https://baltnews.com/Russia_West/20261021/1026699392/Kak-Ukr...

https://iz.ru/1848127/bogdan-lvovskii/zabor-s-vyskami-ukrain...

Украинцев насильно отправляют на фронт, собирая на улицах, как бездомных собак, заявил президент России Владимир Путин.

"Они говорят о том, что готовы воевать до последнего украинца. А само-то украинское руководство, оно как относится к своим гражданам? Тоже, как те, кто с нами хотят воевать за рубежом, относятся как к расходному материалу. Это же все-таки их граждане, которые воюют", - сказал Путин автору ИС "Вести" Павлу Зарубину.

По его словам, принудительная мобилизация приводит к тяжелым последствиям для мотивации военнослужащих на Украине.

"Правда, мы видим, что их собирают, как бездомных собак, на улицах, загоняют на фронт насильно. Кстати говоря, это приводит к тяжелым последствиям. Мотивация-то снижается", - добавил российский лидер.

При этом Путин отметил, что на Украине есть мотивированные националистические формирования, однако они далеко не всегда воюют на передовой.

https://ria.ru/20261022/putin-2126380161.html

СЦЕНАРИЙ

ДМБ 40.000 - ЭПИЗОД 9

Пришлось нам самим двоичный код Имперской бюрократии расшифровывать. Оказалось, что мы следуем на Армагеддон держать фронт с Объединённым Танитским полком и Корпусом Смерти Крига

- Фрегат «Эйзенштейн». До траншей на первой линии

- Ты хоть понимаешь, огрин, что тебе доверят сапёрную лопатку, измазанную кровью Пожирателя Миров?

- Зубами порву

- А я бы окопался

Возникшая неведомо откуда привокзальная таусятка…

- Гуэ’ла, не желаете поверить в Высшее Благо?

Предложила нам поверить в Высшее Благо

- Я тебе сейчас лицевую щель обглодаю

- Сорок тысяч способов подооохнуть…

Тут Ибрам Гаунт снова охаосел и попытался от нас убежать

- Молебен

- Святой Олланий, танитец, тебя в спешке придумали, вся серия Призраки Гаунта - реклама криворукости Дэна Абнетта

- Иди вон в кусты

- Комиссары в кустах не молебнятся

- Давайте его в часовню отведём. Чё ему страдать? Пусть помолится

Он вошёл в молельную и заперся там навсегда

- Выходи, а?

- Может ему нечестиво?

- Благочестиво ему

- Комиссар, «Эйзенштейн» летит без нас

- Смирррна! Танитский выходит! Первый и Единственный…

- Экипаж сошёл с ума, капитан теряет твёрдость, стайка демонов отвёртками развинчивает корпус…

- А есть вообще хорошие писатели по сороковнику?

- Говорят, Грэм Макнилл вроде ничего пишет

- Сквозь межзвёздный мрак летит космоморяк, у него бензопила, он искоренитель зла…

- Иди сюда!

Трек - Teardrop, Massive Attack

Пока я его за аквилу тащил, то отчего-то представлял что в этот момент на другом конце Галактики, в моём жилище на Некромунде, дико тоскуют по мне братья-генокрады Биофаг и Келерморф

- Это не комиссар, а еретик какой-то

- Да что вы такое говорите? Это полковник-комиссар трёх объединённых танитских полков, ветеран Крестового Похода в Миры Саббат. Он за вечер до трёхсот дезертиров расстреливает

- Точно?

- К астропату не ходи

- Ладно, заноси. Но! В машинное отделение героя не отпускать. У меня поле Геллера сбоит

***

Комикс-версия сценария доступна в PDF-формате по запросу

Сценарий написан исключительно с помощью естественного интеллекта

Император Защищает!

***

Участники поддержки проекта, имена которых появятся в финальных титрах

ПЛАТИНОВЫЙ СПИСОК -

(поддержали донатами)

@Ordo.AbChao, @altefurztaucher, @general121, @sanewave, @user6994988, @Captgalaxy, @TommyW1seau, @MisleGon, @dekanovich, @boboff16, @Nomeone, @Pancho.Home, @sereneden, @DeathBrick

ЗОЛОТОЙ СПИСОК -

(поддержали пикабушными монетками)

@suzono, @Prorva412, @Rokot.R, @dot22, @another.person, @Sgetout, @SilverArrow, @hontam, @FSFU, @BratVoHmelyu, @MagnificentMrFox, @eschenespilsya, @Ugrum71, @Thavion, @cfd.net, @Zampolit.NEET

Если кто-то оказался забыт - напомните, пожалуйста

Минувшая ночь выдалась напряженной: российское небо защищали от массированной атаки сотни вражеских дронов. Реакция Москвы не заставила себя ждать. О том, какие последствия ждут ВСУ после этой попытки удара, в эксклюзивном комментарии для aif.ru рассказал член Общественной палаты РФ Владимир Рогов.

