МОСКВА, 26 октября. /ТАСС/. ФСБ показала на видео FPV-дроны, которыми двое задержанных выходцев из Закавказья готовили по заданию СБУ атаку на один из ключевых элементов системы противоракетной обороны Москвы и на объект электроэнергетики.
На предоставленном Центром общественных связей ФСБ России видео показано, как фигуранты по инструкции куратора собирают дроны и готовят их к использованию.
Как сообщили ранее в ЦОС, задержанные агенты СБУ должны были настроить ударные БПЛА, полученные из тайников, доставить их для запуска в Московскую область и включить перед взлетом. Дальнейшее управление дронами должно было происходить дистанционно с территории Украины. Как отметили в ФСБ, один из задержанных был завербован сотрудником СБУ и по его заданию за обещанное денежное вознаграждение прибыл в Россию для подготовки диверсионно-террористического акта. С этой целью он привлек своего знакомого из числа близких связей. FPV-дроны и компоненты самодельных взрывных устройств они изъяли из тайников на территориях Смоленской и Калужской областей.
Следственным управлением ФСБ России в отношении задержанных возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 205.4 УК РФ (участие в террористическом сообществе). Решением суда они заключены под стражу.
Киев готов к серийному производству реактивных дронов
Владимир Мухин Обозреватель «Независимой газеты» "Bloomberg цитировал старшего военного советника США в третьем армейском корпусе Украины Джона Робертса, который заявил о том, что военная платформа Starlink обеспечила ВСУ прогресс в операции «Вивальди» под Славянском. «Мы зависим от Starlink в поддержании связи между нашими людьми, командными центрами, солдатами и беспилотниками», – заявил офицер Пентагона. Bloomberg утверждает, что Starshield якобы позволила «Киеву использовать во время контрнаступления роботизированные машины-камикадзе, перевозившие бомбы, которые были отправлены вглубь российских позиций. Также с воздуха сбрасывались более компактные четырехколесные роботы «Гиена», управляемые платформами SpaceX."
Т.е. вся армия ВСУ работает сейчас через систему спутников , работу которой обеспечивает платформами SpaceX. Более того, все эти заявления И.Маска о том, что он не поддерживает войну и убийство - дымовая завеса и ложь. Не стоит думать, что фарисеи зв 2k лет стали более правдивы.
Полеты на симуляторах, ремонтная мастерская, тренировки на полигонах — среди курсантов учебного центра беспилотных систем группировки войск "Центр" есть и студенты, взявшие академический отпуск. На СВО они попали по годовому спецконтракту. О том, почему молодые люди прервали занятия в вузах и отправились на фронт.
"К каждому — свой подход"
Тут настоящий подземный лабиринт — в просторном блиндаже несколько классов. Из одного отдает гарью — там курсанты только что тренировались ремонтировать дроны в полевых условиях. Битые БПЛА сюда привозят прямиком с передовой и приводят в рабочее состояние. В соседнем новобранцы летают на виртуальных "птицах", уткнувшись в экраны ноутбуков. В следующем — боец у доски отчитывается по теории, которую зубрил накануне.
Здесь и молодые, и возрастные. Кто-то перевелся из других подразделений. Немало и с гражданки — по годовому спецконтракту на службу в беспилотных войсках (БПС). Можно продлить.
Бойцы подразделения войск беспилотных систем общаются по видеоконференции со студентами
Боец на занятии
"Возраст не имеет значения, если человек разгильдяй по жизни, то и тут ничего не получится из-за несерьезного отношения к делу. Все в равных условиях. А дальше наблюдаю, у кого что лучше выходит: летать на дронах самолетного типа или же коптерного. Так формируется костяк группы, которую я довожу до экзамена, — поясняет инструктор с позывным Учитель. — Недавно пилот выпустился, ему 42 года. В теме БПЛА был совсем зеленый, но тем не менее освоился с нуля. Было бы желание".
Учитель и сам перепрофилировался из юриста. В конце 2024 года решил отправиться на СВО, окончил курсы дроновода, некоторое время дежурил на боевых позициях, однако обрел себя именно в качестве преподавателя. "К каждому должен быть индивидуальный подход. Иной раз теория от зубов отскакивает, а на практике в стрессовой ситуации теряются. И наоборот. Все приходит с опытом".
