TopWar

В 1997 году в Бразилии был найден тайник с ценностями, стоимость которых приблизительно составляла около 4 миллионов долларов. Впрочем, этот случай не вызвал восторга у энтузиастов-кладоискателей.

Кровавое золото

Дорогие часы, кольца, золотые украшения и даже золотые зубные коронки — содержимое тайника намекало на то, что всё это было собрано, мягко говоря, специфическим способом. Кроме того, рядом с драгоценностями находились награды и документы Третьего Рейха, принадлежавшие Вальтеру Блюме.

Считается, что хранителем тайника был его родственник, бразильский ростовщик Альберт Блюме. У «охотников за нацистами» не было никаких сомнений в том, что ценности были отобраны у людей, которых казнили. Ведь Вальтер Блюме входил в число тех, кому в Третьем Рейхе доверяли «грязную работу».

Айнзацгруппы — специальные подразделения СС и полиции нацистской Германии, созданные для проведения массовых казней и «зачисток» на оккупированных территориях, в первую очередь на Восточном фронте. Фото: Commons.wikimedia.org

«Человек с прекрасными моральными качествами»

Именно Блюме было приказано готовить специальную группу, которой предстояло заняться ликвидацией коммунистов и комсомольцев в занятой гитлеровцами Москве. Но поражение вермахта у стен столицы сорвало эти планы.

Когда после войны Блюме предстал перед судом, его адвокат убеждал: подзащитный всегда характеризовался с положительной стороны, и можно только сожалеть, что «человек с такими прекрасными моральными качествами попал под влияние Адольфа Гитлера».

Вальтер Блюме родился в 1906 году в Дортмунде в семье учителя. Он получил хорошее образование в области права, в 1933 году получив докторскую степень.

К тому времени он работал помощником судьи в окружном суде. После прихода нацистов к власти Блюме перевели в отдел, занимавшийся политическим сыском.

Зондеркоманда 7а

Работе в гестапо Вальтер Блюме отдавался полностью, и к 1939 году дослужился до должности руководителя подразделения в Берлине.

В 1941 году его отправили в Главное управление имперской безопасности (РСХА). Там Блюме поручили заниматься подбором кадров для айнзацгрупп, которым предстояло работать на территории СССР после начала реализации план «Барбаросса».

В июне 1941 года он стал командиром зондеркоманды 7a в составе айнзацгруппы B.

«Наши женщины и дети будет защищены, если мы предпримем эти казни»

Доказательством преступлений были не только отчеты, которые доктор права регулярно отправлял Берлин, но и собственные дневники Блюме.

Он скрупулезно вел подсчеты, кого, как и из какого оружия казнили члены его зондеркоманды. К сентябрю 1941 года таких записей набралось 1517.

Когда Блюме спрашивали на суде, как он сам оценивает свои действия, тот уверял: он был очарован Гитлером и считал, что надо действовать по приказам фюрера.

Об этом же Блюме говорил членам своей зондеркоманды: «Как таковая, это не работа для немецких мужчин и солдат расстреливать беззащитных людей, но фюрер приказал проводить расстрелы, потому что он убеждён в том, что эти люди иначе расстреляют нас как партизаны или расстреляют наших товарищей, и наши женщины и дети также будет защищены, если мы предпримем эти казни. Мы должны помнить это, когда выполняем приказ».

«Добивающие удары не понадобились»

Витебск, Минск, Невель, Вильнюс, Смоленск — через эти города протянулся кровавый след зондеркоманды Вальтера Блюме. Его люди не только казнили сами, но и обеспечивали доставку обреченных к местам расстрелов, а также отправку десятков тысяч людей в концлагеря.

«Я помню, как в Витебске казнили от 70 до 80 человек, а в другой раз примерно столько же казнили в Минске... в обоих случаях была вырыта траншея, приговоренных к смерти ставили перед ней и расстреливали из карабинов... Добивающие удары не понадобились», — вспоминал Блюме.

В сентябре 1941 года Блюме был отозван в Берлин. По одним данным, командование стало проявлять недовольство низкими темпами проводимых «мероприятий». По другим, у него стали проявляться признаки психического расстройства.

Зачистки в Греции

Насчет второго есть серьезные сомнения, поскольку после некоторой паузы Блюме назначили командующим полицией безопасности и СД в Греции. Стараниями Блюме в Освенцим были направлены около 46 000 человек.

В 1945 году Блюме взяли в плен американцы. После длительного расследования он стал одним из подсудимых по «делу айнзацгрупп».