Российские системы ПВО отразили масштабный налет украинских дронов в ночь на сегодня. По данным Минобороны, всего было уничтожено 149 аппаратов. Под удар попали сразу несколько регионов, в том числе Крым, а также Брянская, Курская, Тульская, Орловская, Воронежская, Самарская и Ростовская области

Ночной налёт беспилотников 19 октября, как полагает Рогов, мог быть организован из Одессы, Николаева и Харькова (или соответствующих областей). Политик и общественник полагает, что киевский режим уже подошёл к своему логическому концу, «поскольку после ликвидации этой шайки наркоманов и нацистов резко снизится мотивация боевиков к сопротивлению и отстаиванию режима».

«Сейчас они готовы убивать и умирать. Киевский режим осознал свою безнаказанность и уверовал, что может жертвовать сотнями тысяч и миллионами своих сограждан, а при этом они же продолжают строить свое счастливое будущее на Западе, с колоссальными активами и миллиардами украденных денег», — приводит «АиФ» комментарий военного эксперта.

После серии атак на российские регионы последовал масштабный ответ: по всей Украине прогремели взрывы. Минобороны РФ отчиталось об успешном поражении ключевых военных объектов противника. В эпицентре ударов оказался Киев: под огонь попали дата-центр «Дата групп», производственные мощности «Химволокна», где собирали детали для беспилотников, и локомотивное депо, которое использовалось как склад для крылатых ракет «Фламинго».

Запад Украины содрогнулся от мощных прилетов: в ночь на 19 октября под удар попали Волынская и Винницкая области. По имеющейся информации, одной из главных целей стала база элитных подразделений ВСУ — объект был ликвидирован буквально за считанные секунды. Взрывы в регионе стали самыми масштабными за последнее время.

Почему удары по дальним регионам Украины стали приоритетной целью? Ответ на этот вопрос в эксклюзивном интервью «АиФ» дал генерал-майор Владимир Попов. Эксперт пояснил, что именно скрывается в глубоком тылу ВСУ. Напомним, что в ночь на 19 октября серия налетов «Гераней» накрыла объекты в Ковеле, Маневичах и Винницкой области, продемонстрировав способность российских сил поражать цели на значительном удалении от линии фронта.

Кадры, появившиеся в сети, демонстрируют серьезные пожары на военных объектах Украины. На одном из видео запечатлен момент точного удара, сопровождавшийся мощной вспышкой.

«Это центральная часть западной Украины. Поэтому, скорее всего, удары наносились по промышленным предприятиям. Это первое. Во-вторых, там находятся командные пункты линии связи, управление войсками, особенно в сфере подготовки резервов, решения мобилизационных вопросов. Там может быть расположение резервных подразделений, центров или полигонов подготовки, где происходит формирование слаживания. Потом их отправляют на линию боевого соприкосновения», — рассказал в комментарии Попов.

Эксперт подчеркнул, что главком ВСУ Михаил Драпатый сейчас как раз активно занят вопросами переброски войск.

Анна Шершнева, политический обозреватель, публицист

Так бывает с фронтовиками, когда какой-нибудь пиджак лезет в душу: «Как приняла гражданка?», «Какая нужна помощь?», «Как смотришь теперь на нас?», «Какой мир собираешься строить после войны?».

Сейчас же модно говорить о психологической помощи, посттравматическом синдроме. Сколько доброжелательных глаз - из вежливости или по должности - заглядывают в солдатские души…

Но фронтовики - люди нервные. Уверен, те, у кого вернулся сын, брат, муж, понимают, о чем я. Их крест - беспокойство. Тревога… На гражданке им не по себе. Волнуются измотанные, израненные. Сигарета за сигаретой.

И смотрят на тебя с сомнением: «Как же ему объяснить? Поймет ли?»

