Jeff.Evgen

Крайне тенденциозное исследование. Вот по таким книгам судят на Западе о Великой Отечественной войне.
Среди плюсов можно отметить два момента:
1) книга легко читается (либо Бивор ловко владеет слогом, либо мастеровитый переводчик попался);
2) при всем обилии используемых источников личного происхождения книга в них не вязнет и не перерастает в подобие хрестоматии (чем страдают книги Макса Хейстингса, который, используя воспоминания очевидцев, погребает под ними всю структуру книги);
3) есть ряд фактов, которые по-новому подсвечивают события Великой Отечественной войны.
А дальше идут сплошь минусы.
Уже упоминаемые выше источники личного происхождения.
Судя по сноскам, Бивор опрашивал участников событий спустя 50 с лишним лет после событий 1941-1942 гг. И тут в любом случае должна была быть произведена критика этих источников. Бивор же частенько принимает их за чистую монету. Да, воспоминания участников вносят интересные штрихи, дополняя отдельные элементы повествования, но порой достигают такого градуса накала, что впору восклицать "Не верю" (как Станиславский).
Да и во всех ли нюансах точно воспроизвели ход событий их участники. Здесь невольно вспоминается пример моего дедушки, который в телеинтервью рассказал о своём участие в Великой Отечественной войне одно, а в его наградных документах, который я смог найти (то ли на "Подвиге народа", то ли на "Памяти народа"), значится совершенно иное.
И дальше, как говорится, "пошла писать губерния".
Бивор порой называет один из корпусов то танковым, то механизированным (тогда как на карте он обозначен механизированным).
Ничтоже сумняшеся автор отправляет Рокоссовского на гражданскую войну в Испании (в которой он, как известно, не участвовал).
На протяжении всей книги мы отчётливо видим симпатию, которую Бивор испытывает к 6-ой армии Вермахта. Помпезно он описывает её успехи, не скупится на похвалы, когда солдаты Паулюса героически преодолевают сопротивление Красной Армии, и с чувством содрогания, негодования и трогательности Бивор расписывает трудности оказавшихся в "котле" подразделений. Там и обморожения, и голод, и болезни. А уж когда доходит до писем солдат и офицеров домой и подготовки к празднования Рождества, то здесь Бивор так и норовит ввернуть умилительные и душещипательные моменты.
Но вы знаете - вот ни разу не жаль тех, кто напал на нашу страну, кто пытался если не уничтожить физически, то низвести до положения рабов население Советского Союза. Хорошо хоть Бивор прямо говорит о том, что солдаты вермахта участвовали в операциях СС на оккупированных территориях и что высшие командиры вермахта знали о том, каков будет характер войны против Советского Союза.
Описывая же солдат Красной Армии, автор не скупится на использование чёрной краски: героические поступки скорее исключение; тотальный контроль сотрудников НКВД; наплевательское отношение командиров к своим подчинённым; рядовые солдаты вообще представлены чуть ли не диссидентами (и начальство костерят на чём свет стоит, и анекдоты политические травят); при случае же красноармейцы только и думают о том, как бы дезертировать или перебежать к немцам.
Двойные стандарты: немцы - умнички и молодцы, красноармейцы - бездушная масса, призванная страдать.
Ещё одной поднадоевшей по ходу чтения шарманкой стало обращение чуть ли не в каждой главе к теме "хиви" (добровольных помощников). Не самый значимый момент, но Бивор упорно педалирует эту тему.
Интересно было почитать про взаимодействие немцев и их союзников. Но когда доходишь до моментов, описывающих, как деморализованные и плохо оснащённые румыны героически сдерживают сопротивление Красной Армии, выкашивая цепи красноармейцев и метко подбивая танки, меня, ей-богу, на смех пробирало. Румыны, кстати, у Бивора тоже нереально опытные бойцы.
В общем, книга изобилует огромным количеством спорых моментов, которые стоит перепроверить.
Не рекомендовал бы данную книгу для прочтения.
Возможно, и стоит прочитать, но после ознакомления с более достоверными данными и менее ангажированными авторами.

