0 просмотренных постов скрыто
Белочка
Гришка жил в деревне Малые Пеньки. Богом забытое место. Дороги тут латали грязью поверх асфальта ещё в девяностых, а население составляло ровно двадцать три человека.
Гришка чувствовал, что вокруг какая-то непробивная тоска. Соседи - хорошие люди, душевные, но… предсказуемые. Спросишь деда Митяя про рыбалку - он расскажет одну из трех историй про сома. Спросишь через неделю - расскажет слово в слово, с теми же паузами для сплевывания. Спросишь про политику - махнет рукой и уйдет в огород.
От этой предсказуемости Гришка начал пить. Пил он самозабвенно, с надрывом, генерируя тонны низкокачественной, но стабильной драмы в жанре «русская хтонь».
Но однажды, проснувшись с головой, звенящей как царь-колокол, Гришка решил: всё. Хватит. Умру, но пить брошу.
Организм, привыкший к этаноловой анестезии, взбунтовался. К вечеру второго дня Гришку начало трясти. Стены родной избы поплыли, узор на ковре начал складываться в QR-коды, а потом пришли они.
Черти.
Правда, выглядели они не канонично. Это были два жирных, холеных кота. Один рыжий, другой черный, как смоль. Они не сидели на груди, а вальяжно расположились за кухонным столом. Рыжий что-то печатал лапой на невидимой клавиатуре прямо по клеенке, а Черный с укоризной смотрел на трясущегося Гришку.
- Ну и вот чего он добивается? - скрипучим человеческим басом спросил Черный. - У него по сюжету «запойная депрессия» еще на два сезона прописана. А он в «преодоление» решил сыграть.
- Инициатива, - буркнул Рыжий, не отрываясь от скатерти. - Параметр «Воля» скакнул. Баг, наверное. Или рандом так выпал.
- Какой рандом? У нас сценаристы в отпуске, сейчас алгоритм на автопилоте сюжет генерит. Если он сейчас трезветь начнет, нам придется ему работу искать. А в Малых Пеньках из вакансий только пастух, и та занята дядей Васей.
Гришка зажмурился.
- Белочка, - прошептал он сухими губами. - Допился. Коты базарят.
- Сам ты белочка, - обиделся Черный. - Мы - техподдержка локального кластера. Слышь, юзер, ты давай, накати сто грамм и ложись спать. Утром проснешься, голова не болит, и снова за бутылку. Нормально же сидели.
- Не буду, - упрямо сказал Гришка, чувствуя, как холодный пот течет по спине. - Я жить хочу. По-нормальному.
Рыжий перестал стучать по столу и посмотрел на Гришку желтым, абсолютно не кошачьим глазом.
- «По-нормальному»… - передразнил он. - Ты хоть понимаешь, сколько ресурсов жрет твоё «по-нормальному»? Это нам сейчас надо тебе конфликт интересов прописывать, любовную линию вводить… А у нас в анклаве из женских персонажей только баба Нюра и продавщица Ленка, а у Ленки фигура, скажем так, на любителя.
Гришка схватил со стола кружку и швырнул в котов. Кружка пролетела сквозь Рыжего, не встретив сопротивления, и с грохотом разбилась о печку.
Коты исчезли. Просто выключились, как старый телевизор.
Гришка не спал до рассвета. А утром вышел на крыльцо и охренел.
Мир изменился.
У калитки, где много лет рос кривой, полудохлый куст сирени, теперь стояла новенькая, сверкающая краской беседка. Дед Митяй, проходивший мимо, был одет не в привычный ватник, а в яркую гавайскую рубашку.
- Здорово, Григорий! - гаркнул Митяй. - Как насчет в шахматишки сгонять? Я тут дебют новый выучил!
Гришка стоял, открыв рот. Дед Митяй не знал слова «дебют». Он знал только «наливай» и «рыба».
Это был патч. Пока Гришка «болел» ночью, Наблюдатели поняли, что сюжет свернул не туда, и за ночь пересобрали реальность вокруг него. Обновили декорации, подкрутили настройки НПС.
Но Гришка был упрямым. Он не стал играть в шахматы. Он завел свой старый «Иж» и поехал в райцентр. Ему нужно было выбраться из этого дурдома.
Мотоцикл ехал странно, как будто стоял на месте. Мотор не ревел, а гудел ровно, как пылесос. Мимо мелькали березы - абсолютно одинаковые, словно кто-то нажал Ctrl+C, Ctrl+V.
На выезде из района, на мосту через речку, Гришка увидел, что моста нет. Точнее, он был, но какой-то… мутный. Сквозь асфальт просвечивала вода.
Он вдавил газ.
«Иж» влетел в мутную зону. Удар был страшный. Гришка почувствовал, как металл сминает ему грудь, увидел вспышку боли и темноту.
«Ну вот и всё, - подумал он с облегчением. - Конец».
