Капкан. Глава 7

Заболотский по хозяйски развалился на диване в комнате "релакса".

Дни тянулись размеренно, степенно и чего уж греха таить - скучно.

Стандартные новопреставившиеся его уже не интересовали. Инсульты, инфаркты, инсульты. Игорь даже успел утрясти дела с разрешением на хранение оружия. Немного помог Владимир, но экзамены он сдавал честно, без блата.

В новеньком сейфе в квартире уже покоилась двустволка. Не новая, само собой, но вполне ещё исправная.

В патронах Игорь разбирался также отвратно, как и в оружии, поэтому взял по четыре штучки всех, что были.

Теперь всё это добро надёжно хранилось за семью печатями и одной девчушкой, не очень довольной этим приобретением.

Он конечно пытался объяснить, что это всё исключительно для безопасности их жилища и всё такое, но по её взгляду понимал, что она верит ему только на половину.

Впрочем, это и была только половина правды. Вторая половина покоилась во внутреннем кармане куртки.

Травмат внушал немного больше спокойствия, чем его отсутствие. Да и скептицизм Ксюши обошёл купленный ей перцовый баллончик стороной.

-Я жду ответа-а-а... Больше надежд нету-у-у...

Игорь болтал ногой, пялился в потолок. Мыслей в голове больше не было, она будто опустела, прямо как у прошлого пациента.

Владимир периодически выходил на связь, сообщал о зацепках, но поиски пока не привели к результатам.

Одно было ясно точно, ходило оно на двух ногах, потому как следы были человеческими, только очень уж узкими и неглубокими, как будто их хозяин - тщедушнейшее существо из ныне живущих сапиенсов.

Пару раз набрал Костика, но он лишь отправил в ответ сообщение "Занят".

-Ско-о-о-ро кончится лето-о-о...

Сигарета сама оказалась в пальцах, короткий всполох зажигалки и сизый дым пошёл к потолку.

Игорь пребывал в полнейшей апатии. Работы нет, поговорить не с кем. Его Радость была на смене, поэтому отвечала раз в пару часов.

Наконец, в его совершенно пустую голову влетела гениальная идея.

-Свидание! Мы пойдём на свидание!

Пальцы быстро застучали по экрану.

Рестораны, кафе, места культурного досуга, всё сплелось воедино.

Начать он планировал с лёгкого перекуса в кофейне, потом прогулка до картинной галереи, как раз новая выставка, потом через парк, далее в чайную, а на сладкое - театр.

Билеты уже куплены. Игорь так увлёкся, что сигарета потухла ещё на середине.

-Мы с тобой так нагуляемся, ослепительная, что на пару смен нам точно хватит!

Он сиял от восторга. Обычно, большую часть их выходов из дома планировала Ксюша, но в этот раз он подошёл к вопросу основательно.

Хотелось сделать ей приятно.

Игорь широко зевнул.

Организм, видимо, потратил львиную часть сил на этот внезапный порыв и теперь отчаянно просил подремать пол часа.

Ну может час. Пару часов - край.

-Ну и кто я такой, чтобы противиться собственному я?

Игорь устроился поудобнее и почти сразу провалился в сладкую негу сна.

Однако сон был не самым приятным.

Он петлял по лабиринту гаражного кооператива. Вокруг темно, идёт лёгкий снег. Сердце бешено стучало, а он всё бродил и бродил, то ли искал выход, то ли прятался от чего-то совершенно ужасного.

Чем ближе было чудовище, тем больше ноги становились ватными, руки слабыми. Вздрогнув Игорь проснулся.

-Классика жанра, сука.

Он потер глаза и глянул на смартфон. Прошло чуть меньше часа.

Игорь поднялся с дивана, накинул куртку и вышел на улицу. Немного поёжился, прикурил.

Морозец подарил бодрость, как он и рассчитывал.

-Вот опять в ночь теперь привезут, а мне валандайся до утра. Тьфу.

Недокуренная сигарета полетела в урну.

Ещё у входа он услышал рингтон мобильного, влетев в кабинет ветром он тут же принял вызов.

-Игорь, добрый вечер.

Голос Владимира был напряжён, а это не сулило ничего хорошего.

-Здравствуйте, работа?

-Да, Игорь, работа. Я собственно не просто так. Мы его взяли. Но сегодня работа будет, мягко говоря, необычной.

-Не томите, прошу!