Буквально только что посмотрел фильм «Командир» о Геннадии Зайцеве, командире группы «Альфа» КГБ СССР.
Вроде бы и тема фильма неплоха, но вот исполнение подкачало.
Хронометраж фильма (2 часа 24 минуты) затянут. Действие раскачивается крайне медленно.
Мы видим главного героя, проходящего путь от своего детства в 1944 г. до операции по освобождению заложников в Орджоникидзе (нынешний Владикавказ) в декабре 1988 г.
Главный герой… Слишком уж он картонный и правильный. Эмоции ему чужды. Вроде и пытаешься ему сопереживать, но ни черта не получается.
Получил на заводе первую зарплату, пропил её со своим наставником (традиция, как сказал последний), приходит домой в стельку пьяный, мать говорит, что если он так будет поступать с заработанными им деньгами, то дома есть будет нечего. Он с выдержанным лицом заявляет, что больше не будет пить.
У Зайцева обнаруживают радикулит. И вроде бы это обстоятельство должно как-то повлиять на героя, заставить его преодолевать какие-то лишения и трудности. Но нет, врач порекомендовал ему упражнения, и главный герой идёт в армию, служит в отдельном полку Управления коменданта Московского Кремля (ныне Президентский полк), затем в Отдельном офицерском батальоне, потом служба в КГБ. Радикулит проявится 2 раза: когда Зайцеву предложат возглавить антитеррористическую группу «А» (будущая «Альфа») (он в этот момент будет с палочкой прогуливаться) и когда наступает критический момент в сцене проведения операции по освобождению заложников в Орджоникидзе (его прихватило, он опускается на пол в туалете, но уже в следующем кадре идёт как ни в чём не бывало).
Нам показывают его как верного комсомольца и коммуниста. И вот именно в этих кадрах образ главного героя максимально уплощается.
Он читает доклад о «культе личности и его последствиях» (1956 г.), вроде бы испытывая определённые сомнения, но выказывая этого. Выступает как моральный ориентир, оценивая деятельность тёщи своего наставника в качестве члена партии; затем по рекомендациям своего наставника и его тёщи Зайцев вступает в КПСС, и даже встретив девушку, ставшую впоследствии его женой, он получает одобрение от тёщи своего наставника. Главное, что она комсомолка и т.д. и т.п. Ей-богу, на ум сразу же пришли слова товарища Саахова из фильма «Кавказская пленница»: «Комсомолка, спортсменка, и, наконец, просто красавица».
Жена главного героя выступает как некий необходимый атрибут. Вот нам показали их встречу (перед которой следует пространное рассуждение Зайцева о роли жены в судьбе офицера), ухаживания Зайцева, затем они уже в браке и… всё. Больше она никакой роли в судьбе Зайцева не сыграет (в концовке фильма, обмывая Звезду Героя Советского Союза, Геннадий провозглашает в честь неё тост; и то не именно в честь её, а в совокупности составляющих судьбы офицера). 
Получение должности командира «Альфы» и подготовка личного состава подразделения.
При обсуждении кандидатуры Зайцева на должность один из присутствующих высказывает сомнение в том, может ли человек, окончивший 7 классов, командовать группой специального назначения. Человек, предложивший его кандидатуру, заявляет, что он 5 лет отслужил в Специальном полку особого назначения, а это приравнивается к окончанию военной академии.
Создатели фильма почему-то забыли, что Геннадий Зайцев, пусть и заочно, но окончил Высшую школу КГБ им. Дзержинского, а в 1968 г. руководил группой 7-го Управления КГБ СССР при вводе советских войск в Чехословакию (операция «Дунай»).
В сценах подготовки сотрудников «Альфы» в конце 1970-х гг. нам показывают оружие бойцов. И если автоматический пистолет Стечкина и стреляющий нож разведчика уже были в то время на вооружении, то появление в арсенале бойцов бесшумной снайперской винтовки «Винторез» и бесшумного специального автомата «Вал» (поступивших на вооружение в 1987 г.) вызывает определённое недоумение.
