на сей раз я смотрела классическую классику – фильм 1939 года с Лоуренсом Оливье. и могу сказать одно: старый Голливуд взял мрачный шедевр Эмили Бронте и пропустил его через мясорубку по производству розовых соплей

если коротко, это чистейшая, сопливая романтика. смотреть её можно только при одном условии: если вы не читали книгу и вообще не собираетесь этого делать

то, что они сделали с героями – повод для отдельного литературного трибунала

начнём с Кэти. её полностью лишили животной сути, превратив в обычную меркантильную сороку, которую балы, высший свет и красивые наряды манят куда сильнее, чем любовь Хитклиффа. «я не идеальна, я бриллиант с изъяном» – говорит она Нелли, вертя задом перед зеркалом в красивом платьице, рассказывая о перспективах красивой жизни рядом с Эдгаром. книжная же Кэти – кусок битого стекла, об который все режутся, тут же нам подсунули капризную фифу

апофеозом стала культовая сцена, где она произносит: «я и есть Хитклифф!». в книге это гордый рёв и признание об их слиянии душ, а в фильме героиня выдаёт это с брезгливостью, как осознание мерзости, которая в неё проникла. типа «о боже, я запачкалась чувствами к конюху, несите мыло!»

Хитклифф тут пострадал не меньше. из первобытной, пугающей стихии он превратился в несчастного влюблённого с ущемлённым эго, который мстит просто потому, что не может купить своей любимой капризуле всего, что она хочет. его злодейство выглядит комично: в детстве Хиндли его бьёт, а он в ответ включает мультяшного злодея и шепчет ему вслед «я отомстю, и мстя моя будет страшна!». вырос, снова обидели и опять – «я отомстю!»

а в сцене, где Кэти ждёт в гости Эдгара, Хитклифф просит снять это дурацкое платье, просит стать прежней, снова быть с ним, она заявляет, что не надо ей указывать, и вообще-то у него грязные руки. Хитклифф взрывается: «так вот кем я для тебя стал, грязными руками!», даёт ей пощёчину, а потом... уходит и томно страдает, глядя на свои ладони, которыми её ударил. красивенько, конечно, но слишком сопливо. книжный Хитклифф даже не почесался бы от раскаяния

ну и вишенка на торте: голливудская кастрация сюжета. сценаристы выкинули абсолютно всех детей из второго поколения. история тупо заканчивается на смерти Кэти, перечёркивая весь смысл романа

эпилог же вообще – песня. Хитклифф умирает, и нам показывают Нелли Дин, которая абсолютно счастлива. женщина, считавшая его дьяволом, умиляется тому, что они с Кэти наконец-то рядом и теперь будут долго и счастливо бродить призраками в своих любимых вересковых пустошах. диснеевский хэппи-энд для домохозяек 30-х годов

в общем, идеальный пример того, как не надо экранизировать классику. и, возможно, в этом и беда будущих экранизаций – ощущение, что режиссёры тупо годами копировали голливудский миф, не заглядывая в первоисточник, поэтому во всех фильмах, что я успела посмотреть, показана чистая романтика без безумия, гордости, спеси и желания обладать, а не любить. а главное, нет того самого ненадёжного рассказчика в образе Нелли, которая постоянно путает героев, недоговаривает, сталкивает лбами, осуждает и прочее

на очереди была экранизация 2009 года с Томом Харди. и знаете что? пока что она уверенно вырывается на первое место, обогнав красивую, но пустую версию 1992 года

здесь создатели огромные молодцы: картинка гораздо ближе к тексту, они сохранили многие детали, диалоги практически все из книги и, самое главное, показали детство героев. посмотрев на то, как они росли на пустошах, сразу понимаешь природу их привязанности. это не какая-то великая, возвышенная романтика – это просто созависимость двух глупых, наивных людей, которые в своей дикой жизни больше никого и ничего не видели

очень круто и логично показан переломный момент. когда Кэти попадает в поместье к Линтонам, у неё случается культурный шок. она впервые видит другой, благородный мир: её красиво одевают, учат манерам, а милый и галантный Эдгар начинает за ней ухаживать. естественно, она путается в чувствах и не понимает, кого любит и любит ли вообще. не зря Кэти сравнивали с «собакой на сене» – она именно так себя и ведёт. ей хочется и статусную жизнь в комфорте получить, и своего ручного дикаря при себе оставить

но без минусов не обошлось. в фильме напрочь отсутствует та самая дикая, необузданная страсть, жестокость и животные порывы, которыми пропитан роман. создатели снова испугались делать из героев отбитых монстров, поэтому заменили их тёмную одержимость на милые обнимашки, поцелуи тайком по углам и ванильные клятвы в вечной любви

хотя, справедливости ради, в этой экранизации уже начинает проклёвываться то самое безумие, поглотившее героев. правда, подаётся оно исключительно через Хитклиффа (видимо, потому что он мужчина). он ведёт себя как сумасшедший, поставивший во главу угла месть и ненависть. он так ослеплён злобой, что даже ребёнка Кэти – казалось бы, частичку самого дорогого ему человека – он искренне ненавидит и брезгливо называет «его (Эдгара) отродьем». он вроде как безумно любит Кэти, но абсолютно не готов любить то, что от неё осталось. из-за этого фильм в целом больше напоминает не великую трагедию, а историю двух токсичных обиженок, которые просто пытаются уколоть друг друга посильнее

что касается каста: Том Харди, конечно, не совсем попадает в книжный канон готического демона, но он очень старается, и смотреть на него эстетически приятно. а вот кто вызвал у меня искренний восторг – это актёр, сыгравший Хиндли. вот ровно таким я его при чтении и представляла: абсолютно мерзкий, противный тип, которого хочется прибить лопатой при первом же появлении в кадре. идеальное попадание!

