serjmd

Отблагодарили меня как-то бутылкой Solera Reserva. Поскольку сам пью редко, оставил до приезда брата. Убрал и забыл.

Приезжает брат, я в шкаф - а нету. И вспомнить не могу куда сунул. Но особо переживать не стали, благо, магазин работает.

Проходит еще с полгода, на трассе договариваюсь встретить человека, который проездом завезет мне шаговый двигатель. Но поскольку денег не берет наотрез, надо хотя бы проставиться. Но внезапно выясняется, что на календаре 1 сентября и не продают. На всякий случай сую руку в шкаф и просто достаю эту бутылку! Не моя видать была.

Товарищ потом написал, что "соляра из резерва" всем понравилась.

Еще как-то привелось посидеть в компании, где пили Хеннеси ХО. Этикетка, правда, была наклеена криво, но это наверняка потому, что в ихних гейропах падает культура производства. Не могу представить других причин.

На следующий день рассказываю это на работе как анекдот и слышу от бухгалтера подтверждение, что, да, коньяк этот очень хороший. У нее муж с югов целую канистру привозил

Случилось как-то в Пермской тогда еще области идти по шпалам от станции Усьва до Шумихинского. Автобус ждать два часа не захотел, а по железке мне, неместному, почему-то тогда показалось ближе чем по дороге. Иду, время осень, вечер, птички поют, улыбаюсь.

Начинает темнеть, птички постепенно замолкают, мне как-то меньше весело.

Совсем стемнело, я совсем улыбаться перестал. Темно как у негра где. Но дорогу как-то чувствую, иду.

И слышу, по той стороне шпал кто-то со мной идет. Остановился - он стоит. Чувствую - там нет никого, дальше пошел - эта падла со мной! В темноте в лесу чувства обострились, но с той стороны явно никто не дышит, не шевелится. Я иду - он идет.

Потом уже дошло, что старые рассохшиеся шпалы, когда я наступаю на них с этой стороны, чуть бьют по противоположному рельсу. А я штаны не замарал, но саспенса полные карманы.

В поселок вышел одновременно с автобусом. Потом выяснилось, что по железке около двух километров плюс.

Пермский край, одноклассник Саша, в возрасте уже после армии сидит как-то дома. Время лето, родители собираются в сад. Саша, с нами пойдешь? Да не, я дома посижу.

Возвращаются домой - Саши дома нет. И наутро - нет. Ну, вроде парень взрослый, дело молодое. Так его и вечером нет. И на следующий день. И на следующий.

Все на панике, пишется уже заявление, начинаются поиски, опрос друзей и знакомых.

В самый разгар веселья родителям приходит телеграмма: "Доехал хорошо, пришлите документы. Саша". Телеграмма приходит из Улан-Уде.

Я вот хер его знает, как он в 91-м умудрился на поезде проехать через всю страну, но в местном пионерлагере он познакомился с одной из вожатых. Которая, я так понял, училась в Пермском педе, и летом, поработав в лагере отправилась домой.

Счастливую многонациональную ячейку они, правда, так и не создали, и позже он себе нашел ровесницу своей матери. У которой дочь была чуть старше нас. Прожили счастливую жизнь. Не уверен, что она жива, там под восемьдесят уже должно быть.

Конец девяностых, Москва, Курский вокзал, стою в черном костюме, черная водолазка, очки фотохром темные, сам брюнет. В руке серый кейс.

Для истории важно, что лицом похож на кавказоида, в связи с чем на тот момент менты в Москве тормозят меня каждый раз как видят.

Итак, стою, жду поезд, идут два мента: молодой человек, у вас замок расстегнулся. Второй, очень остроумно: это не чемодан, это кошелек.

Чисто на автомате отвечаю:

- Да не, все как обычно - винтовка, деньги, фотография.

И стоим, все вместе друг на друга смотрим. У них глаза круглые, я начинаю соображать какой я долбоеб. Но обошлось, поулыбались, разошлись