Ответ Grrrzt в «Икра должна быть дорогой. А вы бедными»7
Добавьте терпкости !!!
0 просмотренных постов скрыто
Ответ Arhitek в «Икра должна быть дорогой. А вы бедными»7
Все верно, но немножко заумно. Объясню на пальцах.
Вот есть какой-то условный город, где плохая инфраструктура, плохая экология, холодно, работы нет и т.п. (Пример - Воркута, я могу купить там себе квартиру буквально за месячную зарплату). То есть люди отсюда уезжают, не хотят здесь жить. И я как застройщик в этом городе при себестоимости квадратного метра жилья, допустим, в 20 000 рублей, мечтаю продать его по 25 000. А что, здорово, 25% прибыли!
Теперь берем Москву. Пусть себестоимость квадратного метра здесь будет 100 000 рублей. И что? Я буду продавать за 125 000? Конечно нет! Есть достаточное количество желающих заплатить за него 500 000 деревянных? Пожалуйста - это цена. Это называется "рыночное ценообразование".
Можете представить себе, что цены на жилье в Москве и Воркуте одинаковы? О то-то же!
Возвращаясь к икре. Если она будет доступна всем, как повседневный кусок хлеба, производитель не сможет обеспечить потребности и 5% рынка. Икра не является продуктом первой необходимости, которым государство должно обеспечить всех своих граждан (как и квартиры в Москве). Поэтому на такой продукт и устанавливается максимальная цена, при которой потребители могут приобрести весь производимый продукт.
Дело в том, что производство икры ограничено. Если бы производитель мог произвести не 15 тыс тонн икры в год, а 1,5 млн, она и стоила бы, как крабовые палочки))
А есть еще понятие "Роскошь".
Допустим условная единица массы чистого шелка стоит $1. Такая же единица нитей, произведенная из этого шелка, стоит $3. Аналогичная единица ткани из этих нитей стоит $10. Платье из этой ткани (допустим это та же условная единица) стоит $100. А теперь на сцену выходят два друга - Дольче и Габбана и делают из лоскута этого шелка платок для своей новой коллекции. $2000 - и он ваш! В нем больше шелка, чем в платье? Нет. Его производство более трудоемкое? Нет. Просто это роскошь, не для всех.
(Но конкретно к икре этот пример не относится, так, к слову).
Показать полностью
Ответ на пост «Икра должна быть дорогой. А вы бедными»7
Идут они кобыле в трещину.
Этот продукт практически не отличается от натур.
Чуть не хватает терпкости.
Я в Мурманске родился и вырос, так что знаю, о чём говорю.
В рус.руб. где-то сотня.
P.S. То бишь пост скриптум Sic!
Там есть крепкий рыбный бульон.
А вообще да, нахуй я эту тему поднял?
Хотите в Рязани или там Тамбове жрать икру ложкам?
Так сходите в январе-феврале на щуку, посолите и будет Вам щастье!
Икра? Икра.
Натур? Натур.
Вкусно? Ощень! Особенно с деревенским сливочным маслом,
а не с тем гавном, чтовы в сетевых суперах берёте.
И со свежим укропчиком. М-м-м-м!
А хотите красную - меняйте хату в Подмосковье на аппартаменты в Нарьян-Маре.
Там ещё и чавычу можно поесть, и нерку.
Показать полностью
1
Ответ на пост «Икра должна быть дорогой. А вы бедными»7
Смотрите: Цена на икру сейчас допустим 2т.р . Увеличили добычу на 35% и вроде как надо снизить цену. Но это не совсем так работает, как мы видим. Увеличение добычи, это не рыба сама по себе стала больше давать игры. Это увеличили производственные мощности. А следовательно как и раньше себестоимость 1 кг не изменилась за счёт количества икры.
Изменить себестоимость могут только логистические изменения которые действительно в долгосрочной перспективе увеличат доход с производства. Но и здесь не все просто, это работает только в стабильной экономике и не при капитализме. Любой производитель знает, что доход это то что видит государство и при превышении каких то норм "Вернёт на землю".