…Он открыл глаза от того, что в лицо светило солнце.
Гришка лежал у себя во дворе рядом с мотоциклом. Целый. Невредимый. Даже голова не болела.
«Иж» стоял на месте, целый, только чуть более ржавый, чем он помнил. Куста сирени не было. Беседки тоже не было. Была просто яма.
К забору подошел дед Митяй. В ватнике.
- Здорово, Гришка! - прошамкал он. - Слыхал, на реке-то сом…
Гришка заорал.
Он орал так, что вороны взлетели с проводов.
- Вы что, издеваетесь?! Я же умер! Я разбился на мосту! Где мост?! Где коты?!
Митяй посмотрел на него сочувственно.
- Перепил ты, паря. Белочка у тебя.
- Нет никакой белочки! - Гришка схватил деда за грудки. - Вы все ненастоящие! Это анклав! Я знаю, я слышал! Вы мне просто сохранение откатили!
К вечеру к дому Гришки подъехала "буханка" с красным крестом.
Из нее вышли двое. Крепкие, спокойные ребята в безупречно белых халатах. У них были добрые, усталые глаза и очень сильные руки.
- Григорий Павлович? - ласково спросил один, которого (судя по бейджику с очень четким шрифтом) звали «Модератор 1-й категории Сергеев». Вслух он представился как фельдшер Паша. - Что ж вы так шумите? Людей пугаете. Матрица какая-то, коты-программисты…
- Вы не понимаете! - Гришка пытался вырваться, но Паша держал его профессионально, не причиняя боли, но и не давая шевельнуться. - Я видел, как мир меняется! Я умер, а меня загрузили в ветку, где я выжил!
- Конечно, конечно, - кивал второй санитар, набирая что-то в шприц. - Это типичный пост-алкогольный психоз. Дереализация. Сейчас мы витаминчиков уколем, поедем в санаторий. Там хорошо, там люди интересные.
Укол был почти безболезненным. Мелкие глюки исчезли сразу. Мир стал плотным, тяжелым и убедительно реальным.
Пока его вели к машине, Гришка заметил на крыше дома рыжего кота. Кот подмигнул ему, лизнул лапу и демонстративно отвернулся.
В "санатории" (городской психиатрической больнице) Гришке понравилось.
Во-первых, стены здесь были твердые. Во-вторых, здесь было много народу.
В курилке он встретил странного парня в очках, который часами смотрел на трещину в асфальте.
Гришка подсел рядом, закурил.
- Знаешь, - тихо сказал очкарик, не поворачивая головы. - Эта трещина вчера была на два сантиметра левее.
Гришка замер. Посмотрел на парня. В глазах очкарика была та самая «искра». Живая, замученная, но настоящая.
- Я Гриша, - сказал он. - Я из Малых Пеньков.
- Алекс, - ответил парень. - Я из офисного центра в Сити. Слушай, у тебя в локации коты разговаривают? А то у меня голуби в основном, но они тупые, только курлыкают на бинарном.
Гришка улыбнулся впервые за неделю.
- Коты - это админы, - шепотом сказал он. - А санитары - модераторы. Главное - не ори про матрицу. Они тогда дозировку повышают.
- Я знаю, - кивнул Алекс. - Я здесь уже третий раз. Просто играю роль. «Сумасшедший в стадии ремиссии». Скучно, но зато общество приятное. Тут, в дурке, процент Живых самый высокий по региону. Нас сюда специально свозят, чтобы мы друг об друга сюжеты строили.
- И что делать будем? - спросил Гришка.
- Жить, - пожал плечами Алекс. - Развивать персонажа. Говорят, если очень постараться и выдать гениальный сюжетный твист, тебя могут перевести на сервер с магией и эльфами. Но это не точно. Может, просто байка для новичков.
Гришка затянулся, глядя на облака. Облака были подозрительно похожи на скопированные в "Фотошопе" куски ваты.
- Эльфы - это перебор, - сказал он. - А вот если бы они мне в деревню нормальную бабу с душой завезли… Я бы им такой романтический сюжет выдал, обрыдались бы.
- Попробуй, - подмигнул Алекс. - Запрос во Вселенную, все дела. Главное, делай это искренне. Они любят искренность.
Вечером Гришке приснился рыжий кот. Он сидел на папке с личным делом Гришки и ставил печать: «ОДОБРЕНО. ЖАНР: МЕЛОДРАМА С ЭЛЕМЕНТАМИ ПСИХОДЕЛИКИ».
Гришка спал и улыбался. Завтра будет интересный день. Сценарий уже написан.
Показать полностью
Минобороны предложило признать годными к службе людей с сифилисом, психозом и гипертонией
Министерство обороны России разработало проект поправок к «Положению о военно-врачебной экспертизе». Соответствующий документ опубликован на портале проектов нормативных правовых актов.