Инструктор с позывным Учитель
Учитель обучает новобранцев
"Личный мотив"
Омичу Максиму Ларионову осенью 2022-го, когда его отца мобилизовали, было 14. "Повестку получил на работе. Очень переживал за него. Но понимал: нужно держаться, быть опорой для мамы и младшего брата, — вспоминает молодой человек. — В отпуск — по расписанию. Всегда с большим интересом слушали его рассказы о боевых буднях. Один из них настолько поразил меня, что твердо решил отправиться на фронт, как только исполнится 18".
В 2024 году отец вместе с сослуживцем во время передвижения отстали от группы. Минометный обстрел, обоих ранило.
___
"Папе перебило ноги, товарищу раскромсало спину. Отец, несмотря на боль, оттащил его в укрытие, оказал первую помощь ему и себе. На двоих была полторашка воды, банка тушенки и кусок хлеба. Больше суток ждали помощь. К счастью, обоих вытащили. Папа перенес операции, теперь у него искусственные колени. Тем не менее продолжает служить", — говорит Максим.
___
Максим отправился на фронт вслед за отцом
Окончив школу, он поступил в аграрный университет, там учили управлять тяжелыми дронами в сельском хозяйстве. И после первого курса — на спецконтракт. "Отец поддержал, мать расстроилась, хотя совсем не удивилась. Больше всех отговаривала бабушка — всю жизнь с дедом-военным, не понаслышке знает, как тяжело бывает, — улыбается студент. — Но настроен я был решительно".
Он служит уже седьмой месяц, связист. "Порой оптоволокно обламывается — из-за ветра или живности. Ищем обрыв, восстанавливаем. Также и с "полевкой". Отвечаю за то, чтобы между батальонами и центральным штабом была бесперебойная связь". Наперед пока не загадывает, но не исключает, что останется еще на год.
Его сослуживец — Рустамжон Мосунов, оператор радиоэлектронной борьбы, подписал стандартный контракт. "Буду здесь до победы", — отчеканил он. Родом из Самарской области, учился на сварщика, на втором курсе призвали на срочку. Признается: всегда мечтал о службе, хотел стать офицером. Попросился на фронт. Был оператором ФПВ-дронов, теперь, в РЭБ — в роте охраны подразделения БПС.
Объясняет: "Тут потяжелее, больше электроники. Но разобрался. Обеспечиваю безопасность — сопровождаю транспорт, технику, личный состав. В моем деле важны точность и скорость реакции. Если вдруг что летит — сделать все, чтобы заглушить вражеский дрон". К учебе планирует вернуться уже по военной специальности, пока в приоритете служба.
Рустамжон Мосунов служит оператором РЭБ
Рустамжон Мосунов
"Много стереотипов"
Иван Огородник третий месяц в роте охраны. На дронах коптерного типа ведет разведку в тыловых районах, сопровождает "глазами" с неба. Он — студент-бюджетник Алтайского государственного университета (АлтГУ), специальность — "программное обеспечение". На третьем курсе взял академ.
Рассказывает: "Всегда техникой интересовался, разбирался в устройстве компьютеров, постоянно что-то паял, помогал с ремонтом знакомым. Узнал о спецконтаркте — там материальное довольствие, социальные гарантии, засчитают вместо срочки. Да и с БПЛА хотел освоиться. После рабочего дня, как только представляется возможность, выхожу с ними на связь".
Телемост со студентами Алтайского государственного университета
Иван также общается с одногруппниками по телемосту. По ту сторону экрана — студенты АлтГУ, а также Барнаульского лицея железнодорожного транспорта. Преподаватели и учащиеся расспрашивают обо всем: о быте, службе, боевой работе, атмосфере в коллективе, зарплате. Особое внимание к тому, насколько сложно обучиться управлению БПЛА.
Иван отвечает на вопросы однокурсников
Иван и Максим
"Что касается пилотирования: те, кто хоть раз держал в руках игровой пульт, скорее всего, освоятся быстро. В любом случае, чтобы чувствовать себя уверенно в небе, нужно отлетать на тренажерах, а затем на тренировках на полигонах, — говорит Иван. — Я лично не жалею, что пришел. Обрел новый опыт, надежных товарищей, а главное — приношу пользу. К учебе, конечно, вернусь, но пока — здесь".
Такие видеоконференции с учебными заведениями по всей стране проводятся регулярно. Бойцы чувствуют поддержку сверстников и своим примером показывают: даже в столь юном возрасте можно вносить вклад в защиту родины.