Понять и простить: американская версия

Американский трибунал счел доказанным, что Вальтер Блюме несет ответственность за убийства как минимум 996 человек.

В приговоре было сказано: «Блюме образованный человек. Он адвокат со степенью. Он добровольно вступил в НСДАП, добровольно присягнул Гитлеру, и добровольно стал руководителем отдела в гестапо... Фактически, сегодня сильное чувство вины Блюме не заключается в том, что он привёл к смерти невинных людей, а в том, что он не смог выполнить приказ фюрера в установленных границах».

Его приговорили к смертной казни через повешение. Но затянувшийся процесс обжалования приговора и начавшаяся «Холодная война» способствовали тому, что Блюме, не скрывавший ненависти к СССР, в 1951 году был помилован. Смертную казнь заменили 25 годами лишения свободы, однако в 1955-м Блюме вышел на свободу.

«Интеллектуал в машине Гитлера»

Он стал бизнесменом в ФРГ, сколотил капитал, обзавелся женой и многочисленным потомством.

«Охотники за нацистами» считали это огромной несправедливостью. В 1968 году им удалось добиться от властей ФРГ ареста Блюме. Но растянувшийся на три года процесс закончился ничем — с него сняли все обвинения.

Вальтер Блюме, погубивший тысячи людей и готовивший казни в Москве, умер в своей постели в родном Дортмунде в 1974 году.

Немецкие историки, писавшие о докторе права в роли экзекутора, называли Блюме «интеллектуалом в военной машине Гитлера». Но вряд ли людям, которых он убивал, было легче от того, что делает не лавочник, а доктор права.

АиФ

И это не какой-то пропагандист, а заслуженный генерал.

В свое время Эдуард Аркадьевич Воробьёв — первый заместитель главнокомандующего Сухопутными войсками РФ отказался командовать вводом войск в Чечню в 1994, тк считал неподготовленность операции преступными и бесперспективными.

- В целом нормально. Мы начали внезапно, что дало нам огромное преимущество в первом этапе. Но, к сожалению, есть признаки того, что мы не до конца оценили противника и, наверное, несколько переоценили свои возможности. Но потом ситуация выровнялась. И операция пошла по намеченному плану.

- А в чем, по-вашему, мы недооценили противника?

- Не мне вам рассказывать, последние 8 лет на Украине правил, по сути, нацистский режим. Население мощно обработано неофашистской идеологией. Выросло целое поколение, ненавидящее Россию. Поэтому надежда на то, что операция пройдет как в Крыму, и нас будут везде встречать с цветами и караваями, не оправдалась.

НАДО ЛИ НАЗЫВАТЬ ПОТЕРИ

- Вы выступили против того, чтобы в ходе операции наше Минобороны называло количество погибших. Почему?

- Итоги подводятся по завершению операции, а в ее ходе понятие «потери» относится к категории «совершенно секретно». Нельзя давать нашим недругам, в том числе внутренним, эти цифры. Нельзя им позволять радоваться, что у нас есть потери. И я скажу, если уж говорить о потерях, то они незначительные. Любая военная операция просто немыслима без потерь, либо она будет уже не военная.

- Как вы оцениваете информационное обеспечение нашей операции? Информационную войну с противником?

- Если ставить оценку по пятибалльной системе, то на три с минусом. Хотя в последние дни ситуация улучшилась. Но я думаю, что нужно и в стране, и в армии создавать для этого целые аппараты. Пока у нас такого нет. Есть лишь несколько добросовестных блогеров, которые, не считаясь с затратами сил и времени, анализируют, собирают информацию. И выдают ее населению. Правдивую, но неполную. А нужна мощная государственная информационная система.

НАДО ЛИ БРАТЬ ГОРОДА БОЕМ

- Вот наши войска подошли к крупным украинским городам, окружили их. А некоторые ехидные товарищи говорят, - ну, чего, слаба кишка город взять?! Топчетесь вокруг, а не берете?

- Наблюдая за ходом операции, я понимаю, что пока она ведется силами первого эшелона. Ни второй эшелон, ни оперативные стратегические резервы в сражение еще не введены. Сейчас нам завязываться, останавливаться в населенных пунктах, терять темп, инициативу ни к чему.

Бои в городе – самые тяжелые. Вспомните штурм Грозного. Сложнейшая операция! Любой город - это готовый укрепрайон с подземными переходами. Штурмовать его, класть людей просто так? Нет сейчас такой необходимости.

