Серия «Ошибка Росреестра»

Сэр Генри, рыцарь без страха и упрека, застрял в типичной хрущевке в Старых Химках. Вместо того чтобы пугать врагов звоном доспехов, он теперь эффектно появляется из клубов пара от прорванной трубы и безуспешно пытается объяснить местной бабушке, что его плащ — это не тряпка для швабры. Всё ещё пытается ходить строем, но регулярно проваливается в туалет к соседям снизу. Главным врагом рыцаря стал робот-пылесос. Сэр Генри считает его заколдованной черепахой Мерлина и каждую ночь доблестно атакует шваброй, пока тот не загоняет его под диван.

На Старые Химки опустилась ночь. Город засыпал под стук электричек, вопли подростков и скрежет автомобильных днищ о края дорожных ям.

В одной из квартир на улице Победы, где под аккуратными тюлевыми шторами цвела душистая герань, сгустился неестественный, леденящий туман. Сквозь стену закрытой ванной, плавно покачиваясь и негромко звеня доспехами, проплыл сэр Генри де Понт барон Дадли. Наступал час его явления в этом мире, хотя с самого начала все шло наперекосяк. Совсем не так, как полагается по кодексу для благородных привидений.

В лето Господне 1348-е, над его родными Стаффордскими холмами бушевала страшная буря, будто вся небесная канцелярия дружно отмечала корпоратив.

Пользуясь непогодой,  армия наемников, посланная коварными Ланкастерами, незаметно подобралась к деревне Himley во владениях Дадли. Сэр Генри, как подобает отважному потомку благородного рода, не стал отсиживаться за стенами замка Himley Hall. Он храбро повел немногочисленное войско в бой, дабы защитить свои земли. Численно превосходящий противник вскоре окружил их и загнал на вершину утеса.

Потеряв всех товарищей, сэр Генри остался один против войска наемников. Понимая, что этот бой станет для него последним, он вспомнил о свитке с древним обрядом, стыренном у тамплиеров. В то время он прибился к их отряду, искавшему гробницу Мерлина. Рыцари долго плутали по скалистым холмам Друмельзира и наконец обнаружили пещеру в ущелье, похожем на описанное в древних легендах.

Но завершить поиски не удалось – их выследили дикие шотландцы из клана Твиди. Пришлось спешно уходить. Чтобы чужаки не вторглись в найденную с таким трудом пещеру и не расхитили реликвии, которые могли там находиться, один из тамплиеров принес клятву на крови. И, пожертвовав жизнью, остался вечно охранять горное ущелье в виде призрака. Сэр Генри тогда хозяйственно подобрал выброшенный тамплиерами свиток, с которого читалось заклинание.

Налетел порыв ветра, дождь полил с удвоенной силой. Наемники замешкались, укрываясь от непогоды. Пользуясь передышкой, сэр Генри скинул фамильный плащ, вонзил верный двуручный меч в каменистую землю, опустился на одно колено, обнял лезвие меча ладонями, порезав их до крови, и произнес слова древнего заклятия. Он обратился к магии и древним богам с просьбой стать защитником этих земель и вечно оберегать старые Himley. В тот же миг в рукоять меча ударила молния, оборвав его земную жизнь.

Дальнейшая история перемещения сэра Генри — аккуратное наложение средневекового магии труды инженера-практиканта химкинской кадастровой палаты Вовчки. Скучающий по домашнему уюту, мягкому креслу и холодильнику практикант старался занять себя хоть чем-то. В какой-то момент он решил для красоты и важности писать названия местных объектов английскими буквами.

Ковыряясь в носу, он пытался написать Starie Хhimkey, но решил подсократить, отвлекся на мух, допустил пару опечаток и у него получились «Star i eХ-himley». Неофициальная версия AcpMap, закачанная с левого торрента, издала странный хрюкающий звук. Но, успевший залипнуть в телефоне студент не обратил на это внимания. А отлипнув через пару часиков , посмотрел на часы и убежал домой.

Мощный ментальный импульс понес дух рыцаря сквозь времена и пространства, ориентируясь на созвучие слов и кривые наложения картографических сеток разных эпох. Древнеанглийское Himley гладко синхронизировалось с паспортом Росреестра, заведенном на корявом английском, и заземлило бесплотного лорда в хрущевке на улице Победы. Видимо, пятиэтажка чем-то напомнила магическому навигатору Himley Hall 1348 года. Быть может, ледяными сквозняками, гулявшими по подъезду с вечно сломанным домофоном, или вываливающимися из облицовки кирпичами. А канал имени Москвы древняя магия безошибочно приняла за оборонительный ров.

Первые дни эктоплазма рыцаря была совсем нестабильной. Он существовал как невидимый, пугливый дух. Сэр Генри был уверен, что заперт в зловещей цитадели чернокнижников, и часами сидел внутри холодильника, пытаясь перекрыть «ледяному голему» дыхание. Хозяйка квартиры, Клавдия Степановна — суровая пенсионерка с сорокалетним стажем на заводе «Энергомаш» —искренне недоумевала, почему у неё замерзают молоко  и сметана. Она хмурилась, стучала по реле и мысленно просчитывала фазовые переходы фреона, даже не подозревая, что внутри агрегата, обняв компрессор, бьется в панике средневековый дух.

Зато фамильный плащ рыцаря, напитавшись энергией от волн домашнего Wi-Fi-роутера, материализовался в физическом мире всего через пару дней после переноса. Он соткался из воздуха прямо посреди прихожей. Клавдия Степановна, обладавшая закаленным характером, железной логикой и советским инженерным образованием, мистикой голову забивать не стала.

Обнаружив на полу кусок  плотной шерстяной ткани, она практично рассудила: «Ишь, тряпка-то какая хорошая. Видать, у внука в машине валялась. Притащил зачем-то, когда компьютер чинить приезжал, да забыл». И без лишних сантиментов постелила средневековую реликвию баронов Дадли у порога — вытирать ноги.

Сэр Генри не мог пережить такой позор. Его фамильная гордость была растоптана самым буквальным образом. Пытаясь отстоять свою честь, рыцарь перешел к активной психической атаке. По ночам он яростно гремел латами и замогильным голосом завывал молитвы на латыни. Зрелище могло бы до смерти напугать инквизицию, но бабуля даже не открывала глаз. Она лишь переворачивалась на другой бок, ворча: «Опять трубы гудят. Давно уже стояк менять надо».