В Севастополе произошло общегородское отключение электричества. По сообщению губернатора Михаила Развожаева, причиной стала атака на энергетическую инфраструктуру за пределами города.
«На объектах введён особый режим, социальные учреждения перешли на резервные схемы электроснабжения, — заявил глава города. — Сейчас специалисты делают всё возможное, чтобы вернуть свет в дома».
Когда возобновится подача электроэнергии, пока неизвестно. Обновления о ходе восстановления будут размещать на канале «Севастопольэнерго».
Севастополь перешёл на график подачи света «два через шесть»
Из-за последствий ночной аварии на магистральных энергосетях в Севастополе ввели график ограничений электроснабжения: о переходе на режим «2 через 6» сообщил губернатор Михаил Развожаев.
Схема севастопольцам уже знакома: потребителей разделили на четыре очереди, в рамках которых каждой из очередей электроснабжение будет подаваться на два часа, после чего следует шестичасовой перерыв.
P.S. для модераторов - честно искал новость. не нашёл
P.P.S. для Губернатора Севастополя - может давайте еще пару тоннелей выкопаем, нахрена нам Балаклавскую ТЭС восстанавливать? За 10-то лярдов наверняка раза 3 её можно отремонтировать. Вот кого не спрашивал (примерно 1000 человек) - никому тоннель нахрен не нужен. А ТЭС - всем нужна.
Американская компания SolarWindow Technologies коммерчески запустила ElectroFlex — сверхтонкие гибкие солнечные модули, которые можно интегрировать непосредственно в транспорт, здания и промышленное оборудование.
Главная особенность технологии — толщина.
Типовая конструкция ElectroFlex имеет толщину всего около 0,85 мм — меньше миллиметра. При этом модуль не требует привычного тяжёлого стекла, алюминиевой рамы, монтажных рельсов и массивных креплений.
По данным SolarWindow, стандартный ElectroFlex обеспечивает удельную мощность около 33,1 Вт на фунт, или примерно 73 Вт/кг.
Для транспортных применений это особенно важно: каждый лишний килограмм на самолёте, беспилотнике, грузовике или железнодорожном вагоне означает дополнительный расход энергии.
ElectroFlex можно приклеивать непосредственно к плоским, изогнутым и сложным поверхностям, превращая части корпуса в генератор электричества.
В основе продукта используются монокристаллические кремниевые элементы с IBC — interdigitated back-contact — архитектурой.
Все электрические контакты находятся на задней стороне ячейки, поэтому на лицевой поверхности нет традиционных токосъёмных шин. SolarWindow заявляет эффективность используемых ячеек до 24,4%.
Важно: это показатель самих фотоэлементов, а не обязательно КПД всего готового модуля после упаковки и интеграции.
Конструкция состоит из пяти основных слоёв:
верхнего защитного слоя — около 0,10 мм;
солнечных элементов — около 0,16 мм;
медной основы — около 0,04 мм;
композитного несущего слоя — около 0,30 мм;
задней подложки — примерно 0,25 мм.
В сумме получается около 0,85 мм.
Для OEM-производителей главное преимущество заключается не только в эффективности, а в возможности встроить солнечную генерацию прямо в конструкцию изделия.
Компания рассматривает применение ElectroFlex на автомобилях, грузовиках, поездах, морской технике, беспилотниках, самолётах, фасадах зданий и других поверхностях, где классические стеклянные панели слишком тяжёлые или жёсткие.
При этом не стоит ожидать, что покрытый такой плёнкой электромобиль или самолёт сможет полностью отказаться от аккумуляторов или топлива.
Площадь поверхности ограничена, а интенсивность солнечного света тоже имеет физический предел.
Поэтому на транспорте такая система скорее сможет обеспечивать бортовую электронику, вспомогательные системы, поддерживать заряд аккумулятора или немного увеличивать запас хода, чем полностью питать силовую установку.
ElectroFlex уже коммерчески доступен для интеграции OEM-производителями в США, а SolarWindow планирует расширять программу на отдельные рынки Северной Америки и Азии. Каждый проект компания собирается адаптировать индивидуально — от формы и мощности модуля до проводки и систем управления энергией.
Именно поэтому главное достижение ElectroFlex — не новый рекорд КПД.
