Серия «Кого ждут стены»

Мира сама согласилась. Сказала, что поедет жить к бабушке, потому что видела, как мама тает, ее глаза становятся пустыми, как она все чаще смотрит в стену, а не на дочь.

Они обе знали - это не смена обстановки. Это «я не справляюсь, прости».

Мира села в поезд и всю дорогу смотрела в окно. Она не плакала. Она просто сидела и считала столбы, чтобы не думать.

Бабушка ждала у выхода с вокзала. Сухая, в темном пальто с потертым воротником, она смотрела на проходящих людей поверх очков. Увидев Миру, замахала рукой так, словно та была маленькой и потерялась в толпе.

- Мира! Мирочка, я тут!

Она обняла внучку крепко, почти до хруста, и сразу отстранилась, заглядывая в лицо:

- Худая какая... Ну, ничего, мы тебя откормим. Я вот картошки с грибами нажарила.

От бабушки пахло домом - сушеными яблоками, мятой и старыми газетами. Мира улыбнулась и позволила себя вести к старому “опелю” годов восьмидесятых -  бабушка до сих пор ездила на нем, хотя соседи уже лет пять твердили, что машинке пора на пенсию.

- Ты главное не переживай, - бабушка села за руль и резко рванула с парковки, - мы с тобой замечательно будем жить. Вернуться домой всегда хорошо. Старых друзей вспомнишь, новых в школе заведешь. Все будет как надо.

Мира молчала, глядя в окно. Городок встретил их хмурыми пятиэтажками и лужами во дворах. Улицы широкие, пустые - люди в такую погоду по квартирам сидят, в тепле и сухости. Только редкие пешеходы шагали по тротуарам, непроизвольно ускоряя шаг и вжимая голову в плечи, торопясь домой.

Мира вглядывалась в знакомые с детства улицы. Она уехала отсюда в двенадцать лет, когда мама нашла работу в России. Тогда ей казалось, что город - это огромный мир. Теперь он стал гораздо меньше, но как-то ближе и роднее. Вот старый гаражный кооператив, где они с мальчишками гоняли на великах и лазили по крышам. Вот забор с облупившейся краской, за которым когда-то был пустырь, а теперь выросли новые дома. А вот школа - серое трехэтажное здание с потрескавшейся штукатуркой и табличкой над входом. Это здание она помнила с детства, когда гуляла возле него. Оно всегда выглядело почтенным, повидавшим много историй, казалось добрым и мудрым, но сейчас от него тянуло чем-то тяжелым, как от мокрой земли на кладбище. Мира поежилась.

- Баб, а школа... она всегда такая?

- Какая? - бабушка не поняла.

- Серая какая-то. Мрачная.

Бабушка бросила короткий взгляд на здание, потом снова на дорогу:

- Обычная школа, придумаешь тоже. Старая, но крепкая. Ты, наверное, просто устала и замерзла, вот и мерещится всякое. Ничего, уже почти приехали.

Мира немного помедлила прежде, чем зайти в четырехкомнатную квартиру на первом этаже хрущевки, просторную, с высокими потолками и большими окнами, выходящими во двор. Запах пирогов и старых духов с порога укутал девушку в теплое одеяло воспоминаний. Мира поставила чемодан в коридоре и положила руки на старый комод. Дерево отозвалось - она почувствовала, как бабушка когда-то стояла здесь, молодая, гладила эту же поверхность и с тоской и надеждой ждала дедушку, который так и не вернулся. А еще как кошка, которая умерла десять лет назад, терлась об ножку, а потом запрыгивала наверх и ложилась дожидаться домашних.

Мира убрала руки в карманы и пошла на кухню. Она привыкла к этому - к чужим жизням, воспоминаниям и эмоциям, которые оставались на вещах. Иногда было тяжело, иногда просто утомительно. Но паниковать она перестала лет в десять, когда поняла, что это не проходит, и надо учиться с этим жить. У нее были свои правила: не брать чужие вещи без необходимости, не трогать стены в незнакомых местах и быстро убирать руки, если чувствуешь слишком много. С людьми еще сложнее, так что лучше вообще их не трогать без особой необходимости.

- Руки мой и давай за стол, - сказала бабушка, выставляя картошку с грибами, соленые огурцы, хлеб. - Мама звонила?

- Я ей набрала на подъезде к городу.

- Вот и ладненько. Скажи, чтоб не переживала, ты у меня под присмотром.

Бабушка вздохнула и села напротив.

- Бедовые вы у меня обе. Вроде и девки ладные, справные, а все у вас что-то не складывается. Ну, ничего, ничего, все хорошо будет.