К этой ночи рыцарь наконец сумел полностью сгустить свои призрачные доспехи и собирался явиться бабке в самом жутком образе. Самым зловещим в «обители чернокнижников» ему казалась вода, бившая из железной трубы, нагретая до такого состояния, что от нее шел пар.

В его воображении появление должно было быть устрашающим: он откроет волшебный источник с кипятком, устроит потоп. А когда на шум придет Клавдия Степановна, сэр Генри эффектно появится из клубов пара, картинно раскинет руки и загробным воем доведет посягнувшую на святое варваршу до благоговейного трепета.

Рыцарь занес закованную в латы руку и величественным, трагическим жестом повернул кран с красной точкой. Раздалось утробное шипение. Старые трубы кашлянули, чихнули и... выдали в ванну тонкую, струю ржавой воды. Никакого пара, никакого потопа. Против такого колдовства химкинского ЖКХ благородный сэр был абсолютно бессилен.

Поняв, что спецэффекты сорваны, а латы начинают от химкинской воды блекнуть и покрываться фантомной ржавчиной, сэр Генри сокрушенно вздохнул и решил тактически отступить в стену. Но его шпора застряла в порожке, латы зацепились за косяк, и он с грохотом провалился сквозь гнилые перекрытия пола прямо в туалет к соседям снизу. Материализовавшись там по пояс, вися вниз головой на зацепившейся шпоре, он вежливо приподнял фантомное забрало перед шокированным жильцом и прокричал:

— Прошу прощения, любезный сэр. Вылазка пошла не по плану, срочно меняем тактику.

Выдавленный обратно наверх вибрациями испуганного вопля, изжеванный хрущевскими перекрытиями рыцарь снова оказался в коридоре Клавдии Степановны.

В этот момент раздались шаги. Клавдия Степановна, вооруженная тяжелой чугунной сковородкой, строго прищурилась, глядя на светящегося лорда, стоявшего на коленях в прихожей перед ошарашенным котом и, командным голосом, рявкнула:

— Так, я не поняла! Опять из тридцать второй алкоголики аниматора вызвали и адресом ошиблись? Ну-ка кончай тут светиться! И латами своими обои не обдирай! И почему ты стоишь на моей тряпке?!

Сэр Генри ошарашенно посмотрел под ноги на то, что стало с его родовым плащом, перевел взгляд на сковородку, затем на шипящего кота и безропотно захлопнул забрало. Он понял, что его вечная битва в Himley принимает совершенно неожиданный поворот.

Больше рассказов автора здесь, доступ бесплатный:

https://author.today/work/645919/edit/content

Начало https://author.today/work/645919/edit/conten

Сэр Генри пришел в себя только к следующей ночи. Ему ужасно не хотелось попадаться на глаза хозяйке квартиры. Но рыцарская честь и каноны Круглого стола требовали возвращения родового плаща.

Призрак осторожно, словно дым от торфяника проник в спальню и завис прямо над креслом Клавдии Степановны. Затем резко сгустился в фосфоресцирующий туман, кошмарно вращая фантомными глазами, и замогильным голосом потребовал: «Верни стяг Стаффордшира, или проклятие падет на твой род!»

Клавдию Степановну, которая смотрела сериал, этот спиритический перформанс довел до белого каления. Ее возмутило, что светящийся постоялец мельтешит перед экраном и мешает коту Шпинделю спать.

Пенсионерка со вздохом поднялась, достала из шкафа советский шерстяной плед и, на вспоминая курс физики про статическое электричество, яростно потерла его о Шпинделя. Ошарашенный кот заискрил. С криком «А ну марш на улицу, паразит!» Клавдия Степановна набросила наэлектризованную шерсть на эктоплазму рыцаря.

Произошел мощный электростатический выброс. Сэра Генри отшвырнуло к стене, а пенсионерка точным инженерным пинком направила его вместе с пледом прямо в открытую форточку.

Бесплотный дух быстро набрал скорость, но покинуть границы росреестрового участка магия не позволила. Поэтому сэр Генри со свистом на ухнул на газон.

Поблизости бушевал локальный апокалипсис. Прямо из-под разорванного асфальта бил мощный фонтан ржавого кипятка — прорвало теплотрассу. Бригада рабочих в оранжевых жилетах в спокойно расселась вокруг, наслаждаясь спа-процедурой и только один ходил с лопатой, изображая деятельность.

Увидев ревущий источник, сэр Генри мгновенно забыл обо всем. Он решил, что обнаружил передовой отряд сарацин, готовящийся к захвату цитадели.

— Смерть неверным! — взревел рыцарь и доблестно прыгнул в центр событий.
Увидев, как из ночной темноты в кипящую бездну с криками на латыни прыгает светящийся двухметровый призрак в стальных латах, рабочие с криками ужаса и рекордной скоростью растворились в темноте химкинских улиц. Сэр Генри остался один на один со стихией.

***
А тем временем управление, выслушав невнятный бред перепуганных рабочих, направило на место новую бригаду из опытных мастеров.

Три слесаря — Михалыч, Толик и Ахмет — приехала на объект после тяжелейшей 16-часовой смены. Глаза у мужиков слипались, лица были черными от мазута, а в ушах стоял гул водооткачивающих насосов. Они вылезли из своего оранжевого «ЗИЛа», устало почесывая затылки.

В этот момент из эпицентра бурлящего пара, зловеще гремя железом, выплыл сэр Генри. Его призрачные латы тускло светились, забрало было опущено, а в руке он сжимал фантомный двуручный меч.

— Трепещите, неверные! — взревел рыцарь своим самым замогильным голосом. — Мои владения осквернены! Кто ответит за это?!

Михалыч, старший мастер участка, медленно поднял глаза, полные экзистенциальной тоски. За свою тридцатилетнюю практику в Химках он видел и не такое. Из-за тумана и дикой усталости он не заметил, что фигура светится, зато сразу профессионально оценил строгий командный тон и наличие тяжелого металлического инвентаря в руках.

— О, — хмуро буркнул Михалыч, пихая локтем спящего на ходу Толика. — Глянь, нового бригадира прислали. Ишь, как вырядился. Охрана труда, шлем надел, маску… Строгий будет.