-Короче, как у тебя с вивисекцией?

Игорь легонько вздрогнул от удивления. Тоесть, они взяли монстра живьём. Оставался только вопрос, почему не умертвить его?

-А может лучше... Как обычно? Привезете холодненького, а я поработаю?

-Игорь, как бы тебе сказать. Он не умирает. Совсем. Поэтому работать надо будет по живому.

За тобой заедут через... Десять минут. Собери всё необходимое и жди у входа.

-Принято.

Игорь бросил телефон на диван и опрометью бросился собирать инструменты.

В десять минут уложиться не вышло. Чёрный микроавтобус уже стоял на парковке с призывно открытой бортовой дверью.

Рядом тусовался боец в полной выкладке, только автомата в руках не хватало.

-Заболотский? Прошу.

Он кивнул на дверь и Игорь громыхая сумками забрался внутрь.

Окна были абсолютно чёрными, внутри сидел ещё один силовик.

Игорёк нервничал, не каждый день приходилось ездить с таким сопровождением.

Первый номер забрался внутрь и закрыл дверь, авто тронулось.

-Сява, это Грек. Мы сегодня ваши секьюрити.

Сидящий рядом боец протянул ему руку.

Игорь спешно её пожал.

-Сява, а куда мы едем?

От вопроса ржали не только бойцы, но и водила.

-На базу едем, но где она, мы не скажем, бо тайна!

Сява приложил палец к губам.

Дальше тряслись молча. Автобус петлял, перестраивался из одного ряда в другой. Периодически шофёр отчаянно материл окружающих его "Водятлов". Наконец, звук снаружи сильно изменился, как будто въехали на подземную парковку. Впрочем, ощущения Игоря не подвели, это действительно был паркинг.

Бойцы без промедлений подхватили сумки и двинулись к лифту. Размеры его были вдвое больше стандартных грузовых.

-Игорь, вы главное не кипишуйте. Народ у нас разный, не факт что пересечёмся, время ещё раннее, но всё равно. Держитесь меня и Грека и всё будет окей.

-Да, само собой.

На лбу Игоря выступила испарина, а руки тряслись. Жутко хотелось курить.

Лифт пиликнул, извещая о приезде на нужный этаж, двери распахнулись и... Ничего необычного с первого взгляда. Да и со второго тоже. Обычный офисный коридор, плитка, двери.

Бойцы бодро зашагали вперёд, Заболотский не отставал. Несколько поворотов, и они дошли до внушительной металлической двери.

Сява приложил карту к датчику, дверь распахнулась. Пахнуло больницей. Дальше по коридору были такие же затворы. Седьмой по счёту был приоткрыт, оттуда слышался знакомый голос Владимира.

Пока они шли по коридору, Игорь успел проклясть собственную скуку. "Накаркал блять! Теперь приключений полна панамка!"

Наконец, Грек распахнул перед ними дверь в кабинет.

-Крепче фиксируйте блять! Чтобы он дернуться не мог!

Владимир гонял ещё троих бойцов вокруг стола.

Пациента вязали к столу широкими ремнями.

И судя по его виду - совершенно не зря.

Рост, на вскидку около метра семидесяти. На лицо все признаки анорексии, кожа едва прикрывала кости и остатки мышц. Морда заслуживала отдельного внимания. Острые скулы, подбородок, нос отсутствовал, на его месте - дыра.

Рот маленький, глаза большие, но радужка и зрачок меньше нормальных.

-Ахуеть...

Игорь опёрся на стену и сполз на корточки.

-Лучше и не скажешь, согласен. Владимир опустился рядом.

-Это ты его левый бок не видел. Там самое интересное.

-Дайте мне немного времени... Где у вас тут курят? Мне прям... Надо.

-Можешь прямо тут.

Игорь немедля достал сигареты и задымил.

-Что вы имели ввиду, когда говорили, что оно не хочет умирать?

-Да то и имел. Не живут с теми повреждениями. Совсем. Оно шустрое, несмотря на хилость. Жило в старом районе, выходило и заходило через окошко. И следы путает - моё почтение.

Игорь поднялся на ноги и принялся вытаскивать из сумки необходимое.

Первым делом облачился в халат и фартук. Следом маска и перчатки. Ассистировавшие ему бойцы разложили инструменты по его указаниям.

Выдохнув, будто перед погружением в ледяную воду, Игорь подошёл к столу.