Первая задача в сегодняшней операции – демилитаризация Украины – она завершена, я думаю, процентов на 70-80. Нужно добить все до конца. В городах, конечно, остается и тяжелая техника, и артиллерия, много гранатометов НАТО завезло. Но городами займемся позже. Я думаю, в планах на операцию именно так ставится задача.

- Если посмотреть на карту Украины, то мы сегодня в этакие «клещи» берем Украину. И в отдельные «клещи» - Киев. А не нет ли у вас впечатления, что задействованных войск маловато, чтоб все эти окружения замкнуть?

- Мы же с вами не до конца знаем всю задуманную диспозицию. Да, мы понимаем, что Украина по площади – вторая в Европе после России. И что мы раньше на Украине имел и Киевский военный округ, и Одесский, и Прикарпатский, и Черноморский флот, в каждом округе была воздушная армия, ПВО, арсеналы, базы. Все там осталось. По численности Сухопутных войск Украина с Россией вовсе равны, один к одному. А вести наступление, как учили во всех военных академиях, надо с преимуществом три к одному.

Поэтому мы на Украине работаем малыми силами, как в Сирии. Считаю, это очень правильно и продумано. А вторые эшелоны и резервы еще пригодятся.

Сейчас нам завязываться, останавливаться в населенных пунктах, терять темп, инициативу ни к чему

И НАЦИСТСКИЕ НАКОЛКИ НАДО ПРОВЕРЯТЬ

- А что же, все-таки, делать с городами, которые мы блокировали? Ведь дальше, получается, два варианта. Штурмовать или вымораживать. Пусть сидят там, пока у них не кончится еда? Но украинская армия и нацбаты, не стесняются грабить свое население. До каких пор их блокировать?

- Я думаю, все же начнется деморализация противника и прекращение сопротивления после полного окружения Киева. Мне так сдается.

Украинские националисты блокируют выход колонны с мирными жителями по гуманитарному коридору

- А дальше что?

- Дальше у нас есть Росгвардия. Потому что по всей науке за войсками должны идти полиция, ФСБ, прокуратура, военно-полевые банки. Нужна будет перепись населения, продовольствие, пенсии.

- А как провести денацификацию Украины? Как отделять тех, кто воевал против России, Донбасса? Не у всех же бандеровские наколки.

- Да. И наколки, кстати, тоже проверять надо. Фильтрация - это кропотливая, нудная, неприятная работа, но она очень нужна Украине. От этого никуда мы не денемся.

БАЙДЕН ШЛЕТ ОРУЖИЕ, ЧТОБ ИЗМОТАТЬ РОССИЮ ЧУЖИМИ РУКАМИ

- Как считаете, боеприпасы у Украины должны же закончиться? И горючее. Надолго им хватит снарядов и солярки?

- Особенно первые три дня Россия работала высокоточным оружием как раз по украинским арсеналам и складам. Интенсивность огня украинской армии должна с каждым днем спадать.

Во вторых, наши ракеты били по военным аэродромам и всей транспортной логистике украинской армии? Поэтому НАТО может обещать Киеву какие угодно поставки оружия, но ничего крупного они больше туда не привезут.

- А как можно вести переговоры с людьми, которые оскорбляют нашу страну? Зачем мы их вообще ведем?

- Мы не можем не вести переговоры, ибо нас сразу обвинят, что мы рвем все дипломатические нормы. Да, надо встречаться.

Но надо понимать и вот что.

Мы ведем переговоры в надежде на мир на наших условиях. А Украина ведет переговоры, чтобы затянуть боевые действия. Это дает им возможность подтянуть резервы, перевооружиться. Любая затяжка для них выгодна. Как и для НАТО, для Байдена. Они хотят, чтобы эта операция как можно больше измотала Россию, чтобы было больше потерь. И все это провернуть чужими руками.

Именно поэтому они и переправляют на Украину оружие и наемников.

ХОРОШИЕ ТРОФЕИ У НАС БУДУТ

- Если бы вы командовали нашей группировкой на Украине, и вам доложили, что через Польшу идет караван с оружием из НАТО?

- Вся эта помощь до действующих частей украинской армии не дойдет. Они уже все в котлах или полуокружении. Знаете, это хорошие трофеи нам будут. У нас уже их много.

- А почему по Яворовскому полигону на Западе Украины мы ударили только на третью неделю операции?

