Через границу — пешком

…На обычной городской маршрутке я подъехал к мосту, разделяющему две страны: Узбекистан и Афганистан. С остатками недоеденной узбекской лепёшки в одной руке и пластиковой бутылкой с чаем во второй (водитель маршрутки отдал мне жидкую часть своего завтрака) двинулся в сторону границы. Не успел сделать и двух шагов, как ко мне подъехал таксист-частник. «В Афганистан? — спросил он. — Садись, подвезу». Должен заметить, что слова водителя звучали непривычно. Я находился, по всем внешним признакам на «советской земле», и то, что где-то рядом, метров через триста, есть страна Афганистан, звучало как-то сказочно и несбыточно, как будто Афганистан — это некий ресторан, или кинотеатр за углом. Я, конечно, отказался: «Какое ещё такси для нищих?» Водитель, узнав, что «клиент» без копейки, предложил подвезти задаром. Я сел в машину, а через сто метров, у ворот пограничного пункта, он меня высадил: дальше — только с визой. Жаждущих экзотики в этот день не было, поэтому таможенные и пограничные формальности не заняли много времени.

С рюкзаком за спиной и паспортом в руках, я пошёл вперёд, всё ещё не веря, что через несколько минут окажусь в Афганистане. Впервые в жизни мне предстояло пересечь государственную границу пешком. Подойдя к мосту, увидел нескольких мужчин в военной форме. Узбеки или афганцы? Оказалось, узбеки. Спросили, — прошёл ли я таможню. Ответил, что прошёл и задал встречный вопрос: «Отрезают ли русским в Афганистане голову?» — «Да нет, что ты… — ответили они. — Все уехавшие благополучно возвращаются обратно». — «Ну, они с головой возвращаются, или без?» — спросил я. Узбеки на секунду замолкли, а потом долго смеялись.

На той стороне моста меня встретили двое афганцев с одним автоматом. Я показал им трезубую обложку паспорта, а они указали на будку, в которой мне должны были поставить штамп. Таможни не было. Проштамповав «въезд», ступил на афганскую землю. Шёл по городу Хайратан, смотрел на людей в экзотической одежде и привыкал к мысли, что не это сон.

Котэ-Санги, район Кабула (где происходили события)

«Кого задержали?» — «Шурави!»

…Прошло около недели с момента пересечения границы Афганистана. Немного привык к окружающей обстановке, меня уже не удивляло то, что в Кабуле через каждые 50 метров расположены посты военизированной полиции, которые могут иногда попросить предъявить документы для проверки.

В один прекрасный афганский вечер я вышел из мехмунсарая, в котором жил (заведение, где днём едят, а ночью спят. — Прим. авт.), чтобы купить что-то недорогое на ужин. Вокруг «гостиницы» (а проживал я традиционно в бедном районе) располагался рынок. Было уже темно. Полицейские ближайшего из постов остановили меня: обычные формальности. После стандартной проверки паспорта мне показали зна́ком, чтобы шёл в номер и ложился спать, район, мол, неспокойный. В ответ я указал на часы, на которых было всего лишь семь вечера, категорически отказываясь подчиняться столь нелепому требованию. Тогда один из полицейских, поймав такси, отвёз меня в участок, который находился неподалёку. В общем-то подобное случалось и раньше, так что опасений с моей стороны не было: на севере Афганистана к русским относятся дружелюбно.

Пройдя через ворота с военизированной охраной, я оказался в кабинете, где за письменным столом сидел некто в военной форме. «Кого задержали?» — «Шурави!» Некто пытался заговорить со мной, но я на фарси знаю столько же, сколько он по-русски, то есть не более десяти слов, поэтому беседы не вышло. Собравшаяся со всех углов «на представление» толпа людей в форме тоже была не сильна в языках: ни русского, ни английского толком никто не знал, лишь слово «шурави» (в переводе с фарси — «советский». — Прим. ред.) несколько раз звучало в их разговоре. Это всё, что я понял. На меня смотрели, как на инопланетянина, возможно, вернее будет другое сравнение: так смотрят на безобидного милого старичка, изнасиловавшего отару овец. Вскоре выход был найден: по телефону вызвали человека, который неплохо говорил по-русски. Прибывший боевой командир задал мне несколько вопросов. И хотя я отвечал на все вопросы правдиво, ему не верилось, что иностранец мог приехать в незнакомую далёкую страну в одиночку, поэтому казалось, что обманываю либо чего-то недоговариваю (видимо, не читал моих статей об африканских племенах в «Крымском времени»).

