7,5 из 10.

Потому что самое страшное уродство начинается с желания заслужить любовь. Собственной болью.

Я не люблю классические ромкомы. Для меня они живут где-то в другой вселенной, куда, если я заглядываю, то по возвращении ничего не помню. В юности я честно посмотрел «Бриджит Джонс», «Сбежавшую невесту» и тот фильм с Хитом Леджером, где он поёт на стадионе, но впечатления не задержались. Что, может, и к лучшему.

При этом я до сих пор вспоминаю каждый фильм про неудобную любовь — будь то «500 дней лета» или «Руби Спаркс», а из недавних — нежная «Материалистка» или «Вот это драма!» Мне кажется, я запоминаю их потому, что в отличие от классики, они не пытаются убедить меня, что чувства в итоге должны складываться красиво. А если и складываются, то неопределённость этих чувств всегда будет идти в комплекте.

Ну и российские ромкомы, которые для меня загадка. По моему опыту, мы либо два часа идём к неизбежному: «ДА Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!», либо… В целом всё. «Сводишь с ума» я встретил случайно – в списке лучших фильмов КП за 2025 год, и, если честно, откладывал просмотр до последнего. Как оказалось, зря.

По сюжету два разных человека сталкиваются друг с другом через магическое зеркало в одной питерской квартире. Она мутит с женатым психологом, который должен «вот-вот» оставить жену ради неё (ага, конечно). Он прячет страх близости за дерзостью, вечеринками и огромным плюшевым осьминогом (классика).

Дальше скоростной локомотив по остановкам жанра: романтичный просмотр «Вия», музыкальная нарезка «как мы сблизились за месяц», любовный треугольник и момент, когда она обязательно скажет ему (или наоборот) «жёсткую правду». Тут я должен ругаться на штампы, но, если честно, за час тридцать они не приедаются. Да и фильм подбрасывает причины смотреть дальше.

Сначала — атмосфера Питера. В программе: каналы, полуподвальные бары, квартира с высоченными потолками и облупленными стенами. А также Магритт на стенах, пластинки и сочные краски, которые дарят ощущение тёплого и немного сказочного мира. Из небольшого количества локаций режиссёр выжимает максимум и создаёт ощущение, будто город на Неве укрывает героев пледом, ставя на фон Сироткина.

Собственно, сами герои тоже норм. Ершову я видел в «Аутсорсе» и ждал плохого (там меня бесили почти все, включая её), но здесь она немного наивная и вполне понятная в желании быть любимой. Парень — гиперактивный лабрадор, который меняет людей быстрее, чем успевает подпустить к себе. Все играют спокойно, и никто не выжимает из себя драму, в чём, возможно, и есть секрет успеха. Даже Антон Васильев, который обычно играет одно и тоже, тут вполне на месте.

Главный же сюрприз ждёт дальше. Для российского романтического (да и не только) кино центральная мысль фильма почти терапевтическая: иногда любить – значит признать право другого человека быть счастливым с кем-то ещё. Отдельный плюс – фильм не проговаривает эту мысль, а выращивает её из собственной фантастической конструкции. Минут за десять до конца я уже думал, что передо мной российские (пусть линейные и фэнтезийные) «500 дней лета». Но…

В финале фильм пугается своей смелости и дарит (абсолютно нереальный) итог. Вот он произнёс важную и оригинальную для российского поп-кино мысль. Вот подвёл к той точке, где ромком перестаёт быть просто ромкомом. Но, к сожалению, он не выдерживает тишины и добавляет чудо. Мол, за принятие мы вас всё-таки вознаградим. Без спойлеров, но я хотел, чтобы авторы остановились на шаге «прими и отпусти». Всё-таки для меня красивая история часто заканчивается там, где жизнь никого не утешает.

И всё же я доволен. Наверное, потому что даже с этим компромиссом фильм делает шаг туда, куда наше яркое романтическое кино ходит не так часто. Он перестаёт обещать, что любовь всегда побеждает и осторожно учит принимать реальность такой, какой она приходит.

А если однажды наши ромкомы научатся не только принимать неизбежное, но и спокойно нести ответственность за этот выбор, тогда, возможно, мне больше не придётся начинать рецензию словами: «Я не люблю ромкомы».

7,5 из 10.

За отечественный ромком, который смотрит правде в глаза. Пусть под конец и отводит взгляд.