-Ну давайте глянем на вашего Кощея...

Глаза существа сверлили Игоря, но он старался не смотреть на них.

Больше внимания заслуживали руки твари.

Указательные пальцы - настоящие шипы. Сантиметров двадцать, не меньше, остальные пальцы в норме.

Вот этим он и затыкал жертву.

Левый бок существа действительно заслуживал внимания.

Его просто не было, кровавое месиво, осколки костей, лоскуты кожи, всё это смешалось. Владимир пояснил:

Брали его грубо, когда пытался сползти в окно. Воин в него целый магазин выпустил, а оно только на землю упало, так сразу вскочило и побежало. Фургоном его сбили. Удар был такой силы, что подушки сработали, прикинь. А Кощей этот... Живой вот.

Как будто подтверждая слова Носова, тварь закатила глаза и шумно вздохнула.

Игорь отпрянул, но быстро успокоился. Бойцы уже подняли оружие. С таким сопровождением бояться было нечего.

-Начнём с пасти, если никто не против. Интересно, чем таким он ему все мозги выскаблил.

Против никто, естественно, не был.

Игорь надсек мышцы нижней челюсти, рот безвольно открылся. Зажимом он извлёк кончик языка, потянул на себя и понял, что язык длиннее чем людской. В целом, язык был более метра в длину. Первые сантиметров пятнадцать он был шершавее, чем язык кошки, и тоньше мизинца.

-Он его вылизал оттуда что-ли?

Владимир с интересом рассматривал эту мечту всех подхалимов и желающих подняться по карьерной лестнице.

-Нет... Тут если присмотреться... Есть отверстие. Он скорее превратил мозг в пюре и потом высосал. Как через соломинку.

Заглянув в рот Кощея, привычного пищевода он там не увидел.

-Точно. Это не просто язык, это часть пищеварительной системы.

Зубов у твари не было вовсе, зато в уголках губ также красовались два отверстия. Оттуда он и брал сок, которым расщеплял будущий обед, ужин или завтрак.

-Интересно, где сами железы...

Но я думаю мы доберёмся в процессе.

Владимир лишь коротко кивнул в ответ.

Игорь, особо не церемонясь, рассёк скальпелем горло, провёл лезвием по грудине и животу, одной длинной линией.

Горло было вполне обычным, за исключением иссохших голосовых связок.

А вот в груди и животе намечались интересности...

Печень была огромна, на порядок больше нормы. Кишечник уложен как попало, невооружённым взглядом было видно заворот, но он судя по всему никак не досаждал пациенту. Покопавшись внутри получилось добраться до почек, они были нормальными, но чуть деформированными. А вот над почками прощупывалось нечто странное. После получаса манипуляций Игорь явил миру этот неясный слизистый ком.

Пациент дёргался, ошалело водил глазами, но никак не мог помешать работе.

-Это что?

Владимир с интересом уставился на новообразование.

-Ща узнаем...

Игорь надсёк опухоль, пациента как будто пробило током. Глаза застыли.

Владимир и Игорь уставились друг на друга.

-Походу... Смерть Кощеева...

Игорю хотелось смеяться и плакать одновременно. Он только что убил этого беднягу просто надрезав опухоль.

-Давай удостоверимся...

Владимир вынул из кобуры пистолет и включил фонарь. Зрачки не реагировали, тело было расслабленно.

-Мёртв. Что там внутри опухоли?

Игорь надрезал её сильнее, но что-то остановило скальпель. Через минуту он держал в зажиме иглу, длинной с палец.

-Владимир... Я может чего не понимаю. Это что?

-Могильная игла, Игорь. Руками её трогать нельзя. Разновидность проклятия, сглаза, назови как хочешь.

Кому то он не нравился, вот и загнали в мебель куда-нибудь, или в дверной косяк. Вот как она внутри оказалась непонятно. Опухоль - отсечь. Отправим на анализы. Давай закончим с этим дерьмом.

Грудину вскрывали почти час, кости оказались на удивление крепкими.

Железа, вырабатывающая пищеварительный сок приросла к желудку. Видимо желудок утратил функцию пищеварения.

-Сделаю вывод, что жижа всасывается без остатка, ибо кишечником он давно не пользовался, это точно.

Игорь глянул на Владимира, в ожидании ответа.

-Либо не успел воспользоваться. Это вероятно его первая жертва в целом была. Не успел он дел наворотить. Хорошее имя ты ему прилепил. Действительно кощей. Смерть в игле.

