Гуру сантехники есть? Котиков я тож лублу, но сейчас нужно другое
Дано - снимаю квартиру.
Так удобно. Нужный размер, в нужном месте.
(этот момент тож учтите, перед панамкой . Не моя ж/п)
Пять лет назад сделали ремонт. Полный.
В туалете проходят трубы. Открытый способ. Вода. Стояки.
Умельцы сделали "бутерброд".
Отпилили железные сверху и снизу, вставили набор: металло пласт - металл - металлопласт.
Соединили гайками и фитингами.
В доме у каждого - "оригинальная" сантехника. Вариант "вдруг в горячую подмешалась холодная" - регулярно раз в полгода.
Найти у кого - можно, сделать ничего нельзя. Аварийка просто предлагает перекрыть воду нах, если что не так, и договариваться.
ПРОБЛЕМА.
После пяти лет "качелей" у горячей трубы потекли места соединений.
Не знаю, чем герметизировали, но теперь, если температура горячей ниже "стандартной" - за сутки из соединения натекает ведро воды.
Течет вот отсель:
Вопрос - КАК и ЧЕМ загерметизировать по-нормальному? (и можно ли с такими качелями температурными).
Вариант "отрезать нахер и сварить все из железа" - не предлагать, плз. Весьма небюджетный. Хотя и самый здравый.
В общем то и весь вопрос - как и чем?
Что покажет рентген, если пациент из металла
Привет, Пикабу! Меня зовут Олег, я дефектоскопист рентгено-гаммаграфирования в «Уралатомэнергоремонте». Это одно из предприятий «Росатома», которое занимается плановым ремонтом и обслуживанием атомных станций.


Мы с коллегами контролируем качество металлоконструкций на протяжении всего срока их «жизни»: от изготовления и установки на АЭС до момента замены. Объектов много, так что в командировки приходится ездить часто.
Я чаще всего проверяю сварные соединения: сам шов, зоны сплавления и термического влияния. Для этого использую разные методы: где-то — ультразвук, где-то — рентгеновское или гамма-излучение. Но думаю, что будущее за цифровой радиографией. Только представьте: никаких пленок и проявок, моментальные результаты контроля — одни сплошные плюсы.
Когда рассказываю о своей работе, обычно провожу аналогию с врачами, которые делают флюорографию или УЗИ, с поправкой, что вместо человека я контролирую металл. Многие, конечно, пугаются слов «рентген» или «гамма». Но мы же не стоим рядом с источником излучения. Как и врачи-рентгенологи, находимся за бетонными стенами или специальными защитными конструкциями, так что переживать не о чем.
В профессию я пришел почти случайно: у моего друга отец всю жизнь работал дефектоскопистом. Друг пошел по стопам отца, а за ним и я подтянулся.
Мне с самого начала хорошо удавалось находить дефекты, особенно ультразвуком. Настолько хорошо, что сварщики и слесари меня откровенно недолюбливали. Но такова работа дефектоскописта. Если сегодня промолчать о проблеме, завтра она может стать серьезной аварией. Поэтому у нас есть главное правило: нельзя идти ни у кого на поводу, торопиться, закрывать глаза на недочеты.


За годы работы были случаи, когда найденные дефекты действительно могли привести к серьезным последствиям. В такие моменты понимаешь, как важна работа, которую делаешь. Поэтому всегда стараешься учиться, узнавать что-то новое. Отсюда и высший разряд.
Мне всегда легко давались нормативные документы. Так что все свободное время изучал новые и старые ГОСТы, сравнивал редакции, разбирался, почему менялись требования. Смотрел советские, российские и зарубежные видеолекции, читал специализированную литературу, изучал нормативную документацию смежных отраслей. Все это в совокупности за достаточно короткий срок дало большой объем знаний и совместно с упорством обеспечило мне пятый разряд. А ровно через год я уже был с шестым.
Дома я тоже не даю мозгу расслабиться. Потихонечку осваиваю токарное дело, работаю с 3D-принтером, в гараже стоит плазморез с ЧПУ. Пару лет назад смастерил аппарат точечной сварки из трансформаторов для микроволновок. Корпус напечатал на принтере, плату управления заказал отдельно. В итоге с его помощью перебрал аккумуляторы себе, брату и друзьям. Был очень доволен результатом.