Страх любит тех, кто делает вид, что его нет.

Иногда хороший хоррор похож на маяк. Он появляется где-то вдалеке, прорезает туман единственным лучом и честно тебе сообщает: «Смотри, здесь начинается нечто такое, что ты не сможешь логично объяснить». Дальше каждый решает по себе: ты можешь сменить курс и включить «СашаТаня», можешь убедить себя, что никакого света не было, а можешь всё-таки дойти до берега и ступить на землю. «Бухта вдов» — именно такой хоррор.

У меня есть немного безумная теория о том, как появился его сценарий. Представьте Простоквашино. Так, не смейтесь! Значит, сначала в комнату зашёл Стивен Кинг. Мэтр спокойно сел за стол у окна и написал крепкую историю с настоящей драматургией и миром, в котором я хочу задержаться. Потом старик вышел за кофе.

Дальше зашёл Ари Астер, который медленно переставил камеру, добавил тревожную тишину, длинные наезды и сделал каждый страшный эпизод по-настоящему страшным. И вот, когда до дедлайна оставалось пять минут, дверь тихооонько открыл Тайка Вайтити, дописал несколько абсолютно абсурдных сцен и персонажей... И исчез так же незаметно, как появился. Парадокс, но каким-то чудом эта алхимическая смесь сработала отлично.

По сюжету новый мэр Лофтис хочет модернизировать маленький остров, жители которого привыкли обитать рядом с легендами о древнем проклятии. Люди исчезают, кто-то говорит о призраках в местном отеле, но Лофтис — человек рациональный, и каждому событию он находит объяснение, пока тревожные факты окончательно не придавливают его к земле.

Многие ужастики развивают историю о том, что мир вокруг существует по непонятным, сверхъестественным законам. «Бухта» делает ход конём и показывает, что проблемы начинаются, когда мы отворачиваемся от непонятного только потому, что оно пугает. Мы можем сколько угодно говорить, что моряк просто потерялся, а призраков не существует (ты надышался чёрной плесенью), но неизвестность никуда не исчезает. Однажды она цапнет тебя за руку.

Ну и да, здесь уникальный юмор, который работает абсолютно не «по-хоррорски». В кромешном мраке происходящего он напоминает, что перед нами обычные люди. Люди, которые смотрят, как ты, возможно, одержимый демоном, варишь кровавый пунш, и говорят: «Так ты же просил поддержки». Это настолько нелепо, что смешно.

Актёры безупречно чувствуют эту хрупкость. Мэттью Риз играет человека эпохи Просвещения, который случайно оказался внутри лавкрафтовского мифа. Он всеми силами пытается заменить суеверия здравым смыслом, но сам живёт в плену собственных страхов. Эту удивительно сложную роль Риз проходит почти без фальшивых нот. Если где-то и прячется номинация на «Золотой глобус», то точно здесь.

А Кейт О'Флинн (его помощница) вообще стала для меня открытием. Её Патрисия одновременно смешная, ранимая и удивительно смелая. Минуту назад она делала неловкие подкаты, а теперь совершенно спокойно берёт дробовик, бензин и шокер, и идёт решать проблему с местным Майклом Майерсом.

Но больше всего меня зацепила личная история самого Лофтиса, который использует рациональность, чтобы справиться со своими демонами. Он сам пережил трагедию и придумал о ней версию, с которой легче жить и ему и сыну. Поэтому остров с его проклятием становится кривым зеркалом, в которое герой долго отказывается смотреть. Так на протяжении десяти серий Лофтис думает, что строит людям новый остров, хотя на деле сериал медленно строил для него маяк.

В какой-то момент от героев звучит фраза: «Ты не должен дать страху победить». Мне кажется, ради неё «Бухта» и существует. Герои сериала почти постоянно боятся, впадают в ступор, роняют на себя картины (я орал), но они справляются. Почему? Потому что страх побеждает, когда начинает выбирать за тебя. Когда ты перестаёшь смеяться и заботиться о близких. Когда ты перестаёшь делать то, что считаешь правильным, потому что слишком занят попытками выжить.

Именно поэтому мне так понравился финал. Он неожиданно перестаёт быть хоррором и спрашивать: «Что за ужас тут творится!?» Вместо этого он задаёт гораздо менее комфортный для большинства поклонников «Заклятья» вопрос: «Каким человеком ты выбираешь быть, если ужас оказался настоящим?»