С телом копались ещё час. Кроме маленького сердца, пробитого пулями отличий от человека больше не было.

Владимир и Игорь стояли на парковке и курили.

-Выдалась ночка, да?

Владимир ухмыльнулся, глядя на Игоря.

-Ну, в целом, да. Реально. Нужно только очень хотеть, ну и иметь талант, без него никуда. Не все умеют, не все хотят, но у некоторых прям здорово выходит. Я вот теперь думаю, не виновата ли в этих метаморфозах игла? Надо покопать под него, может что интересного узнаем.

-Расскажете потом? Интересно пиздец.

-Конечно. Ну, как тебе у нас? Понравилось?

-Ничё так, но мне у себя больше по душе.

Игорь улыбнулся.

-Ну, родные стены всё же! Ладно, поехали поедим? Что-то я проголодался ужасно, ты как?

-Я только за! Щас бы шашлычка какого...

Без слов Владимир достал ключи, щёлкнул кнопкой сигналки.

Рёв мотора разорвал ночную тишину, унося их к ближайшей забегаловке.

Продолжение следует.

Полная версия рассказа в закрепе тг

https://t.me/chernoe_na_belom

Тело лежало на столе. Чёрный мешок не позволял рассмотреть его как следует, но Игорь и не спешил. Он смотрел на него стоя в дверном проёме, уперевшись в притолоку.

За время работы с Носовым он уже всякое видел, но в этот раз работать не хотелось вовсе.

-Очередная гниль. Ну или её жертва. Сколько ж вас развелось то... Ну, благо РОХа уже в процессе.

Он поднял глаза к потолку. Жалел ли он о полученном знании? Да в целом нет. Хотел бы он жить как раньше, до всего этого?

В голове пронесся образ. Ксюша. Её короткая стрижка, улыбка, глаза, руки.

Нет, как раньше он жить не хотел бы, ведь раньше она не жила с ним.

Заболоцкий улыбался.

-Ладно, хуй с тобой! Ща покурю и гоу, пороемся в твоих кишках.

Он бодро хлопнул дверью и прошёл по коридору, одновременно прикуривая. Ксюша всё-же надавила на отказ от электронок, поэтому в кармане прописалась пачка стандартных сигарет. Дым заполнил лёгкие и вырвался через нос. Курить не то чтобы хотелось, но сам процесс приносил удовольствие.

Курильщики - самые спокойные на свете люди. И не благодаря каким то чудесным свойствам ядов в этих курительных палочках. Дыхательная гимнастика, даже с едким дымом - дыхательная гимнастика.

Игорёк стряхнул пепел, затянулся ещё раз, смакуя остатки табака. Фильтр чуть куснул пальцы перед своим коротким, но ярким полётом в урну.

Он сложил губы в трубочку и резко выпустил дым. Чуть помедлил, потер глаза.

-Ладно, похуй, поехали.

Ноги повели его в подвал. Дверь, замок, коридор, дверь.

-Знаешь, ты заинтриговал меня даже чуток.

Заболоцкий тщательно мыл руки. Иногда он был готов спорить, что моет их куда более тщательно, чем хирурги перед операцией.

-Базарю, ты либо умел давать сочнейших пиздюлей, либо принял их на себя. Других ко мне не возят.

Резиновые перчатки удобно устроились на пальцах, маска - на подбородке. Он подошёл к столу и посмотрел на мешок. Грубая ткань, молния.

-Ну давай, удивляй, котик.

Пальцы потянули за язычок собачки, визг молнии. Тело предстало перед ним во всей красе. Краса определённо была.

Мужчина, лет двадцать навскидку.

Красивые черты лица, чем то похож на Генри Кавилла. Щетина правда жидковата, но сойдёт.

Мощный, спортивный торс, покрытый проколами то тут, то там. Дыры зияли внушительные и не очень одновременно. Где-то крупные прорехи, Где-то мелкие.

-Дааа, не человек из стали ты все-таки. А жаль. Тебе бы в кино, может с колен бы его поднял, а лежишь в итоге тут. Интересно, что-ж ты жрал такое, чтоб форму набрать? Ну ничего... ВСКРЫТИЕ ПОКАЖЕТ!

Он искренне расхохотался.

