Основы идеологии Розмини. – Эрн Владимир Францевич (1882—1917)
...Первая из идей, на которой останавливается Розмини, – идея времени. Она получается из сознания нами наших действий (dalla coscienza delle proprie azioni). Производя какое-нибудь действие, говорит Розмини, мы чувствуем себя ограниченными в двух отношениях. В действии нашем есть степень напряженности (grado d'intensita) и известная длительность (durata). До известного пункта как напряженность, так и длительность, могут возрастать. Мы даже можем вообразить, что они спообны к возрастанию бесконечному. Последовательная длительность и есть идея времени, (la durata successiva é l'idea del tempo). Последовательную длительность может иметь не только наше действие. Сравнение длительности нашего действия с длительностью какого-нибудь другого действия создает измерение времени (la misura del tempo). За начало такого измерения принимается обыкновенно вращение земли вокруг собственной оси и вокруг солнца. Если мы хотим сохранить постоянным количество действия, то мы должны при сокращении длительности увеличивать интенсивность, а при уменьшении интенсивности увеличивать длительность. Вследствие этой строгой пропорциональности между длительностью и интенсивностью действия мы имеем право сказать, что «в пределах той же самой длительности количество действия будет прямо пропорционально интенсивности». Отсюда идея равномерности времени (equabisita del tempo). Взявши действие в его возможности и отвлекшись от ограничения, свойственного последовательной длительности, мы приходим к идее чистого времени. При данной непрерывной интенсивности мерою времени является количество действия, и «равномерность» времени означает лишь одно и то же количество действия с одинаковой степенью интенсивности. Прибавив в последнем положении к количеству действия понятие возможности, мы получим чистую идею бесконечного времени.

Взявши идею времени со стороны непрерывности (сплошности continuita), мы натыкаемся на серьезную трудность. Как мыслить эту непрерывность? В опыте никой непрерывности мы не видим и не только не видим, но и видеть не можем. В опыте всякий заметный эффект говорит о промежутках во времени, а не о его сплошности. Эффект же незаметный заставляет нас думать о малых промежутках времени, не поддающихся учету наших чувств и опять-таки не о подлинной сплошности. Но раз все, что происходит, происходит «мгновенно» (per istanti), раз идея времени, как мы ее знаем из опыта, есть не что иное, как отношение между явлениями, или, лучше, между количествами действия в те же самые мгновения, тогда какой бы то ни было опыт, даже бесконечно более тонкий и проницательный, чем тот, на который способен человек, ни в каком случае не может привести непосредственно к уразумению сплошности времени или к его непрерывной последовательности. Кроме того, Розмини отрицает возможность мыслить бесконечное число. Всякое реальное число ограничено и, значит, конечно. Но тогда не может быть бесконечной последовательности вещей или явлений. Другими словами, наблюдение над реальными вещами не может дать идеи сплошного времени или непрерывной последовательности, потому что непрерывная последовательность требует бесконечного числа бесконечно малых моментов. Значит, непрерывная последовательность какого-нибудь реального явления абсурдна.

И все же, несмотря на это, наша идея времени носит непрерывный характер. Это означает прежде всего, что время, поскольку мы его наблюдаем в опыте в чистейшем смысле, феноменально и иллюзорно (puramente fenomenale ed illusoris). Это означает, во-вторых, что идея сплошного времени, которой мы обладаем, источником своим имеет не опыт, нечто другое. Что же именно? Наш ум с его идеей чистой возможности. Мы мыслим время абстрактно, как нечто такое, в чем в каждый момент может иметь начало какое-нибудь явление. При чем в смысле возможности начала (или конца) какого-нибудь явления – все моменты времени для нашей абстрактной мысли равны и безусловно одинаковы. Эта одинаковость и делает нашу идею времени непрерывной и сплошной, ибо в смысле возможности начала (или конца) какого-нибудь явления моменты времени неразличимы.

