А знаете, на что я потратил те 2000 монеток, которые с таким трудом накопил?
Да. ) Именно на это. Пикабутяне, вы лучшие. (с) К. Ривз. Особливо школота ебучая. Тупые овуляшки. Наивняшки. Квадратные. Просто те, кого мама на первомай родила. Сразу темечком об асфальт. Ничего для вас не жалко.
«Красавчик Алфи, или Чего хотят мужчины» (англ. Alfie) — романтическая комедия 2004 года, представляющая собой ремейк фильма 1966 года «Элфи». В главных ролях Джуд Лоу, Мариса Томей, Сьюзан Сарандон и Омар Эппс.
Состав:
- Абсент
- Сахар
- Ледяная вода
ДЛЯ ЛЛ Новость из 1898: парижанин так пропитался абсентом и коньяком, что после смерти не разлагался — организм, мол, "набальзамировался".
Немного медицинской скуки: чтобы спирт реально консервировал ткани, его концентрация должна быть как минимум десятки процентов (примерно, как в банке с анатомическим препаратом). У живого человека такого не бывает, ибо печень расщепляет этанол, а смертельная концентрация в крови что-то около 0,4–0,5%.
Так что "алкогольная мумификация" это газетный жанр XIX века в стиле "спид инфо"
Максимум, что может сделать алкоголь, помочь человеку раньше встретиться с патологоанатомом.
NB А вот розовые щеки у покойника - это вполне реальная вещь. Такую картину дает
отравление угарным газом (кровь становится ярко-красной),
холод (разложение сильно тормозится),
трупные пятна могут давать розовый оттенок коже.
Во всех французских журналах последнее время много писали об одном парижанине, которого уже похоронили, но принуждены были вырыть, так как один из присутствовавших на похоронах заявил, что у этого покойника мягкое тело и розовые щеки. Он долгое время пролежал в часовне, не оживая, но вместе с тем и не разлагаясь. При жизни этот покойник был горький пьяница. Весь пропитанный абсентом, коньяком и другими крепкими напитками, как бы набальзамированный, этот несчастный ни живой, ни мертвый долго ждал погребения. Доктор Гоннал указывает, что случаи пропитания алкоголем органов у живых людей, пьющих много спиртных напитков, не представляются редкостью.
«Саратовский листок», №96, 1898 год
На этой неделе я хотел бы уделить время прославлению этого чудесного напитка. Он был важен для меня практически с самого начала моего знакомства с алкоголем, и о нём есть над чем поразмыслить. Безусловно, добавляет привлекательности то, что, по крайней мере на мой вкус, это очень располагающий к размышлениям напиток для медленного смакования: многослойная сложность, кружащая в бокале, охлаждающее (а не обжигающее, как у большинства крепких напитков) ощущение во рту благодаря травам, и сам процесс приготовления, предполагающий больший объём жидкости, чем для многих других спиртных напитков, поэтому физически требуется больше времени, чтобы выпить порцию (но об этом чуть позже).
В этом году в честь праздника я хочу поделиться небольшими размышлениями о бокалах для абсента. Я давно работаю над книгой об абсенте, которая продвигается медленно, но верно, и часть этого текста взята оттуда. Абсентные аксессуары - общий термин для предметов, связанных с абсентом, - весьма необычны на фоне другой посуды для напитков и благодаря этому отличаются ярким, запоминающимся видом. Бокал - первое, что обычно приходит на ум, если человек хоть что-то знает о ритуале подачи абсента.
На мой взгляд, важно помнить о трёх вещах, касающихся абсента в контексте его сервировки:
1.) Абсент -это напиток для долгого питья (лонг-дринк).
2.) Абсент -это кафешный (или "кафе-барный") напиток.
3.) Абсент можно готовить по-разному, подстраиваясь под личный вкус.