-Клянусь, я уйду в стендап. Вот чем угодно клянусь. Ладно, ладно, мы с тобой ещё не так близки, милаха. Давай думать, соображать.

Игорь склонился над телом, осматривая раны.

-Так, под правой грудной, под прямым углом. Радиус примерно сантиметра три. Интересно... А как с глубиной?

Проверять пальцем он не рискнул. Всего по телу было двенадцать отверстий. Под разными углами, с разных проекцией. Три под прямым углом в район груди, ещё три в животе, два из них под углом в сорок пять градусов.

Одно в левой подмышке, четыре на спине.

-От души тебя нашпиговали, братик... А это что?

Взгляд зацепился за волосы на затылке. Немного склеены. Но крови видно не было.

Пальцы раздвинули густые каштановые волосы. На затылке красовалась тонкая ранка. Такие же круглые границы как и на прошлых, но в разы меньше. Голова даже не ощупь казалось слишком лёгкой.

-Епт, к тебе мозгосос что ли пристал какой? Что за хуйня то? Тебе теперь голову что-ли вскрывать, чтобы удостоверится?

Держа череп бедняги в руках, Игорь воздел взор к потолку.

-Йорик, бедный Йорик, ёб твою мать...Ладно, ща с тушкой разберёмся, приступим к пустой коробочке.

Через пол часа Заболоцкий задумчиво рассматривал остатки непонятной кровавой бурды, наполняющей внутренности покойника.

Угадывались сердце, фрагменты лёгких, печень. Остальное - полное месиво.

-Тебя выпить как будто хотели, но не успели. Занятно. Пауки так делают с мухами. Ты видать сидел, когда оно тебя бросило... Весь сок желудочный вниз стек, поэтому сердце, лёгкие пищевод относительно не пострадали. Надо жижеку эту собрать.

Упаковав образцы, Игорь слил содержимое нутра трупа.

-А вообще, жаль мне тебя. Надеюсь ты быстро помер и не чувствовал ничего. Стать чьим то ужином - так себе перспективка. У меня вот на завтрак наверняка пирог какой нибудь... Или овсянка... Но чай сто процентов будет отменным!

Он мечтательно поднял глаза к потолку.

В сознании мелькали картины нового дня, новой нежности.

Чай, ароматный настолько, чтоб голова кружилась. Взгляды в глаза.

-Мечта, слушай. Я тут подумал, а как мы тебя назовём? Пустышка? Полый? Хавчик? Вот хавчик мне нравится.

Игорь колдовал над скальпом.

Вскоре, шикарная шевелюра уже лежала на лице мёртвого. Визг пилы. Через пять минут всё было кончено. Игорь не осторожничал, знал что в голове пусто, задеть нечего.

Голова была не просто пуста, она была идеально вычищена.

-Прикол. Кто-то тебя старательно высасывал. Вероятно решил с ништяка начать, пока основное блюдо готовится. Вот поэтому ты и сидел. Тебя с головы жрать начали, а если б ты лежал, схавать не вышло бы. Правда на паука похоже.

Жутко захотелось курить, но бросать дело на полпути он не привык. Штопал "Хавчика" Он довольно споро. Без начинки, он заметно поубавил в объеме торса.

Грудь как будто провалилась, живот почти прилип к спине.

-Каким бы буйным не был бык, на банке пишется "тушёнка", да?

А вообще ты красавец был. От девчат наверное отбоя не было!

-Кхем. Вообще от мужиков, ну да ладно.

Владимир стоял в дверном проёме и с весёлым прищуром смотрел на действо.

Руки Игоря предательски дрогнули.

-Блять, ну вы меня убьете так, честное слово. Я сюда колокольчик повешу!

Носов, как обычно, вошёл тихо. Слишком тихо.

-Да ладно, Игорь, не дуйся. Это у меня... Профдеформация. Что скажешь? Раны необычные.

-Эээ нет, сначала вы скажите, что имели в виду под "мужиками"?

-Да ничего особенного. Он танцевал в одном из... Ну нетрадиционных клубов. Сначала решили, что это его так приверженцы традиционных ценностей отделали, а начали его двигать, из дырок полилось всякое. И этот всякое начало жрать органику, помаленьку, но жрало.

Игорь взглянул на труп ещё раз, отложил иглу и щипцы.

-Вы сейчас хотите сказать... Что этот прекрасный мужчина... Как бы сказать... Кукарекал, да?

-Да, Игорь, это я и хочу сказать.