...Непосредственно вслед за движением Розмини говорит о пространстве. Пространство есть не что иное, как обратная идея полученная из сравнении различных «протяжений» нашего тела. Как и всякая абстрактная идея, пространство, после своего образования, может существовать в нас независимо от представления о телах. Пространство в абстрактном смысле бесконечно и непрерывно. Бесконечность получается от прибавления к нашей идее двигать свое тело идеи универсальной возможности. Ведь раз мы можем воображать или мыслить протяженность нашего тела повторенной (replicata) бесконечное число раз, – мы тем самым имеем идею бесконечного пространства. Непрерывность пространства получается нами из возможности относить ощущение к любому пункту нашей чувствительности. Непрерывность или сплошность пространства обозначает, что оно не имеет частей, разделения или промежутков. Если мы можем мыслить идею бесконечного пространства вышеуказанным путем, то можем также ограничить нашу мысль и думать не о всех возможных «репликациях» нашей протяженности, а только о некоторых. Отсюда идея ограниченного пространства, напр., площади или чего-нибудь другого. Но и эта площадь не имеет частей в себе, т.-е. она непрерывна, хотя и не ограничена. Таких ограниченных пространств я могу представлять сколько угодно, но каждое из них, большое или малое, всегда непрерывно. Это и заставляет нас думать, что малые пространства суть части больших. На самом же деле они не реальные части, а лишь идеальные, и представления о них, как частях, образуются иными актами ума по сравнению с актами ограничения возможных «репликаций» пространства. Поэтому-то бесконечная делимость пространства есть не что иное, как возможность повторять бесконечно (ripetere indefinitamente) ограничение пространства, нами мыслимого, или, как говорит св. Фома Аквинский, – «пространство имеет бесконечное число частей потенциально и ни одной актуально».

28 января Католическая церковь отмечает день памяти святого Фомы Аквинского (иначе Фомы Аквината, Томаса Аквината). Он признан наиболее авторитетным католическим религиозным философом, соединившим христианское вероучение с идеями Аристотеля.

Основной принцип философии Фомы Аквинского — гармония веры и разума. Он попытался рационально доказать существование Бога и отклонить возражения против истин веры.

Учение Фомы Аквинского было признано «единственно истинной философией католицизма». Оно оказало значительное влияние на духовную жизнь современного западного общества.

Фома Аквинский — покровитель римско-католических школ, колледжей, университетов, академий, апологетов, философов, богословов и продавцов книг.

Католики молятся святому Фоме о сохранении целомудрия, достижении успеха в учёбе, а также с просьбой сохранить во время шторма и молнии.

Триумф святого Фомы Аквинского. Франсиско де Сурбарана. 1631.

Святой Фома Аквинский родился 25 января 1225 года. Начальное образование получил в монастырской школе, по окончании которой поступил в Неапольский университет. В 19 лет Фома вступил в орден доминиканцев. Затем его послали в Рим, чтобы отправить дальше учиться в Кёльн и Париж.

В 1252 святой Фома впервые стал преподавать в доминиканском монастыре Сент-Жак. Вернувшись в Париж в 1269 году, философ стал советником самого короля Людовика IX.

Фома Аквинский должен был принять участие во Всеобщем лионском Соборе, созванном для объединения греческой и римской церквей, но заболел по пути в Лион. Он умер в Цистерсианском аббатстве, недалеко от Рима. Мощи святого находятся в доминиканском монастыре в Тулузе.

Святой Фома Аквинский известен своими философскими трудами, которые вошли в основу католического учения.

Одними из основных его произведений являются два обширных трактата в жанре суммы, охватывающих широкий спектр тем, — «Сумма теологии» и «Сумма против язычников».

Он строил все свои сочинения в виде вопросов и ответов, которые всегда представляют мнения возражающих, и старался показать то, что верно в каждом подходе.

Фоме Аквинскому удалось соединить идеи Блаженного Августина и философию Аристотеля.

Не прибегая к учению Церкви, философ на основании доводов разума и логики вывел доказательства бытия Бога.

Искушение святого Фомы Аквинского, Диего Веласкес. Ориуэла, Епархиальный музей. 1632

Существует легенда, что однажды во время трапезы в монастыре Фома Аквинский услышал голос, сказавший ему: «Здесь, в монастыре, все насыщены, но в Италии паства Моя голодает». Фома решил, что ему пора уехать из монастыря.

