Думаю боль в спине и нервы рука об руку идут. Поэтому нужно специальное питание, способное компенсировать слабую нервную систему. И лично я подозреваю именно поэтому врач кореянка от вас и шарахнулась. Одно дело лечить здоровое тело, другое с нервными расстройствами. Врачи сразу не любят за такое браться.
Большие перемены в моей жизни начались с тренажёрного зала. Помню, тогда я записалась в частную клинику к одной кореянке, где было много тренажёров. И вот эта самая врач даёт мне почти стопроцентную гарантию: "Мы вас полностью вылечим. Вы у нас будете как новый человек".
Конечно же, услышав такой хороший прогноз, мы с бабушкой направили деньги в эту клинику, и я приступила к лечению. Но, к моему большому удивлению, лечения не было совсем — это была подстава. Никто за мной не смотрел и даже не интересовался тем, что я делаю. Меня просто положили на кровать и сказали: "Со всей силы тяни тренажёры на себя". Ну я и потянула. Сидеть мне запрещали, говорили, что там надо только лежать, поэтому домой на такси я приезжала лёжа.
— Мы ей восстановим весь позвоночник, и всё будет хорошо! — обещала эта врач-кореянка.
Так прошла где-то неделя, пока не выяснилось, что приезжать домой мне стало невыносимо больно. От большой нагрузки у меня начало сильно болеть плечо, и врач сказала, что если есть какие-то нежелательные последствия, то пусть она у вас дома занимается сама. Таким образом, чтобы не нести за меня ответственность, частная клиника просто выкинула меня на улицу, предварительно забрав все деньги. Однако, как бы это ни звучало ужасно, но в тот момент мне на деньги было вообще наплевать.
— Всё, я больше не встану с этой кровати! Я умираю от этой боли, которая не даёт мне пошевелиться! — Так после тренировок вместо здорового питания в мою жизнь пришли горы обезболивающих и "Немесила". Где-то по две-три пачки в день я пила без остановки, а смысл в жизни терялся всё больше.
— Раньше я хоть передвигаться могла, а сейчас я даже не человек, а просто оболочка, которую выбросили умирать! — про себя плакала я из-за того, что со мной совершили эти врачи.
Несколько раз на улице бабушка ещё встречала ту самую кореянку, которая всё это затеяла, но та твёрдо отвечала, что заниматься со мной она больше не будет. Так мы поняли, что эта дверь навсегда закрылась, оставив позади себя единственную надежду на моё исцеление. И казалось, что мне было мало крушения моих надежд в больнице, так ещё и дал о себе знать весь выпитый мной "Немесил" и все анальгетики. За какие-то полгода мой желудок превратился в настоящее месиво, из которого постоянно вытекала кровь. К тому времени я уже не могла ни пить, ни есть, потому что у меня внутри всё горело. Даже глоток чая вызывал рвоту и новое кровотечение из желудка. Так продолжалось до тех пор, пока приступ не превратился в постоянный, не прекращающийся. Тогда меня ночью в срочном порядке доставили в реанимацию.
Машина скорой помощи приехала, а я осталась ждать на улице. Помню, всё было как во сне, и мне уже было всё равно на врачей; со стороны казалось, что я умираю.
И желудок, и горло всё горело, и остановить кровь было невозможно. Я помню, как уснула в таком состоянии, несмотря на всю боль внутри, а потом, когда очнулась, уже видела кучу врачей вокруг.
— Я что, умерла? — подумала я тогда сама про себя. Да и крови больше вокруг не было, а я просто лежала на кровати.
— Не двигайтесь! — что-то кричали мне над головой, а я ничего не понимала. Что там вообще происходит?
Через какое-то время я узнала, что кровь им всё-таки остановить удалось, и вроде как стало легче. Желудок перестал гореть, и мне стало дышать спокойнее.
Я тогда не думала ни о спасении жизни, ни о чём. Просто чувствовала, что время остановилось.
— Тут спокойно и хорошо, как в раю! Больница стала тем местом, где я родилась заново, причём во всех смыслах этого слова. Одиночество помогло мне справиться со всеми напастями. Но больше всех волновалась бабушка, которая всё это время искала мой телефон, потому что ей казалось, что мы его потеряли в больнице. Но в день выписки она торжественно принесла мне его и сказала: «Вот держи, я знаю, как ты его любишь».
Мы сели в машину, и я навсегда попрощалась с больницей. В тот момент мне хотелось навсегда забыть тот страх, который я испытала, хотя врачи считали обратное. Они говорили, что диагноз этот постоянный и что меньше чем через год я к ним вернусь.
Дома меня ждало испытание не легче, чем у всех этих врачей. На меня напала паника, я боялась есть. Так даже обычный глоток чая в моих глазах становился злейшим врагом. Никакого больше солёного, жареного, никаких газированных напитков, да и вообще ничего. Я просто хотела лежать и смотреть телевизор, и чтобы время остановилось. Признаться честно, тот момент мне казался вечностью, но со временем я взяла себя в руки. Так, в одиночку, я по-новому сделала перестановку в своей комнате, убрала телевизор и компьютер. Со временем страх прошёл, да и мы закупили целую кучу кровоостанавливающих средств в аптеке, а я сказала, что лучше умру, но в больницу не вернусь и весь этот ужас не испытаю.
Даже не знаю, произошло ли в тот день чудо или нет, но я точно знала, что моя старая жизнь закончилась именно тогда, в больнице, в реанимации. Мне как будто было необходимо утонуть в крови под всеми этими приборами и капельницами, чтобы всё плохое смылось с меня такой ценой.
