Можно ли узнать, какого цвета были существа, исчезнувшие десятки миллионов лет назад? Оказывается, можно. Иногда — очень редко — в окаменелостях сохраняются отпечатки или слепки мягких тканей, и ещё реже в мягких тканях сохраняются меланосомы — органеллы, имеющие в своём составе меланин и другие светопоглощающие пигменты. По их форме учёные могут определить прижизненный окрас участка кожи или перьев у вымерших животных. К примеру, таким образом удалось узнать, что оперение археоптерикса было светлым, а кончики крыльев чёрными, что панцирь нодозаврида бореалопельты имел камуфляжный окрас, а компсогнатид синозавроптерикс был рыжим, с полосатым хвостом, а его мордочку украшала «маска», как у енота. Палеонтологи смогли установить прижизненный окрас всего у 18 динозавров — как оперённых, так и чешуйчатых.

А вот с птерозаврами учёным долго не везло. Несмотря на обилие ископаемых образцов этих животных — между прочим, первых позвоночных, освоивших полёт — им никак не попадались окаменелые меланосомы. Но вот международная группа палеонтологов из Китая, США и Бельгии изучила ранее не описанный образец тапеярида синоптеруса (Sinopterus dongi) из нижнемеловых отложений китайской формации Цзюфотан. В камне сохранился не только скелет животного, но и обширные отпечатки мягких тканей: пикнофибры, кожа, роговые чехлы когтей и мембрана крыльев. Пикнофибры, если кто не знает — это покров тела птерозавров, который считается гомологичным оперению динозавров и птиц. Образец сохранил целых три типа пикнофибров: простые, неветвящиеся монофиламенты; кистевидные, с ветвлением на кончиках; и перьеподобные, с ветвлением по обеим сторонам стержня. И вот в этих неветвящихся монофиламентах, которых было больше всего на теле синоптерусов, учёные через электронный микроскоп разглядели меланосомы.

Да непростые, а выстроенные в высокоупорядоченную фотонную наноструктуру, производящую иридисцентную окраску. При нормальном падении света синоптерусы были зелёно-голубого цвета, а если угол наклона менялся, то расцветка менялась в сторону тёмно-пурпурного/маджентового оттенка. Отпечаток кожи в нижней части характерного для тапеярид предчелюстного гребня сохранил чёткие ленточные паттерны химических элементов: меди, титана, никеля и серы. Учёные обнаружили три полосы, обогащённые микротельцами с этими элементами и предположили, что весь гребень птерозавра мог быть полосатым. Такой контрастный полосатый рисунок на голове почти наверняка имел сигнальную функцию и отвечал за визуальную коммуникацию — тапеяриды известны огромными гребнями, которым ранее приписывалась функция структуры для демонстрации. Новый меланиновый паттерн сильно поддерживает эту гипотезу.

Иридисцентная окраска оперения ранее считалась чертой, характерной исключительно для представителей группы паравесов — птиц и продвинутых теропод, таких как микрораптор и цайхун. Иридисценция в перьях современных птиц создаётся за счёт высокоупорядоченной наноструктуры меланосом, которые укладываются в тонкие параллельные слои или сложные трёхмерные массивы. Это приводит к когерентному рассеиванию света — интерференции волн, дающей яркие переливчатые цвета. До 2026 года ни в одной другой группе позвоночных, включая птерозавров, крокодилов, черепах и прочих, не было найдено прямых доказательств такой высокоорганизованной фотонной структуры меланосом. Считалось, что это эволюционное новшество появилось в линии, ведущей к птицам — где-то внутри манирапторов или паравесов. Присутствие такой окраски у птерозавров ведёт к трём важным выводам. Во-первых, это подтверждает глубокую гомологию пикнофибров птерозавров и перьев динозавров и птиц: общие механизмы развития, разнообразие меланосом и способность создавать сложные фотонные структуры. Во-вторых, получается, что иридисценция на основе меланосом возникла значительно раньше и была распространена гораздо шире в эволюции архозавров, чем мы думали. Она появилась не позднее раннего мела, но скорее всего — ещё в триасе у общего предка птерозавров и динозавров. И, в-третьих, у птерозавров уже в раннем мелу существовала «современная» по сложности система окраски покровных структур, включая яркие цвета.

Таким образом, то, что раньше считалось эволюционным новшеством птиц и их ближайших родственников, теперь признаётся более древним и широко распространённым признаком архозавров. Это открытие существенно меняет представления об эволюции структурной окраски у амниот.

Удивительную находку описали корейские палеонтологи под руководством Чонъюн Чона. Они сообщают об обнаружении плитки из песчаника со следами крупного птерозавра. Находка была сделана в формации Джинджу, отложения которой датируют средним альбом, ~106,5 млн лет назад. Это самые крупные следы птерозавра из Кореи и одни из крупнейших в мире.

Образец получил собственное название Jinjuichnus procerus. Это не название самого птерозавра, а ихнотаксон — название фоссилизированных следов деятельности животного, будь то отпечатки ног, следы ползания или ходы. Если кто не знал, такие отпечатки получают отдельные названия в пределах собственной классификации. К примеру, следы 11-метрового тираннозавра из Нью-Мексико относят к ихновиду тираннозаврипус Пиллмора (Tyrannosauripus pillmorei), а отпечатки лап дилофозавра из разных формаций носят сразу несколько названий.