Абсент уникален среди крепких напитков тем, что его традиционная подача, строго говоря, представляет собой смешанный напиток (микст). Обычно абсент подают порцией около 150-180 миллилитров, содержащей примерно 30 мл спирта, 120-150 мл ледяной воды и, по желанию, немного сахара. На пике своей популярности в конце XIX - начале XX века он заполнил нишу, которую раньше занимало вино, - до того, как европейская эпидемия филлоксеры уничтожила значительную часть винодельческих мощностей континента. Это был напиток, который можно было потягивать, коротая день где-нибудь у реки на левом берегу Парижа. Он был очень популярен.
Благодаря своей популярности и тому, как он располагал к долгим, неторопливым посиделкам, абсент обзавёлся множеством исторических аксессуаров, призванных решить одну конкретную задачу - снизить нагрузку на персонал кафе, где подавали много абсента, - а заодно предоставлявших возможности для брендинга и маркетинга. Например, кафе могли подавать отдельные бокалы с абсентом на маленьких тарелочках с нанесённой прямо на них ценой, так что стопка тарелок росла по мере того, как посетитель заказывал ещё; сложив все тарелки вместе, затем подсчитывали итоговый счёт клиента. Абсентные фонтаны и графины оставляли запас воды в распоряжении посетителя, который мог сам приготовить напиток по своему вкусу.
Бокал для абсента, пожалуй, является архетипом такого подхода к оборудованию.
Бокал для абсента - это бокал средней высоты на толстой ножке, обычно ёмкостью около 180 мл. Они немного похожи на винные бокалы, но исторически сложилось так, что чаша у них имеет более прямые стенки, чем у винных. Существует множество исторических моделей бокалов для абсента, но всех их объединяет одна ключевая особенность: либо выдутый в стекле пузырёк-резервуар, либо метка на стенке бокала, указывающая нужную меру спиртного. Эта уникальная конструктивная особенность одним махом устраняет необходимость в отдельных измерительных приборах. Этот резервуар говорит вам (или бармену, тому, кто наливает спиртное), сколько абсента отмерить, а остальная часть бокала даёт вам примерно дополнительные 150 мл доверху: соотношение пять к одному, встроенное прямо в бокал. Всё, что вам нужно сделать, - это налить.
Бокал для абсента в понтарлье-стиле (Pontarlier-style) с ложкой в виде листа полыни внутри
Бокалы с неглубоким, мягко-пирамидальным пузырьком-резервуаром известны как бокалы в стиле «Понтарлье» - по названию французского города Понтарлье, исторически значимого центра производства абсента, расположенного на границе со Швейцарией. (Винокуренный завод Pierre Guy до сих пор производит там абсент, а в самом Понтарлье каждый октябрь проходит ежегодный фестиваль абсента под названием Absinthiades.) Обычно, когда говорят о бокале для абсента, представляют себе именно эту модель. Бокал «Понтарлье», наряду с ложкой, является одним из самых визуально характерных и мгновенно узнаваемых предметов абсентной атрибутики и способен облагородить любой опыт употребления абсента. Бокал «Юра» — это другая разновидность бокала с физическим резервуаром, отличающаяся меньшим, более изящным и более вертикальным резервуаром.
Бокал для абсента в стиле «Юра» от Bonnecaze / Maison Absinthe
Хотя эти бокалы и являются культовыми, они создают определённую логистическую проблему.
Одна из отличительных особенностей абсента заключается в том, что он мутнеет при добавлении достаточного количества воды - эффект, традиционно называемый «луш» (louche), а в науке известный как «эффект узо». Это происходит из-за органического соединения под названием транс-анетол, которое естественным образом содержится в зелёном анисе и фенхеле - двух из трёх трав «святой троицы» в производстве абсента (третья - полынь горькая). Это соединение удерживается в растворе в неразбавленном абсенте благодаря своей высокой растворимости в этаноле, но как только крепость напитка при приготовлении падает достаточно низко, оно выпадает из раствора, образуя спонтанную микроэмульсию. Это и есть луш.
Как вы могли бы догадаться из прочитанного, пузырёк-резервуар мешает ложке. Более узкое горлышко резервуара затрудняет доступ ложки во все уголки бокала, особенно это касается крупных перфорированных ложек для абсента, которые, скорее всего, у вас будут под рукой, если вы всё равно добавляете сахар - они могут вообще не пройти в это отверстие.