Толик, едва разлепив веки, посмотрел на сэра Генри и покорно вздохнул:

— Да ладно тебе, Михалыч. Зато инструмент у него свой, вон какая арматурина здоровая. Сразу видно — мужик дела, орать пришел.

Сэр Генри, ожидавший криков ужаса и бегства супостатов, на секунду завис. Меч в его руке слегка опустился.

— Я… я Лорд Генри из Стаффорда! Хранитель здешних туманных пустошей! — уже чуть менее уверенно пророкотал он.

— Да хоть из Душанбе, — отмахнулся Михалыч, протягивая призраку ржавый газовый ключ двадцатого размера. — Раз ты у нас теперь за главного, держи инструмент. Пойдём, покажешь мастер-класс, раз такой боевой. А то у нас уже руки отваливаются.

Рыцарь, ошарашенный такой непочтительностью к дворянскому титулу, на автопилоте взял ключ. К удивлению мужиков, ключ не упал, а завис в воздухе (в предрассветных сумерках и тумане они решили, что бригадир просто очень ловко его держит).

Следующий час превратился в бенефис средневековой магии на службе подмосковного водоканала:

Сэр Генри, гордость которого уязвили, решил доказать «крестьянам» свою силу. Он бесстрашно шагнул прямо в кипящий колодец. Мужики лишь уважительно крякнули: «Во дает, даже сапоги-химзащиту не надел! Сразу видать, старая школа!»

Пройдя сквозь железные трубы, рыцарь силой своего леденящего загробного взгляда охладил заклинивший болт. Металл сжался, и Ахмет сверху легко довернул вентиль.

Пока мужики латали трубу, сэр Генри парил над ними, отдавая приказы на староанглийском. Коммунальщики ни слова не понимали, но кивали: «Сразу видно, высшее образование. Терминами так и сыплет».

Когда прорыв был ликвидирован, а пар рассеялся, уставшая бригада уселась на бордюр перекурить.

— Слышь, Генрихович, — уважительно сказал Михалыч, глядя на пустые доспехи, которые в лучах утреннего солнца становились всё прозрачнее. — Ты вроде мужик нормальный, хоть и странный. Приходи к нам в третью бригаду на постоянку.

Сэр Генри наконец почувствовал себя не бесполезным хламом из прошлого, а частью важного ордена, который тоже, по-своему, защищает эти земли от хаоса.

Рыцарь величественно приложил кулак к железной груди, отдавая салют:

— Для меня было честью сражаться плечом к плечу с вашим орденом. Но долг зовет меня обратно в пятиэтажную цитадель.

С этими словами сэр Генри растворился в воздухе. Михалыч проводил его взглядом, почесал затылок и сказал товарищам:

— М-да… Хороший был бригадир. Ладно, поехали на базу, пока еще куда-нибудь не вызвали.

Больше рассказов автора здесь, доступ бесплатный:

https://author.today/work/645919/edit/content

Сэр Генри, рыцарь без страха и упрека, застрял в типичной хрущевке в Старых Химках. Вместо того чтобы пугать врагов звоном доспехов, он теперь эффектно появляется из клубов пара от прорванной трубы и безуспешно пытается объяснить местной бабушке, что его плащ — это не тряпка для швабры. Всё ещё пытается ходить строем, но регулярно проваливается в туалет к соседям снизу. Главным врагом рыцаря стал робот-пылесос. Сэр Генри считает его заколдованной черепахой Мерлина и каждую ночь доблестно атакует шваброй, пока тот не загоняет его под диван.

Растворившись в утреннем тумане, сэр Генри перенесся в зону призрачной привязки - хрущевку Клавдии Степановны. Его эктоплазма снова истончилась, став прозрачной и невесомой.

С тихим шелестом рыцарь просочился сквозь окно и мягко опустился на линолеум, молясь всем святым, чтобы Клавдия Степановна еще спала. Однако та уже вовсю гремела на кухне посудой.

— Вернулся, летун? — раздался зычный голос Хозяйки цитадели. — Ну-ка, иди сюда. Разговор есть.

Лорд робко заглянул на кухню, стараясь не звенеть латами. Клавдия Степановна, в бигуди и байковом халате, сидела за столом. Перед ней на табуретке лежал фамильный плащ сэра Генри, выстиранный порошком «Тайд».

Древняя ткань, веками впитывавшая запах благородных лордов, средневековых битв и костров, теперь благоухала «Альпийской свежестью». Сэр Генри прижал ладонь к шлему и тихо завыл.

— Не вой, — отрезала Клавдия Степановна. — Торчишь тут, а пользы никакой. Давай отрабатывать постой.

Раз уж дух умел замораживать молоко в холодильнике, грех было тратить такой ресурс впустую. И Клавдия Степановна назначила его главным по климат-контролю.

Теперь, когда ей хочется посмотреть телевизор в комфорте, она строго командует:

— Так, Геня, включай свой четырнадцатый век. Охлаждай помещение.

Рыцарский кодекс требует беззаветного служения Хозяйке Цитадели. Сэр Генри, рыдая призрачными слезами и утверждая, что его засмеют на грядущем Страшном Суде, благоухая «Альпийской свежестью», зависает над ней.

Через минуту по хрущевке ползет морозный туман. Сэр Генри работает лучше любого японского сплит-конденсатора. Клавдия Степановна блаженно обмахивается телепрограммой, а кот Шпиндель переезжает на соседний коврик.

Помимо функции домашнего кондиционера, сэр Генри оказался незаменим на кухне. Его латная рукавица - идеальный пресс для картофельного пюре. Одним движением кулака он превращает ведро вареного картофеля в однородную массу, трагически шепча молитвы по невинно убиенным корнеплодам.

Клавдия Степановна лишь одобрительно кивает:

— Вот что значит качество сборки доспехов. Никаких люфтов. Тебя бы к нам на конвейер в восьмидесятые — мы бы план по турбинам за три дня закрывали.

Когда в квартиру пытаются прорваться свидетели Иеговы, коллекторы или слишком наглые продавцы фильтров для воды, бабушка просто молча открывает дверь и делает шаг назад.