Владимир улыбался во все тридцать два зуба.

-А впрочем... Мы тут народ непритязательный. Но в следующий раз... Игорь осёкся. -надеюсь его не будет.

Владимир со значением кивнул и снова осмотрел тело.

-Твоя версия?

-Да какая тут версия. Скорее всего первым был удар в спину, потом ещё. Он попытался прикрыть голову или отбиться от нападавшего, поднял руку и тут же получил в подмышку. Вероятно это был смертельный укол. Позже пробили грудину и живот, ввели желудочный сок и начали переваривать. А пока основное блюдо доходило - оно хавало закусочку в виде его мозгов. Череп пустой абсолютно.

-А вот это уже интересно, Игорь. Очень интересно.

Владимир потер переносицу и задумчиво смотрел сквозь тело куда-то в пустоту.

-Я бы предположил, что это существо как то связано с арахнидами. Пауки так-же делают, сначала ловят, накачивают кислотой и едят. Но этот - эстет. Ну или гурман, называйте как хотите. И вероятно, его спугнули. То есть прямых контактов он боится, нападает исподтишка. Свидетели есть?

- Да в том то и цимес, что нет. Но нашли его резво. Ребята вышли из того-же клуба, где работал пострадавший. Решили уединиться, а там вот он.

-Рекомендовал бы вам ещё раз с ними поговорить. Может слышали что-то, хоть что-нибудь.

Игорь ловко усадил скальп на место, и аккуратно пришил.

Теперь как новый, жаль начинку не сменить. Патологоанатом жалел всех своих пациентов, кого-то больше, кого-то меньше. С кем то можно было пошутить, с кем то нужно было быть серьёзным. Но жаль было каждое тело.

-Можете забирать бедолагу. Архаровцы ваши тут уже?

-Конечно. У тебя как, смена к концу? Может подкинуть тебя?

Владимир что-то быстро набрал на смартфоне, видимо дал отмашку выносить пациента.

-Спасибо, но мне надо все для следующей смены приготовить, заполнить бумажки для вас. Делов ещё на часок, поэтому я сам допрыгаю.

-Ну, моё дело предложить.

Владимир придержал дверь перед носильщиками, после пожал руку Игорю и покинул морг.

Через полчаса инструменты были готовы к новому рабочему дню. Игорь корпел над бумагами и мечтал о завтраке. Живот урчал поминутно, напоминая, что последняя еда в нём была ещё задолго до полуночи.

-Не, я знаю конечно, что ты любишь попиздеть, но давай до дома. Я не буду портить себе аппетит.

Он сидел в своём кресле, но ноги уже тряслись в ожидании дороги домой. Его тянуло туда, как неодимовым магнитом. Игорь быстро и размашисто заполнил все формуляры и захлопнул папку. В этот момент его было уже не остановить, он одевался со скоростью молнии, не желая ни на секунду оставаться на работе сверх положенного времени. На крыльце всё же задержался, приехал его сменщик, Илья.

-Привет. Ну как, Игорь? Спокойная ночка?

-Здарова, Скриптонитыч! Да вполне-вполне!

Илья был высоким, улыбчивым казахом. Как-то раз они перебрали в заведении и речь коллеги начала напоминать Игорьку фирменную читку репера. Но прозвище это было тайной за семью печатями.

-Да как ты задрал, котакбас...

Илья широко улыбнулся, пожал руку Игоря.

-Опять ты своё говно куришь? Лучше бы чай пил, сорт нашёл недавно ахуенный...

-Бля, наркоман! Я тоже чай люблю, но не настолько! Давай, погнал я, Ксюха ждёт.

-Там всё окей?

Сменщик кивнул на дверь в морг.

-Да, там всё чётко, давай!

Снова дали по рукам.

Игорь скакал домой во весь опор. Жутко хотелось обнять её и чуть менее жутко хотелось есть.

Оттепель была весьма кстати, лёд стал рыхлым, шагать получалось широко и уверенно.

Уже на подходе к дому в сумке затрезвонил телефон.

"А В. Н."

-Слушаю вас!

Игорю хотелось быстрее закончить разговор и влететь на свой этаж.

-Игорь, ты был прав. Они слышали речь, но крайне неразборчивую. А ещё мы нашли следы босых ног, метрах в тридцати от места... Ужина. Короче мои спецы идут по следу. Возможно, придётся выйти сверхурочно.