Мира кивнула. Она не особо хотела есть, но все же наколола на вилку кусочек картошки - бабушка всегда обижалась, если от ее еды отказывались.

Ночью девушка лежала в старой кровати, смотрела в потолок с трещиной и слушала, как за окном шумит дождь. Мира почти уснула, когда в голове мелькнула мысль: школа. Учебный год начался больше месяца назад, новые одноклассники знают друг друга много лет, а она еще и прожила четыре года в другой стране, пусть и соседней. Как ее примут?

Мира не испугалась. Она просто закрыла глаза и прошептала в темноту:

- Я обязательно справлюсь.

На секунду ей показалось, что даже шум дождя за окном стал тише и нежнее.

Четыре дня бытовых хлопот и мелочей пролетели как один, понедельник и новая школа не подкрались незаметно, как положено, а прискакали бешеным галопом. Бабушка встала рано утром, накормила ее горячими блинами и долго стояла с Мирой в прихожей, вздыхала и поправляла девушке воротник пальто:

- Ты только не переживай, да? Если что - я рядом. Заберу, если надо будет.

Мира кивнула и вышла. Дорога до школы заняла десять минут, и каждая из них была какой-то невообразимо короткой, спешащей, не дающей девушке собраться с мыслями. Шаг, еще шаг, и еще, мимо гаражей, мимо забора с облупившейся краской, мимо кинотеатра, который в ее памяти был старым и потрепанным, с нарисованными от руки афишами, а теперь сверкал вывесками и рекламой последних фильмов. Как ни пыталась Мира оттянуть волнительный момент, вот она, лестница в семь ступенек, ведущая к тяжелым распахнутым дверям. Надо идти.

Школа встретила ее запахом хлорки и множеством голосов. Коридоры гудели, как улей, мимо проходили, пробегали, протискивались и еле тянулись подростки, совсем маленькие первоклашки, почти взрослые старшеклассники. Учителя либо уже были в кабинетах, либо еще не вышли из учительской, и только старушка-вахтерша виднелась в окошке гардероба.

В приемной ее встретила завуч - женщина с усталыми глазами и строгим голосом.

- Мира? Да, нам звонили из управления. Ты будешь в десятом «А». Там классный руководитель - Елена Сергеевна, хороший педагог. Пойдем.

Девушка шла за ней по коридору и чувствовала, как стены - нет, не смотрят на нее, но знают, что она здесь. Они помнили всех, кто проходил по этому коридору: первоклашек с бантами, выпускников с букетами, учителей с указками. Но Миру стены видели в первый раз, и будто пытались понять, чего от нее ожидать. Она не касалась стен - знала, чем это обернется. Просто шла и дышала ртом, чтобы не втягивать запах слишком глубоко.

- Ребята, у нас новенькая, - сказала Елена Сергеевна, когда Мира вошла в класс. - Мирослава из нашего города, но четыре года провела в России, а теперь вернулась обратно. Прошу любить и жаловать.

Несколько человек сказали «привет» - ровно, без эмоций. Девушка с первой парты, с длинными волосами, скользнула взглядом по Мире с легким презрением - быстро, но она заметила. Парень у окна улыбнулся краешком губ, скорее вежливо, чем заинтересованно. А одна девушка с короткой стрижкой, веснушками и теплыми глазами смотрела открыто и приветливо, даже чуть приподняла ладонь в коротком жесте.

Кто-то сзади громко шепнул:

- Из России, значит. Понаехала.

Мира не обернулась. Она села за предпоследнюю парту, осторожно положила руки на столешницу и почувствовала, как парта отвечает. Она была старой, теплой от рук сотен учеников. Простая парта, за которой не случилось ничего очень хорошего или слишком плохого, а значит, ее можно трогать без опаски. Девушка с облегчением вздохнула и полезла в рюкзак.

- Ну что ж, начнем урок, - сказала учительница.

Весь день она чувствовала на себе взгляды. Алиса с первой парты дважды оглянулась и что-то шепнула подруге. Мира ничего не услышала, но почувствовала кончиками пальцев, что стул Алисы вибрировал от злости. Непонятно, в чем дело. Она же даже не успела ни с кем заговорить. Парень у окна, наоборот, смотрел спокойно, без интереса. Кто-то сзади не сводил глаз - тяжелый, давящий взгляд, от которого хотелось сжаться.

На большой перемене Мира вышла в коридор и встала у окна. Мимо проходили старшеклассники, кто-то задел ее плечом, даже не заметив. Она сжала зубы. И вдруг ей на плечо легла маленькая теплая рука. Мира обернулась.