Авторы проекта, опираясь на «опыт массового освидетельствования военнослужащих в период проведения „специальной военной операции“» в пояснительной записке называют раздел положения «Расписание болезней» неточным и не соответствующим «современным подходам» и предлагают внести в него изменения.
Непризывная категория «В» («ограниченно годен») для призывников с первичным, вторичным и скрытым сифилисом в случае одобрения документа сменится на призывную «Б-4», которая предполагает, например, службу в качестве специалистов охраны боевых ракетных комплексов. Помимо этого, призывников с гипертонической болезнью первой стадии станут освидетельствовать по категории «Б-3» и отправить служить, к примеру, водителями бронемашин и ракетных пусковых установок. Сейчас с таким диагнозом дается освобождение от службы с категорией «В».
Минобороны также предлагает ужесточить условия медосвидетельствования для призывников с гипотиреозом субклиническим, псориазом, крапивницей, экземой. Сложнее будет покинуть армию мобилизованным и контрактникам «с умеренно выраженными, кратковременными эндогенными психозами, а также резко выраженными невротическими проблемами, связанные со стрессом и соматоформными расстройствами и расстройствами настроения». Такие бойцы будут получать категорию «В» вместо «Д» и оставаться в войсках.
Заключения военно-врачебной комиссии станут «специальными» для периода военного положения, военного времени и мобилизации. Заключения, вынесенные в этот период, будут действовать еще год с момента окончания указанных периодов (сейчас срок их действия — год с даты утверждения или до вынесения нового заключения). Будут добавлены критерии для оценки болезней и травм, полученных во время службы в добровольческих подразделениях, в том числе поражения радиоактивными веществами или укусы животных.
Для тех, кто прошел независимую военно-врачебную экспертизу, введут процедуру заочного медосвидетельствования. То же касается и лиц, исключенных из добровольческих формирований и не согласных с определенной им категорией годности.
Показать полностью
Навеяло волной1
"Среди дорожек к гробу
Немало хитрых троп.
Сегодня ты квадробер,
а завтра - ликантроп."
Шизофрения: взгляд изнутри
А давайте отправим нашего виртуального путешественника (Омниуса) прямо вглубь мозга пациента, страдающего шизофренией в обострении? А потом сразу в мозг страдающего болезнью Паркинсона. В чем связь? Сейчас узнаете
Омниус медленно открывал глаза, но на этот раз перед ним не было привычных горизонтов, лишь мерцающий полумрак, погруженный в бесконечные извивающиеся волокна и тончайшие структуры, окружающие его со всех сторон. Он оказался внутри нейрона. Скафандр мягко адаптировался к окружению, обеспечивая необходимую защиту от мельчайших токов и химических реакций, проносящихся вокруг.
Пространство вокруг было как живой город, где каждая мельчайшая деталь двигалась с ослепительной скоростью. Электрические импульсы, словно молнии, пробегали по длинным аксонам, разнося информацию, а вдоль дендритов, как живые корни дерева, распространялись химические сигналы.
И вот, перед ним появились дофаминовые рецепторы. Они выглядели как миниатюрные механизмы, встроенные в клеточную мембрану. Эти рецепторы, словно сложные ворота, открывались и закрывались в ответ на поступление молекул дофамина — нейромедиатора, который Омниус знал как одну из ключевых молекул, ответственных за удовольствие, мотивацию и контроль над движениями. Он с интересом наблюдал, как молекулы дофамина, словно ключи, вставляются в рецепторы, вызывая цепь реакций внутри клетки.
Вдруг Омниус почувствовал волнение. Он видел не только нормальную работу рецепторов, но и то, как всё начинает идти не так. Когда дофамина становилось слишком много, рецепторы теряли контроль, перегружая клетку сигналами. Это походило на сбой в сложной системе, где каждая ошибка усиливала следующую, превращая весь процесс в хаос. Это было похоже на то, как в мозге возникает шизофрения — чрезмерная активация дофаминовых рецепторов в лимбической системе приводит к искажениям восприятия реальности, галлюцинациям и паранойе.
"Всё здесь как балансирующий механизм", — подумал Омниус, — "Но когда контроль нарушен, система рушится, и разум становится пленником иллюзий". Он представил себе, как лекарства, нейролептики, блокируют часть этих рецепторов, успокаивая бурю, но при этом иногда подавляя и нормальные функции мозга, вызывая побочные эффекты, такие как заторможенность и снижение эмоциональных реакций.
Затем его внимание привлекла другая странная картина. Омниус наблюдал, как нейролептики, лекарства для лечения психозов, воздействовали на рецепторы. Они блокировали дофаминовые рецепторы, замедляя их работу. Омниус видел, как этот процесс постепенно снижал избыточную активность, успокаивал хаотичные сигналы, но с другой стороны, это создавало своеобразный "паралич" в некоторых частях мозга, вызывая нейролепсию — состояние заторможенности, апатии и мышечной жесткости, где человек, хоть и освобожден от галлюцинаций, теряет способность к нормальной жизни.