Семья Фомы противилась его решению быть доминиканцем. Его братья даже пошли на подлость, чтобы лишить Фому целомудрия. Святой стал молиться, и ему было видение. Ангел препоясал его поясом как символом вечного целомудрия, которое Бог ему даровал. Пояс и по сей день хранится в женском монастыре Шьери в Пьемонте.

Согласно легенде, Господь спросил святого Фому в конце его жизни, какую награду он хотел бы получить за свои труды. Фома ответил: «Только Тебя, Господи!».

5 доказательств существования Бога Фомы Аквинского

1. Доказательство через движение означает, что всё движущееся когда-либо было приведено в действие чем-то другим, которое в свою очередь было приведено в движение третьим. Именно Бог и оказывается первопричиной всего движения.

2. Доказательство через производящую причину — это доказательство схоже с первым. Так как ничто не может произвести самого себя, то существует нечто, что является первопричиной всего — это Бог.

3. Доказательство через необходимость — каждая вещь имеет возможность как своего потенциального, так и реального бытия. Если мы предположим, что все вещи находятся в потенции, то тогда бы ничего не возникло. Должно быть нечто, что способствовало переводу вещи из потенциального в актуальное состояние. Это нечто — Бог.

4. Доказательство от степеней бытия — люди говорят о различной степени совершенства предмета только через сравнения с самым совершенным. Это значит, что существует самое красивое, самое благородное, самое лучшее — этим является Бог.

5. Доказательство через целевую причину. В мире разумных и неразумных существ наблюдается целесообразность деятельности, а значит, существует разумное существо, которое полагает цель для всего, что есть в мире, — это существо

Рака с мощами Фомы Аквинского в тулузском монастыре якобитов

Любить кого-либо — то же самое, что желать этому человеку добра.

Мы должны искренне любить других ради их собственного блага, а не ради нашего.

Знание — настолько ценная вещь, что его не зазорно добывать из любого источника.

То, что ты не хочешь иметь завтра, отбрось сегодня, а то, что хочешь иметь завтра, — приобретай сегодня.

Наш долг — ненавидеть в грешнике его грех, но любить самого грешника за то, что он — человек, способный на благо.

Человеку не следует считать свои богатства своей собственностью, но он должен относиться к ним, как к общему имуществу, чтобы без колебаний распределять их между теми, кто нуждается в помощи.

Счастливому человеку нужны друзья и не для того, чтобы извлекать из них пользу, ибо он и сам преуспевает, и не для того, чтобы восторгаться ими, ибо он владеет совершенными восторгами добродетельной жизни, но, собственно для того, чтобы творить добрые дела для этих друзей.

Источник : https://aif.ru/dontknows/file/svyatoy_foma_akvinskiy_i_ego_5...

«Крот»

Я ухо приложил к земле.

Я муки криком не нарушу.

Ты слишком хриплым стоном душу

Бессмертную томишь во мгле!

Эй, встань и загорись и жги!

Эй, подними свой верный молот,

Чтоб молнией живой расколот

Был мрак, где не видать ни зги!

Ты роешься, подземный крот!

Я слышу трудный, хриплый голос...

Не медли. Помни: слабый колос

Под их секирой упадет...

Как зерна, злую землю рой

И выходи на свет. И ведай:

За их случайною победой

Роится сумрак гробовой.

Лелей, пои, таи ту новь,

Пройдет весна — над этой новью,

Вспоенная твоею кровью,

Созреет новая любовь.

(А.Блок)

Фигура крота, как мистического отражения исторического начала, привлекала многих: Шекспира, Герцена, Маркса и Гегеля. «Крот» – это мистериальное странствие в лабиринтах истории.

В спектакле странствие начинается в момент, когда герой спешит к умирающей матери в больницу. Кажется, что смерть навсегда разлучила мать и сыну, и уже ничего не исправить. В этот момент разрушается граница между мирами, и герой встречается с трансцендентными сущностями, с альфой и омегой, и души умерших детей Беслана взывают к нему.

Кто повстречается герою в его странствии? Какие картины из прошлого предстанут перед ним в этом запутанном лабиринте? Герою предстоит осмыслить суть эпохи, в которой он живет, эпохи, которая началась с того, что высокие идеалы коммунизма и гуманизма были растоптаны и осмеяны той самой интеллигенцией, которая их до этого их страстно превозносила.