Как техасский пиарщик устроил лобовое столкновение двух поездов ради веселья, случайно взорвал котлы и стал героем компании
В конце XIX века маркетологам жилось непросто: таргетированной рекламы не существовало, а разбалованная публика требовала хлеба и зрелищ. Но пассажирский агент железнодорожной компании Missouri-Kansas-Texas Railroad (известной как «Katy») по имени Уильям Джордж Краш придумал гениальный ход.
Он рассудил: на что человек готов смотреть вечно? На огонь, воду и на то, как на полной скорости вдребезги расшибаются два многотонных состава.
Краш предложил руководству не списывать старые паровозы в утиль, а устроить их показательное лобовое столкновение в чистом поле. Боссы почесали затылки, прикинули потенциальные доходы от продажи билетов на поездку к месту крушения и сказали: «Делай».
Город из ничего ради одного эффектного кадра
Шоу назначили на 15 сентября 1896 года. Место выбрали в Техасе, в 20 километрах к северу от города Уэйко — там рельеф образовывал естественный амфитеатр. Буквально за пару недель в голой степи построили целый временный город, скромно названный в честь организатора — Краш (Crush).
Подготовились с техасским размахом:
Проложили четыре километра специальных путей и стрелок;
Натянули гигантские цирковые шатры, привезли тонны еды и установили десятки бочек с бесплатным лимонадом;
Смонтировали две трибуны и наняли две сотни полицейских для поддержания порядка;
Билеты на поезд туда-обратно из любой точки штата продавали по бросовой цене — всего за 3,5 доллара.
Организаторы рассчитывали собрать тысяч двадцать зевак. Но в день «икс» степь буквально захлебнулась людьми. На место набилось больше 40 тысяч человек. На один день несуществующий городок Краш стал вторым по численности населения мегаполисом всего штата Техас.
Народ пил пиво, слушал духовые оркестры и с нетерпением ждал грандиозного погрома.
Яркий грим для смертников
В качестве гладиаторов выступали два ветерана железнодорожных путей — списанные 35-тонные локомотивы. Чтобы публика на трибунах могла азартно болеть и делать ставки, паровозы выкрасили в яркие цвета: один стал ярко-зеленым с красными полосами, второй — ослепительно-красным с зелеными.
Перед запуском поезда состыковали бамперами на финишной точке, чтобы фотографы успели сделать памятные снимки, а потом развели их в противоположные стороны ровно на полтора мили (около 2,5 км).
Уильям Краш, гарцуя на белом коне посреди поля в белой шляпе, лично проинструктировал машинистов. Задача у тех была нехитрая, но нервная: открыть дроссели на максимум, дать локомотивам набрать ход и выпрыгнуть из кабин в траву, пока скорость не превысила критическую.
Кстати, инженеры компании перед шоу задали руководству вполне логичный вопрос: а не рванут ли паровые котлы от чудовищного удара?
Штатные специалисты «Katy» авторитетно заверили совет директоров, что физика работает иначе: котлы, мол, смонтированы из сверхпрочной стали, при лобовом ударе они просто сомнутся в гармошку или отлетят вверх. Опасности для зрителей, стоявших в паре сотен метров за натянутыми канатами, якобы не было вообще.
Когда пар решает спорить с маркетологами
В пять часов вечера Уильям Краш эффектно взмахнул белой шляпой, толпа взревела, а механики в кабинах рванули рычаги. Составы, нагруженные старыми вагонами с балластом, тронулись навстречу друг другу.
Машинисты честно посчитали обороты колес, разогнали чудовищ до 70 км/ч и кубарем покатились в придорожные кусты. Локомотивы остались один на один. Под рев сорокатысячной толпы они неслись навстречу судьбе, извергая клубы черного дыма.
Столкновение произошло с филигранной точностью ровно в намеченной точке. Суммарная скорость схождения превышала 140 км/ч.
Раздался оглушительный скрежет рвущегося металла, передние вагоны встали на дыбы, превращаясь в щепки... и в ту же секунду теория инженеров разлетелась в прах. От колоссального импульса котлы обоих локомотивов сдетонировали одновременно.
Обломки раскаленного железа размером от заклепок до полутонных фрагментов обшивки взмыли в небо и дождем посыпались прямо на ликующую публику. Зрители даже не сразу поняли, что происходит: гигантский шрапнельный заряд накрыл трибуны. Один из тяжелых стальных болтов выбил глаз официальному фотографу мероприятия Джарвису Дину. Кусок тормозной тяги прилетел за сотни метров и смертельно ранил зрителя, сидевшего на дереве. Всего при взрыве погибло два (по некоторым источникам — три) человека, а десятки получили тяжелые ожоги и ранения.
Уволить вечером, повысить утром
Началась неописуемая паника. Люди бросились врассыпную, топча пивные палатки и лимонадные стойки. Впрочем, как только дым немного рассеялся, техасцы вернулись к месту катастрофы: публика с азартом принялась разбирать еще горячие обломки на сувениры — утаскивали всё, от разбитых манометров до щепок обшивки.
Уильяма Краша уволили тем же вечером. Руководство железной дороги пребывало в ужасе: скандал, жертвы, репутационная катастрофа и неминуемые иски.
Однако к утру следующего дня финансисты свели дебет с кредитом. Выяснилось, что билеты, проданные на поезда, принесли компании космическую прибыль. Газеты по всей стране вышли с первыми полосами о «Столкновении века», сделав железную дорогу «Katy» самым узнаваемым брендом США. Пострадавшим тихо выплатили щедрые компенсации (фотограф Дин, например, получил 10 000 долларов и пожизненный бесплатный проездной), а исков о закрытии дороги никто даже не подал.
Осознав масштаб рекламного триумфа, совет директоров восстановил Уильяма Краша в должности уже на следующий день. Пиарщик продолжил руководить маркетингом компании и благополучно проработал в ней почти до самой смерти, отдав железной дороге 57 лет жизни.




