"If I burn all of his bones, there won’t be any traces left”

https://twitter.com/harayamanawari/status/129063819191816192...

Закрыв облупившийся почтовый ящик, он легонько потрогал пальцем леску, натянутую от ручки двери до перил крыльца, чтобы проверить, не просела ли она. Нет, все отлично. Криво усмехнувшись, он достал пачку сигарет из кармана и закурил. Проклятые пальцы подрагивали от напряжения, что неудивительно. Наконец, это самое медленное из всех орудий самоубийства слегка задымилось. Он сделал несколько затяжек, потом обернулся, чтобы еще раз, последний раз, посмотреть на ненавистный дом. Милый домик, хотя и обветшалый. Будь он сторонним наблюдателем, никогда не подумал бы, что тут может жить этот жирный ублюдок.
На улице было довольно свежо, октябрь как-никак, да еще и пол-третьего ночи на часах. Постепенно он успокоился, сердце перестало колотиться, как бешеное, и он почувствовал, что на улице довольно прохладно. Зябко поведя плечами, он запахнул плащ и стряхнул пепел с сигареты. Это была окраина города. Премерзкое местечко, скажет любой житель города - и окажется прав. Когда-то здесь был довольно респектабельный район, но затем... Черт побери, вы можете хоть десять раз кряду обозвать меня расистом, радикалом и еще бог-весть кем, но любой из прежних жителей района, да и в целом городка, скажет, что дело в черных. Когда-то это место было одним из крупнейших промышленных центров страны. И как только сюда начали стекаться эти бездельники, город сразу покатился вниз. Выплата огромного количества пособий по безработице, повышение уровня преступности в четыре раза только за первые полгода... В общем, город стал довольно опасным местом, а этот район - настоящим гадючьим гнездом. Сейчас все сколько-нибудь думающие белые жили в пригороде. Благо, несколько крупных компаний так и не уехали отсюда, и процветали, даже несмотря на полудикий город. Эти мысли отвлекли его, он впал в легкую прострацию, и вдруг грубый окрик заставил его вздрогнуть и оглянуться.
- Эй, Мак, посмотри-ка кто у нас здесь. - Двое высоких парней, еще и обдолбавшихся, кажется, подошли ближе.
- Ты кто? - спросил один из них, исподлобья уставившись на странного и не вяжущегося с местной атмосферой человека в плаще. Второй как бы невзначай начал обходить его сбоку. У него не было времени на эти игры. Он сделал шаг назад и повернулся так, чтобы видеть их обоих, а затем засунул руку в карман. Стало явственно видно, что там лежит что-то увесистое, угловатое...
-Убирайтесь - прохрипел он. То ли выражение его лица, то ли то самое тяжелое и угловатое в кармане, то ли все это вместе возымели эффект, и они, переглянувшись, бросились наутек.
Он постоял немного, вспоминая то, что сделал. Наконец над из-за покосившейся крыши старой гостиницы показались первые лучи солнца, превратившие темную ночь в раннее серое утро. Он повернулся к дому спиной и вздохнул. Это был практически обычный парень. Средний рост, ничем не примечательные черты лица, темные волосы. Ничего необычного, кроме застарелых шрамов на лице, правая половина которого вдобавок не двигалась, и хромающей походки.
Когда-то давно, еще в детстве, он был весьма подвижным и любопытным пареньком, который знал каждое дерево, закуток между домами и вообще все в этом районе. И вот - однажды он решил на спор пролезть в дом тучного мужчины лет сорока. Вся соседская малышня выдумывала о нем страшные истории, и ребята постарше банально взяли его "на слабо". Когда подонок поймал его у себя в подвале, он ни сказал ни слова. Он просто подошел к нему и заехал своим кулачищем по лицу, потом еще и еще. Дальше мальчик мало что помнил. Его избили до полусмерти и выбросили на улицу. Друзья, сидящие в кустах, с визгом разбежались по домам под брань соседа. И почти через целый час из их сбивчивых рассказов заключили, что нужно действительно вызывать полицию. В это трудно поверить, но ублюдка даже не посадили. Три года условно и подписка о невыезде. Через несколько дней комы, клиническую смерть и мучительную полугодичную реабилитацию он восстановился, окреп и выписался из больницы. И вскоре узнал, что его бабушка умерла от сердечного приступа в тот же вечер, когда обо всем узнала. Таким образом, он остался совершенно один. В дальнейшем жизнь еще много раз била его, в полную силу, в кровь. Но вот наконец, он вернулся, и сделал то, о чем мечтал с того самого дня, как вернулся в свою опустевшую квартиру.
Отметая назойливые воспоминания, Вуди провел рукой по лицу, и прогулочным шагом направился к вокзалу. Он хотел покинуть проклятый город и начать все с чистого листа...

Мак сидел с бутылкой пива на обшарпаном диване и смотрел очередное тупое реалити-шоу, как вдруг его прервал экстренный выпуск новостей.
- Этой ночью произошел мощный взрыв в юго-западной части города, в одном из домов на шестой авеню. - Голос диктора привычно и монотонно сообщал плохие новости. - Совершившие преступление, как и преступная организация, возможно, несущая ответственность за него, неизвестны, но известно что дом был полон опасных для жизни и здоровья самодельных ловушек и капканов. Единственному жильцу удалось с трудом покинуть дом, оставшись практически невредимым, но, как заключили эксперты, не успел он сойти с крыльца, как произошел взрыв, в почтовом ящике была спрятана шашка динамита. Как ни странно, он выжил, и был доставлен в городскую больницу, где и скончался сегодня утром. А теперь к другим новостям - той же ночью неподалеку от автовокзала был убит неизвестный молодой человек. Личность все еще не удалось установить, ему размозжили голову чем-то тяжелым, и он не поддается опознанию. Удалось лишь установить, что это был белый мужчина двадцати пяти-тридцати лет, волосы темные, рост метр семьдесят. - На этих словах Мак осклабился, обнажив белые зубы, и бросил взгляд на окровавленный плащ, висящий в коридоре.