Семён Уралов о фильме "Доживём до понедельника"
Семён Уралов о фильме "Доживём до понедельника"
https://oper.ru/news/read.php?t=1051628216
Аудиоверсия: https://oper.ru/video/getaudio/tillmonday.mp3
Семён Уралов о фильме "Доживём до понедельника"
https://oper.ru/news/read.php?t=1051628216
Аудиоверсия: https://oper.ru/video/getaudio/tillmonday.mp3
В своё время я посмотрел оба фильма с разницей в пару дней. Т.е. у меня не было флёра ностальгии по старому фильму. И смотрел и сравнивал я их как самостоятельные произведения.
Конечно полноценно сравнивать их невозможно по многим причинам.
Старый фильм идет три часа. Новый 1:40 без титров.
Очевидно же что за три часа можно раскрыть персонажей и историю горазда сильнее чем за два. И в старом фильме множество сцен дополняющих образы, такие микромоменты.
По хронометражу отряд отправляется в 1:07 в старом фильме и в 37:01 в новом. Т.е. буквально в два раза больше времени на раскрытие отношений и персонажей.
Те кому прям не понравился фильм, мне кажется, не смотрели его, или смотрели сквозь призму ремейка.
Но на самом деле фильм вполне себе смотрибельный. Про кровавую гэбню на чёрных воронках амбре присутствует, но без этого и снимать нельзя сейчас. Но я не знаком с оригиналом, поэтому не могу гарантировать кто что добавил или убрал.
В целом новый фильм вполне аутентичен. Откровенных ляпов по оружию, технике или снаряжению нет. Батальные сцены хорошо сняты. Даже лучше чем в старом фильме. Актёры играют. Эмоцию вызывают. Картинка красивая.
Как итог картина совершенно точно заслуживает внимания и не как ремейк, а как самостоятельная экранизация повести. И уж точно не заслуживает всей ненависти, которую тут в комментах понаписали. А уж говорить что фильм кал, просто потому что это "ремейк" это вообще бред...
Есть фильмы, которые просто смотришь, а есть те, что проживаешь заново и оставляешь в сердце. Картина Станислава Ростоцкого «…А зори здесь тихие» — именно такая. Вот уже полвека это не просто выдающаяся лента о Великой Отечественной войне, а настоящее кинематографическое откровение для миллионов зрителей по всему миру.
В основе фильма - повесть фронтовика Бориса Васильева, опубликованная в 1969 году. История о трагедии пяти девушек-зенитчиц, вступивших в неравный бой с немецкими диверсантами в карельских лесах, мгновенно отозвалась в сердцах читателей.
За экранизацию взялся режиссер Станислав Ростоцкий - тоже фронтовик, для которого эта тема была глубоко личной. Фильм он снял в память о медсестре, которая вынесла его, раненого, с поля боя. Она же стала первой зрительницей картины. Такой мощный личный посыл предопределил удивительную искренность и атмосферу ленты.
Уникальность картины - в ее героинях. Война здесь показана через призму женских судеб, что делает ее еще более страшной и несправедливой. Пять юных, хрупких и жизнерадостных зенитчиц смогли принять бой, проявив несгибаемое мужество. Каждая из них олицетворяет весь народ, поднявшийся на защиту Родины.
Контраст между их юностью и жестокостью войны вызывает невыносимую боль. Они не мечтали быть солдатами и убивать, но враг разрушил их мирную жизнь. Режиссер подчеркнул это гениальным художественным приемом: суровые военные будни сняты в черно-белой гамме, а яркие цветные кадры отданы под светлые воспоминания и мечты девушек.
Впрочем, старшина Федот Васков в исполнении Андрея Мартынова создает некий баланс. Его отношение к девушкам меняется от командирского ворчания до глубокой отеческой заботы, а затем - до невыносимой вины и горечи утраты. Наблюдать за ним в начале фильма трогательно и порой забавно, но финал заставляет зрителя плакать от его честных и горьких слов.
Ростоцкому удалось идеально перенести литературную основу на экран. Однако путь картины к зрителю в 1972 году был тернистым: цензоры пытались вырезать некоторые сцены, обвиняя создателей в «очернении действительности». К счастью, режиссер смог отстоять фильм.
Признание было оглушительным. Помимо Государственной премии СССР и номинации на «Оскар» в 1973 году, картина получила главное - всенародную любовь. В СССР ее посмотрели 66 миллионов зрителей, а в Китае - более 40 миллионов.
«…А зори здесь тихие» - это памятник всем женщинам войны, а ценность ленты не меркнет с годами. Она обязательна к просмотру каждому, кто хочет не просто узнать историю, но и прочувствовать цену мира, который был когда-то завоеван для нас с вами.
Глючит встроенный плеер ВК? Прямая ССЫЛКА
YouTube: ССЫЛКА
PS: Что думаете о ремейке фильма 2015 года?
Съёмки «А зори здесь тихие…» проходили в Карелии, на территории, где в сорок первом шли реальные бои. Основные места съёмок находились в районе живописных Рускеальских водопадов — эти места стали не просто фоном, а полноценным участником повествования.