в общем, если сравнивать экранизации и что-то советовать, то пока этот фильм у меня однозначно на первом месте. посмотрим, что покажут в других версиях

это очень красивое кино, но оно безбожно сливает всю суть их больной, разрушительной связи. там страсть выглядит так, будто они просто сильно друг друга захотели, а потом обиделись из-за классового неравенства

что с фильмом не так:

во-первых, они катастрофически скомкали детство. в книге фундамент их одержимости закладывается именно на вересковых пустошах, когда они оба были отвергнутыми, дикими зверёнышами. они выживали вместе под жестоким гнётом Хиндли (брата Кэтрин), они буквально срослись душами в этой грязи, бунте и ненависти ко всему остальному миру. а в фильме нам показывают пару красивых пробежек по холмам, и бац – они уже взрослые и томно страдают от любви

во-вторых, Жюльет Бинош при всём её таланте слишком «мягкая» и «нормальная» для Кэтрин. книжная Кэти – это эгоистичная, истеричная, дикая и жестокая натура, которая прямо говорит свою знаменитую фразу: «я и есть Хитклиф!»:

Моя любовь к Линтону, как листва в лесу: знаю, время изменит ее, как меняет зима деревья. Любовь моя к Хитклифу похожа на извечные каменные пласты в недрах земли. Она – источник, не дающий явного наслаждения, однако же необходимый. Нелли, я и есть Хитклиф!

их связь – это не романтика, это буквальное слияние двух тёмных душ. а в фильме из неё слепили просто запутавшуюся красивую барышню, которая плачет в красивых платьях и делает неправильный выбор

в-третьих, фильм пытается сделать из этой истории классическую мелодраму. режиссёр романтизирует Хитклиффа, делает его эдаким непонятым героем с грустными глазами, которому хочется сочувствовать. из-за этого теряется та самая хтоническая, животная жуть и жестокость, которая пропитывает весь роман Эмили Бронте

чтобы понять, откуда растут корни у этой дикой страсти, нужно читать первоисточник – только там видно, что они не просто влюблённые мужчина и женщина, они одержимы друг другом, как две половинки одного монстра

P.S. – собираюсь глянуть ещё (как минимум) три экранизации: с Томом Харди (уже чую провал), классическую версию 1970 года и с Марго Робби, может, доберусь и до самой первой версии, потому что обожаю сравнивать и ворчать, почему книга оказалась лучше

В прокат вышел «Грозовой перевал» — новая экранизация романа Эмили Бронте от Эмиральд Феннел, которую мы знаем по фильмам «Девушка, подающая надежды» и «Солтберн». Промо вокруг нового проекта было громким и ярким — пожалуй, даже ярче самого фильма. Но в случае с Феннел это уже часть стиля: ожидания идут впереди результата.

Режиссер сразу предупреждала, что снимает не буквальную экранизацию мрачного и мистического романа, а историю такой, какой запомнила её в четырнадцать лет при первом прочтении. Поэтому поклонникам первоисточника стоит быть осторожными: многие линии сокращены, персонажи объединены или вовсе исчезли. Это не «академическая» версия, а вольный пересказ — режиссерское воспоминание о книге, а не точная адаптация.

В фильме Феннел остается верна своему визуальному почерку — с намеренным кичем и демонстративной исторической недостоверностью. Полиэтиленовые платья, латексные костюмы, комнаты, обтянутые кожей — все это выглядит скорее как модный подиум, чем викторианская Англия. В какой-то момент становится понятно: платья и прически здесь играют одну из главных роль. Костюм — тоже драматургический инструмент, а стиль важнее эпохи.

В центре сюжета — прежде всего женское желание и месть двух влюбленных друг другу. Джейкоб Эллорди играет идеального героя из женского романа: красивого, немного дикого, но при этом умеющего стесняться от любви, немного одержимого своей женщиной, но с принципами — и, кажется, эта формула успевает покорить женскую аудиторию. Марго Робби (кстати, также продюсирующая проект) — словно Барби XIX века. Она пытает передать взбалмошность и эксцентричность Кэти: образ любопытный, но временами кажется, что это не совсем её органичный типаж.

В итоге получилась своеобразная, стилистически смелая версия — с прекрасной музыкой, эффектными кадрами и очень скромными «пятьюдесятью оттенками серого» двухвековой давности. Для романтического вечера фильм подойдёт, особенно если вы не читали роман и готовы воспринимать его как самостоятельное произведение. Возможно, для кого-то это станет не романтическим фильмом, а китч-комедией — тоже не исключаем. Но если «Грозовой перевал» для вас — священный текст, экранизация может скорее разозлить, чем порадовать.

Обзоры на фильмы и сериалы раньше всего появляются в нашем Telegram-канале «Первый ряд».