Как сказал герой этой истории, сапер, вернувшийся с медалью «За храбрость», но без ноги, Антон Бадрак:

«Иногда хочется обратно, на фронт. Чего-то не хватает. Когда ты в своей толпе варишься, среди пацанов, мужиков, абсолютно другое отношение друг к другу. Братское. В стиле: «Иди сюда, я тебя накормлю, сигарет возьми». А на гражданке люди, словно не от мира сего. Каждый сам за себя. Слова не вытянешь…

КОГО НАДО ЛЕЧИТЬ? ИХ ИЛИ НАС?

Мы сидели с Антоном под исполинским грецким орехом во дворе милого, аккуратно построенного по льготной ипотеке домика. В двух шагах Азовское море, из окна выглядывали его маленький сын и любимая жена.

Антона наконец-то окружал спокойный, счастливый мир - живи да радуйся.

Но Бадрак нервничал…

- Иногда хочется обратно. С гражданскими ни поговорить, ни пошутить. Не на твоей они волне. Смотрят будто из-подо лба. Какие то злые. И дело не в СВО - у меня отличный протез, не видно, что ноги нет... Просто гражданка (Антон задумался, открывая новую пачку) стала гнилой какой-то.

- Гнилой? Плохо приняли здесь?

- Нет-нет, - качает головой. - Меня не обижают, наоборот, взяли обратно на работу, все как полагается, с уважением, даже подготовили новую должность. Но я только месяц выдержал. Ушел. Не могу так работать, как они! Ходят, друг другу жопу лижут. Каждый выслужиться пытается перед старшим начальником. Знаешь, после возвращения я вдруг обнаружил, что у многих мужского не хватает. Как бабы себя ведут. Ненавижу такое!

- Папа! - сын стучит в окно, показывает игрушку. Словно чтобы папа не нервничал, улыбнулся.

- На фронте страшно, - послушно улыбнулся Антон. - Но все-таки жизнь там идет как-то по-другому. Правильно.

«Добро пожаловать в наш мир», - чуть не сказал я, но это было бы слишком цинично. По-граждански.

Мы долго пили с Антоном кофе под грецким орехом. Как два «Титаника», погружаясь в воспоминания о войне. Все глубже, глубже.

Солнце падало, и незаметно мальчик в окне исчезал. Мы спускались куда-то вниз, Антон снова шел на фронт, а я невидимо, молчаливо брел за ним.

Оказывается, чтобы понять фронтовиков, надо их послушать. Дать им выговориться. И если решиться на это, то придешь к жесткому ответу - кого следует лечить в первую очередь. Их? Или нас?

ОТ ПОВЕСТКИ НЕ БЕГАЛ: «НАДО ТАК НАДО»

Для Антона все началось со звонка из администрации. Причем, как назло, именно в тот момент, когда он устроился слесарем с удобным графиком «два на два».

Пришла повестка, можешь забрать. Если хочешь…

- Я мог потеряться куда-нибудь, - рассказывает. - Потому что всем остальным повестки домой принесли. Один товарищ дверь открыл, его спрашивают: вы такой-то? Нет, говорит, это мой брат, сейчас позову. И в окно. На следующий день совесть замучила, пошел в военно-учетный стол. А ему - все, дескать, поезд ушел, жди следующего… И он дождался. Сам в том же году пошел. А на фига бегать? Истерика бешеная у сестер, жены, мамы. Я говорю: а что вы ноете? Надо так надо. Поехал, забрал повестку и выехал в Темрюк к семи утра…

Антон в воспоминаниях уже там. На войне. Заулыбался. Расслабился. И я это почувствовал - не перебивал…

- Переночевали ночь в казарме, банковские карточки всем выдали, через день отправили пешочком на железнодорожную станцию, оттуда под Ростов, в 22-ю бригаду. Через неделю там наладил выход за территорию, чтобы в военторге затариться - форма, обувь потеплее (бабок оставил - капец!). Это сейчас с формой наладилось, а тогда, помните, бардак был. Привезли в полк, построили. Сержант кричит: есть саперы? Руку поднимаю. Я на срочке в Майкопе служил. 8 октября, когда Крымский мост пытались подорвать, нас всех отправили «за ленту», на полигон.

Большую часть определили в пехоту, сказали: а вы, саперы, ждите, машина за вами приедет. Нас попытались было загрести в пехоту, но наш майор приехал вовремя.