Из темноты коридора с диким воем и горящими зелеными глазами вылетает сэр Генри на призрачном коне. Клавдия Степановна при этом спокойно идет пить чай, приговаривая:

- Геня, сильно не пугай, инфаркт мне тут не нужен, трупы выносить тяжело!

Вечерами они сидят на кухне. Клавдия Степановна щелкает семечки и смотрит сериалы, а сэр Генри сидит напротив, аккуратно держит в прозрачной руке кружку с кипятком, чтобы остывала, и внимательно слушает рассказы о том, как в 1984 году завод перевыполнил план. Рыцарь искренне считает Клавдию Степановну могущественной королевой Химкинских земель, а она его — бестолковым, но очень вежливым внуком.

Так все и продолжалось до одного воскресного вечера, когда в гости решил прийти один из настоящих внуков Клавдии Степановны - студент-практикант Вовочка.

Больше рассказов автора здесь https://author.today/work/645919, доступ бесплатный.

Сэр Генри, рыцарь без страха и упрека, застрял в типичной хрущевке в Старых Химках. Вместо того чтобы пугать врагов звоном доспехов, он теперь эффектно появляется из клубов пара от прорванной трубы и безуспешно пытается объяснить местной бабушке, что его плащ — это не тряпка для швабры. Всё ещё пытается ходить строем, но регулярно проваливается в туалет к соседям снизу. Главным врагом рыцаря стал робот-пылесос. Сэр Генри считает его заколдованной черепахой Мерлина и каждую ночь доблестно атакует шваброй, пока тот не загоняет его под диван.

Визит Вовочки Клавдия Степановна ждала с легким трепетом и тяжелой артиллерией в виде обожаемого внуком курника. Сэру Генри был зачитан строгий приказ:
— Так, Геня, брысь. Не показывайся. Внук у меня и так со странностями: круглые сутки сидит в своих компьютерах и ругается с искусственным интеллектом. Еще и обижается на него! Ростом давно выше меня вымахал, а как детсадовец на самокатике катается. Неделю назад вообще пытался заказать еду с телефона, хотя до магазина сто метров. Короче, психика у парня неокрепшая, не хватало еще тебя со спецэффектами.

Рыцарь спорить с королевой цитадели не посмел. Он безропотно дематериализовался в прихожей, насколько позволила некстати загустевшая эктоплазма, и ловко замаскировался под старую советскую вешалку с рогами. Его одетые в поножи ноги весьма органично изобразили декоративные колонны, а опущенное забрало шлема скрылось под тяжелой зимней дубленкой Клавдии Степановны.

Дверь открылась, и в квартиру ввалился Вовочка. За ним, брезгливо перешагнув через порог, вошла очень модная девушка. Гостья выглядела так, словно её только что эвакуировали из корейского сериала: длинные ярко раскрашенные ногти, широкие хлопковые кюлоты чуть ниже колен, губы размером с приличные пельмени и взгляд, выражающий глубокую обиду на весь мир.

— Ба, знакомься, это Карина, — представил спутницу Вовочка. — Затусились в Меге на К-роре.

— Вовчик, это здесь живет твоя... родственница? — приторным голосом протянула Карина, озираясь на обои в цветочек. — Какой аутентичный кринж! Прямо вайб позднего СССР. Тут без детокса долго можно находиться?

Клавдия Степановна, молча прищурилась, разглядывая модные кюлоты Карины, напомнившие ей семейные трусы покойного мужа. Вовочка же, блаженно улыбаясь, разувался, попутно пытаясь наощупь повесить свою куртку на «вешалку». Он аккуратно нацепил рукав прямо на латную перчатку сэра Генри. Рыцарь внутри дубленки затаил дыхание, боясь выдать себя звонком кольчуги, и мысленно читал молитвы за здравие юного глупца.

Наконец они уселись за стол. Клавдия Степановна, как принимающая сторона, честно пыталась держать марку. Достала чехословацкий хрусталь и заварила индийский чай. Карина сидела за столом с таким видом, словно её насильно заставили пить из лужи.

— Вова, а твоей бабушки чай какой-то… не матча, — Карина брезгливо отодвинула кружку.

Клавдия Степановна вежливо улыбнулась улыбкой начальника ОТК, собирающегося завернуть бракованную партию ракетных двигателей.

— Ну извините, Кариночка, мачу не пьем, — мягко сказала пенсионерка. — Зато пирог свежий. Угощайтесь.

— У меня глютен-фри диета. Вова, когда жить сюда заедем, обои закрасим, а вместо вот того ужасного шкафа полки повесим.

За столом повисла тишина. Не обращая на нее внимания Карина продолжила:

— Вов, ну я же говорю, айфон в рассрочку — это не траты, это инвестиция в мой личный бренд. Если я не выложу сторис из Дубая, у меня упадут охваты. Кстати, лучше давай эту квартиру сдадим, а сами возьмем студию в Сити? Вов, ну ты чего молчишь, ты меня не любишь?

Сэр Генри, который хоть и был призраком, но уши имел чуткие, медленно закипал под дубленкой. В его четырнадцатом веке за такие речи благородных леди, конечно, на кострах не жгли, но в монастырь на хлеб и воду отправляли. Вовочка растерянно жевал пирог и пытался сообразить, как его скромные доходы соотносятся с Дубаем. Наверное, не стоило изображать перед Кариной элитного айтишника с зарплатой в долларах и контрактами по всему миру.

— Ладно, Вов, поехали. Тут духота невыносимая, старьем всяким воняет, — Карина сорвалась с места и потопала в прихожую.

Вовочка второпях откусил курник, начинка выпала ему на джинсы.

— Карин, подожди! — взвыл «перспективный сеньор» и резво поскакал в сторону ванной.

Клавдия Степановна покачала головой, достала из шкафа упаковку крахмала, салфетки для выведения пятен и потопала за внуком.

Карина стояла перед зеркалом в прихожей, поправляя губы. Обзору мешала старая дубленка, болтавшаяся на вешалке. Девушка скривилась, будто под нос ей попала тухлая рыба, и двумя пальцами попыталась отодвинуть старую немодную обновку.

Из-под мехового воротника медленно показался горящий призрачным светом рыцарских шлем. Забрало приподнялось и загробный голос громко проговорил:

— Thou art a witch and a dishonor demon!