Та самая девушка с короткой стрижкой. Она улыбнулась:

- Привет. Ты Мира, да? Я Лена. Мы в одном классе. Идем, я покажу тебе здесь все. Ну, сначала столовую, конечно.

Мира не почувствовала никакого подвоха. Лена была одной из тех, кто смотрел открыто и ровно - без злости, без любопытства, без презрения. Просто человек, который не боится подойти.

- Идем, - сказала Мира, и впервые за день улыбнулась.

Вечером она сидела на кухне, пила ароматный травяной чай и вполуха слушала музыку.

- Ну, как день прошел? - бабушка мыла посуду и поглядывала на нее через плечо.

- Нормально вроде, без приключений.

- То, что надо, - бабушка вытерла руки о полотенце и села напротив. - Мира, ты только... ты не молчи, если что-то случится, обидит кто, или еще что. Мы со всем разберемся.

Девушка подняла глаза.

- Баб, а почему в школе так странно пахнет? Не хлоркой, а... чем-то другим. Как после грозы.

Бабушка замерла на секунду. Потом медленно выдохнула:

- Может, ты просто чувствительная. Как твоя мама в детстве. Она тоже говорила, что в школе плохо пахнет, а оказалось, что в подполе крыса сдохла.

Бабушка вдруг встала и ушла в комнату, оставив ее одну на кухне.

За окном шумел дождь.

В первые дни в новой школе Мира чувствовала себя слепым котенком, который тычется мордочкой в углы коробки и иногда попадает в мягкий и теплый бок матери. Лена, как-то очень быстро ставшая для нее подругой, была идеальной кошкомамой. Она таскала девушку по этажам, показывала, где вешают объявления и расписание, объясняла все мелочи и нюансы. Лена говорила быстро, перескакивая с темы на тему. Мира не все успевала запоминать, но чувствовала поддержку и тепло, и от этого становилось спокойнее и радостнее.

На первом уроке учительница предложила прочитать наизусть первый стих, который придет им в голову. Мира сидела на предпоследней парте и смотрела, как одноклассники один за другим выходят к доске.  Они все были разными, и выбор иногда был очень неожиданный. Например, тихоня Аля выбрала Маяковского и прочитала его с истинно пролетарским задором. Сама Мира остановилась на Есенине, хотя металась между Хайямом и Гумилевым.

К доске вышла Алиса. Когда она повернулась лицом к одноклассникам, Мира зябко поежилась. Девушка была светловолосая, голубоглазая, очень красивая. Но при этом она всегда говорила с некоторой долей презрения, ледяным и надменным голосом, лениво прикрыв глаза. В таком исполнении даже лирика Ахматовой звучала похоронным гимном.

Мира украдкой оглянулась, пытаясь понять, только ли она почувствовала себя не в своей тарелке. Оказалось, кроме неё почти все были заняты своими очень важными делами. Кто-то ковырялся в мобильном, кто-то тихо перешептывался. Лена мечтательно разглядывала серое небо. Лишь Артем смотрел вроде бы на Алису, а вроде и сквозь нее, да Аля казалась слегка испуганной.

После выступала Лена. Она выбрала короткое, смешное стихотворение про лошадку и прочитала его быстро, как детскую считалочку. Пара человек засмеялись, Мира расслабилась и улыбнулась. Наверное, она просто устала сегодня.

На первой перемене девушки стояли у окна. Мира рассматривала школьный двор и небольшие группы подростков. Пара девушек что-то активно обсуждали, парень в черной байке с натянутым на голову капюшоном что-то искал в телефоне. У забора  несколько человек дымили, пряча сигареты в ладонях, и что-то обсуждали. Они то и дело поглядывали в сторону входа в школу, злобно ухмыляясь.  Мира проследила за их взглядами.

Под навесом крыльца стояли парень и девушка. Он что-то шептал ей на ухо, она смеялась, тихо, искренне и беззаботно. Он обнимал девушку за плечи, будто пытаясь защитить от ветра и сырости. Вряд ли они вообще замечали, что стали предметом обсуждения.

Мира опять перевела взгляд на курящих. Две девушки, кутаясь в куртки, смотрели на влюбленную пару. Их лица были напряжены, губы поджаты, одна что-то прошептала другой, и обе скривились в одинаковых злых улыбках.

Мира слегка вздохнула:

- Кажется, там драма разворачивается. Будет скандал?