-Там смена моя уже пришла...

-Это не твоя забота. Если мы это поймаем, то всё порешаем. Давай, на телефоне.

-Принял, отбой.

Игорь опустил трубку.

-Блять, ну почему сегодня то!

Дверь в подъезд распахнулась, он пулей летел по лестнице. Ключ вгрызся в замок и он наконец был дома.

Пахло свежей выпечкой, чаем и овсянкой.

Он прикрыл дверь. Облокотился на неё и улыбнулся.

Продолжение следует.

Полный рассказ по закрепу в тг

https://t.me/chernoe_na_belom

Знамения? Он видел их каждый день. Печать трещала, и он чувствовал этот скрежет зубами, как скрежет мела по доске. Он не верил в пророчества, он верил в сталь и в долг. И если Печать падёт… Эдгар знал, что не отсидится. Замок станет их гробницей, но он умрёт с мечом в руке. Характер у него был упрямый, флегматичный до жути, но внутри, под броней спокойствия, клокотала отчаянная решимость.

Замок Эдгара был суров и функционален. Никаких витражей или плюща. Серый гранит, узкие бойницы, мост, поднятый с вечера. Внутри пахло воском, сыростью и старой бумагой. Это была крепость, а не дворец. И эта крепость сейчас казалась клеткой.

Он нашёл ведьму в самом низу, в сухом рву, куда стекала вода с умывален. Она сидела, привалившись к мокрой стене, грязная, худая, с длинными спутанными волосами, закрывающими лицо. Её поймали стражи неделю назад, когда она кружила вокруг замка, и бросили сюда — умирать. Но она не умерла. Она ждала.

— Ты знаешь, что делать с Печатью, — сказал Эдгар без вопроса в голосе, спускаясь к ней. Его голос эхом отразился от камней.

Ведьма подняла голову. Глаза у неё оказались светлыми, почти белыми, как у слепой, но смотрели они в самую суть.

— Знаю, — прошептала она, и голос её был сухим, как шорох листьев. — Я покажу тебе карту. Там, где скрыт Изначальный Ключ. Без него твоя Печать — это бумага под дождём.

Эдгар напрягся. Так просто?

— Что ты хочешь? — спросил он прямо.

Ведьма усмехнулась, обнажив жёлтые зубы.

— Освободи меня от этой тюрьмы. Дай мне коня и пропуск за стены. Я уйду.

Это было просто. Даже слишком просто. Но Эдгар, хмурясь, кивнул. Он не был жестоким, и держать её здесь не имело смысла. Он приказал стражникам снять цепи. Лично принёс ей кувшин с водой и хлеб. Ведьма смотрела на него с удивлением, пока он отпирал замок на её ноге.

Ведьма медленно поднялась, опираясь на руку Рыцаря. Её пальцы — холодные, костлявые — сжали его запястье с неожиданной силой. Эдгар почувствовал, как по позвоночнику пробежал озноб, будто он сунул руку в ледяную воду. Но он не отдёрнул руку — только сжал зубы.

— Ты просто отдаёшь мне свободу? — спросила она, разминая затёкшую лодыжку. — Ты даже не торгуешься.

— Мне нужен Ключ, — коротко ответил Эдгар. — А убивать или пытать беззащитную — не по мне. Иди. Конь у южных ворот.

Ведьма усмехнулась, обнажив жёлтые зубы. Затем протянула руку к его шее — он напрягся, но не отшатнулся. Её пальцы скользнули по кожаной завязке, и она сняла с него маленький медальон: потёртый серебряный круг с выбитым волком. Семейный оберег Варенов. Эдгар носил его с детства.

— Это лишнее, — сказала она тихо. — Ты и так сильный. А я старая и слабая. Позволишь взять на память?

Это была не просьба. Это был вопрос, в котором уже сидел ответ.

Эдгар помедлил. Медальон ему подарила мать, когда он уходил в первый дозор. «Он хранит от стрелы, от меча и от дурного глаза», — говорила она. Суеверие. Детство. Но за этим стояло что-то тёплое, почти забытое. И всё же… ведьма смотрела на него светло-белыми, слепыми глазами, и в них не было жадности. Только усталость.

— Бери, — сказал он. И сам отстегнул завязку.

Ведьма сжала медальон в кулаке. Её пальцы на миг дрогнули, и Эдгару показалось, что она хочет что-то добавить, но промолчала. Потом она сунула ему в ладонь смятый, промасленный пергамент — карту.

