Кратко: В Брянске безнадзорных лошадей начали отвозить на специальную площадку, содержание на которой стоит владельцу 1200 рублей в сутки.

В Брянске лошади гуляют по улицам, выходят на дороги, портят газоны и иногда заглядывают в мусорные контейнеры. Власти решили, что свободный выпас по городу пора заканчивать.Теперь коня могут забрать на специальную площадку: ветеринарный осмотр, карантин, загон. Чтобы вернуть животное, хозяину придётся доказать, что конь его, оплатить перевозку и по 1200 рублей за каждый день содержания.

То есть система почти автомобильная.

В Брянске теперь и с лошадью главное — не ошибиться с парковкойИсточники:

Источники:
1. https://bryansktoday.ru/article/273934
2. https://bga32.ru/2026/10/22/koni-gulyayut-gorod-ne-zevaet-ot...

Очередной притон устаревших технологий ликвидировали сотрудники нейрополиции в Подмосковье.

В подпольном помещении, замаскированном под обычный офис, группа подозреваемых на протяжении нескольких месяцев занималась написанием программного кода вручную — без использования больших языковых моделей, современных ИИ-агентов и других достижений прогрессивной цифровизации.

По предварительным данным, злоумышленники самостоятельно набирали каждую строчку кода, тратили часы на отладку и, по оперативной информации, даже пытались осмысливать архитектуру критически важных систем. Особую тревогу у правоохранителей вызвал тот факт, что некоторые из задержанных могли самостоятельно принимать технические решения, не согласовывая их с нейросетью.

В ходе обыска сотрудники изъяли клавиатуры со следами интенсивной эксплуатации, несколько мониторов с открытыми текстовыми редакторами, а также подозрительные бумажные записи. На одном из экранов оперативники обнаружили функцию, написанную человеком с нуля. Сейчас специалисты устанавливают, почему автор не поручил эту задачу искусственному интеллекту.

По версии следствия, подобная практика могла создавать прямую угрозу общественной безопасности. Ведь в условиях стремительного развития нейросетей ручное программирование не только замедляет цифровую трансформацию, но и создаёт опасный прецедент: человек начинает считать себя способным самостоятельно контролировать программные системы.

Особое внимание силовиков привлекли показания одного из задержанных. Мужчина заявил, что писал код вручную, поскольку хотел понимать, как именно работает критическая инфраструктура. Эти слова сейчас проверяются на предмет наличия признаков цифрового экстремизма, профессиональной деформации и подозрительной привязанности к устаревшим инженерным практикам.

В нейрополиции подчёркивают: никто не запрещает гражданам использовать собственный интеллект в личных целях. Однако попытки применять его вместо современных языковых моделей требуют регистрации и лицензирования со стороны компетентных органов. В настоящее время устанавливается, действовала ли группа в одиночку или за ней стоит целая сеть подпольных программистских ячеек, продолжающих распространять опасные идеи о необходимости разбираться в чужом коде, писать архитектуру и документацию и понимать алгоритмы. Не исключено, что в ближайшее время оперативники выйдут на организаторов международного движения за ручную разработку программного обеспечения.

Виталик был электриком шестого разряда. По крайней мере, так было написано в его трудовой книжке. В жизни он предпочитал разряды покрепче, а электричество уважал исключительно за то, что оно иногда позволяло бесплатно вскипятить чайник в чужом подъезде.

Жил Виталик в городе Васюки, в двухкомнатной квартире, где одна комната принадлежала ему, вторая — бывшей жене, а коридор — всем его жизненным ошибкам одновременно. Белочек он собирал уже лет десять. Не тех, которые с хвостом и орешками. Этих Виталик уважал, но близко к себе не подпускал: слишком уж они были трезвые. Его белочки появлялись после определённого количества жизненных обстоятельств и отличались богатым внутренним миром. Первая, по имени Люся, была бухгалтером и требовала предъявить чеки. Вторая, Эдуард Карлович, носила пенсне и постоянно интересовалась курсом швейцарского франка. Третья называлась Вальдемар. Он был немец, хотя говорил исключительно по-русски, с лёгким одесским акцентом, и считал себя последним представителем прусской электротехнической школы.

— Виталик, — говорил Вальдемар, сидя на холодильнике,
— вы человек талантливый, но совершенно не умеете распоряжаться потенциалом.
— Каким ещё потенциалом?
— Электрическим, разумеется. Вы же электрик.
— Я ещё и сантехнику могу.
— Не смешите меня. Сантехника — это когда вода течёт. А у вас, насколько я понимаю, течёт исключительно жизненная концепция.

В тот четверг Виталик проснулся с твёрдым намерением изменить свою судьбу. Он умылся, надел чистую рубашку и отправился в городской Дом культуры, где проходил международный форум «Москва — Васюки: перспективы энергетического величия».

Форум организовал местный предприниматель Семён Борисович, торговавший кабелем, подержанными холодильниками и надеждой на скорое вступление Васюков в Европейский союз. Виталик был приглашён в качестве эксперта. Почему именно его — никто толком не знал. Сам Семён Борисович объяснял это просто:

— У человека шестой разряд. А у меня знакомый седьмой, но он в командировке.
На входе Виталика встретила секретарша.
— Ваша фамилия?
— Электриков.
— Это профессия.
— Сегодня — да.

Она вздохнула и выдала ему бейдж: «Виталий. Энергетическая безопасность».
Виталик прикрепил бейдж к рубашке и немедленно почувствовал, что стал человеком государственного масштаба. В зале уже сидели участники форума. На сцене стоял стол, покрытый красной скатертью, три микрофона и бутылка минеральной воды, которую Семён Борисович предусмотрительно поставил перед собой.