Вторая половина фильма тоже наполнена штампами и клише. Школьники, пафосно заявляющие, что не будут топтать свои пионерские галстуки (главарь террористов сказала, что освободит того, кто это сделает), обязательное присутствие среди террористов наркомана (бойцы «Альфы» только-только эфедрин принести успели, а он уже закатал рукав и вены магическим образом готовы для приёма инъекции), непроницаемый Зайцев, действующий как запрограммированная машина, родственники террористов, озвучивающие заученные стереотипные словесные конструкции.
Среди плюсов второй части фильма – игра Артёма Ткаченко, исполняющего роль главаря террористов. Он реально выложился, изображая отпетого бандита, не впадая при этом в карикатуру.
Да, фильм снят по мотивам книги воспоминаний самого Геннадия Зайцева, но тут претензии к сценаристам, которые не смогли грамотно сшить элементы байопика и триллера в единое целое.
Образ главного героя размыт, он слишком правильный, плакатный, лишённый человеческих черт, механизм, строго следующий инструкциям. Нет арки персонажа.
Мне почему-то сразу вспомнился фильм «Легенда №17». Вот там за персонажем следишь с неослабевающим интересом, он проходит испытания, становится лучше, меняется (и не важно, что при этом элементы биографии Валерия Харламова были несколько изменены, всё-таки мы смотрим художественный фильм, который может себе позволить определённые допущения ради зрелищности).
Подытоживая.
Тема правильная и нужная, Геннадий Зайцев – профессионал с большой буквы, но вот реализация подкачала. 

Фильм оставляет двоякое впечатление. С одной стороны, его можно посмотреть разок, если уж совсем ничего подходящего не нашлось. С другой стороны, имеется значительное количество недочётов и шероховатостей, которые все вместе вызывают недоумение.
Сюжет.
В основе – реальные события августа 1941 г., когда самолёты 1-го минно-торпедного полка ВВС Балтфлота совершили первый в ходе Великой Отечественной войны налёт на Берлин. Но самому налёту в фильме посвящено от силы минут 20 экранного времени. Остальное – это завязка истории (где нас знакомят с основными действующими лицами) и развитие сюжета («подготовка» к полёту). Как таковой подготовки вообще нет. Нам показывают прибытие экипажей самолётов на остров Сааремаа, ожидание кораблей с бомбами и… и как бы всё.
Как обычно обнаруживаются недочёты (выработанный ресурсов двигателей бомбардировщиков), затем начинается проблема с бомбовой нагрузкой. Для решения этой проблемы на остров прилетает известный лётчик-испытатель Владимир Коккинаки (в исполнении актёра Гела Месхи (ему просто-таки везёт на роли лётчиков: то он Василия Сталина в сериале «Сын отца народов» сыграет, то командира подразделения штурмовиков в фильме «Лётчик» изобразит), который с революционным напором доказывает свою теорию о том, что бомбардировщики ДБ-3 вполне могут поднять в воздух авиабомбу весом 1500 кг, а когда его идея-фикс терпит крах, моментально ретируется с острова (я не шучу: бомбардировщик терпит крушение, взрывается, и на фоне огненных сполохов и недоумевающих взглядов присутствующих лётчиков Коккинаки улетает на своём «ишачке» (И-16)). Как ещё злобного энкаведэшника в фильм не впихнули; там есть, правда, роль какого-то ответственного работника, призванного контролировать ход подготовки, но он только возмущается и обещает разобраться в проблемах. Есть ещё сцены того, как советские лётчики подбивают клинья к эстонским девушкам, нанятым на работу на кухне близ аэродрома. Да работа метеоразведчиков, которую «слили» до двух-трёх эпизодов а-ля «Есть погода? – Нет. – Ждём» и так по кругу.
Герои.
Тут совсем швах. Нет ни одного персонажа, которому можно посочувствовать или который был бы дан в развитии.