Карина оцепенела. Забрало клацнуло прямо перед ее носом.

В следующую секунду пятиэтажка содрогнулась от ультразвукового визга. Карина, забыв обуться, в одних носках вылетела на лестничную клетку, протаранила плечом входную дверь подъезда и скрылась на аллее, крича что-то про «токсичные триггеры» и «ненормальных токсиков».

Выскочивший из ванной Вовочка ошарашенно посмотрел на пустой коридор, потом на бабушку.
— Ба, а куда Карина делась? — спросил он.
Клавдия Степановна, спокойно вытирая руки полотенцем, пожала плечами:
— Да шут её знает, Вовчик. Побежала куда-то. Видать, фаза луны не та.
Вовочка почесал затылок, вдумчиво посмотрел на открытую дверь и вздохнул:
— Знаешь, ба... А она и правда какая-то странная. Пойду, отнесу ей кроссовки. А потом поеду домой в доту играть.

Когда за внуком закрылась дверь, сэр Генри робко выполз из-под дубленки, ожидая сурового трибунала. Он опустил голову, готовый принять кару.

Однако Клавдия Степановна удовлетворенно хмыкнула, подошла к рыцарю и похлопала его по наплечнику, отчего латы глухо звякнули.
— Ну, Геня, ну удружил! — рассмеялась она. — Сэкономил бабке кучу нервов. Настоящий герой!

На следующий день Клавдия Степановна достала швейную машинку «Подольск» и толстыми капроновыми нитками, намертво пришила по всему нижнему краю отстиранного плаща сэра Генри широкие, ярко-салатовые светоотражающие полосы.

— Вот, — гордо сказала она, расправляя обновленный элемент средневекового снаряжения. — Красиво. И кода ночью за хлебом через дорогу пойдешь машина не собьет! Носи, заслужил!

Сэр Генри барон Дадли с благоговением смотрел на светящиеся в темноте полоски. Он еще не знал, что такое «машина», но твердо верил: это самый высший знак отличия, который только можно получить в этих загадочных, суровых и прекрасных Химкинских землях.

Больше рассказов автора здесь, доступ бесплатный: https://author.today/work/645919

Сэр Генри, рыцарь без страха и упрека, застрял в типичной хрущевке в Старых Химках. Вместо того чтобы пугать врагов звоном доспехов, он теперь эффектно появляется из клубов пара от прорванной трубы и безуспешно пытается объяснить местной бабушке, что его плащ — это не тряпка для швабры. Всё ещё пытается ходить строем, но регулярно проваливается в туалет к соседям снизу. Главным врагом рыцаря стал робот-пылесос. Сэр Генри считает его заколдованной черепахой Мерлина и каждую ночь доблестно атакует шваброй, пока тот не загоняет его под диван.

К середине недели запасы провизии в цитадели истощились, и Клавдия Степановна собралась на рынок.

Поход за провизией означал серьезную физическую нагрузку. Обычно решавший проблему внук Игорь уехал в отпуск. Брать в экспедицию за продуктами Вовочку было бесполезно. Парень плелся сзади, не отрываясь от телефона, а его стонам и завываниям о том, что он устал и надо вызвать доставку, мог позавидовать самый занудный призрак.

"Точно, призрак!" - осенило Клавдию Степановну, которая принципиально не доверяла доставщикам.

— Так, Геня, — сказала бабушка, поворачиваясь к парящему над люстрой рыцарю. — Для тебя сегодня особая миссия. Хватит дома прохлаждаться. Выдвигаемся на рынок. Будешь сумку таскать, а то у меня спину ломит.

Сэр Генри встрепенулся, латы согласно звякнули. Рыцарский кодекс обязывал подчиниться без лишних слов. Клавдия Степановна выдала ему огромную клетчатую сумку-челнок и гору пакетов.

Рыцарь максимально истончил свою эктоплазму, став прозрачным, как новый стеклопакет. Для маскировки поверх лат натянули чей-то завалявшийся в шкафу спортивный костюм оверсайз, а поверх шлема Клавдия Степановна водрузила садовую панамку.

Получилось, конечно, довольно странно, но то ли ещё сейчас в Москве увидишь? А уж в Старых Химках и подавно.

На улице стояло теплое летнее утро. Солнце пригревало, асфальт слегка пружинил под ногами, а плотный поток химчан устремлялся к станции и доживавшим последние деньки (наверное) до расширения путей торговым рядам.

Сэр Генри старался не привлекать лишнего внимания. Однако садовая панамка и фамильный стаффордширский плащ с яркими светоотражающими полосами яростно сверкали в лучах летнего солнца. Проезжающие мимо водители инстинктивно притормаживали, принимая странный силуэт то ли за новые технологии дорожных служб, то ли за восставшего из ада инспектора ГИББД.

Рыночные ряды встретили их шумом и запахом свежей зелени.

Рыцарь величественно проплыл мимо рядов с бакалеей, сверяясь с выданным ему списком.
— Хлеб «Рижский»... Издалека привезли, а даже не зачерствел, — благоговейно шептал сэр Генри, аккуратно укладывая буханку в сумку. — Колбаса «Докторская»... Похоже, тайное зелье алхимиков для лечения желудка.

У павильона с фермерской свининой, где висела огромная рукописная вывеска: «РАСПРОДАЖА! Ликвидация остатков перед привозом!» развернулась настоящая битва. У прилавка стояло много людей. Хмуро сопели коренастые дачники в шортах, громко спорили ушлые перекупщики из местных шашлычных, а фланги надежно удерживали пенсионеры, ощетинившись тростями и сумками-тележками. Все они были готовы насмерть стоять за лучший кусок грудинки.

Клавдия Степановна уверенно двинулась в самую гущу событий, ведя за собой своего призрачного вассала.
— Геня, занимай очередь вот за этим мужчиной в кепке! — оценив размер затора скомандовала она. — А я пока за зеленью схожу.

Рыцарь степенно выпрямился, перехватил поудобнее сумку и замер в хвосте очереди.

Почему-то он сразу же привлек внимание местного неадеквата. К нему двинулся пошатывающийся мужчина, от которого за три метра разило дешевым перегаром и агрессивной философией.