- Ну, вы видели, как 6 ракет туда прилетело и раздолбали там иностранных наемников. Сегодня читал, что многие «солдаты удачи», прибыв на Украину, начали писать, по телефону докладывать родственникам, что добрались, находимся там-то. Вот когда стало понятно — что группа наемников собралась в одном месте, туда и прилетело. Те, кто остался жив, быстро собрали вещички и свалили: нет, мы тут воевать не будем. Это очень хороший, доходчивый пример для всех остальных.

ЧУВСТВО БОЕВОЙ НАСТОРОЖЕННОСТИ

- Главный вопрос – когда закончится операция?

- Вы знаете, в конце февраля я думал по темпам продвижения, по успехам нашим, что к концу марта должны закончить. Сейчас у меня появляется некоторое сомнение. Потому что противник озверевший, особенно националисты, которым терять нечего, они будут биться до конца. Вот это вносит трудности в продвижение наших войск.

- Что бы вы пожелали нашим солдатам в эти трудные дни спецоперации?

- Военной удачи, чтобы у них сохранялось чувство боевой настороженности, чтобы не стать легкой добычей для противника. И, конечно, победы.

Источник: https://www.kp.ru/daily/27376/4558514/

Попытки пересмотра событий Второй мировой войны встречают крайне болезненную реакцию не только на постсоветском пространстве. В середине мая 2020 года в Сараево прошли массовые протесты против акции поминовения жертв так называемой «Блайбургской бойни».

«В большом школьном кабинете я застал зарезанную учительницу и 120 ее учеников!»

В апреле 1941 года при поддержке нацистской Германии было провозглашено Независимое государство Хорватия. Его лидером стал глава движения хорватских фашистов — усташей — Анте Павелич. Павелич взял курс на создание моноэтнического государства. По примеру нацистской Германии в Хорватии были введены расовые законы, направленные против евреев, цыган и сербов.

Один из идеологов режима усташей Миле Будак в июне 1941 года заявил: «Одну часть сербов мы уничтожим, другую выселим, остальных переведём в католическую веру и превратим в хорватов. Таким образом скоро затеряются их следы, а то, что останется, будет лишь дурным воспоминанием о них. Для сербов, цыган и евреев у нас найдётся три миллиона пуль».

Жестокость усташей потрясала даже их союзников. Итальянский генерал Александр Лузан в письме Муссолини сообщал: «Объезжая окружные местечки Столац, Чаплину и Любинье (между 60 и 130 км на север от Дубровника), узнаю от наших офицеров разведки, что усташи Павелича в предшествующий день совершили какое-то преступление в одном селе (Пребиловци), и, когда об станет известно, местные сербы снова будут встревожены. Мне не хватает слов описать то, что я там обнаружил. В большом школьном кабинете я застал зарезанную учительницу и 120 ее учеников! Ни один ребенок не был старше 12 лет! Преступление — неуместное и невинное слово — это превосходило всякое сумасшествие! Многим отсекли головы и расположили их на школьных лавках. Из распоротых животов усташи вытащили кишки и, как новогодние гирлянды, развесили их под потолком и гвоздями вбили в стены! Рой мух и невыносимое зловоние не позволяли здесь долго задерживаться. Я заметил початый мешок соли в углу и с ужасом установил, что их резали медленно, посыпая солью шеи! И, когда мы уходили, с задней лавки послышался детский стон. Посылаю двух солдат посмотреть, в чем дело. Вытащили одного ученика, еще был жив, дышал с наполовину рассеченным горлом! На своей машине я отвожу это бедное дитя в нашу военную больницу, приводим его в сознание и от него узнаем полную истину о трагедии. Преступники прежде всего изнасиловали учительницу-сербку (ее имя Стана Арнаутович) и затем убили ее перед детьми. Насиловали и девочек от восьми лет. Все это время играл насильно приведенный оркестр цыган и бил в тамбуры! К великому стыду нашей, римской, церкви, и один божий человек, местный священник, во всем этом участвовал! Мальчик, которого мы спасли, быстро поправился. И как только затянулась рана, по нашему недосмотру сбежал из больницы и пришел в свое село, чтобы найти родственников. Мы послали за ним патруль, но безуспешно: он нашел его заколотым на пороге дома! Из тысячи с чем-то душ, в селе больше никого нет! В тот же день (это мы обнаружили позднее), когда было совершено преступление в школе, усташи схватили еще 700 жителей села Пребиловци и всех их бросили в яму или зверским образом на пути к яме убили«.