На тему аргумента "Премиальный товар". Здесь есть тонкая,но очень пагубная грань для производителя. Допустим производитель по каким то причинам, пусть гос поддержка, снизит цену. Тогда это касается всех логистических процессов, нужно кардинально менять и очень много под эти условия. Но когда закончится гос поддержка, цены будет мало того что очень сложно вернуть обратно. Так ещё и заново все изменения нужно будет адаптировать за свой счёт. В этом беда на данный момент в решении всех проблем - силами бизнеса. Нет идей никаких по сути, кроме как увеличивать производительность труда. Но это как правило за также деньги, но больше трудиться.
И давно пора понять что здесь не вина чья либо, а реально система капитализма устроенна таким образом. Уйти не может, так как внешний мир так живёт.
Капитализм по всей красе.
Показать полностью
Ответ astrobeglec в «Икра должна быть дорогой. А вы бедными»7
Автор смешал теплое с мягким.
1) Рыночная теория стоимости не отменяет спекулятивности. За товар всегда будет назначена максимальная цена, которую за него смогут заплатить. Суть рыночное теории в том, что на "идеальном" рынке цена любого нового товара постепенно должна опуститься к границе окупаемости, т.к. будут появляться новые предложения. Условно выходит некий плюмбус, который дарует своим пользователям абсолютно новый опыт. Производитель назначает ему ценник тот, который обоснован с точки зрения масштабов производства и продаж. Будет продавать богатым по 10к зелени за штуку, даже при условии что себестоимость 3к. Сосед по парте смотря на сие чудо, и посчитав экономику, начинает выпускать тоже самое но продавать за 8к. И т.д. В конце концов это производят китайцы по себестоимости 500 баксов, а продают за 600. Чем менее идеален рынок, тем хуже работает данный механизм. Т.е. то что у автора выделено в два разных принципа на самом деле единая система.
2) Теория маркса вообще не про ценообразование. Она о природе происхождения стоимости. Он при этом еще дробит стоимость на потребительную, меновую и прибавочную. Дак вот трудом рабочего описывается только прибавочная.
Ответ на пост «Икра должна быть дорогой. А вы бедными»7
Есть 3 теории стоимости товара.
Первая - трудовая, от Карла Маркса, которая гласит, что товар должен стоить столько, сколько в него вложено труда.
Вторая - рыночная, которая говорит что стоимость товара должна соответствовать спросу. Там всё на самом деле очень сложно, поэтому...
Третья - "современная" (хотя ей больше 100 лет), она является коллективным творчеством Карла Менгера, Уильяма Джевонса, Леона Вальраса и т.д. когда цену устанавливают в максимально возможном размере, который можно содрать с потребителя.
Суть концепции в том, что человек платит за товар исходя из наличия у него денег и ощущаемой потребности в товаре.
Про 3 концепцию цены, которая сегодня примерно везде, нужно знать 2 вещи:
1. Попытки доказать её научность, обоснованность и жизнеспособность провалились. Все.
2. Если в описании вам показалось, что схема похожа на вымогательство... То вам не показалось.
Современная экономика (и не только России) практически исключительно строится на принципах совершения преступлений.
Рабовладение, мошенничество, вымогательство... Только красиво и не сильно заметно.
Для тех, кто будет с пеной у рта доказывать, что экономика у нас "рыночная"... Есть прекрасный способ это проверить.
При рыночной экономике продаётся 100 % товаров т.к. перепроизводство ведёт к снижению цены, которое делает товар доступнее большему числу лиц, но снижает маржинальность из-за чего дальнейшее увеличение объёмов производства невозможно.
То есть в рыночной экономике нет или почти нет "лишнего" товара. Открываем Гугл и видим, что во-первых "Великая депрессия" в США как раз была из-за отказа снижать цены при высоком производстве, во-вторых почти треть произведнных продуктов в мире идёт на мусорку.
Второй пункт, наглядный. Продажи автомобилей и недвижимости почти встали. При этом падения цен ни на недвижимость, ни на машины как-то не заметно.
Так что ни о какой рыночной экономике (и не только в России) сегодня речи быть не может.
Более того - лично я не встречал экономиста, который может посчитать рыночную стоимость товара.
Показать полностью
Икра должна быть дорогой. А вы бедными7
Есть замечательный жанр российской экономической риторики: сначала человеку объясняют, почему товар должен стоить дорого, а потом предлагают не задавать лишних вопросов.
На этот раз поводом стала красная икра. 28 сентября президент ВАРПЭ Герман Зверев заявил «Ведомостям», что цены на красную икру возвращаются к справедливому для премиального продукта уровню. По его словам, красная икра не продукт повседневного спроса, а премиальный продукт, где естественной платой за редкость и качество является цена.