- Да нет, - ответила подруга, - смысл? Что они, побьют их, что ли? Так проблем будет выше крыши. Они как-то попытались Лизу зажать в коридоре, а Олег двоим настучал по голове, остальные просто сами испугались и разбежались. Потом разборки были, чуть до отчисления не дошло.

До звонка оставалось пара минут. Влюбленная пара зашла в здание школы, за ними потянулись остальные. Последним шел парень, до последнего тянувший сигарету, кажется, уже даже фильтр. Он тяжелым взглядом провожал спину Лизы.

На большой перемене Мира пошла за Леной в столовую. Толпа школьников торопилась занять места за столами, на которых дежурные расставляли тарелки с едой. Нельзя было не отметить, что кормили в школе просто, но вкусно. Хотя до бабушкиных шедевров, конечно, ни столовая, ни лучшее кафе этого маленького городка ну никак не дотягивали.

За соседним столиком сидели трое парней из параллельного класса - они громко смеялись, перекрикивая друг друга.

- О, Женька выздоровел наконец-то, - Лена улыбнулась и помахала блондину в грубом свитере. - Две недели в школу не ходил, лежал в больнице. Говорят, даже под капельницей.

Один из парней, высокий и худой, с улыбкой до ушей, казался абсолютно беззаботным. Он оживленно жестикулировал и рассказывал друзьям какую-то длинную и очевидно забавную историю. Другой, собственно, Женька, сидел с наушником в ухе и кивал в такт своей музыке, параллельно слушая товарища. Третий, маленький и щуплый, казался немного чужеродным рядом с друзьями. Смех у него был высокий, визгливый и немного девчачий.

- А это кто?

- А, это Ленька. Забавный, правда? Мне он почему-то воробья напоминает.

Мира еще раз посмотрела на парня. Да, подруга была права. Взъерошенный, какой-то слегка истеричный, парень действительно напоминал воробушка, который выхватил хлебную корочку прямо из-под клюва огромной вороны и теперь спешно улепетывает с  добычей.

- Да, смешной. Только, кажется, немного испуганный.

- Ну, Ленька к нам в школу в седьмом классе перевелся. Он раньше на Шанхае учился, по прописке, но родители хотели школу получше. Естественно, его тут травить начали, но Женька и Леша взяли его под опеку. Раньше даже до дома провожали, чтоб его по дороге не подкараулили. А теперь его вроде не трогают.

Мира вспомнила, что Шанхай, райончик на окраине с частным сектором и большим старым кладбищем, всегда враждовал с Центром, где, собственно, жили девушки. Раньше, когда она была еще маленькой, из обрывков разговоров взрослых можно было узнать о каких-то довольно серьезных разборках. Кажется, однажды кто-то даже пострадал, а может, и умер - тогда по домам ходили милиционеры, искали свидетелей. Бабушка тихо разговаривала с ними в коридоре, а потом долго сидела на кухне, курила и вздыхала. Тогда Мира поняла, что бабушка очень расстроена, ведь в обычное время в квартире курить было категорически запрещено, только на балконе.

Вдруг Ленька замер и уставился в сторону дверей. Мира повернула голову и увидела Алису с подругой, которые шли в сторону буфета. Видимо, школьная еда их не устраивала - девушки осмотрели витрину и, кажется, выбрали по кусочку пиццы.

- Ему что, Алиса нравится?

Лена слегка замялась, будто подбирая слова:

- Блин, там сложно. Она над ним прикололась один раз. Прикинулась, что влюбилась, пригласила на школьную дискотеку, а там опозорила перед всеми. Она тогда с Димой Ивлевым встречалась, который Леньку в туалете запер, его тогда директор оттуда выпустил. А еще Дима, кажется, как-то раз Леньку побил. В общем, они вдвоем над ним издевались, а Леня, кажется, в Алису по-настоящему втрескался. Он ей валентинки каждый год отправляет, по несколько штук. Красивые, дорогие, не самодельные. Не подписывает, правда, но мне кажется, что все знают. И Алиса знает. Только где он, а где она, да? Ну и вот.

Рассказ был довольно сумбурным и сбивчивым. Мира понимала, что, возможно, у этой истории есть какие-то грязные и некрасивые подробности, но не было никакого желания их уточнять.

После столовой девушки решили заскочить в туалет. В коридоре Мира случайно задела локтем невысокую девушку с короткими волосами. Та обернулась, резко, словно ее ударили, потом, видимо, рассмотрела, кто ее задел, и будто выдохнула.

- Извини, - быстро сказала Мира.

- Ничего, - ответила девушка и пошла дальше, не глядя на нее.