У меня изъяли фотоаппарат и, обыскав, посадили в машину, на которой повезли куда-то. По приезде в примерно такое же с виду военное учреждение, бородатый командир долго разговаривал с кем-то из военного начальства. В ходе беседы они задавали мне стандартные вопросы: о визе, цели визита и т.д., но я повторил, что приехал один, и никого из знакомых у меня здесь нет.

Видимо, не поверили. На той же машине меня опять куда-то повезли. Попутно (изучив за неделю психологию дружелюбных афганцев) пытался пристыдить бородача: «Как не стыдно, я турист, приехал в вашу страну как гость, а вы...»

«Отдельный номер» в… тюрьме

Вскоре машина заехала в ворота ещё одного учреждения подобного типа. Мы зашли в кабинет к очередному чиновнику (как выяснилось позднее, это был начальник тюрьмы). Доставивший меня бородатый что-то сказал безбородому, но, когда через несколько минут я очутился в одной из камер подвала этого здания, это стало для меня неожиданностью: уж такого никак не ожидал от дружественных северных афганцев.

В камере, рассчитанной на шестерых, кроме меня, находился ещё один «пациент» — старик из местных. К заключению он относился спокойно, как будто тут и родился, и даже пытался с улыбкой о чем-то говорить со мной. Но мне было не до разговоров. Я лёг на нары и ушёл в себя. Мне казалось, что вот-вот зайдет начальник тюрьмы либо бородач и скажет: «Мы пошутили, можешь идти...» Вскоре начальник тюрьмы действительно пришёл, чтобы... отвести старика в туалет. После чего процедура была выполнена и по отношению ко мне. Я лежал на нарах и смотрел в потолок. Вскоре начальник опять заявился. Он переселил двоих зеков из соседней камеры к старику, выделив мне таким образом «отдельный номер».

Вечерний рынок в районе Коте-Санги

Смирившись с участью заключенного, а также зная, что фотоаппарат в такое место пронести невозможно, я старался запомнить увиденное, чтобы позднее все описать. Итак, камера, в которой я находился, представляла собой помещение примерно полтора на три метра, в котором располагались одни двухъярусные нары. Скорее, это была не тюрьма, а КПЗ. Пол отделан светлым импортным кафелем, стены выкрашены в белый цвет. На нарах, сваренных из металлического уголка, лежали новые матрасы и подушки тёмно-синего цвета, без белья, и тёплые шерстяные одеяла. К слову, гостиницы у них выглядят намного хуже: в них грязнее, и спят на полу. Я имею в виду дешёвые мехмунсараи, предназначенные для местных, в одном из которых я проживал. Вверху, под потолком, находилось зарешёченное окошко, примерно 20 на 20 см, сквозь которое я увидел следующим утром солнечный луч. Такое же окошко, но без решётки — на двери. Единственное, что было для меня непривычно-пугающим: дверная ручка изнутри отсутствовала, и выключатель находился снаружи, таким образом, как я понял, всю ночь в камере будет гореть свет.

Засыпая, думал о том, что до конца действия визы — более двадцати дней, на самолет не опаздываю, поскольку обратного билета нет, следовательно, особо волноваться не о чем. Единственная проблема — придётся оплатить гостиничный номер в мехмунсарае, где находятся мои вещи: немного дороговато — пять баксов — для «камеры хранения».

«Проверив содержимое фотокамеры, задержанного отпустить»

Перед сном меня ещё раз посетил начальник тюрьмы. Он принёс обрезанную пластиковую бутылку, знаками объяснив, что это — «параша».

...Утром меня разбудил сторож. Через окошко в двери камеры он подал мне кусок чёрствого батона и чай. До того я не знал, что такое тюремная баланда. «Видимо, это она и есть», — размышлял, доедая принесённое.

На обед этот же старик охранник принёс мне небольшую тарелку риса и традиционный стакан чая. А в промежутке между трапезами меня вызывали наверх для допроса (или беседы). Посовещавшись на своем языке, вновь прибывшее начальство отправило задержанного обратно в камеру. «Это уже хуже», — думал я, лёжа на нижней полке нар и глядя в никуда.