Формально всё прекрасно. Премиальный продукт, редкость, качество. Справедливая цена.
Осталось только объяснить один маленький нюанс: почему гражданин должен воспринимать собственную неспособность купить продукт как естественное состояние экономики.
Потому что здесь происходит подмена. Вместо разговора о себестоимости, доступности ресурса, структуре рынка, наценках, конкуренции, доходах населения и распределении добавленной стоимости нам предлагают разговаривать о статусе продукта.
Икра дорогая не потому, что существует определённая структура издержек и предложения. Нет. Она дорогая, потому что она премиальная.
Это уже почти не экономический аргумент, это социальная философия.
Самое интересное в том, что икра вовсе не является какой-то недоступной редкостью
По данным Росрыболовства, в 2025 году в России произвели порядка 14-15 тыс. тонн красной икры, что на 35% больше предыдущего года. Сам Шестаков говорил тогда, что икры всегда будет достаточно. А в 2026 году ситуация действительно изменилась: вылов лососевых резко снизился, и цены пошли вверх. В августе в сетевой рознице килограмм икры нерки доходил до 23,5 тыс. рублей, кеты до 22,5 тыс., горбуши почти до 20 тыс. рублей.
То есть объективные причины роста цен существуют, но из этого совершенно не следует следующий тезис: Раз цена выросла, значит, продукт должен быть дорогим, потому что он премиальный.
Это уже не объяснение цены, это её идеологическое оформление.
Особенно забавно, что ещё недавно нам рассказывали совсем другую историю
В 2023 году тот же Илья Шестаков говорил, что после успешной лососевой путины цены на икру горбуши должны снижаться, поскольку производство выросло, а сырья стало больше. Он отдельно отмечал, что в рознице цена может в несколько раз превышать цену рыбака, и называл одной из задач борьбу с неадекватными торговыми наценками. То есть когда рынок позволяет говорить о доступности, мы говорим об издержках, торговле и наценках. Когда рынок позволяет поднять цену появляется слово премиальный.
Удивительно удобное слово, премиальный это когда дорого, а дорого потому что премиальный. Замкнутый круг, из которого очень трудно выбраться, если твоя зарплата почему-то не считается премиальной.
И вот здесь начинается самое интересное
Вопрос ведь вообще не в икре, можно спокойно прожить всю жизнь, ни разу не купив банку за двадцать тысяч рублей. Проблема в другом.
В России всё чаще возникает любопытная конструкция: богатство элиты само по себе перестаёт быть достаточным источником удовольствия.
Недостаточно иметь дорогую машину, нужно, чтобы сосед не мог её купить.
Недостаточно иметь большой дом, нужно, чтобы человек в панельке рядом считал такой дом чем-то из другой вселенной.
Недостаточно ездить в дорогой ресторан, нужно, чтобы обычный человек смотрел на меню и понимал, что это не для него. И вот тогда появляется настоящий социальный бонус богатства: не только у тебя много, но и у остальных мало.
Это уже удовольствие другого порядка, можно купить икру за двадцать тысяч, но гораздо приятнее, когда двадцать тысяч за банку становятся символической границей между нами и ими. И вот тогда слово премиальный начинает выполнять совершенно другую функцию.
Оно не просто описывает товар, оно объясняет человеку его место. Ты не покупаешь икру не потому, что твои реальные доходы отстают от стоимости продуктов. Нет. Просто ты не принадлежишь к премиальному сегменту, как говорится, всё нормально. Так устроен рынок.
Это очень удобная модель мира
Богатый человек покупает Ламборгини это рынок. Богатый человек покупает квартиру за 200 миллионов снова рынок. Богатый человек летает бизнес-классом и тут рынок. Но когда обычному человеку становится недоступен привычный продукт, ему почему-то тоже предлагают смотреть на это как на рынок, только с другой стороны стекла.
Для одного рост цены это увеличение стоимости актива или маржи. Для другого это исчезновение привычного потребления. И оба вроде бы участники одного рынка. Очень демократично.
Особенно прекрасно звучит аргумент про премиальность
Потому что премиальность это не природное свойство продукта, это социальная конструкция. Хлеб может быть базовым продуктом, но икра может быть премиальной.