Что из себя представляют найденные следы? Сохранились отпечатки как передних, так и задних конечностей птерозавра. Стопа была узкой, удлинённой, с длинной компактной плюсной и короткими, почти равными друг другу по длине пальцами. Передние конечности были трёхпалыми, асимметричными, с длинными когтями. Длина ладоней 185–227 мм, стоп — 100–123 мм. Авторы уверенно относят следы к птерозаврам из клады Neoazhdarchia — группе, куда включают гигантских аждархид.

Компактная стопа с удлинённой плюсной и короткими пальцами говорят о хорошей приспособленности птерозавра к ходьбе и бегу по суше. Скорость передвижения на основе следов оценивается примерно в 0,8 м/с — одна из самых высоких среди известных следов птерозавров. Находка подтверждает гипотезу, что крупные неоаждархии вели активный наземный образ жизни, похожий на таковой у современных аистов или журавлей.Но это ещё не самое интересное! Рядом со следами птерозавра проходит цепочка следов, оставленных мелким тетраподом. Судя по следам, маленькое животное внезапно резко повернуло влево, увеличило длину шага и ускорилось. Авторы рассматривают это как возможный эпизод наземной охоты птерозавра на мелкое позвоночное. Хотя прямое доказательство взаимодействия отсутствует, временная и пространственная близость следов, а также поведение мелкого тетрапода делают сценарий наземного хищничества очень правдоподобным.

Таким образом, новая находка не просто расширяет известное разнообразие следов птерозавров, но и показывает, что крупные формы были вполне мобильны на суше, а не только летали. Также это один из редчайших случаев, когда следы позволяют предполагать реальное поведенческое взаимодействие "хищник–жертва" в птерозавровом сообществе.

Статья: https://www.nature.com/articles/s41598-026-48019-y.

Птерозавров часто представляют парящими над головами динозавров, но новый анализ их окаменелых следов показывает, что некоторые из этих летающих рептилий чувствовали себя столь же комфортно, гуляя по земле.

Когда мы представляем экосистемы мезозоя, птерозавры неизменно возникают в воображении как величественные летуны, парящие над древними ландшафтами. Однако новое исследование несколько меняет этот стереотип: оказывается, многие из этих крылатых рептилий чувствовали себя на земле так же уверенно, как и в воздухе. Ученые обнаружили, что уже 160 миллионов лет назад несколько групп птерозавров освоили наземный образ жизни, о чем красноречиво свидетельствуют их окаменелые следы.

Ископаемые следы птерозавров стали ключом к разгадке их повседневной жизни. «Они показывают не только где жили эти существа, но и как они передвигались, охотились и взаимодействовали со средой», — объясняет палеонтолог Роберт Смит, ведущий автор исследования. Ученые выделили три типа следов, каждый из которых соответствует определенной группе птерозавров, раскрывая их уникальные экологические ниши.

Одной из самых удивительных находок стали следы неоаждархий (Neoazhdarchia ) — группы, включавшей кетцалькоатля, гиганта с размахом крыльев до 10 метров. Ранее считалось, что такие гиганты редко спускались на землю из-за их размеров. Однако следы, обнаруженные в прибрежных и внутренних регионах, доказывают обратное: эти рептилии активно передвигались по суше, возможно, конкурируя за ресурсы с динозаврами.

Другая группа, ктенохазматоиды (Ctenochasmatoidea), оставила следы в илистых прибрежных отложениях. Эти птерозавры с игольчатыми зубами и длинными челюстями, вероятно, «патрулировали» мелководные лагуны, ловя рыбу и беспозвоночных. Интересно, что их передние конечности при ходьбе складывали четвертый палец, поддерживающий крыло, превращая «руки» в функциональные трехпалые лапы. Такая адаптация позволяла им эффективно перемещаться по мягкому грунту, а обилие следов говорит о том, что прибрежные зоны были для них критически важными местообитаниями.

Третий тип следов связан с джунгариптеридами (Dsungaripteridae) — птерозаврами, чьи мощные челюсти были идеальны для дробления раковин. Их следы часто находят рядом с окаменелостями скелетов, что позволило точно установить связь между отпечатками и анатомией. Задние зубы этих рептилий, напоминающие дробилки, и беззубые изогнутые клювы указывают на специализацию в питании моллюсками, что подтверждается расположением следов в районах древних побережий.

Исследование также проливает свет на эволюцию птерозавров. Ранние виды, судя по отсутствию следов до средней юры, вели древесный образ жизни, цепляясь за ветви. Однако 160 миллионов лет назад произошел перелом: птеродактилоиды — продвинутая группа — начали осваивать наземные экосистемы. Это совпало с развитием стопоходящих конечностей (когда ступня полностью касается земли) и ипсилатеральной походки, при которой конечности с одной стороны движутся синхронно, как у современных ящериц.

https://vk.com/wall249973686_9569