Группа работала на болотах, у озёр, в сосновых массивах, где сохранились воронки, окопы и остатки военных позиций. Станислав Ростоцкий, прошедший войну и потерявший в боях ногу, тщательно выбирал места, которые не требовали декоративных вмешательств — ландшафт сам по себе давал нужную фактуру, подчёркивал подлинность происходящего и усиливал эмоциональное воздействие картины. Его личный опыт и физическая жертва во многом определили подход к съёмкам: режиссёр работал без попыток смягчить материал, стремясь передать правду о войне.
Актрисы жили в палатках, носили сапоги, учились обращаться с винтовками и работали в условиях, максимально приближённых к армейским, что помогало им глубже вжиться в роли. Андрей Мартынов выполнял все сцены сам, без дублёров, демонстрируя подлинную вовлечённость в процесс.
Банный эпизод, ставший предметом бурных обсуждений, снимали в павильоне на студии. Там построили деревянный короб и установили промышленную паровую установку, которая создавала плотный влажный туман — на плёнке он давал нужную атмосферу парной. Температура в павильоне быстро росла, и оборудование требовало постоянного наблюдения.
Техник, отвечавший за режим работы установки, находился за перегородкой и следил за процессом во время репетиций. Когда начался дубль, установка перегрелась, и через несколько секунд произошёл резкий выброс пара. Актрисы успели лечь на пол и избежали ожогов — этот инцидент не попал в официальные производственные документы, но надолго остался в памяти участников съёмок.
Работа с актрисами строилась на взаимном доверии. Ростоцкий подробно объяснял, что эпизод основан на тексте Бориса Васильева и отражает бытовую сторону жизни женского подразделения. На площадке оставались только те, без кого съёмка была невозможна: оператор Вадим Юсов и режиссёр находились за плотной тканью с прорезями для объектива и наблюдения. Репетиции проходили в купальниках, а раздевались актрисы исключительно в момент начала дубля — об этом вспоминали Ольга Остроумова, Ирина Шевчук и другие участницы съёмок.
Цензура рассматривала банный эпизод отдельно: руководство Госкино сочло степень обнажения пограничной и потребовало объяснений. Ростоцкий отстаивал сцену, опираясь на текст повести, на документальность и необходимость показать реальный быт девушек‑зенитчиц. В итоге эпизод сохранили, хотя и сократили — изначально он был длиннее. Другая сцена, где девушки загорают на брезенте под солнцем, была полностью вырезана: в архивных материалах «Мосфильма» зафиксировано, что её сочли излишней и не соответствующей общему тону картины. Ростоцкий пытался вернуть этот фрагмент, но безуспешно. Банный эпизод удалось отстоять, потому что он имел прямое отношение к быту подразделения и не выходил за рамки допустимого с точки зрения художественной правды.
Фильм вышел в 1972 году и стал одним из главных событий советского кинопроката: его посмотрели около шестидесяти миллионов зрителей. Картина получила Государственную премию СССР, вошла в программу международных фестивалей, заслужила высокие оценки критиков и была номинирована на премию «Оскар» в категории «Лучший фильм на иностранном языке» — это стало признанием её художественной ценности на мировом уровне.
Успех был связан не с отдельными сценами, а с общим подходом Ростоцкого, который относился к материалу как к памяти о реальных девушках‑зенитчицах, погибших в сорок первом. Режиссёр работал без декоративных решений — картина держалась на точных деталях, на глубине актёрской игры и на ландшафте, который не требовал украшений.
Эпизод с баней стал частью этой линии. Он не был рассчитан на эффект или привлечение внимания за счёт откровенности. Это был элемент повседневности, восстановленный по тексту Васильева и рассказам фронтовиков. Сцена вошла в фильм как органичная часть общего рисунка жизни подразделения — без акцента на откровенность и без попыток выделить её среди других эпизодов. Картина сохранила её, потому что она работала на правду времени, а не на зрительский интерес. Зрители оценили этот подход: фильм тронул миллионы, вызвал живой отклик и закрепился в памяти поколений как одно из самых честных и пронзительных высказываний о войне в советском кинематографе.
🎭🎪🦺🧦🎨👟💎🎯🏆📢🎼🏅🎤🎺🥈📯🧤👜👢🎒🎞🎠🎡🎹🎷🔑☎🎉🎄🎀🎁🎗⚱🖥🎬📽
О духовности. Великорецкий Крестный ход. СЕРИЯ 2. Путь к себе.
Многих талантливых писателей тема Великой Отечественной войны волновала ещё не один десяток лет после окончания ужаса, который им довелось пережить. Одной из самых волнующих книг о войне является повесть Бориса Васильева «А зори здесь тихие», по которой был снят одноименный фильм. Картина потрясает до глубины души даже самого стойкого зрителя.
Великий кинодраматург Станислав Ростоцкий родился в 1922 году и о горестях войны знал не понаслышке. Участие в Великой Отечественной оставило навсегда отпечаток в его душе, что он и отразил в своей картине. Он сам прошел войну, и ему спасла жизнь женщина, медсестра, вытащив его, раненого, с поля боя. Она тащила раненого солдата несколько километров на себе. Отдавая дань уважения своей спасительнице, Ростоцкий снял картину о женщинах на войне.