Но нет никакого закона природы, согласно которому человек обязан платить за сто граммов икры сумму, сопоставимую с существенной частью месячного дохода другого человека. Цена это результат конкретной экономической системы, а слово премиальный позволяет эту систему не обсуждать.
Не нужно говорить:
почему такая разница между доходами;
сколько получает добытчик;
сколько получает переработчик;
сколько получает торговля;
насколько конкурентен рынок;
сколько стоит сырьё;
как устроено распределение дефицита;
кто получает основную часть добавленной стоимости.
Можно просто сказать: Премиальный продукт. И поставить точку.
Причём сама отрасль прекрасно знает, что проблема не только в премиальности
Шестаков ещё в 2023 году прямо говорил, что цена на полке может в несколько раз превышать цену рыбака, и указывал на необходимость разбираться с торговыми наценками. А сегодняшняя статистика показывает ещё одну интересную вещь: по оценкам экспертов, производительская цена красной икры с 2017 по 2025 год выросла на 344%, тогда как конечная потребительская цена на 197%. То есть нынешний рост действительно имеет фундаментальную сырьевую составляющую, а не сводится к банальной жадности магазина.
Именно поэтому критиковать нужно не сам факт высокой цены. Цена может быть высокой по вполне объективным причинам. Критиковать следует попытку превратить высокую цену в морально оправданное состояние мира.
Это разные вещи.
Потому что фраза икра должна стоить дорого содержит скрытое продолжение
И если вам дорого, то это значит, вы просто не тот потребитель.
Вот это уже интереснее. Человек, который ещё недавно спокойно покупал продукт на Новый год, оказывается не гражданином, которому нужно объяснить устройство рынка, он превращается в статистически незначимого потребителя.
Не премиальный. Не целевая аудитория. Неинтересный. Платёжеспособность ниже требуемой.
Следующий.
И это, пожалуй, самая неприятная часть всей истории, потому что современное общество может пережить очень богатых людей. Оно может пережить роскошь, оно может пережить яхты, часы, автомобили и квартиры стоимостью в сотни миллионов.
Но общество начинает меняться качественно в тот момент, когда недоступность обычных вещей начинают преподносить как естественную и даже желательную иерархию.
Когда человеку уже не просто говорят: Это дорого. Ему говорят: Это дорого, потому что оно не для таких, как ты. И вот здесь заканчивается экономика и начинается сословность.
Поэтому спорить нужно не о том, должна ли красная икра стоить 15, 20 или 25 тысяч за килограмм
Это слишком мелкий уровень разговора. Главный вопрос другой:
почему мы вообще должны считать хорошей новостью превращение всё большего количества товаров в символ принадлежности к обеспеченному классу?
Богатство это нормально. Высокая цена дефицитного товара тоже нормально. Премиальные товары нормально. Ненормальным становится другое: когда экономическое неравенство начинает подаваться не как проблема, не как следствие определённых правил распределения ресурсов, а как эстетически приятная характеристика общества.
Мол, наконец-то икра снова стала недоступной, как хорошо. Премиум. Справедливо.
Вот только есть один нюанс. Настоящий статусный кайф начинается, похоже, не тогда, когда ты можешь купить икру. А тогда, когда тебе уже приятно от самой мысли, что человек за соседним столом её купить не может.
И вот это уже действительно премиальный продукт, только называется он иначе - Социальное превосходство.
Показать полностью
Кара-Мурза С. Г. (1939—2025) "Советская цивилизация" (том II) М.: 2001
Часть 2. Созревание кризиса советского строя
Глава 1. Урбанизация и голод на образы: обездоленные в СССР
Возрождение сословности в позднем советском обществе
...Наследуемый характер прав и привилегий развращает высшие сословия, происходит дегенерация элиты. Войны и потрясения замедляют этот процесс, взбадривают элиту, а в благополучное время вырождение ускоряется. Выродившееся «дворянство» вызывает у народа уже не просто вражду, а омерзение. «Дворянство» же платит народу ненавистью и склоняется к национальной измене.
В начале века дворянство, составлявшее 1% населения, владело половиной пахотной земли, отнимало за аренду у крестьян половину урожая и прожирало эти деньги в Париже или проигрывало в Монако. Кончилось тем, что аристократы по уговору с Западом свергли царя, а офицеры-дворяне кинулись служить Западу в «белой армии».