Генерал вермахта Эдмунд Гляйзе-Хорстенау сообщал Германскому верховному командованию: «Наши войска вынуждены быть безмолвными свидетелями таких событий, это не лучшим образом сказывается на их в целом высокой репутации... Мне часто сообщают, что немецкие оккупационные войска должны в конце концов вмешаться в злодеяния усташей. Это может однажды случиться. В настоящий момент, имея те силы, которыми я располагаю, я не могу просить о таких действиях. Сейчас вмешательство немецкой армии в отдельных случаях может сделать её ответственной за прочие многочисленные случаи, которые она не смогла предотвратить ранее».

«Все, что они могли потерять, они потеряли!»

В донесении, отправленном Генриху Гиммлеру в феврале 1942 года, говорилось: «Усташи творят свои бесчинства самым зверским образом не только против мужчин призывного возраста, но в особенности против беспомощных стариков, женщин и детей. Количество православных, которых хорваты убили или садистски замучили до смерти, достигает трёхсот тысяч». Убийцы соревновались в количестве умерщвленных сербов. Появилось новое слово «сербосек» — так называли нож, которым усташи вспарывали животы и отрезали головы своим жертвам.

По разным оценкам, жертвами геноцида стали от 300 до 900 тысяч сербов.

Выжившие уходили в партизаны. Уже упоминавшийся генерал Лузан писал: «Спаслось только около 300 мужчин: только им удалось прорвать усташский обруч вокруг села и сбежать в горы! Эти 300 выживших сильнее самой элитной дивизии Павелича! Все, что они могли потерять, они потеряли! А таких сел, как Пребиловци, полна Герцеговина, Босния, Лика, Далмация».

В 1945 году настал час расплаты. Югославские партизаны Иосипа Броза Тито освобождали город за городом, деревню за деревней. 6 мая 1945 года хорватское правительство сбежало из Загреба. Те, кто вчера похвалялся сотнями убитых сербов, теперь пытались уйти на территории, контролируемые англо-американцами, и сдаться им в плен. Партизаны же, в свою очередь, не собирались отпускать убийц без возмездия.

Акция возмездия

15 мая 1945 года хорватские части, бывшие хорватские чиновники, а также члены их семей добрались до австрийского Блайбурга, где находились подразделения 38-й (ирландской) пехотной бригады армии Великобритании. Хорватские генералы заявили британцами о намерении капитулировать перед ними. Однако ранее союзники достигли соглашения, по которому коллаборационисты Павелича передавались Иосипу Брозу Тито. В соответствии с этим решением сдавшихся хорватов выдали партизанам.

Среди бойцов Тито было много тех, чьи близкие были зверски убиты усташами. В то же время югославы считали — к англичанам и американцам бегут не какие-то случайные лица, а те, чьи руки по локоть в крови. Прямо под Блайбургом усташей начали расстреливать. Сколько их было казнено там, неизвестно. Раскопки в данном районе позволили обнаружить останки около 1200 человек. Но сами югославские партизаны признавали, что покарали значительно больше — согласно показаниям свидетелей, где-то около 15 000. Остальные, в первую очередь члены семей усташей, были возвращены в Югославию.

Во времена Тито тема того, что сами коллаборационисты называли «Блайбургской бойней», в Югославии не поднималась. Зато в независимой Хорватии она озвучивается активно. В 1995 году парламент Хорватии объявил 15 мая «Мемориальный день жертв Блайбурга и Крестного пути». В стране стали один за одним создавать монументы в память о «невинно убиенных».

Число жертв у хорватских историков стало расти в геометрической прогрессии, достигнув аж 300 тысяч. Никакими свидетельствами и фактами подобные числа не подтверждались, но кого это волнует?

«Самое большое сборище фашистов Европы»

Маленький Блайбург, население которого составляет всего 4000 человек, превратился в центр ежегодного паломничества неонацистов. Те, не скрываясь, носят форму усташей и фашистскую символику. Происходящее вызывает гнев у австрийских левых, которые называют майские «поминовения» «самым большим сборищем фашистов Европы».

Власти Австрии, однако, заявляют, что мероприятия в Блайбурге не носят политический характер, так как проводятся католической церковью. Ничего удивительно, поскольку католические священники не просто одобряли, но зачастую и участвовали в геноциде сербов.

К примеру, Мирослав Филипович, хорватский монах-францисканец, в годы войны был комендантом лагерей смерти Ясеновац и Стара-Градишка. Филипович, получивший прозвище «Дьявол из Ясеноваца», был организатором массовых убийств тысяч женщин, стариков и детей. Особенно монаху нравилось перерезать горло маленьким детям и убивать людей так называемыми «сербомолотами». В 1946 году Дьявол из Ясеноваца был приговорен к смерти и повешен.