Тема фильма: «Эх, бабы, бабы, несчастный вы народ! Мужикам война эта – как зайцу курево, а уж вам – то…». Идея фильма: « А про себя подумал: не это главное. А главное, что могла нарожать Соня детишек, а те бы – внуков и правнуков, а теперь не будет этой ниточки. Маленькой ниточки в бесконечной пряже человечества, перерезанной ножом». Ростоцкий был для актрис как старшина Васков для героинь фильма. Съёмки проходили в сложных климатических условиях и все тяготы они проходили вместе. Так, в сцене прохождения через болото вместе с девчонками каждое утро в жижу с присказкой «баба сеяла горох — ух!» шел режиссер, слегка поскрипывая протезом, оставшимся у него после ранения.
В киногруппе было много фронтовиков, поэтому перед утверждением актрис на роль был устроен кастинг с голосованием за каждую девушку. Пять девушек-зенитчиц, пошедшие за Васковым в лес, — это пять точных портретов эпохи.
Железная Рита Осянина (И. Шевчук), вдова молодого командира. Дерзкая красавица Женя Комелькова из «комсоставской» семьи(О. Остроумова). Молчаливая лесникова дочка Лиза Бричкина (Е. Драпеко). Тихая Соня Гурвич, отличница университета с томиком Блока в солдатском мешке(И. Долганова). Детдомовка Галя Четвертак (Е. Маркова).
На роль старшины Васкова режиссёр хотел пригласить известного исполнителя. Рассматривалась кандидатура Георгия Юматова. Потом появился молодой артист столичного Театра юного зрителя Андрей Мартынов. Его и утвердили на роль.
Вначале режиссер сомневался в выборе актера, но Мартынова тайным голосованием утвердила вся съемочная группа, в том числе осветители и работники сцены. Для съемок Мартынов даже отрастил усы. С режиссером они условились, что у Васкова в фильме будет своеобразный говорок — местный диалект, а поскольку Андрей родом из Иваново, ему было достаточно просто говорить на родном. Роль старшины Васкова в фильме «А зори здесь тихие…» стала для него звездным дебютом — 25-летний актер сыграл 40-летнего старшину удивительно естественно.
Андрей Мартынов открыл в своём старшине Васкове замечательную человеческую глубину. Когда старшина истошным криком: «Лягай!!!» обезоруживал немцев, в кинозалах вспыхивали аплодисменты.
Картину отправили на Венецианский фестиваль. Этот праздник кино запомнился на всю жизнь.
На предварительном просмотре для журналистов Ростоцкий пережил ужасные минуты. До этого был показан двухсерийный турецкий фильм, зрители уже осатанели, а тут им ещё показывают какой-то двухсерийный фильм про девочек в гимнастёрках. Хохотали всё время. Через двадцать минут, по признанию Ростоцкого, ему захотелось взять автомат Калашникова и всех перестрелять. Расстроенного режиссёра вывели из зала под руки.
На следующий день был просмотр в 11 часов вечера. «Зори…» длятся 3 часа 12 минут. «Я прекрасно понимал, что картина провалится: две с половиной тысячи людей, смокинговый фестиваль, картина идёт на русском языке с итальянскими субтитрами, перевода нет, — делился своими впечатлениями Станислав Ростоцкий. — Я шёл в своём смокинге, который второй раз в жизни надел, и меня держали под руки, потому что я просто падал. Я решил, что буду считать, сколько людей уйдёт с картины. Но как-то не уходили. А потом вдруг в одном месте раздались аплодисменты. Самые дорогие для меня. Потому что это были аплодисменты не мне, не актёрам, не сценарному мастерству… Вот этот враждебный зал в Италии, он вдруг стал сочувствовать девочке Жене Комельковой и её действию. Это было самое главное для меня».
Экранизируя известную повесть Бориса Васильева "А зори здесь тихие...", Станислав Ростоцкий решил сыграть на контрасте черно-белых военных будней небольшого отряда новобранцев-зенитчиц, вступивших в бой с фашистами, и цветных воспоминаний девушек об их довоенном прошлом.
Традиционная тема народного героизма органично сочеталась в картине с темой противоестественности войны, обрекшей на гибель еще только начинавших жить героинь.
Режиссеру удалось создать слаженный актерский ансамбль, состоявший в основном из дебютантов, и довольно подробно раскрыть характеры главных героев.
Особенно яркой и драматичной получилась сцена гибели героини Ольги Остроумовой, в последние минуты жизни напевавшей куплеты старинного романса...
Запомнился и Андрей Мартынов в роли "девчачьего командира" старшины Васкова. Когда старшина истошным криком: "Лягайт!!!" обезоруживал немцев, в отечественных кинозалах не раз вспыхивали аплодисменты...
На фоне бесчисленных боевиков о всепобеждающих военных разведчиках-десантниках и масштабных военных киноэпопей типа "Освобождения" фильм "А зори здесь тихие..." казался в начале 1970-х чуть ли не эталоном правдивого отражения событий военных дней.
Александр Федоров, 1991