Это попытка превратить солнечную панель из отдельного тяжёлого устройства в часть поверхности самого объекта.
30 августа 2025 года Ольга Маркова гуляла с собаками, когда рядом беспилотник сбросил взрывчатку. Осколки в руках, ногах и шее, перебитые нервы и связки, операция и долгая реабилитация. Но за этой историей — ещё и следствие, бумажная волокита и возвращение к работе. Ольга рассказала «Фонарю» о том, что стоит за скупой строчкой в статистике «ранен человек».
В последние годы в сводках о происшествиях в Белгородской области часто мелькает короткая фраза: «ранен человек». За этими двумя словами — больницы, операции, месяцы восстановления и долгий путь к себе прежнему.
Редакция «Фонаря» решила рассказать, что стоит за судьбой человека, о котором сообщили в новостях после обстрела или атаки дрона. Мы поговорили с Ольгой Марковой — фотографом, специалистом по связям с общественностью и помощником генерального директора управления «Белгорблагоустройство». 30 августа 2025 года она получила тяжёлые ранения при взрыве беспилотника, перенесла операцию, прошла через больничную волокиту и следственные процедуры. Но не сдалась. Она поделилась, что чувствовала в момент взрыва, как проходило восстановление, что было самым тяжёлым, как изменились её повседневная жизнь и отношение к безопасности. А ещё — что помогало ей справляться и что она хочет сказать тем, кто оказался в похожей ситуации.
«Отбой уже дали, я гуляла с собаками»
— Ольга, расскажите, что произошло в тот день, когда вы были ранены? Где вы были, что делали в тот момент?
— Это было 30 августа 2025 года, около 22:40. Отбой по БПЛА уже дали, я гуляла с собаками. Поворачиваем во двор — и взрыв. Сам беспилотник мы даже не слышали, он сбросил взрывное устройство. Я успела прикрыть собак, а меня прикрыл друг — он получил примерно такие же травмы — и рядом стоящая машина.
Когда чуть отошла, добралась до подъезда. Чувствую — кроссовок хлюпает. Уже в коридоре упала и поняла, что перебиты вены на ноге, крови было очень много. Перетянула ногу поводком, вызвали скорую, которая приехала очень быстро.
Ольга и её собаки, которые были с ней в момент обстрела. Фото из личного архива
— Что вы почувствовали в первые минуты после ранения? Помните ли, как вас доставили в больницу и что вам сказали врачи?
— Первое ощущение — оглушённость. Не страх даже, а состояние «на автопилоте»: надо дойти, надо перевязать, надо вызвать помощь. Помню, что подумала: «Да как так-то?!»
В больнице мне сказали то, что потом подтвердилось: баротравма, минно-взрывная травма, осколки в руках, ногах и шее. В приёмном мы просидели долго, в итоге перевязали, сделали рентген и КТ, и уже утром я была дома. Неглубоко вошедшие осколки я достала сама, ещё четыре остались. На ноге перебиты нервы и связки, осколок в шее тоже что-то повредил, немного не дойдя до позвонка.
«Ощущение, что ты уже давно живёшь с этим, но бумаги об этом не знают»
— Вы перенесли операции. Можете рассказать, сколько их было и как проходило лечение? Как ваше самочувствие сейчас? Что было самым тяжёлым — физически и морально?
— В середине октября меня прооперировали. У меня был потрясающий хирург, который делал всё, что было в его силах, но один осколок из ноги всё же достать не удалось. Осколок всё ещё со мной, даже думаю дать ему имя! После операции я ещё несколько месяцев была на костылях, потом с тростью.
Осколки и место взрыва. Фото Ольги Марковой из личного архива
Самое тяжёлое физически — это ноги: нервы и связки, долгое восстановление, невозможность нормально ходить. Морально тяжело было другое — волокита. Больничный, который бесконечно продлевали в поликлинике и по комиссии. Потом Следком, где сменился следователь, и процесс затянулся. Потом освидетельствование, запросы карт из больниц. Ощущение, что ты уже давно живёшь с этим, а бумаги об этом не знают.
Сейчас всё хорошо, хожу, даже иногда танцую. Из последствий — частичная потеря чувствительности на ногах, но к этому я привыкла. Жалко, пока не могу носить каблуки.