В 2019 году поклонники усташей окончательно достали австрийцев. Спикер парламента Австрии Вольфган Соботка сделал заявление о недопустимости использования фашистской символики во время мероприятий в Блайбурге, а Католическая церковь Австрии заявила об отказе совершать мессу по расстрелянным.

«Вы проводите мессу для тех, кто совершил эти преступления»

В 2020 году традиционному сборищув Блайбурге помешал коронавирус, и тогда католические иерархи Боснии и Герцеговины, а также Хорватии объявили, что месса в память о «жертвах Блайбурга» состоится в Сараево.

Эту идею осудили Сербская православная церковь, еврейская и мусульманская общины Сараево, а также антифашистские организации

Митрополит Сербской православной церкви в Боснии Хризостом обратился со специальным посланием к боснийскому кардиналу, конференции католических епископов Боснии и Герцеговины Винко Пуличу, в котором напомнил: «Во время войны было убито более 10 000 жителей Сараево, сербов, евреев, цыган и других людей, выступавших против движения усташей. Вы проводите мессу для тех, кто совершил эти преступления». Католические священники в ответ заявили, что их месса посвящена всем жертвам войны, вне зависимости от того, к какой стороне конфликта они принадлежали.

Посольство Израиля в Боснии и Герцеговине выступило с заявлением, в котором говорилось: «Мы знаем, что многие семьи потеряли своих близких сразу же после Второй мировой войны, однако мы должны проводить четкое различие между множеством ни в чем не повинных жертв, которые были захвачены силой, часто посреди ночи, и отправлены в лагеря смерти, такие как Ясеновац и Доня Градина, вместе со всеми их семьями, — и теми лицами, которые были наказаны за организацию и совершение таких злодеяний, хотя некоторые из них не получили право на справедливое судебное разбирательство».

Тем не менее 16 мая 2020 года кардинал Винко Пулич отслужил литургию по убиенным усташам. А в это время сараевская полиция сдерживала разгневанных участников антифашистской акции, среди которых были представители разных конфессиий и национальностей — так же, как когда-то в партизанских отрядах Тито.

Прошли поминальные акции по усташам и в Хорватии. Хотя в политическом поле этой страны данная тема является довольно скользкой. Поклонение режиму Павелича позволяет завоевать голоса ультраправых, но отталкивает умеренных. К тому же в Европе официальному Загребу настоятельно советуют лишний раз не дразнить сербов.

«Византийство сыграло страшную роль»: как духовный пастырь усташей стал католическим блаженным

Католическая церковь имеет прямое отношение к попыткам исторической реабилитации хорватских коллаборационистов. Как уже говорилось, католические священники прямо участвовали в геноциде сербов.

Архиепископ Загреба и примас Хорватии Алоизие Степинац являлся военным викарием хорватской усташеской армии. 18 мая 1943 года Степинец докладывал папе Пию XII: «240 000 сербов переведены в католицизм, из которых чуть менее 100 000 — за один только 1941 год». По мнению Степинца: самым идеальным было бы, если бы все сербы вернулись к вере своих отцов, т. е. преклонили бы главу пред Наместником Христовым — Св. Отцом (папой). Тогда бы и мы смогли наконец отдохнуть в этой части Европы, ибо византийство (православие), как и турки, сыграло страшную роль в истории этой части света».

Кардинал Степинац имел прямое отношение к геноциду сербов. Более того, когда на территории, оказавшейся под контролем итальянской армии, уничтожение прекратилось, Степинац направил письмо итальянскому консулу в Загребе, в котором возмущался: «На части территории Хорватии, аннексированной Италией, наблюдается упадок религиозной жизни, а также заметный сдвиг от католицизма к схизме. Если эта, наиболее католическая, часть Хорватии, перестанет быть таковою, вся вина и ответственность перед Богом и историей ляжет на католическую Италию. Религиозный аспект проблемы заставляет меня говорить в открытых и ясных выражениях, поскольку я несу ответственность за религиозную жизнь в Хорватии».

В 1946 году Степинац предстал перед судом и был приговорен к 16 годам заключения. Весьма лояльный приговор с учетом деяний, которые благословлял духовный пастырь усташей. Отсидел кардинал и вовсе пять лет, проведя остаток жизни в родном селе. В 1998 году кардинал Степинац был беатифицирован папой Иоанном Павлом II во время визита в Хорватию. Такой вот он, настоящий католический блаженный.

https://aif.ru/society/history/blayburgskaya_boynya_kak_iz_h...