Расцвет русского народа - именно те короткие сорок лет советского строя, когда были сломаны и даже забыты сословные перегородки, и мы стали народом-семьей, народом-общиной. Сын приходского священника Василевский становился маршалом, Королев после рабфака - академиком, Главным конструктором ракет, Гагарин после ремесленного училища - первым космонавтом. Новое «дворянство», номенклатура, честно служило и воевало. Но наступили благополучные 60-е годы, и третье поколение номенклатуры уже сильно отличалось от первых. Оно в массе своей пришло не из рабфаков и глухих деревень, это были дети начальства. Они обрели сословное сознание и научились отделять свои сословные интересы от интересов общества и государства.
С этого момента, кстати, начинается конфликт правящего сословия с официальной идеологией государства. Она всегда накладывает ограничения на аппетиты привилегированного сословия, напоминает о его обязанностях. Так было и в начале века - дворянство было атеистическим. Это особенно красноречиво проявилось в феврале 1917 г. - офицерство практически поголовно было антицерковным. Однако религия была весьма терпима к барству, и открытого конфликта дворянства с церковью не возникло. Иное дело коммунистическая идеология, она была несовместима с сословными интересами верхушки советского общества. Здесь возникла именно ненависть. Уже в 60-е годы у простого человека, случайно попавшего в компанию бюрократов и партработников, крайнее изумление вызывало то удовольствие, с которым они смаковали антисоветские анекдоты. Вслед за осознанием своей ненависти началась упорная работа по разрушению коммунистической идеологии. Все, что ей вредило, находило поддержку, Все, что ее укрепляло (в том числе разумная критика), душилось. Это прекрасно видно хотя бы в кадровой политике. Вполне объяснима и ненависть к Сталину. Он, создатель номенклатурной системы, в то же время применял жестокие методы контроля над нею и ее «взбадривания» - и сам ее ненавидел («каста проклятая»). После 1953 г. люди сталинского типа не имели уже никакого шанса подняться к руководству.
...Разумеется, и в дворянстве царской России, и в советской номенклатуре были честные люди, которые любили свою Родину и т.д. Но в период упадка уже не они решали дело, они вообще действовали почти как в подполье. В общем, национальная измена советской номенклатуры была потрясающе единодушной. Было бы очень интересно опубликовать список всех сотрудников аппарата ЦК КПСС последних лет СССР с указанием их нынешней должности и доходов (а также рода занятий их близких родственников).
Омерзение, которое вызывает правящее сословие периода упадка, иррационально и даже неразумно. Черная «Волга» секретаря райкома вызывала злобу, а «мерседес» сопляка-ворюги воспринимается равнодушно, а то и с симпатией. Это именно неразумно, потому что тот секретарь райкома с прагматической точки зрения был все равно лучше ворюги. Но люди не следуют прагматическим расчетам, от секретаря райкома уже пахло изменой, а от шпаны на иномарках - только перегаром. Сейчас взгляды меняются, но уже создано много необратимостей.
Лирическое отступление: какого покаяния от нас требуют?
...Будем считать, что мы примерно знаем, какие раны нанесли большевики стране, которую они собирали по косточкам - после того, как ее разворовали, растлили и рассыпали буржуи в паре с Распутиным да демократы Керенского с Деникиным.
Нам уши прожужжали о том, как Ленина везли в запломбированном вагоне с согласия германского штаба. Тут бы и процитировать "Окаянные дни" Бунина - якобы самую разоблачительную книгу о революции. Кого же она разоблачает? По мне, так именно те круги либеральной буржуазной интеллигенции, в которых вращался Бунин. Это ведь они мечтали о сдаче России немцам, чтобы те расправились с большевиками. Именно большевики собрали, что можно, из разваленной тогдашними демократами армии, и отбили немцев - даже Ельцин не осмелился отменить праздник 23 февраля, день создания Красной армии.
Но разве это была общенациональная победа? Нет, для многих это был крах надежд на "спасение Западом". Уже тут возник раскол, глубину которого хорошо передал Бунин. Большевика он изобразил в виде "синеглазого рабочего", который на улице встрял в разговор с буржуазными дамами. Одна из них, как пишет Бунин, "наивно вмешалась, стала говорить, что вот-вот немцы придут, и всем придется расплачиваться за то, что натворили. - Раньше, чем немцы придут, мы вас всех перережем, - холодно сказал рабочий и пошел прочь. Солдаты подтвердили: "вот это верно!" - и тоже отошли".