...В четыре часа дня меня вновь пригласили в кабинет для допроса. Окончательное решение «суда» было таковым: «Проверив содержимое изъятой фотокамеры, задержанного отпустить», так как виза в порядке и нарушений закона не числится.

Меня усадили в машину и отвезли в Министерство иностранных дел, где некий человек должен был осуществить вышеуказанную проверку. Ответственного лица на месте не оказалось. Неконфискованные часы на моей руке показывали пять часов. Через два часа он появился; проверив всё, что положено, мне вернули конфискованное и благополучно отпустили. Один из работников учреждения подвез меня до гостиницы на казённой машине. В семь вечера я уже сидел в своём номере на полу, поскольку мебели в нем никогда не было. Прошло ровно 24 часа с момента задержания.

...Через два дня неподалёку от мехмунсарая в районе Котэ-Санги, где я по-прежнему проживал, повстречался бородатый командир, доставивший меня в «темницу». «Ну как, разобрался?» — спросил он. «Да», — ответил я. «А ты действительно один здесь и никто тебе не помогает?» — собеседник задал ещё один вопрос. «Только он», — ответил, подняв указательный палец к небу. Бородач, задумавшись, умолк.

Виктор Пинчук, писатель-путешественник (книги // VK)

Афганистан, кабул, 2008 год

Источник: Пинчук В. В. «Один день в афганской тюрьме» // Крымское время: газета. — 11.12.2008., № 137 (2669).

P.S. ОТ АВТОРА. Прошло много лет, но и теперь я вспоминаю этот короткий промежуток времени как представившуюся возможность отдохнуть: ни до, ни после, такой перспективы не было.

При этом в Афганистан практически не ездят туристы из западного мира. Как следствие, страна остается самобытной, с сохранившимся укладом жизни, традициями и старинными достопримечательностями. Мне захотелось увидеть все это своими глазами, и я решил ехать.

— А были вещи, которые вас отталкивали или настораживали?

— Смущали разве что прогнозы погоды (обещали жару) и процедура получения визы. В Беларуси сделать ее невозможно, для этого нужно ехать в другую страну. Я спланировал поездку так, что полетел из Минска в Дубай, сделал там небольшую остановку, получил визу и отправился дальше. При этом ее могли и не выдать — тогда бы весь отпуск пошел прахом. Однако я вычитал, что за небольшую плату визу в Афганистан могут оформить за несколько часов и в таком случае отказов практически не бывает. Я рискнул — и получил ее буквально за полтора часа, после чего спокойно продолжил путешествие.

Процент выдачи виз действительно очень высокий. Нужно лишь предоставить информацию о своем гиде, заранее позаботиться о приглашении от принимающей стороны и обязательно распечатать его. Как такового собеседования у меня не было, вопросов о том, как я отношусь к «Талибану», мне не задавали. Сотрудники просто посмотрели документы, и на этом все. Все были вежливы и обходительны, общались со мной на достаточно хорошем английском.

«В гостиничном номере был указатель на Мекку для намаза»

Спланировать поездку белорусу помог знакомый организатор туров, который свел его с гидом из Кабула. Тот сопровождал Игната на протяжении всего путешествия по Афганистану. Остановился белорус в гостинице, расположенной в самом центре города. Сложно представить, как может выглядеть отель в стране, которая еще недавно была практически закрыта для туристов, однако наш собеседник остался доволен.

— Простой интерьер, недорогой ремонт, но в целом это аккуратная и вполне комфортная гостиница, где предоставили все необходимое для жизни. Горячая вода, чистое постельное белье — все это было. Из особенностей — размещенный на потолке указатель на Каабу (мусульманская святыня в Мекке. — Прим. Onlíner). Он нужен для того, чтобы мусульманин знал, в какую сторону совершать намаз в номере. Также в комнате были коврик для молитвы и Коран. И это, пожалуй, единственное, что отличало гостиницу от типичных недорогих западных отелей.

Что касается интернета, Wi-Fi был медленный, но его раздавали свободно. Для переписок с друзьями и родными в мессенджерах и публикации фото в Instagram качества связи хватало. Немаловажно и то, что в гостинице хорошо кормили. Там был шведский стол, где подавали афганскую еду — нечто среднее между индийской и ближневосточной кухней. На завтрак готовили рис, мясо и овощи, тушенные в остром соусе. Было очень вкусно.