Далее он переместился в мозг другого пациента. В этом уголке биохимического лабиринта Омниус увидел, как дофаминовые сигналы начинают иссякать. Это уже другая крайность — болезнь Паркинсона. Омниус ощутил, как в ответ на нехватку дофамина моторная система мозга начинает давать сбои. Рецепторы, привыкшие к постоянному притоку нейромедиатора, оставались голодными, а нервные импульсы, управляющие движением, становились все более слабые. Это объясняло те дрожащие руки и замедленные движения, что наблюдаются у больных Паркинсоном.
"Так вот оно как," — подумал Омниус, стоя на границе разрушенных систем, — "Недостаток дофамина ведет к нарушению моторики, а его избыток — к искаженному восприятию реальности. Всё в мозге — это баланс, нарушить который так легко."
Прогуливаясь по лабиринту нейронов, Омниус понимал, насколько хрупкой и сложной является биохимия мозга. Малейший дисбаланс в системе, будь то из-за внешних или внутренних факторов, мог привести к катастрофическим последствиям. И каждая болезнь — будь то шизофрения, болезнь Паркинсона или нейролепсия — была лишь результатом смещения этого тонкого баланса.
Показать полностью
1
Опыт психоза
Хочу рассказать ро свой опыт психоза, это было много лет назад, но для меня отголоски слышны и сейчас, мне было 22 года и это был канун моего 23-го дня рождения. Я усиленно занималась спортом чтобы в очередной раз скинуть вес и привести себя в форму. Лишних кг особенно не наблюдалось, так что скоро начала усердно трудиться на набор формы. Я думала, что так точно сделаю себя лучше, но по итогу окончательно добила свою неврную систему. Интесивные тренировки и голодовки, которым диктовал мне следовать мой больной мозг требовали больше и больше усилий и полный отказ от еды. На тренировках мне стало становиться плохо от голода, я не хотела идти, но зачем-то шла. У меня нет обьяснений зачем я это делала, мне просто казалось так правильно. В конечном итоге меня стало рвать от стресса и физического переняпряжения и я все бросила, три месяца спустя я оказалась в психиатрической клинике на грани суицида и что самое страшное суицид собиралась совершить не я, а мой воспаленный мозг. Голоса в голове звучали все громче, осуждали, требовали и ненавидели. Я кричала много кричала, запершись в ванной и заткнув рот полотенцем, от крика мне разрывало легкие, а голоса приказывали себя убить. Как-то раз они не оставили мне шанса исказали сделать это немедленно в ванной, надо было разбить зеркало и зарезать себя. Такого ужаса я не испытывала никогда, словно кто-то хотел меня убить, вот здесь и сейчас, но это была не я, однако ЭТО было во мне. Как такое обьяснить здоровому человеку ума не приложу. Все что я тогда делала это сжалась дрожащим комком в углу ванной и молила этого не делать. Представьте себе умалять саму себя не убивать себя, звучит абсурдно, но это было так. Если говорить о восприятии голосов в психозе, то это самое сложное потому что это уже не я, хотя это и происходит в моей голове. Безусловно этому были предпосылки и в течение пары лет до, ненавящивые галлюцинации в виде теней, словно кто-то прошел рядом, нервозность, плаксивость списанная на усталость, мрачные мысли, которые я даже и не заметила как подкрались. Почему я этим делюсь сейчас, да потому что мне до сих пор страшно и больно, лечение длилось долго, лекаства, психотерапия и навсегда изменившая жизнь. Мне просто хотелось немного выговориться. Депрессия и психоз и галлюцинации, стали одним из самых страшных событий для меня, потому что в душе так и осталось ощущение, что собственный разум меня предал. С тех пор я всегда слежу за собой в психологическом плане, но какое-то базовое доверие к себе подорвано навсегда, кстати от стресса мне часто мерещаться тени и отражения в зеркалах меняются, будто бы я не я, лекарства принимаю регулярно, психотерапию прохожу. Но все это ненавижу, молодость провела на лекарствах и в страхе. Мне особо не с кем об этом поговорить кто пережил бы нечто похожее, будто белая ворона среди нормальных, поэтому написала пост. Мне давно хотелось хоть как-то поделиться этим, но я боялась.
Показать полностью
1
Немного о сладком
Хотел купить твикс. Как только к нему прикоснулся, сразу накрыло - страх, стук колёс, лицо женщины в форме, небо и земля меняют друг друга, холод, отчаяние, скорбь, памятник.
Та ну на хер. Купил сникерс.
Вопрос
у меня стоит диагноз f23.1, было 2 эпизода. могу ли я работать ветеринаром с таким диагнозом?