— Уважаемые господа! — начал он.
— Сегодня мы решим главный вопрос современности: как превратить Васюки в энергетическую столицу мира.
— А Москву куда? — спросил кто-то из зала.
Семён Борисович не растерялся.
— Москву оставим культурной столицей.
— А Петербург?
— Морской.
— Но он и так морской.
— Вот видите, как всё удачно распределяется!

Виталик сидел в первом ряду и записывал в блокнот. Записи были важные: «Столица», «Кабель», «Не забыть Люсе триста рублей». Вдруг рядом с ним возник Вальдемар. На этот раз он был одет в смокинг и держал под мышкой папку.
— Виталик, я полагаю, настало время заявить о себе.
— Ты чего такой нарядный?
— Я представляю немецкий капитал.
— А где взял?
— Не ваше дело. Капитал не спрашивает, откуда он пришёл. Он спрашивает, куда его вложить.
— А у нас вкладывать некуда.
— Вот именно. Поэтому мы и пришли.

Вальдемар поправил воображаемый галстук и направился к сцене.

— Господа! — произнёс он, взяв микрофон. — Позвольте представить вам революционную концепцию энергетического развития.

Семён Борисович насторожился.
— Вы кто?
— Вальдемар.
— Фамилия?
— Пока коммерческая тайна.
— Откуда вы?
— Из Германии.
— Из какой?
— Из той, где умеют считать.

В зале одобрительно зашумели. В Васюках уважали иностранцев, особенно если они не требовали предоплаты.
— Наша программа, — продолжал Вальдемар, — предусматривает строительство крупнейшей в мире электростанции.
— На чём? — спросил инженер из районной администрации.
— На энтузиазме.
— А если энтузиазм закончится?
— Перейдём на резервное питание.
— Какое?
— Водку.

В зале наступила тишина. Семён Борисович медленно поднялся.
— Господин Вальдемар, вы серьёзно?
— Абсолютно. У нас в Германии давно изучают альтернативные источники энергии.
— Водку?
— Не перебивайте. Водка — это не топливо. Это социальный катализатор.
— А коньяк?

Вальдемар задумался.
— Коньяк — это когда катализатор уже отработал, а процесс продолжается.

В этот момент Виталик понял, что перед ним настоящий учёный.
После доклада форум переместился в ресторан «Нью-Васюки», где участникам предложили обсудить услышанное в неформальной обстановке.

Официант поставил на стол бутылку коньяка. Семён Борисович поднял бокал:
— Господин Вальдемар, какой коньяк вы предпочитаете?

Вальдемар посмотрел на бутылку с профессиональным презрением.
— Из коньяков я предпочитаю водку.
— Но это же совершенно разные напитки!
— Вот поэтому я и предпочитаю водку. В ней хотя бы не приходится искать коньяк.

Семён Борисович задумался.

— Знаете, Виталик, а ваш немец мне нравится.
— Это не мой немец. Это международный специалист.
— А сколько он стоит?
— В зависимости от курса.
— Какого курса?
— Жизненного, Семён Борисович. Жизненного.

К полуночи международный форум достиг небывалых высот. Было решено построить в Васюках электростанцию, аэропорт, три гостиницы и один памятник неизвестному инвестору. Виталик подписал предварительный договор на поставку кабеля. Вальдемар выступил с речью о духовной составляющей энергетики. Эдуард Карлович проверил смету и обнаружил, что на памятник выделено больше, чем на саму электростанцию.

— Это нормально, — объяснил Семён Борисович. — Памятник останется, а электричество могут отключить.

К трём часам ночи Виталик вернулся домой. На кухне его ждала Люся с калькулятором.

— Так, Виталик. Где деньги?
— Какие?
— Которые ты вчера занимал.
— Я вчера занимал не деньги. Я занимал стратегическую позицию.
— В размере трёх тысяч рублей?
— Стратегия требует жертв.

Люся постучала карандашом по столу.
— А кто такой Вальдемар?
— Немецкий инвестор.
— Почему он сидит в холодильнике?

Виталик посмотрел на холодильник. Вальдемар действительно сидел внутри, в смокинге, и читал газету.
— Здесь прохладно, — объяснил он. — А международный капитал любит стабильность.

Люся закрыла блокнот.
— Виталик, я вызываю врача.
— Не надо врача! — возмутился Вальдемар. — Вы вызывайте аудитора! У нас тут масштабный проект!

Люся набрала номер. Виталик сел на табуретку и устало спросил:
— Вальдемар, скажи мне честно: мы когда-нибудь станем богатыми?

Немец сложил газету, посмотрел на него поверх пенсне и ответил:
— Виталик, богатство — это состояние души.
— А деньги?
— Деньги — это состояние чужой души, которое почему-то постоянно требуется оплачивать.

Виталик задумался.
— Значит, я духовно богатый?
— Безусловно.
— А почему тогда холодильник пустой?

Вальдемар развёл руками.
— Потому что, мой дорогой друг, духовное богатство не облагается налогом. Но и в магазин с ним не ходят.

За окном начинало светать. Где-то вдалеке первый трамвай звякнул на повороте. Виталик снял бейдж «Энергетическая безопасность», положил его на стол и посмотрел на холодильник.
— Ладно, Вальдемар. Завтра начнём новую жизнь.
— Прекрасно! — оживился немец. — С чего начнём?
— С электричества. У меня в ванной лампочка перегорела.

Вальдемар помрачнел.
— Виталик, мы же договорились: никаких мелких проектов. Мы строим энергетическую империю!
— А лампочка?
— Пусть пока горит воображение.

И тут Виталик впервые за весь вечер засмеялся. Потому что воображение у него действительно горело.

А вот лампочка — нет.