— Слышь, ты… ролевик крашенный! — икнул гражданин, бесцеремонно ткнув пальцем в ядовито-салатовую светоотражающую полосу на плаще рыцаря. — Ты чё тут встал? Чё светишься в натуре, глаза слепит! У нас тут Химки, понял? Чё за маскарад, ты откуда прилетел вообще? Ну-ка, повернись, я с кем разговариваю!

Сэр Генри хранил ледяное молчание, строго следуя приказу не устраивать спецэффектов. Нетрезвый философ расценил это как слабость. Он попытался ухватить призрака за ухо, но его рука, встретив легкое эктоплазменное сопротивление и могильный холод, провалилась куда-то вглубь под панамку. Мужик испуганно отдернул посиневшие пальцы.

К рыцарю тут же прицепилась группа дачников. Главарь - длинноносая тетка в бейсболка с играющим в гольф кентавром, мазнула взглядом по фигуре сэра Генри и грозно прищурилась:
— Слышь, придурок, куда прешь без очереди?! Встань в конец, тут люди с утра стоят!

Двое других членов группировки слаженно сомкнули ряды, намертво зажав лорда Дадли между прилавком с огурцами и каким-то фургоном. Его начали безжалостно оттеснять.

В этот же момент с другого фланга пошла на таран яростная женщина. Ей показалось, что рыцарь занимает слишком много дефицитного рыночного пространства.

— Молодой человек! Навешали на себя тряпок светящихся, не пройти, не проехать! — взвизгнула она, намеренно и с размаху притерев сэра Генри своим массивным бедром и тяжелым пакетом. — Встанут как истуканы! Дай пройти, я сказала!

Пакет со всего размаха врезался в клетчатую сумку, которая вдруг дернулась и зашипела. Из нее высунулась возмущенная морда кота Шпиндиля, разбуженного таким варварским способом. Вслед за мордой показалась когтистая лапа. Когти зацепили пакет, легко располосовали полиэтилен.

Из разорванной тары посыпались помидоры, жестяные крышки для заготовок, выпал небольшой кабачок.
Все еще дувший на пальцы мужик запнулся о кабачок, наступил на помидор, заскользил по крышкам и вписался головой прямо в декольте агрессоршы в бейсболке.

— Ты что творишь? — один из спутников обиженной женщины почему-то решил высказать претензии сэру Генри.

Решительным движением он сорвал с него садовую панамку и тут же попятился в шоке глядя в пустоту, над воротником свитшота. Женщина с порванным пакетом охнула и подорвалась в сторону станции, не пытаясь собрать свои крышки и помидоры. Нетрезвый гражданин, вышвырнутый из декольте, икнул и куда-то уполз. Группировка дачников ретировалась, обещая вызывать полицию, милицию, росгвардию и еще кого-нибудь. Да и вообще людей у прилавка резко поубавилось.

В этот самый момент из рядов с зеленью с пучком укропа в руках появилась Клавдия Степановна.

— О, Геня, молодец, как раз наша очередь подошла, — радостно произнесла Хозяйка цитадели, игнорируя перепуганных людей вокруг. — Ты чего панамку уронил? Я в ней зелень сушу, очень удобно. Кладешь петрушку в панамку, вертишь и вуаля! А ты ее запачкал.

Клавдия Степановна бережно подобрала многострадальную панамку и водрузила на голову рыцаря. Кот Шпиндель одобрительно мявкнул.

— А эта рыжая морда что здесь делает? Опять в сумке дрых, засранец? Геня, ты зачем кота на рынок притащил?

Сэр Генри пожал плечами. Будучи бесплотным духом, веса кота он не почувствовал — для него что пустая сумка, что с пушистым балластом внутри весила одинаково неощутимо.

Домой они возвращались полностью выполнив поставленную задачу. Сэр Генри гордо тащил пакеты, а из висевшей у него на плече сумки высовывалась лениво щурящаяся морда Шпинделя.

Но идиллия длилась недолго. Едва они переступили порог, Клавдия Степановна вытащила из почтового ящика листок бумаги. Лицо её мгновенно помрачнело, а брови сошлись на переносице так сурово, что даже призрачному сэру Генри стало холодно.

— Так, — зловещим голосом произнесла Хозяйка цитадели, разглядывая бланк. — Это что еще за фокусы? Квитанция от управляющей компании. Они нам за водоотведение насчитали восемь тысяч рублей!

Сэр Генри поглядел на бланк через ее плечо. В его глазах это был самый настоящий вызов. Коварные сборщики податей из зловещего ордена под названием «ЖЭК» посмели посягнуть на его казну!

— Леди, — рыцарь с лязгом выпрямился, а его светоотражающие полосы грозно сверкнули в полумраке коридора. — Сия бумага — подлое объявление войны. Дозволь мне выдвинуться в цитадель этих мытарей и предать их праведному суду!

Клавдия Степановна аккуратно сложила желтоватый листок:
— Ладно, Геня. Завтра у них как раз приемный день. Пойдем разбираться, за какие такие кубаметры они с нас кровные требуют.

Сэр Генри, рыцарь без страха и упрека, застрял в типичной хрущевке в Старых Химках. Вместо того чтобы пугать врагов звоном доспехов, он теперь эффектно появляется из клубов пара от прорванной трубы и безуспешно пытается объяснить местной бабушке, что его плащ — это не тряпка для швабры. Всё ещё пытается ходить строем, но регулярно проваливается в туалет к соседям снизу. Главным врагом рыцаря стал робот-пылесос. Сэр Генри считает его заколдованной черепахой Мерлина и каждую ночь доблестно атакует шваброй, пока тот не загоняет его под диван.

Всё началось с того, что Клавдии Степановне пришёл счёт, где в графе «Водоотведение» значилась сумма, способная покрыть годовой бюджет небольшого средневекового графства. Сэр Генри, чья рыцарская честь была уязвлена столь наглым грабежом его, как он считал, новых владений, решил покарать местных разбойников и восстановить справедливость. Разумеется, не привлекая к разборкам Клавдию Степановну.

Утреннее солнце Химок едва пробивалось сквозь пыльные стёкла конторы. В подсобном помещении, густо пахнущем солидолом, перегаром и дешёвым чаем, сидели двое слесарей — Иваныч и Колян.
Они меланхолично крутили в руках ржавый разводной ключ, обсуждая отличие карбюратора новой «Лады Искра» от старого «Форда Фокуса».