Так вот, старовойтовы и пр. требуют покаяния от этого "синеглазого рабочего" и этих солдат, а не от наивной дамочки и приятелей Бунина. Помню, как я сам, тупой студент, вскормленный мирным хлебом в новеньком, с иголочки, МГУ, уже тронутый ветрами ХХ съезда, приставал с требованием покаяния к двум моим дядьям-большевикам - которые были мне поближе и подоступнее, подобрее.
Кого же я травил? Оба коммунисты с молодых ногтей, оба потрепаны жизнью. Один имел большие способности к математике, приехал на крыше вагона, поступил на математический факультет. А тут призыв добровольцев в авиацию - ушел, стал летчиком. После кончил с отличием две академии, командовал полком, дома не бывал, днем и ночью на аэродроме. В сорок два года стал стариком. Другой "нераскаявшийся" с детства прибился в Средней Азии к армии, пятнадцать лет воевал с басмачами. Потом кончил два вуза и осваивал нефть Небит Дага с туркменами-пастухами, по пояс в ледяной воде. Это - партработник. И что меня еще с войны, ребенком, поражало в обоих - небывалая доброта к людям. В самых простых местах - в электричке, на базаре, на улице. Что бы они сделали сегодня, увидев на улице Москвы голодных и босых таджикских детей? И когда я, в своем безгрешном самодовольстве, заводил сорок лет назад свои речи о покаянии, то не понимал, почему они так переживали. Почему, ни от чего не отрекаясь и ни на кого не сваливая вину за историю, они говорили что-то сбивчивое, нечленораздельное, вроде того, как пишет Андрей Платонов.
Сейчас-то я понимаю, что они именно совершали, ежедневно и непрерывно, подвиг покаяния, они просто горели им, хотя эти слова были бы им противны. Может быть, они даже предчувствовали, что после их смерти придут и всем завладеют Гайдар и Боровой. И во мне, родной крови, видели глупого сообщника этих будущих душителей большевизма.
И вот, вспоминая сегодня дела и мысли этих принявших на себя вину большевиков, я бы сказал всем - и Солженицыну, и Яковлеву, и современным прогрессивным коммунистам: те большевики в целом, как "орден меченосцев", приняли и совершили покаяние. И такое, до которого нынешняя дряблая мысль и не поднимется. И самое главное, что это покаяние было понято и принято народом - опять же, без слов и без документов.
Это покаяние - в том, что три состава ВКП(б) было выбито за войну на передовой. Вот уровень ответственности, вот чем покрыто и стерто вольно или невольно причиненное народу зло. Кто скажет, что народ не принял этого покаяния? Чего вы требуете после этого и по сравнению с этим?
А это - не покаяние ли страшное, когда большевики положили под топор всю ленинскую гвардию? Когда отдали Тухачевского, громившего деревни тамбовщины? Ах, нехорошо, необоснованные репрессии. А почему же народ это принял, хотя сам нес от этого тяжелые потери? Такой у нас кровожадный народ? Тогда перед кем же каяться - перед Новодворской? Нет, народ у нас не кровожадный, а просто то самобичевание ВКП(б) было воспринято как покаяние - и зачтено.
А вот дела уже радостные, праздничные - но и в них покаяние. Это - ритуальные, выходящие за рамки экономической разумности послевоенные снижения цен. Какой Ясин объяснит нам смысл тех сообщений! А люди моего возраста помнят. Это был общий праздник - государства и простившего его грехи народа. Так кающийся и уже прощенный человек раздает свое добро, и люди берут с радостью, оказывая ему милость. Потому-то советское государство с непонятным упорством держалось за буханку по 18 коп. В этом была тайная сила. Рухнула эта буханка - и убили СССР. Какого теперь покаяния вы хотите, политические клоуны?
Грех новым коммунистам даже объясняться по этому поводу со всякими Сванидзе. Ведь их стандарт - Марк Захаров, сжигающий перед телекамерой какую-то корочку (может, даже свой партбилет, хотя вряд ли - бутафории у него хватит). Нельзя даже шаг делать в этом направлении - разные у нас культурные устои. Даже на самый невинный акт покаяния, милостыню, накладывает Евангелие строжайшую норму: "Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми, что бы они видели вас. Когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая, чтобы милостыня твоя была втайне".
Ссылка
Показать полностью