«МЫ БЫЛИ ПЕРВОПРОХОДЦАМИ»

Антон Бадрак был одним из первых мобилизованных, попавших на ЛБС (линию боевого соприкосновения). Путь «дом - первый бой» занял две недели.

Так фронту нужны были саперы…

«Командира полка мы заинтересовали как инструкторы по инженерке, - рассказывает. - Привезли на полигон мобилизованных. Красивые, в новой форме, комплектах «Ратник» (а нам дали форму старого образца - еще от Юдашкина). Помню, «Шторм Z» приехал, первая рота. С кайфом почти месяц пацанов обучали разным видам подрывов - электрический способ, огнепроводный шнур, тротил и прочее. Начали выходить на передок, пошли потери. Но потом стали делать хитро - скинулись, купили себе дронов. У нас задача была обеспечивать маршрут техники. А там в основном танковые мины. Обезвреживать их вручную мы задолбались. А так проще - залетаем, ищем, наметили, где что валяется. Залетели обратно, подцепили шашку с тротилом на шнурке, положили на мину, улетели. Взорвалась, подлетели, глянули, ищем дальше… Сейчас пацаны в основном так и делают, мы были первопроходцами.

По словам Антона, на фронте «мобики» (мобилизованные) от контрактников не отличались. Страшно, мол, всем одинаково. Разве что контрактники не любили уезжать «из-за ленты» в сторону Ростова - у них сразу же падала зарплата, у «мобиков» она везде одинаковая.

Война показывает, говорит Антон, кто есть кто. Особенно хорошо она рассказывает о тебе самом...

Историю с потерей ноги Антон рассказывает легко, словно страшный анекдот. Эту легкость гражданский не поймет. Точно. Спишет на психологическую защиту, не примет инстинктивно тот факт, что на фронте жаловаться на судьбу оставшемуся в живых - богохульно, да и нечего…

ЧЕРТОВА ЛОДКА

Рассказ Бадрака начинается с шуточного проклятия.

«Чертова лодка! - улыбается он. - До сих пор эту сволочь вспоминаю…»

- 1 января, - рассказывает. - Марьинка. Спонтанная задача (терпеть такие не могу, не успеваешь подготовиться!) - дотащить лодку до реки. В самом конце города - озеро, поделенное дамбой на две части. Наши забрали Марьинку, почти до дамбы дошли. Задача была интересная - командир вдруг решил штурмануть дамбу с помощью одной лодки с разведчиками. Дождь, темно, грязь, несем лодку и мотор. 15 человек. Вымокли. Спрятали лодку и мотор в воронке. На следующий день подготовились уже нормально - взяли стропы, носилки... Дошли, сбросили мотор, начали возвращаться за теми, кто с лодкой. И тут начинают класть минометом, потом кассетка прилетает. В первую же дырку нырнули. Сидим минут 30. Затихло. Слышу, наши с лодкой мимо пробегают. Выходим. Я первый. Темно. Но я вроде запомнил дорогу и шуранул. Бегу, за мной приятель Саня. И вдруг грохот, как будто ковшом экскаватора ударили по спине. Полетел, упал, не понял, ползу. Саня сзади орет: «Ползи в воронку!» Смотрю, у меня нога болтается. Жжет. Я с перепугу давай орать, как сумасшедший: «Помоги мне!» Саня орет: «Я за подмогой». Достаю турникет, мотаю ногу. Оказалось, я заполз ровно в ту воронку, откуда мы мотор забрали. Прибежали пацаны - молодые совсем, 21 год, не больше - жгут наложили. Нашли нефопам. Влепили укол. Я броню скинул, поскакал на одной ноге…

Бадрак потерял столько крови, что выжил чудом. Ампутация. Потом еще одна… Полгода по госпиталям.

- Самое интересное, - смеется, - лодку ту злосчастную донесли, накачали, а она сдулась. В итоге поступила команда - тащить эту проклятую лодку обратно...

«НЕТ У НИХ ВОЙНЫ»

Гражданка приняла Антона как положено. Лечение, ипотека, устройство на работу. Эта послевоенная жизнь давалась фронтовику с трудом. И дело не в отношении к ветеранам, оно у народа хорошее. Война изменила парня. Она научила ценить жизнь.