Дресс-код и попрошайки на улице

Чтобы чувствовать себя комфортно и не попасть в неприятную ситуацию, Игнату посоветовали придерживаться нескольких правил. Первое — не фотографировать афганских силовиков, военные объекты и посетителей одной из мечетей, расположенной в центре Кабула. С ними также запрещалось разговаривать — за этим следила местная охрана. Кроме того, чтобы не привлекать лишнего внимания, белорусу рекомендовали ходить по городу в местной одежде.

— Туристов в Афганистане очень мало, поэтому нам настоятельно советовали носить традиционную афганскую одежду: длинную рубашку ниже колена и свободные штаны. В ином случае ты оказываешься в центре внимания, и к тебе постоянно подходят нищие. Их в туристических районах очень много, и они ведут себя достаточно навязчиво. Это создавало определенные неудобства, когда я вечером выходил самостоятельно погулять по Кабулу.

— Как это происходит? Они хватают за руки?

— Нет, это не так, как в Индии, где тебя могут схватить за рукав. Некоторые просто навязчиво пытаются продать какую-то мелочь — например, чипсы или влажные салфетки, причем по завышенным по афганским меркам ценам. Слово «нет» на них не действует, и они могут идти за тобой квартал или два. Причем ведут себя так не только с иностранцами, но и с местными жителями.

«Таксист и гид рассказывали, что никогда не пробовали алкоголь»

Теперь расскажем о гастрономических впечатлениях. По наблюдениям белоруса, афганцы очень любят плов, жареное мясо и лепешки, которые подаются к любому приему пищи.

— Многие люди там традиционно едят не приборами, а руками. Отрывают кусочек и этой лепешкой берут плов, кусочек мяса. Есть ли в Кабуле стритфуд вроде шаурмы? Я уверен, что такой формат существует, но я, честно говоря, с ним не сталкивался. Зато лепешки у них активно продают вдоль дороги, и люди их активно покупают, причем сразу по 5—10 штук.

Если говорить о напитках, то в Афганистане обожают чай.

— Причем любят как зеленый, так и черный. Чай здесь пьют постоянно и с большим удовольствием, часто добавляя в него шафран. Эта приправа считается самой дорогой специей в мире, однако в Афганистане она стоит сравнительно дешево. Именно в таком виде чай подают в Кабуле. На втором месте по популярности — дох. Это самодельный йогурт, который смешивают с водой и добавляют специи. Готовят его по-разному в зависимости от региона, города и даже конкретного заведения. В хорошем ресторане для обеспеченных афганцев дох торжественно подадут в красивой чашке. Если же зайти в провинциальное кафе, напиток могут принести в уже бывшей в употреблении пластиковой бутылке из-под минералки или колы.

— А что по поводу алкоголя?

— Категорически нет. В Афганистане на данный момент это нечто несуществующее. И гид, и водитель, с которыми я путешествовал по стране, сказали, что никогда не пробовали алкоголь и даже не представляют, что это такое. Если, к примеру, в ОАЭ алкогольные напитки можно попробовать в некоторых ресторанах, то в Афганистане его просто не найти.

Игнат рассказывает, что в Кабуле хватает современных заведений и ему даже удалось побывать в Ziyafat — самом дорогом ресторане афганской столицы. За ужин он заплатил порядка $20.

— В ресторане обычно несколько залов: один — исключительно для женщин, другой — для мужчин, третий — для семейного отдыха. Еще одна особенность — в ресторанах не принято оставлять еду, ее обычно забирают с собой. Поужинав в Ziyafat, я забрал часть еды с собой. Пока я шел от ресторана до такси, меня остановили нищие и на пальцах пояснили, что хотят есть и просят поделиться. Я без проблем отдал. Видимо, они знают об этом и постоянно выжидают посетителей у ресторана.

«Афганцы носят традиционную одежду и едят сидя на полу»

Игнат уверяет, что агрессии по отношению к себе в Афганистане не ощущал. В чем-то, считает он, местные даже похожи на белорусов. Например, они часами сидят в телефонах.

— Афганцы — очень гостеприимные люди. Услышав, что я из Беларуси, они сразу говорили: «Какая это хорошая страна!» Правда, насколько они осведомлены про Беларусь, сказать сложно. Возможно, это просто вежливость. Но реагировали на меня приветливо, никаких косых взглядов я не замечал. Наоборот, обычные афганцы охотно идут на контакт, могут подойти на улице, пообщаться, угостить за свой счет или помочь. Один из местных даже предложил прийти к нему в гости.