«Чтобы тебя признали пострадавшей, нужно уметь ругаться»
— Ольга, вы говорили, что после ранения пришлось столкнуться со следствием. Расскажите, зачем это понадобилось и как проходило ваше общение.
— Это достаточно тяжёлая история. [Такое, наверное] только для тех, кто любит ругаться и умеет добиваться — я, честно, не из этих, и уже готова была послать всё к чертям. Чтобы тебя признали пострадавшей после ранения — любого: беспилотник, ракетка, всё что угодно — нужно идти в Следственный комитет и писать заявление.
Я приехала, написала заявление, следователь его приняла и пропала. От неё очень долго не было вестей. Я звонила и ей напрямую, и в сам Следственный комитет. А потом выяснилось, когда я до неё дозвонилась: «Ольга, я завтра последний день, я увольняюсь. Вам назначат нового следователя, я передам ваше дело». Это был достаточно долгий процесс.
Потом, когда мне назначили нового следователя, она быстро включилась в работу — ей за это невероятное спасибо. Она меня пригласила, я тогда с тросточкой ходила. Посмеялись с ней, пообщались. Она при мне всё сделала, я везде расписалась и она признала меня пострадавшей [официально].
Но опять же — чтобы добиться признания, что я пострадала от действий ВСУ, а не просто упала, например, надо пройти медосвидетельствование. Карту мою в травматологии каким-то образом теряли два раза, я была в шоке. Мне казалось, что всё против меня.
Резюмируя: принимают заявление, освидетельствование, осмотр ран, подтверждение картами из медучреждений — особенно если было хирургическое вмешательство. А потом обратно идёшь в Следком, приносишь заключение. И только тогда тебя признают пострадавшим. И только потом назначается выплата.
— А как изменилась повседневная жизнь? Что раньше казалось простым и обычным, а теперь требует от вас усилий или помощи?
— Сразу после произошедшего, пока всё заживало и после операции, задумываешься о простых вещах: как встать, искупаться, пройтись, подняться по лестнице, постоять на съёмке. Многое приходилось планировать и рассчитывать силы. И, конечно, появилась зависимость от помощи в какие-то моменты — это отдельно непросто принимать.
Ольга со своей собакой, утро перед ударом беспилотника. Фото из личного архива
«Профессия помогает возвращаться к себе»
— Вы работаете в управлении «Белгорблагоустройство», вы журналист и фотограф. Как ранение повлияло на вашу работу?
— Небольшая поправка: я фотограф, специалист по связям с общественностью, помощник генерального директора МБУ «Управление Белгорблагоустройство». После удара я уже 3 сентября была на съёмке с нашей бригадой.
Профессия — это то, что помогает возвращаться к себе. Работа, тексты, фотография — это то, что я умею и люблю. Старалась возвращаться, насколько позволяло состояние. Творчество стало ещё важнее: оно давало опору. Не могу долго лежать, тем более жалеть себя — и другим запрещала. Поэтому продолжала работать параллельно с реабилитацией. Даже сейчас у меня под столом, за которым я работаю дома, специальная подушечка для разрабатывания ног. На данный момент я полноценно в строю: работа, съёмки, помощь волонтёрским организациям.
Ольга на рабочем месте. Фото из личного архива
— Изменилось ли ваше отношение к безопасности, к сигналам тревоги?
— Отношение к безопасности не поменялось, я всегда старалась быть осторожной, потому что всегда в городе, всегда с людьми. Единственное — с настороженностью и некоторой тревогой в моменты налётов или обстрелов наблюдаю, что происходит вокруг. Поэтому: не паниковать, соблюдать рекомендации по безопасности, держать телефон заряженным, знать, где укрытие.
«Главный совет — не оставайтесь с этим одни»
— Ольга, кто или что помогало вам справляться после ранения?
— Очень помогли близкие и друзья — и тот друг, который был рядом в тот момент и тоже пострадал. Отдельная благодарность ребятам, которые помогали в реабилитации, без них процесс затянулся бы.
— Что вы чувствуете, когда слышите новости о других пострадавших?
— Смотрю на такие новости: за строчкой «ранен человек» я теперь вижу не только сам момент, но и всё, что после — больницы, операции, бумаги, месяцы восстановления. Хотела бы сказать: не оставайтесь с этим одни, просите помощи, фиксируйте всё документально, ищите людей, которые помогут пройти этот путь. И давайте себе время — восстановление не бывает быстрым.