Внезапно лампочка под потолком жалобно моргнула, затрещала и начала покрываться тонкой коркой льда. По комнате пополз морозный туман. Запах солидола перебил сильнейший аромат «Альпийской свежести». Сквозь кирпичную стену, плавно покачиваясь, проплыла двухметровая фигура сэра Генри. Его серебристые латы грозно звенели, а фантомные зелёные глаза яростно пылали под забралом.

— Трепещите, презренные расхитители казны! — взревел рыцарь, материализуя в руке блёклый квиток. — Кто из вас, псов, дерзнул наложить оброк на колодезную влагу цитадели с улицы Победы?! Отвечайте, или я предам этот подвал вечной мерзлоте!

Колян медленно опустился на потертый стул. Иваныч перекрестился разводным ключом, судорожно сглотнул и прошептал:

— Слышь, Колян… Я говорил, что тот спирт из бачка сливать нельзя было? Вот она, белочка-то, в железе пришла… С рогами…

— Сдавайтесь, чернокнижники! — сэр Генри для пущего эффекта провёл латной рукавицей по ржавой трубе стояка. Труба отчаянно кашлянула и мгновенно замерзла, заблокировав подачу горячей воды во всём первом подъезде.

Слесари с дикими воплями, бросив инструмент, вылетели из подсобки, сшибая на ходу фикусы в горшках. Сэр Генри, гордый своей молниеносной победой над «передовым отрядом», величественно двинулся дальше по коридору, выискивая главного магистра этой обители зла.

Коридор упёрся в массивную деревянную дверь с табличкой «Бухгалтерия. Приёма нет». Из-за двери доносился мерный, леденящий душу стук клавиатуры. Рыцарь, решив не церемониться с врагом, грозно прошёл прямо сквозь стену и соткался посреди кабинета, грозно раскинув руки.

— Предстань передо мной, верховный паладин этого… — начал было он, но осёкся.

За огромным облезлым столом, заваленным пожелтевшими папками «Дело №», сидела Она. Тамара Павловна. Живой памятник советской бюрократии с начёсом цвета спелой сливы, в кофте с люрексом и очках на толстой цепочке. Она даже не соизволила поднять голову от заполнения формы 1-Т.

— Мужчина, выходить из стены будете в приёмные часы, — ледяным тоном оборвала бухгалтер рыцарский пафос. — На двери русским языком написано: приема нет. И нечего тут светиться, у меня от вас монитор полосит.

Сэр Генри опешил. На его памяти даже ведьмы Стаффордширских болот проявляли больше уважения к баронам Дадли.

— Женщина! Я — сэр Генри, защитник холмов Himley! Я требую ответа за сии свитки грабежа! — он ткнул квитком в сторону стола.

Тамара Павловна медленно подняла взгляд. Ее горящий взор, светившийся многолетним опытом укрощения различных скандалистов и смутьянов, остановился на рыцаре.

— Слышь ты, граф Дракула химкинский. Мне плевать, из каких ты холмов. Паспорт гражданина Российской Федерации на стол. Свидетельство о рождении. Справку о составе семьи из ЖЭКа по месту прошлой регистрации. Военный билет принёс? Нет?

— Какой билет?! Я… я, привидение. Дух! Я обрёл бессмертие в бою! — рыцарь сделал шаг назад, чувствуя, как его эктоплазма начинает предательски истончаться под этим взглядом.

— Ах, дух? Без документов? Значит, бомж, — Тамара Павловна с грохотом шлёпнула по столу тяжёлой ладонью. — Незаконное нахождение на жилплощади Волковой Клавдии Степаноны. Санитарные нормы не соблюдаешь, сквозь стены ходишь, трубы морозишь! Вот вызову сейчас наряд ОВД, они тебе быстро инвентаризацию лат проведут! Ишь, вырядился, аниматор несчастный. Понаедут тут из своих аулов и  Англий, прописаться нахаляву хотят!

Сэр Генри почувствовал, что его призрачные силы иссякают. Двуручный меч стал неподъёмным, а доспехи начали жалобно дребезжать. Бухгалтерша излучала такую концентрированную энергию подавления, от которой его эктоплазма размалывалась на мельчайшие частицы. Рыцарь ужо подумывал с позором отступить обратно в холодильник, как вдруг дверь кабинета с грохотом распахнулась.

На пороге стояла Клавдия Степановна.

— Так, Тамарка! Прекрати прессовать Геньку! — Пенсионерка решительно шагнула в кабинет, закрывая собой призрачного лорда. — Приёма у неё нет! А как квитанции с цифрами, взятыми с потолка слать — так у вас канцелярия без обеда работает?! На каком основании ОДН в три раза завысила?!

Тамара Павловна хищно прищурилась, поправляя очки на цепочке:

— А, Клавка явилась. Ты сильно рот-то не разевай, лимитчица понаехавшая! На заводе она сорок лет отпахала, думает, ей всё можно? Ордер на квартиру покажи сначала! Поселила у себя гастробайтера без ведома паспортного стола и права качает!

Слово «лимитчица» подействовало на Клавдию Степановну как сигнал к запуску баллистической ракеты.

— Кто лимитчица?! Да я этот район строила, когда ты ещё в своей деревне коровам хвосты крутила, Тома! — Клавдия Степановна с размаху опустила ладонь на край стола, отчего папки «Дело №» испуганно подпрыгнули. — Мой завод «Энергомаш» ракетные двигатели выпускает, а ты три бумажки в день правильно переложить не можешь! Давай сюда начальника ЖЭКа, сейчас мы твою базу так перезагрузим, что ты у меня норматив по выдаче справок за пятнадцать секунд сдавать будешь! Геня, врубай кондиционер на полную мощность!

Сэр Генри, увидев, что его Королева пошла в атаку, мгновенно воспрял духом. Он взмыл под потолок, расправил выстиранный плащ, благоухающий «Альпийской свежестью», и издал победный клич:

— За Химкинские земли! Смерть бюрократии!

Кабинет паспортного стола в секунду превратился в ледяной чертог. Календарь на стене покрылся инеем, чернила в ручке Тамары Павловны замерзли, а из её рта пошёл густой белый пар.