Еще написал в Excel собственный калькулятор для радиографического контроля. В интернете есть похожие программы, но они считают только время экспозиции. Мне захотелось сделать инструмент, который рассчитывает вообще все параметры. Возможно, когда-нибудь превращу его в полноценное приложение. Правда, для этого придется еще освоить программирование. Будет чем вечерами в командировках заняться.
Вообще, мне нравится постоянно чему-то учиться. В самолете или по пути на работу слушаю уроки английского. В командировке в Турции однажды самостоятельно спросил дорогу до международного терминала аэропорта у сотрудницы, и она поняла меня, а я ее. Был очень доволен собой.
Еще в командировках люблю посещать концерты с живой музыкой. Причем хожу пешком, в чужом городе, без навигатора. Однажды в Питере был в ночной поездке на корабле. В ту сторону доехал на метро, так как иначе не успевал. Обратно решил прогуляться, посмотреть город. Заранее изучил маршрут. Иду я в сторону дома, а мост закрыт. То есть открыт. Разведен, в общем. Ну я в обход, на ближайший мост, а там ремонт. В голове примерно маршрут перестроил. Под утро местность начала меняться на какую-то деревенскую, но больше меня смутил дорожный знак на английском языке «Helsinki» и километраж до города. В итоге 50 км я нагулял за ночь. Устал, но отлично перезагрузился.
Вообще, у меня в планах попробовать себя в преподавательской деятельности. Возможно, когда-нибудь, возглавить лабораторию неразрушающего контроля. Для этого нужен стаж мастером или инженером, пока, увы, не сложилось, но я не из тех, кто сдается! Так что найдите меня лет через пять :)
Сжимаемся-разжимаемся, или несколько слов о «самолетном ресурсе»
Эта музыка не будет вечной: почему самолёт списывают, даже если он исправен
Каждый раз, когда заходит речь об иностранном флоте, летающем в России, кто-нибудь обязательно да заявит о том, что эти самолёты практически вечные: мол, меняй своевременно те или иные компоненты, и машина будет летать. В качестве подтверждения своей правоты можно привести какой-нибудь A320 1990 года, который до сих пор летает, или полувековой Boeing 737.
Однако это опасное заблуждение. Нельзя забывать о циклах взлёта-посадки, причём для иностранных ВС значение имеет не взлёт и не посадка, а герметизация салона. Как вы, наверное, знаете, во время полёта внутри фюзеляжа поддерживается избыточное давление и он немного «раздувается», а на земле снова «сдувается» до атмосферного. Визуально это заметить сложно, но небольшие перемещения силовых элементов фюзеляжа и его обшивки всё-таки происходят. Со временем это приводит к усталости металла и может закончиться печально – как со знаменитым «кабриолетом» Aloha Airlines в 1988 году.
Про систему герметизации подробно писали тут:
Собственно, после того случая и ужесточили нормы безопасности и стали считать циклы герметизации, установив лимиты, которые различаются для разных типов воздушных судов. Например, Boeing 747 рассчитан на 35 000 циклов герметизации, а Airbus A320 на 48 000 циклов. При этом ресурс в виде количество циклов для некоторых типов ВС можно продлевать, например, у Airbus есть программа Extended Service Goal, позволяющая летать до 60 000 циклов (ESG1) и 90000 циклов (ESG2). В рамках этой программы тщательно инспектируется большинство элементов конструкции на предмет выявления усталости металла, какие-то при необходимости заменяются, и выдаётся соответствующий сертификат.
Однако это, во-первых, очень дорогое удовольствие, поэтому мало кто из эксплуатантов увеличивает ресурс (при этом чем больше циклов и часов налёта, тем чаще нужно проводить периодические формы обслуживания и в какой-то момент становится экономически выгоднее приобрести новый самолёт, чем латать старый), во-вторых, делать это может только Airbus, так что при сохранении санкционного режима российские авиакомпании продлить ресурсы по циклам не смогут.
Про ресурс подробно писали здесь:
Про периодические формы обслуживания подробно писали здесь:
@frequentflyers
Скупил все шприцы в аптеке для ремонта
Скупил все шприцы в аптеке: приспособление своими руками для клея, герметика.
Источник: ТГ РемонтДом