Это не огромная проблема, имейте в виду. Обычно можно создать достаточно движения, чтобы получить более-менее однородный напиток. Но в более экстремальных случаях - существуют бокалы для абсента с ещё более выраженными пузырьками-резервуарами, до такой степени, что кажется, будто чаша бокала парит над сферой - в итоге напиток получится неоднородным.
Два бокала для абсента в стиле «Торсаде» (Torsadé) от Bonnecaze / Maison Absinthe
Существует множество исторических названий и моделей бокалов, у которых вместо физического резервуара есть какая-либо метка на стекле, указывающая уровень налива абсента. Это может быть линия, какая-то гравировка на поверхности или конструктивное изменение в нижней части бокала. Например, бокал «Торсаде» (Torsadé) имеет повторяющийся узор из диагональных граней в своей нижней части, из-за чего эта часть бокала напоминает пологий водоворот. Другой стиль - бокал «Кордон» (Cordon), у которого на нужном уровне выдута полоса. Такие бокалы гораздо более универсальны - по сути, это винная версия тех пивных или хайбол-бокалов с напечатанными на боку пропорциями ингредиентов, хотя, как правило, более изящная. А поскольку чаша бокала представляет собой единое пространство, это также позволяет избежать каких-либо проблем с размешиванием, характерных для бокалов с резервуаром.
Бокал для абсента в стиле «Кордон» (Cordon) от Bonnecaze / Maison Absinthe
Однако такие виды бокалов визуально не воспринимаются как «бокалы для абсента» в том же смысле, что и бокалы «Понтарлье». Несмотря на историческую преемственность, по сути, это просто кубки. Так что если вы ищете бокал, который будет однозначно указывать на «абсент», берите бокал «Понтарлье». Но если для вас это неважно, эти бокалы без резервуара могут иметь интересный и необычный дизайн и позволят вам лучше размешивать напиток. Можно также найти компромисс с бокалом «Лион» (Lyon), в котором есть намёк на резервуар, но он не сильно отделён от остальной части чаши.
Бокал для абсента в стиле «Лион» (Lyon) от Bonnecaze / Maison Absinthe
Впрочем, как бы то ни было, большую часть своего абсента я пью из бокала «Понтарлье». Они такие причудливые. А кто не любит время от времени немного причудливости?
Спасибо, что прочитали! Надеюсь, вам было интересно это небольшое погружение в тему. А теперь ступайте наслаждаться абсентом!
Автор - Стивен Тейлор Марш
С абсентом у меня, думаю как и у всех, связано много историй. Зелёный змий в особо циничной упаковке.
Первый раз я его попробовал ещё в 11 классе на дне рождения друга. Отмечали в кафе. Сейчас даже удивляюсь, почему нам его продавали. И не просто продавали, а готовили — с поджиганием, бумом и вдыханием паров через соломинку. Как заправские алхимики, только вместо философского камня искали дно стакана. Нам тогда хватало одной порции, чтоб весь оставшийся вечер передвигаться по стеночке. Стены были надёжными, не подводили. Держали.
Потом в институте мы использовали абсент как средство, чтоб не уснуть на скучной лекции. На перерыве гоняли в ближайшее то самое кафе и возвращались на пару уже с особым интересом ко всему миру. Лектор казался гениальным мыслителем, а его предмет — смыслом жизни и ключом к мирозданию. Потом смысл жизни уходил в окно, и мы снова хотели спать. Замкнутый круг, но зелёный.
Но эта история не про меня.
Дело было ещё до моей первой свадьбы. Мы были студентами и отрывались, то есть пили почти каждый день. Это называлось культурным досугом, поддержанием боевого духа и профилактикой раннего взросления.
На какие-то каникулы к нам приехал младший брат моей невесты. Ему было 15. А ей тогда хотелось гулять с подругами, обсуждать своё, женское, а нам — своё, мужское, то есть абсент. Она ушла, и к нам в гости завалился мой друг. Тут началась комбинация.