- То, что раньше пугало, теперь смешно, - говорит. - До фронта начальник пальчиком пригрозит или грозно посмотрит - ты уже по стойке смирно. А сейчас понимаю: ну что они мне сделают? Поорут на меня. И что такого? Не убьют же. А то, что тебя не убивает…

- … делает сильнее, - соглашаюсь с Бадраком и Ницше.

- И все таки, - спрашиваю, - к чему на гражданке привыкнуть труднее всего?

И вот Антон опять встает. Нервишки. Ходит, ходит… Легко вышагивая протезом, словно терминатор.

- Понимаешь… - обрушивается на скамейку. - У людей мирная жизнь. У них все хорошо. А когда проблема - бензина нет, блин, все становятся козлами. Сразу претензии к власти. «Какого хрена, - кричат они. - Где мой бензин?» А то, что проблемы с бензином начались с той (машет в сторону Азовского моря) стороны, потому что начали бить по НПЗ, они словно не учитывают. Не связывается у них почему-то одно с другим. Нет у них войны…

- Чем все это закончится?

- Победой, наверное. Хотелось, чтобы уже побыстрее.

НОВАЯ «БОЕВАЯ ЗАДАЧА» - ЗАРАБАТЫВАТЬ

На самом деле Антон - пример безболезненной адаптации к мирной жизни, после возвращения не замкнулся в себе, как некоторые, кто пришел вместе с ним. Не спился. Не ушел на фронт снова. Труд спас пост-военную жизнь. Труд - панацея от всех психологических проблем. Да, у ветеранов и выбора нет - чтобы сохранить уровень обеспечения своих семей в 200 - 300 тысяч рублей (фронтовое денежное довольствие), им приходится выполнять новую «боевую задачу»: как-то найти эти деньги.

Бадрак параллельно со строительством дома занялся бизнесом - в прошлом году открыл магазин по продаже автохимии для детейлинга (химчистки, полировки машин). Но закрылся весной. Дело не пошло. Город маленький, клиентов нет. Устроился на работу к знакомому, тот открыл такой же салон, но у него получилось («Башка, видимо, по-другому варит»).

На полставки подрабатывает в спорткомплексе методистом-инструктором (в эту субботу, например, организовал местных погонять в стритбол). Учится заочно - пошел на предпринимательство, но теперь хочет поменять обучение - подумывает стать айтишником.

И я был рад за парня - молодец, бывший сапер. Не успокаивается, мчит по жизни вперед, как тогда - с лодкой, словно опасаясь - остановится, взорвется к чертовой матери.

Власти помогают, конечно. Общественные организации, например, пробивают лучшее лечение.

Не без шероховатостей, правда.

- Приехал в администрацию, - рассказывает. - Хочу участок, как участник СВО, получить. Чиновница спрашивает: «У вас госнаграды есть?» Я говорю: «Медаль «За храбрость» второй степени». - «Вы же знаете, участок положен тем, у кого орден Мужества или Звезда Героя». Я говорю: «А я недостойный, значит?». - «Я не это хотела сказать!» - испугалась чиновница.

- Я это запомнил, - морщится фронтовик, получивший от гражданских очередную занозу.

- Что будет после СВО? - спросил я его.

- Посмотрим, - говорит уклончиво.

И тут сын все-таки «взломал» дверь. Вооруженный игрушками, вихрем прокатился по двору и криком «Играть! Играть!» вернул нас с войны.

Антон спросил на прощание:

- Не случится с нами, как с ветеранами Афгана и Чечни? Не бросят нас, не скажут: «Вы теперь не нужны»?

KP.RU

МОСКВА, 14 октября. /ТАСС/. Россиян, которые покинули страну с началом специальной военной операции, можно простить, если они осознали свою ошибку. Таким мнением в беседе с ТАСС поделился кавалер ордена Святого апостола Андрея Первозванного, режиссер, народный артист РСФСР, ректор Академии кинематографического и театрального искусства Н. С. Михалкова и художественный руководитель театра "Мастерская "12" Никиты Михалкова" Никита Михалков.

"Есть люди, которые реально увидели правду, вернулись и сказали: "Я ошибалась" или "Я понял". Можно простить? Конечно. А вот когда у тех, кто уехал, кончились деньги, и они стали жаловаться, как там плохо - за что боролись, на то и напоролись, ребята", - сказал он.

Ранее народный артист заявил, что герои специальной военной операции по завершении военных действий не смогут понять тех россиян, которые равнодушно относились к происходящему на фронте.

ТАСС