Жаворонков, командующий авиацией ВМФ. Как он пришёл к идее налётов на Берлин? Однажды оказавшись в Москве после налёта немецких бомбардировщиков, Жаворонков увидел разрушения, увидел, как дети принимают участие в ликвидации последствий этого налёта, а пробегающий в спешке мальчишка попенял ему: «Почему наши самолёты не обрушатся на Берлин?» Потом, уже на Сааремаа, Жаворонков перед командирами толкает речь о важности налётов на столицу нацистской Германии («моральное значение» и далее по списку). Не совсем грамотно оформлена причинно-следственная связь событий.
Преображенский, командир минно-торпедного полка ВВС Балтфлота. Суровый, но справедливый, вечно чертыхающийся, чуть ли не срывающийся на мат. Всем раздаёт на орехи. Но как бы и всё. Он скорее не человек, а функция. Как писал Лермонтов, «слуга царю, отец солдатам», но слишком уж выхолощенный, что ли.
Командир одного из экипажей (вот честно, не помню, как его зовут, но он частенько мелькает на экране). Угрюмый, нелюдимый, порой безучастный к судьбе и нуждам своего экипажа. У него есть какая-то травма в прошлом, но нам об этом вообще не сказано.
Вот ему подают крынку с молоком, он пьёт, тут же теряет сознание, роняет крынку из рук и падает, а затем, придя в себя, говорит своим подчинённым: «Никому ни слова». Во время налёта его тоже резко вырубает, самолёт стремится к земле, но кое-как, общими усилиями, удалось выправить ситуацию.
А как он выбирал бортстрелка взамен погибшего... Приехал в училище под Ленинградом, перед ним – строй курсантов, один из курсантов же в это время спасает кошку, застрявшую на дереве. Он смотрит на этого курсанта и заявляет: «Его заберу». Теперь у нас ловля кошек более весомый показатель готовности к службе в авиации, нежели способности и умения! Залезает этот ловец кошек в самолёт и сразу же сталкивается с последствиями прошлого вылета: лужами засохшей крови и россыпью лежащих на полу самолёта гильз от пулемёта. Блин, ну хоть бы прибрались, ей-богу.
И так со всеми героями. У них нет прошлого, мы не можем им посочувствовать, сопереживать их пути и судьбам. Там есть линия одного штурмана-бомбардира, у которого возникла связь с эстонской учительницей, которая являлась переводчиком девушек, которые работали на аэродроме. Вот тут и переживания, и флэшбеки, и надежда на продолжение, но этого ничтожно мало (а история его прошлой любви вызывает у нас скорее отторжение, нежели интерес к этому персонажу).
Съёмки.
Да, присутствуют аутентичные пейзажи (не Эстония, конечно, но и Псковщина сойдёт), но вот самолёты. Когда они на земле, ещё ничего, но вот когда поднимаются в воздух… Компьютерная графика лезет изо всех щелей. И, блин, это всё выглядит максимально ненатурально. Нет, бывают моменты, когда компьютерная графика весьма в кассу и смотрится неплохо, но тут перебор, на мой взгляд.
Вывод.
Я думал, что будет намного хуже, учитывая плачевное состояние нашего кинематографа, когда он берётся снимать о чём-либо из ратной истории нашего Отечества. А так ничего, сойдёт. Конечно, до таких вершин, как «Брестская крепость», «28 панфиловцев» и «Подольские курсанты», фильму далеко, но и откровенно тошнотворного рефлекса он не вызывает.
P.S.
Есть фильм, пусть и не совсем похожий, но тоже про морскую авиацию в годы Великой Отечественной войны, который просто от всей души рекомендую – «Торпедоносцы», вышедший в 1983 году. Мощнейший сюжет (в основе – рассказы Юрия Германа, лично бывавшего в подразделениях морской авиации в годы войны), максимальная аутентичность (в съёмках принимал участие торпедоносец Ил-4, который был найден в Мурманской области и восстановлен для съёмок, другие самолёты взяты из Музея ВВС Северного флота в Сафоново), талантливые актёры (один Родион Нахапетов в роли лётчика Белоброва чего стоит), правдоподобная атмосфера войны (самих вылетов в фильме мало, но дух того времени передан со всеми нюансами) и душераздирающий финал.