— Запомни, хранитель, — сказала она уже у лестницы, — ты поступил по-рыцарски. Но мир, который ты спасаешь, не всегда прощает доброту.

Она ушла. Босиком ступала по каменным плитам, но не морщилась. Запах мокрой листвы и прелых трав остался в воздухе, смешиваясь с сыростью рва.

Эдгар проводил её взглядом, развернул карту — и только тогда, рассеянно коснувшись груди, понял, что чего-то не хватает. Место, где висел медальон, казалось неестественно лёгким. Он тряхнул головой: «Суеверия».

Но на всякий случай провёл пальцами по коже шеи. И отдёрнул руку.

Там, где висел оберег, кожа была холодной. Не просто прохладной — ледяной, как у тела, пролежавшего в воде три дня. Эдгар поднёс пальцы к лицу — они пахли прелью и болотом. Он поспешно вытер их о плащ, но холод не уходил. Он въелся, будто ведьма оставила на его шее отпечаток.

Он не был суеверным. Но в эту ночь он не сомкнул глаз. Сидел над картой, при свете свечи, и слышал, как за окном, в багровом небе, медленно нарастал звук. Тонкий, звенящий. Будто кто-то пальцем проводил по трещине.

А наутро, когда он вышел к воротам, чтобы сказать страже о коне для ведьмы, ему доложили: конь стоит на месте, оседланный. Но ведьма не пришла. И следы её — босых ног — вели не к южным воротам, а обратно, в глубь замка. И обрывались у дверей его собственной спальни.

Эдгар толкнул дверь. В спальне было пусто. Только на подушке лежал его медальон — тёплый, будто его держали в ладонях всю ночь. А рядом, на белом льне, лежала ресница. Длинная, светлая, чуть изогнутая — не его. У него тёмные ресницы. Значит, её.

Эдгар хотел смахнуть ресницу на пол. Но пальцы сами замерли. Она была тёплой и чуть влажной — будто только что отделилась от живого века. И почему-то он понял: это не случайность. Это плата. Она взяла его оберег, но оставила свой.

Он не знал, что это значит. Защита? Проклятие? Приглашение? Но он чувствовал: выбрасывать нельзя.

Эдгар завернул ресницу в чистую тряпицу и убрал в кошель на поясе. Туда же, где лежал ключ от северных ворот — единственное, что он носил с собой кроме меча.

В ту ночь Печать треснула ещё раз. И впервые за все годы Эдгар не пошёл проверять стену.

Он стоял у окна, глядя, как небо заливается багровым, и держал ладонь на поясе — там, где лежала ресница. И впервые за долгие годы ему показалось, что он не один.

За его спиной, в темноте спальни, кто-то дышал. Тихо. Ровно. Будто ждал.

Эдгар не обернулся. Только сжал зубы и прошептал:

— Спасибо.

Ему никто не ответил. Но дыхание стало глубже — и в нём не было угрозы. Только усталость. Такая же, как у него.

Продолжение следует

Представьте: глубокая ночь. Вы работаете над проектом всей жизни. Усталость такая, что мир плывет перед глазами. Дверной звонок. На крыльце — коробка. Тяжелая. Внутри идеальный механизм прошлого века.

Вы режиссер короткометражки. У вас два пути монтажа: — Показать монстра сразу (и убить саспенс). — Держать камеру на лице героини, пока звук старой педали не сведет зрителя с ума.

Тайлер Хаген выбрал второй путь. Его «Швейная машинка» — это 12 минут эстетики производственного ада, смешанного с лавкрафтовским ужасом. Фильм снят от первого лица так, что уже ко второй минуте вам захочется оттолкнуть камеру от глаз Хизер.

Кстати, забавный факт из интервью режиссера: самую страшную сцену они сняли с одного дубля, потому что актриса реально распорола себе палец настоящей иглой (по ее просьбе, без бутафории). Так что капли крови в кадре настоящие. Амбиции требуют жертв.

⚠️ Инструкция по выживанию: ▫️ Наденьте наушники. Звук здесь — главный антагонист. ▫️ Приглушите свет ровно наполовину. ▫️ Если через 3 минуты станет слишком страшно — просто закройте вкладку. Но тогда вы никогда не узнаете, ЧТО именно она пришивает к подкладке платья в финале.