Такой поворот понравится не всем. Одни будут хотеть больше ответов о природе зла, другие больше мясного компота на стенах, но сериал вместо этого оставляет тебя наедине с собой и непростым моральным выбором.

Наверное, поэтому после титров я думал о том самом маяке. Он не разгоняет шторм, не успокаивает море и не обещает, что всё закончится хорошо. Он просто светит. И, как оказалось, иногда этого достаточно, чтобы не потерять себя.

8,5 из 10.

За редкий хоррор, который пугает чудовищами, но больше интересуется тем, кем мы становимся, когда наконец перестаём отворачиваться от них.

(Рецензия после просмотра первого сезона)

Женщины убивают, потому что нужен эффектный твист.

Почему женщины убивают? Если верить этому сериалу, в рецепте три ингредиента: красивый дом, проблемный муж и сценарист который каждые десять минут орёт: «Кто-нибудь, сделайте какую-нибудь дурь!»

Я очень люблю современные помеси комедий и детектива. Люблю, когда в «Достать ножи» убийство становится поводом поговорить о справедливости и правде, или в «Убийствах в одном здании» смерть соседствует с привязанностью.

«Почему женщины убивают» тоже начинается почти идеально. Один дом, три эпохи и три брака, которые медленно приближаются к убийству. Согласитесь, интригует. Поэтому я надеялся, что мне сейчас расскажут, как менялись отношения, любовь и семья на протяжении десятилетий. Так жив ли дух психологической драмы? Нет. Перед нами скорее наследник мыльной оперы.

Проблема в том, что сериал без остановки эксплуатирует закон «Зрителю нельзя скучать». На каждую серию у нас три сюжетные линии, а значит примерно каждые десять минут должен быть момент: «Да ладно?!» Так герои воруют собаку бывшего, тайком занимаются сексом в чужом доме, нюхают кокаин с багажника, или едят брауни с неожиданной начинкой. Иногда это смешно. Но за такой адреналиновой каруселью реальные характеры размывает по ветру.

В общем, изобретательные ситуации есть, но юмор зачем-то строят вокруг карикатурных персонажей. Героиня Люси Лью очаровательно истерит. Её муж, похожий на британского Сэма Рокуэла, манерно разбрасывается колкостями. «Идеальная жена» Джиннифер Гудвин вызывает грустную улыбку отчаянным желанием заслужить любовь мужа. Иногда смотреть на них приятно, но ведут они себя, как функции сценария. Не люди.

И главное — я не понимаю, о чём сериал. Может три временные линии — это три модели брака? Традиционный союз, открытые отношения и зрелый брак после нескольких разводов. Так сюжет их не исследует. В традиционном браке муж откровенная козлина. Открытый брак существует как повод для пикантного появления Даддарио. А проблемы пары Лью/"Роккуэл" вообще связаны с другими обстоятельствами (запрещёнными в РФ).

Так почему же женщины убивают? Сериал говорит: потому что все друг другу врут. Мужья, жёны и любовники молчат о важном, пока кто-то не достаёт молоток. Но разве это интересный ответ? Мужчины, если что, убивают примерно по тем же причинам. И получается там, где могла быть история о женщинах, мне предлагают историю про людей, которые не умеют говорить. Но если так, я лучше включу «Белый лотос» и получу гораздо больше удовольствия.

Если попытаться спасти сериал, то спасать придётся именно идею. И идея эта довольно красивая: каждый герой мечтает про идеальную любовь. Один хочет абсолютной свободы, второй безусловной преданности, а третий любви, которая будет принадлежать только ему. Почти каждый получает то, чего хотел, но быстро выясняет, что желаемое и необходимое — это разные вещи.

Это, пожалуй, лучшая идея сериала. Кстати, она же самая ироничная, потому что пока герои получают не то, что им нужно, а то, чего они хотели, я получил от сериала ровно обратное. Я точно знаю, что от хорошей истории мне нужно чуть меньше истерик и чуть больше людей. Чуть меньше эффектных секретов и чуть больше честных разговоров. Чуть меньше бесконечных «ну ничего себе!», после которых во мне ничего не оседает.

Возможно, именно поэтому к финалу я не думал о том, почему женщины убивают. Какая в целом разница? Я думал, почему хорошие идеи иногда умирают ещё до первого выстрела.

6 из 10