Мира смотрела ей вслед и чувствовала, как кончики пальцев покалывает - на мгновение ей передался испуг незнакомки.

- У вас тут что, каждого второго бьют?

- Нет, конечно, что ты! - Лена попыталась рассмеяться, но очень уж искусственно это вышло. Мира приподняла брови. - Ну, кого-то бьют, кого-то нет. Про кого-то гадости рассказывают, над кем-то смеются, а кого-то не замечают. Мне кажется, все как везде.

Лена так тщательно намыливала руки, будто пыталась смыть кожу.

Перед физкультурой к Мире подошел Сергей, тот самый, который вежливо улыбался ей в первый школьный день. Он сел на соседний стул:

- У тебя есть планы на субботу? У меня родители в Минск уедут на выходные, мы с ребятами собираемся посидеть. Кино, пицца, ничего особенного. Лена тоже будет. Приходи, если хочешь.

Он говорил легко, буднично. Видимо, такие посиделки здесь были в порядке вещей.

- Спасибо, - ответила девушка. - Я подумаю.

- Конечно, - кивнул Сергей. - Ты дай знать, если что.

Парень развернулся и пошел к раздевалке.

- Видишь? - Лена подмигнула ей. - Не все тут злые.

- Я уже заметила, - улыбнулась Мира.

После уроков они шли домой по мокрым улицам. Дождь кончился, но воздух все еще был влажным и тяжелым.

Разговор как-то не клеился - обе думали об одном и том же, но Лена явно не хотела это обсуждать, а Мира не решалась выспрашивать. Девушки дошли до своего перекрестка. Лена свернула налево, в соседний двор, а Мира обошла девятиэтажку и села на лавочку возле подъезда. Ей отчаянно хотелось закурить, но если бы ее увидели с сигаретой соседи, особенно пара бабушкиных подруг, о поведении внучки было бы тут же доложено. Бабушка, конечно, не стала бы ее ругать - в конце концов, она сама курит, как и ее дочь, - но точно расстроилась бы. Она всегда хотела, чтобы Мира была лучше их обеих.

Немного посидев и посчитав ворон на ветках старой березы, девушка вздохнула и пошла домой.

Бабушка уже ждала ее с обедом. На столе стояла тарелка супа, хлеб, рядом - чашка с чаем.

- Ну, что расскажешь? - спросила бабушка, садясь на большой стул возле окна.

- Да нечего рассказывать, ба. - Мира пошла в ванную, включила воду и начала намыливать руки. Она долго и сосредоточенно терла ладони, и вдруг словила себя на мысли, что ведет себя как Лена в школьном туалете. Но ведь бабушка всегда была ее самым близким человеком, которому можно доверить любые секреты. К тому же, она взрослая, а значит скорее всего умеет решать проблемы, с которыми ее внучка сталкивается впервые. Девушка глубоко вздохнула и пошла за стол, отчаянно пытаясь собраться с мыслями.

- Ба, а вот что бы ты сделала, если бы…например…чисто теоретически…узнала, что некоторые школьники делают не очень хорошие вещи?

- Мирочка, тебя кто-то обижает? - бабушка напряглась и подалась вперед.

- Нет, ба, меня никто не обижает, честно. Просто мне Лена рассказывает всякое.

- Так а что рассказывает, детка?

- Если честно, почти ничего. Она сегодня про мальчика сказала, что его травили в школе, потом про девочку одну тоже. Но ничего конкретного.

Бабушка смотрела на Миру, будто пытаясь понять, скрывает та что-то или действительно ничего не знает. Видимо, выбрав второй вариант, она наклонилась вперед, оперлась локтями на стол и сцепила руки перед собой.

- Ну, если кого-то травили когда-то, то сейчас ничего уже не поделаешь. А вот если сейчас кого-то обижают, надо, конечно, разбираться. Ленка твоя девочка хорошая, но очень добрая и наивная и, возможно, воспринимает все близко к сердцу. Может, и не было ничего страшного?

- Может. А может и было. Я не знаю.

- Может, ты просто устала? Осень эта еще, серое все, солнышка не видно. Надо бы тебе витаминов купить.

- Да, ба, конечно. - Мира опустила глаза и потянулась за кружкой. Бабушка, наверное, права. Надо просто попить витаминов, выспаться как следует, и тогда все тревоги  уйдут.

Бабушка убрала со стола и пошла в гостиную. Мира хотела немного посидеть прежде чем заняться домашкой, но тут бабушка напомнила:

- Нам через три часа к врачу идти. Так что не рассиживайся, иди уроки делай.

Мира непроизвольно скривилась.