Младший брат был с чувством юмора и имел смекалку. Кстати, только в русском языке есть такое слово — «смекалка». Оно означает способность найти приключения на одно место в самых безвыходных ситуациях и выйти сухим из воды, пока все остальные мокнут.
Так вот. Он решил развести моего друга на абсент. Типа он ему обещал угостить, а слово надо держать, даже если ты его только что придумал. Друг, услышав слово «обещал», мгновенно включил режим «базара нет, погнали, пока не передумали».
— Раз обещал, значит, поехали в магазин!
Тогда алкоголь продавали круглосуточно, а в кафе можно было курить. Золотое время. Сейчас молодёжь даже не представляет, какое это было счастье — зайти в два часа ночи за бутылкой и дымить в зале, как паровоз, и никто тебе не сделает замечание, потому что все дымят.
Съездили, купили.
Я приготовил абсент как надо — с поджиганием, сахаром, ложкой, всем церемониалом. Как меня учили старшие товарищи в том самом кафе.
К слову об абсенте. Накрывает он не сразу. Надо немного подождать. Собственно, из-за этого у большинства с абсентом печальный опыт. Человек выпивает, ничего не чувствует, думает: «Да ладно, фигня какая-то, водичка подкрашенная». Заказывает вторую. А через десять минут первая догоняет вторую, они берут в плен третью, и всё, человек уходит в глубокий космос без права переписки и без надежды на возвращение.
Делаю ему первую порцию. Выпивает.
— Ничего не чувствую, — говорит. — Давай ещё одну.
Делаю вторую. Поджигаю, выпивает.
И тут я замечаю, что он просто от секунды к секунде начинает пьянеть прямо на глазах. В прямом смысле. В середине фразы голос становится пьянее. Слово начинается трезво, уверенно, по-взрослому, а заканчивается уже с кашей во рту, мычанием и попыткой вспомнить, куда делся язык.
Я понимаю: ему больше наливать нельзя. Он и так сейчас на ногах не устоит, рухнет как подкошенный и будет лежать, радуя нас своим отсутствием.
А он требует третью. Настойчиво. Глаза уже стеклянные, но в них горит жажда справедливости и уверенность, что где-то там, за третьей порцией, скрывается истина.
Я делаю вид, что готовлю. Но беру бутылку с водой, наливаю в бокал. Делаю «бум» — чисто для правдоподобия, для театральности и сохранения лица. Отдаю ему.
Он выпивает залпом и говорит:
— А ничего так пошла! Прям как вода!
Мы с другом падаем в истерике. Ржём так, что соседи, наверное, думали, что у нас приступ коллективного безумия или мы смотрим комедию, которую не показывают по телевизору.
Младший брат в это время теряет равновесие. Медленно, красиво, как подкошенный дуб на хорошем лесоповале, заваливается на диван.
И тут процесс дал новый поворот.
Он начал блевать. Везде. На диван, на шторы, на стол, на стулья, на пол. Фонтан, достойный отделения Версаля, только вместо воды — то, что осталось от двух порций абсента и, видимо, всей его предыдущей жизни. Я бегу за тазиком, потому что тазик — это святое, тазик спасёт любую ситуацию, тазик — наш друг и товарищ в трудную минуту.
И в этот момент открывается дверь.
Возвращается моя невеста.
Она заходит, видит картину маслом: посреди комнаты мы с другом, сложившиеся пополам от смеха, на диване лежит её младший брат в позе «я тут временно, скоро улечу и вернуться не обещаю», вокруг лужи, пахнет абсентом и ещё чем-то, что не продают в парфюмерных магазинах.
— Что здесь происходит?! — голос, от которого у меня до сих пор подгибаются колени, когда вспоминаю.
Я пытаюсь объяснить. Но ржу. Друг пытается помочь, но тоже ржёт. Брат пытается встать и что-то сказать в своё оправдание, но вместо этого сползает на пол и продолжает украшать интерьер своими художествами.
Она ругалась. Я ржал. Она тоже начала ржать. Потом снова ругалась. И опять ржали вместе.
Весёлое было время. Там и осталось.
Туйон это не то о чем вы думали "сочиняя" абсент в домашних условиях.
Абсент,