— Ладно, ладно! Хватит! — закричала паспортистка, стуча зубами и пытаясь укрыться за папкой с надписью «Входящие». — Степановна, уйми своего терминатора! Пересчитаю я вам воду! Ошибка там, в системе сбой произошёл! Только забери его, а то у меня начёс осыпается!

— То-то же, — Клавдия Степановна победно сделала признаку знак на выход. — Чтоб к вечеру новая квитанция в ящике лежала. Пошли, Геня. Нам ещё слесарей в подсобке откачивать, как бы они с перепугу чего не натворили!

На этом они покинули ЖЭК №3. Сэр Генри осторожно парил чуть впереди, удерживая над головой Клавдии Степановны фантомный шлейф прохлады, и время от времени преданно заглядывал ей в глаза:

— Вы проявили истинную храбрость, моя леди. Ваша доблесть разила врагов аки копьё святого Георгия!

— Нормально, Геня, обычный визит в ЖЭК, — Клавдия Степановна поправила шляпку. — В среду в пенсионный за справкой пойдём. Так что ты латы свои почисти, чтоб сияли. Сделаем им показатели посещаемости!

Больше рассказов автора здесь https://author.today/work/645919

Сэр Генри, рыцарь без страха и упрека, застрял в типичной хрущевке в Старых Химках. Вместо того чтобы пугать врагов звоном доспехов, он теперь эффектно появляется из клубов пара от прорванной трубы и безуспешно пытается объяснить местной бабушке, что его плащ — это не тряпка для швабры. Всё ещё пытается ходить строем, но регулярно проваливается в туалет к соседям снизу. Главным врагом рыцаря стал робот-пылесос. Сэр Генри считает его заколдованной черепахой Мерлина и каждую ночь доблестно атакует шваброй, пока тот не загоняет его под диван.

— Так, Геня, слушай меня ушами, - сказала Клавдия Степановна. — Ты молодец, идеально выбил ковер. Так летал сквозь него на бешенной скорости, что кошачья шерсть и пыль сами разбежались в страхе. Соседи, кстати, тоже.

Кот Шпиндель недовольно зашипел. Он годами старался, любовно раскладывал шерсть, создавал уют…

Его перебил раздувшийся от пафоса сэр Генри:

— Для меня было честью одержать очередную великую победу! Есть ли поля сражений, где снова появился коварный враг? Я…

— Короче, Камелот! Давай без поэм. Врагов нет. Вечером приедет внук, его пугать не надо. Сиди тихо, не завывай и не отсвечивай!

Вовочка появился на пороге с двухчасовым опозданием, огромными наушниками на голове и квадратной коробкой под мышкой.

Его план бы гениален и прост:

1) Притащить бабуле валяющийся второй год в кладовке робот-пылесос;

2) Сгрузить на андроида уборку;

3) До конца каникул отлынивать от дачи и домашних дел, мотивируя занятостью у бабули;

4) Жрать бабушкины пирожки не поднимая зад со стула;

5) Пугать уток в парке Толстого в освободившееся время.

Сэру Генри коробка сразу показалась подозрительной. Но, помня наказ, он лишь осторожно вел наблюдение из-под дивана.

— Хай, ба! – важно сказал Вовочка. — Зацени лютый хай-тек девайс, чтобы не юзать веник! Ты его, конечно, не отфлексишь и не засинхронишь, тут сложный интерфейс. Но твой продвинутый айти-гуру все настроит по красоте!

Из коробки появился зловеще поблескивающий черный диск.

— Клянусь величием Камелота, - сказал сэр Генри Шпинделю. -Это же Черная Черепаха Мерлина! Зловещий ползучий зверь, вызывающий разрушения в землях, где появляется!

Вовочка усадил «черепаху» на зарядную станцию и принялся тыкать в нее пальцем. Но зверь никак не отзывался на старания.

— Да бля! — не выдержал Вовочка и тут же ойкнул, потирая шею.

— Так, хакер комнатный! Чтобы я такого больше не слышала! То, что ты перепутал IP-адрес шлюза с маской подсети еще не повод выражаться. — Клавдия Степановна надела очки, куда-то понажимала и черепаха, издав боевой клич инопланетной саранчи, поползала к суверенному ковру. На ходу воруя пыль и шерсть.

Такого тонкая душевная организация призрачного лорда не выдержала. Раздался леденящий душу скрип железа, запахло «Альпийской свежестью»:

— Назад! Сие есть черная магия! Демонический фамильяр, Черепаха Мерлина явился по наши души! Но я спасу эти земли!

Сэр Генри появился в полуметре над полом. Край многострадального плаща упал на ковер и намотался на ведущее колесо пылесоса. Девайс жалобно зажужжал и выдал: «Пожалуйста, очистите щетку». Не ожидавший настолько подлой атаки рыцарь взмыл к потолку. Оказавшийся в невесомости гаджет отчаянно закрутил вторым колесом, врубив аварийный сигнал и мигая красным светодиодом.

Кот Шпиндель, увидев летающий пылесос, решил, что наступил кошачий апокалипсис. С диким шипением он взбежал по шторе, сорвал карниз, и забаррикадировался на шкафу.

Сэр Генри бешено кружился под потолком, стараясь сбросить врага. От центробежной силы пылесос включился на максимальную мощность и начал засасывать воздух прямо в эктоплазму рыцаря. Латы сэра Генри издали звук, похожий на волынку.

Вовочка круглыми глазами глядел как под потолком с воплями летает светящийся рыцарь с воющим пылесосом на плаще, на шкафу матерится кот, а на пол со звоном падает люстра. Он пытался подобрать подходящие с случаю слова, с учетом нахождения в радиусе досягаемости бабушки. Слова не подбирались.

— Это что еще за вертолетная площадка?! — прогремел голос Клавдии Степановны. — А ну спускайся! И немедленно объясни, что ты натворил! И чтоб коротко, без пафоса!

Сэр Генри окончательно растерялся и с грохотом рухнул на диван. Пылесос пискнул: «Уборка завершена. Возвращаюсь на базу» и, волоча за собой плащ, поехал в сторону Китая.

Сэр Генри поднялся. Оглядел окружающий его разгром, Вовочку с разинутым ртом, орущего Шпинделя, угрожающе смотрящую на него хозяйку цитадели.