Игнат отмечает, что почти все мужчины носят традиционную одежду, а едят чаще всего руками, сидя на полу. Когда наступает время намаза (трижды в день), все начинают молиться.

— Впечатляет, насколько они верующие люди. Совершать намаз несколько раз в день для них — это абсолютная норма. Мы, например, ехали куда-то с гидом, и он совершенно спокойно говорил, что ему нужно помолиться. После этого мы заезжали на заправку, где обычно есть небольшая мечеть или помещение для молитвы, он на 5—10 минут отлучался, и мы продолжали путь.

Особое впечатление произвели местные рынки.

— Это какое-то безумие: нереальные толпы людей, которые движутся в абсолютно хаотичном порядке. Купить там можно все — от сухофруктов до бытовой техники. При этом санитарные нормы, мягко говоря, почти не соблюдаются.

Еще одна особенность Кабула — сильные пробки по вечерам.

— Дорогу, на которую утром тратишь 15—20 минут, вечером можно преодолевать час и больше. Трафик очень плотный, на дорогах пыльно, и передвигаться по городу в вечернее время довольно некомфортно. Зато стоит выехать за пределы Кабула, как попадаешь на пустые дороги. Еще бросается в глаза огромное количество Toyota Corolla. Похоже, это самая популярная машина в стране: стоишь в пробке — вокруг почти одни Toyota. Военные же чаще используют Hummer, которые в большом количестве остались после ухода американских военных из страны.

— А много ли вооруженных мужчин вы встречали в Кабуле?

— Они есть, но это совершенно не шокирует. Это просто реальность, в которой сейчас живет столица.

— Во время путешествия вас досматривали на блокпостах и контрольных пунктах?

— Мы пересекали контрольные пункты на границе между провинциями и вроде бы при въезде в заповедник Банди-Амир. Досмотра не было. У нас проверили паспорта, заглянули в окно, и все. Я ни разу не выходил из машины на пунктах пропуска.

А что по ценам и обмену валюты?

• Такси (в радиусе 10—20 минут от отеля) — $1—2.

• Пицца — $7.

• Мороженое — $1,5.

• Половина болани (лепешка с начинкой) — $0,5—1.

• Получасовая прогулка на моторной лодке на озерах Банди-Амир — $40.

• Услуги гида, проживание в отеле, аренда машины и работа водителя — $1,5 тыс.

Обменять валюту в крупных афганских городах не составит труда. Местные деньги — афгани — можно купить сразу в аэропорту. Также валюту меняют в банках, официальных обменниках или у местных «валютчиков», которые работают прямо на оживленных улицах и рынках.

— Там это не является чем-то криминальным. Ты просто подходишь к нужному человеку, который сидит за столом, устеленным афганскими деньгами, и даешь деньги на обмен. Все это открыто, и такой формат максимально распространен..

Город с уничтоженными статуями Будды и множеством подбитой техники

За пять дней, которые Игнат провел в Афганистане, он успел посетить Кабул и Бамиан, а также съездил в провинцию Панджшер — посмотреть на горную природу страны.

Бамиан — это один из самых туристических городов страны. Здесь находятся остатки двух гигантских статуй Будды, которые взорвали в 2001 году в ходе военных столкновений. Рядом находятся голубые озера, окруженные скалами песчаного цвета. Неподалеку расположена Голгола («Город криков»). Это руины древнего города, которому около 4 тыс. лет. Его уничтожил Чингисхан в качестве мести за своего внука, убитого стрелой, выпущенной с крепостных стен.

Визуально каждое из этих мест красивое. Но от них не захватывает дух. Дух захватывает скорее именно от самого факта, что ты находишься в Афганистане.

Окрестности Кабула и Бамиана — это полупустынная природа: песок да камни. А в Панджшере очень много зелени и рек. Еще одна особенность этого региона заключается в том, что там в свое время проходили интенсивные боевые действия и сохранилось очень много подбитой техники. Ты просто едешь по дороге, и перед тобой стоят сбитые танки и бронетранспортеры. А в одном месте я увидел огромное поле, заставленное разбитой техникой.

Опасно ли туристам отдыхать в Афганистане?

