Дожил до рассвета
Люблю игру Until Dawn, а в Москве теперь аж два квеста по ее мотивам. Посетил пока один из них от Клаустрофобии. Точное название «Дожить до рассвета: эффект бабочки».
Собственно, главная механика эффекта бабочки, благодаря которой сюжет развивается по-разному, реализована довольно неплохо, хотя и не идеально. При этом любое решение здесь будет как бы правильным, то есть ошибиться нельзя, просто дальнейшее прохождение пойдет по-другому.
В целом охарактеризовать сюжет трудно, потому что он слишком вариативен, но это и круто. Можно проходить квест даже несколько раз, чтобы увидеть другие сюжетные повороты и попасть на другую концовку. Прямо как в игре.
Но в то же время у квеста есть определенный сценарий, за рамки которого он не может выйти, поэтому в какие-то моменты ваш выбор будет не совсем соответствовать той логике, которую вы ожидали.
Есть действительно крутая фишка, связанная со стелсом, когда буквально страшно дышать! Есть и много отсылок, например, тотемы.
Итог: реализовать такой сюжет довольно сложно, но организаторам удалось сделать это на крепкие 7 из 10. Фанатам игры, скорее всего, квест понравится меньше, чем сама игра, но оказаться в этой реальности в любом случае будет интересно.
Побежал в магазин
А у нас многолюдно у офиса, остановка, куча магазинов. Иду и наблюдаю такой перфоманс -
девочка лет 12 открывает мороженое, комкает упаковку и на ходу бросает её в бетонную мусорку у остановки. Комок стукается о бортик мусорки, отскакивает и падает на пол, к прочему мусору, которого вокруг урны в изобилии.
И вдруг случается чудо. Девочка тормозит, разворачивается, подбирает свою упаковку и со второй попытки все таки отправляет её точно в цель. Я приближаюсь и решаю её похвалить, ведь девочка ознательная и воспитанная, и такое надо поощрять.
Уже почти поравнявшись с ней, говорю громко - молодец, девочка, умница!
А она поворачивается, провожает меня взглядом и говорит
- Да пошёл ты нахуй, дядя!
Аутсорс, но не сериал
Пара слов об одноименном квесте в Москве, который открылся недавно.
Игровая «зона» довольно скромная по площади (во всяком случае, по сравнению с современными перформансами) и в целом выглядит сдержанно в плане деталей, но в контексте сюжета это полностью оправданно.
Здесь мы в роли подозреваемых, которых допрашивают. Собственно, главная фишка игры — психологическое давление со стороны актеров. То есть страх создается не за счет скримеров или других пугалок, а за счет того, что ты реально начинаешь верить эти зверюгам. Ну и развитие событий, соответственно, зависит от того, что ты им скажешь.
Перформанс точно не для новичков. Тут не просто игра, а целая история, в которую надо погружаться и которую надо пропускать через себя. Даже опытные игроки могут в определенный момент растеряться. В целом не самая аутентичная, но вполне интересная адаптация сериала.
Олимпийский огонь из консервной банки
Олимпийский огонь штука, конечно, торжественная. Спортивный дух, мышцы, лавровые венки, страны, которые на две недели делают вид, что они не умеют воевать. Однако, случались и казусы.
В 1956 году Олимпийские игры проходили в Австралии. Эстафета этого года летела из Кэрнса в Мельбурн, все было торжественно и скучно до зубовного скрежета, пока олимпийский огонь не дополз до Сиднея. Тут-то спектакль и пошел вразнос.
Тридцать тысяч человек вышли на улицы города. Люди лезли на заборы, вытягивали шеи — древний рефлекс, не изменившийся со времен пещер. Покажи людям огонь, и они сбегутся стадом. Репортеры готовили камеры, муниципальная торжественность пригладила волосы и затянула галстуки. Мэр Сиднея Пэт Хиллс должен был принять огонь от факелоносца, сказать правильные слова и передать пламя дальше.
И вот появляется бегун. Бежит уверенно. Факел поднят. Толпа ревёт. Бегун добегает до ратуши. Передаёт факел мэру. И исчезает.
Мэр Сиднея, торжественно потрясая факелом готовится произносить пламенную речь. Но тут один из организаторов эстафеты присмотрелся, чем именно сейчас торжественно потрясает мэр.
А потрясал он, друзья, не священной реликвией. В руках у него оказалась обыкновенная ножка стула, выкрашенная для достоверности серебристой краской. Сверху к ножке была наспех прибита пустая банка из-под рождественского пудинга. А в самой банке олимпийским огнем пылали трусы, щедро пропитанные керосином.
Авторами этого перформанса оказались не панки, не политические активисты и не какие-нибудь анархисты, а простые студенты ветеринарного университета. Логика у них была железная. Современную эстафету олимпийского огня придумали для Берлинской Олимпиады 1936 года. Да, той самой. А раз церемонию придумали нацисты, значит, уважения она не заслуживает, зато заслуживает хорошего пинка в виде фарса. Запретить эстафету студенты не могли, зато могли ее высмеять так, чтобы запомнили на семьдесят лет вперед. Что, собственно, и удалось.
Шутка, впрочем, набрала обороты быстрее, чем рассчитывали сами авторы. Вокруг Барри Ларкина — счастливчика, которому по жребию выпала честь всучить мэру горящие подштанники, — начала стягиваться полиция. Не с цветами, а с явным намерением выяснить, кого тут арестовать.
Впрочем, мэр оказался не бездушным функционером, а человеком с хорошим чувством юмора. Сцену он доиграл с каменным лицом, а затем как ни в чем не бывало дождался настоящего олимпийского огня и продолжил церемонию.
Барри Ларкин же вышел из этой истории сухим из воды. У него, по счастью, нашелся друг среди организаторов, а дружба с нужными людьми, как известно, решает любые вопросы. Поэтому он не только избежал наказания, но и на следующий день получил всеобщее одобрение в колледже. Ректор лично похвалил студента перед всем факультетом, а на экзамене аудитория встретила Ларкина овациями, как героя, вернувшегося с золотой олимпийской медалью. Занавес, бис, цветы.
Экзамен, кстати, Барри Ларкин провалил. Потому что трудно, друзья, в один день успешно вписать свое имя в историю Олимпийских игр, и изучать ветеринарное дело. Слава и зачетка — вещи, увы, несовместимые.