Игнат не знает случаев, когда туристы попадали в чрезвычайные ситуации в Афганистане. В целом такие инциденты редки, однако за последние несколько лет произошло как минимум несколько случаев с участием иностранцев. Так, в 2024 году во время перестрелки в Бамиане смертельные ранения получили шесть человек, среди них трое граждан Испании. Годом ранее в результате дорожно-транспортного происшествия в провинции Баглан погибло четыре туриста.

«В Афганистане много бедных, но дорогие рестораны при этом заполнены людьми»

По поводу Афганистана у Игната сложилось двоякое впечатление: страну он называет достаточно бедной, при этом хватает здесь и богатых людей, которые могут позволить себе роскошные вечеринки.

— На мысли о финансовых проблемах страны наводит, кроме прочего, большое количество нищих. На этом фоне бросается в глаза множество ресторанов, которые по вечерам заполнены гостями. Так что обеспеченных афганцев хватает. Своей невероятной роскошью поражают и дворцы бракосочетания, где среди состоятельных людей принято отмечать свадьбы на 500 гостей. В центре Кабула от них просто рябит в глазах. Так что ситуация двоякая, — рассуждает белорус. — Страна как будто только начинает восстанавливаться после военных лет, там банально отстраивают разрушенные здания. Честно скажу, когда я летел в Кабул, ожидал увидеть дворец Амина в разрушенном состоянии, но его полностью восстановили.

«На два дня по всей стране пропало электричество»

Но самое запоминающееся приключение Игната — это когда власти на 48 часов отключили электричество во всей стране.

— Почему так случилось, никто не знает. Ходили слухи, что это часть реализации политики борьбы за нравственность, но звучит неправдоподобно. Однако именно это стало одним из самых ярких впечатлений от страны. Я возвращался из Бамиана, где смотрел озера Банди-Амир, и, когда вернулся в отель, просто не смог подключиться к интернету. Пообщавшись с гидом и сотрудниками отеля, понял, что по всей стране отключили связь, включая мобильную и интернет. Нельзя было даже включить телевизор.

Я был полностью отрезан от любой связи. Ощущалась легкая беспомощность.

Я не понимал, что мне делать: на следующий день нужно было возвращаться домой. Утром я с гидом поехал в аэропорт, и нам сказали, что все рейсы на ближайшие два дня отменены. Гид со свойственной всем афганцам гостеприимностью бесплатно помог мне найти связь. Он завез меня в посольство России (одна из двух миссий, работающих в Кабуле), где у входа меня встретили вооруженные бородатые ребята из «Талибана». Они ничего не понимали на русском, но потом позвали другого человека, который мог сносно изъясниться. В итоге они даже предложили мне свой стул и чай — такой приветливости от них я не ожидал. Я прождал под дверьми около часа, а затем мне разрешили посредством спутникового интернета по WhatsApp написать близким, что со мной все хорошо. К счастью, ближе к вечеру интернет все же появился, и я сразу начал искать возможность вылететь из Афганистана. Оказалось, что доступны были рейсы только местной авиакомпании, поднявшей цены в три-четыре раза. Я не стал торопиться, дождался следующего дня и забронировал рейс Flydubai.

«Подойдет тем, кто хочет новых ощущений». Кому стоит ехать в Афганистан

Игнат остался очень впечатлен поездкой и рекомендует этот маршрут тем, кто любит посещать весьма специфические места.

— Если кто-то готов столкнуться с небольшими трудностями (к ним я отношу не самое высокое качество отелей, специфическую еду и местами грязные улицы), я бы рекомендовал такую поездку и советовал съездить туда за новыми впечатлениями. Афганистан подойдет и тем, кто хочет увидеть абсолютно самобытную страну, практически не знакомую с туризмом, и интересуется этим регионом. Исламская культура полностью пронизывает жизнь местного населения. Но есть важный момент: путешествовать и передвигаться по стране нужно исключительно с гидом. Если иностранца видят рядом с афганцем, никаких вопросов не возникает. Да, несколько раз я ощущал дискомфорт, но серьезного беспокойства у меня не было.

На всю программу по Афганистану Игнат потратил около $2,5 тыс.: это перелет, неделя проживания, услуги гида и аренда авто. Сама страна недорогая: имея в кармане всего сотню долларов, там можно чувствовать себя очень комфортно.

— О чем говорить, если ужин в одном из лучших ресторанов Кабула обошелся мне всего в $20, — вспоминает белорус.

Onliner.by