Основы идеологии Розмини. – Эрн Владимир Францевич (1882—1917)
...Первая из идей, на которой останавливается Розмини, – идея времени. Она получается из сознания нами наших действий (dalla coscienza delle proprie azioni). Производя какое-нибудь действие, говорит Розмини, мы чувствуем себя ограниченными в двух отношениях. В действии нашем есть степень напряженности (grado d'intensita) и известная длительность (durata). До известного пункта как напряженность, так и длительность, могут возрастать. Мы даже можем вообразить, что они спообны к возрастанию бесконечному. Последовательная длительность и есть идея времени, (la durata successiva é l'idea del tempo). Последовательную длительность может иметь не только наше действие. Сравнение длительности нашего действия с длительностью какого-нибудь другого действия создает измерение времени (la misura del tempo). За начало такого измерения принимается обыкновенно вращение земли вокруг собственной оси и вокруг солнца. Если мы хотим сохранить постоянным количество действия, то мы должны при сокращении длительности увеличивать интенсивность, а при уменьшении интенсивности увеличивать длительность. Вследствие этой строгой пропорциональности между длительностью и интенсивностью действия мы имеем право сказать, что «в пределах той же самой длительности количество действия будет прямо пропорционально интенсивности». Отсюда идея равномерности времени (equabisita del tempo). Взявши действие в его возможности и отвлекшись от ограничения, свойственного последовательной длительности, мы приходим к идее чистого времени. При данной непрерывной интенсивности мерою времени является количество действия, и «равномерность» времени означает лишь одно и то же количество действия с одинаковой степенью интенсивности. Прибавив в последнем положении к количеству действия понятие возможности, мы получим чистую идею бесконечного времени.

Взявши идею времени со стороны непрерывности (сплошности continuita), мы натыкаемся на серьезную трудность. Как мыслить эту непрерывность? В опыте никой непрерывности мы не видим и не только не видим, но и видеть не можем. В опыте всякий заметный эффект говорит о промежутках во времени, а не о его сплошности. Эффект же незаметный заставляет нас думать о малых промежутках времени, не поддающихся учету наших чувств и опять-таки не о подлинной сплошности. Но раз все, что происходит, происходит «мгновенно» (per istanti), раз идея времени, как мы ее знаем из опыта, есть не что иное, как отношение между явлениями, или, лучше, между количествами действия в те же самые мгновения, тогда какой бы то ни было опыт, даже бесконечно более тонкий и проницательный, чем тот, на который способен человек, ни в каком случае не может привести непосредственно к уразумению сплошности времени или к его непрерывной последовательности. Кроме того, Розмини отрицает возможность мыслить бесконечное число. Всякое реальное число ограничено и, значит, конечно. Но тогда не может быть бесконечной последовательности вещей или явлений. Другими словами, наблюдение над реальными вещами не может дать идеи сплошного времени или непрерывной последовательности, потому что непрерывная последовательность требует бесконечного числа бесконечно малых моментов. Значит, непрерывная последовательность какого-нибудь реального явления абсурдна.

И все же, несмотря на это, наша идея времени носит непрерывный характер. Это означает прежде всего, что время, поскольку мы его наблюдаем в опыте в чистейшем смысле, феноменально и иллюзорно (puramente fenomenale ed illusoris). Это означает, во-вторых, что идея сплошного времени, которой мы обладаем, источником своим имеет не опыт, нечто другое. Что же именно? Наш ум с его идеей чистой возможности. Мы мыслим время абстрактно, как нечто такое, в чем в каждый момент может иметь начало какое-нибудь явление. При чем в смысле возможности начала (или конца) какого-нибудь явления – все моменты времени для нашей абстрактной мысли равны и безусловно одинаковы. Эта одинаковость и делает нашу идею времени непрерывной и сплошной, ибо в смысле возможности начала (или конца) какого-нибудь явления моменты времени неразличимы.

...Непосредственно вслед за движением Розмини говорит о пространстве. Пространство есть не что иное, как обратная идея полученная из сравнении различных «протяжений» нашего тела. Как и всякая абстрактная идея, пространство, после своего образования, может существовать в нас независимо от представления о телах. Пространство в абстрактном смысле бесконечно и непрерывно. Бесконечность получается от прибавления к нашей идее двигать свое тело идеи универсальной возможности. Ведь раз мы можем воображать или мыслить протяженность нашего тела повторенной (replicata) бесконечное число раз, – мы тем самым имеем идею бесконечного пространства. Непрерывность пространства получается нами из возможности относить ощущение к любому пункту нашей чувствительности. Непрерывность или сплошность пространства обозначает, что оно не имеет частей, разделения или промежутков. Если мы можем мыслить идею бесконечного пространства вышеуказанным путем, то можем также ограничить нашу мысль и думать не о всех возможных «репликациях» нашей протяженности, а только о некоторых. Отсюда идея ограниченного пространства, напр., площади или чего-нибудь другого. Но и эта площадь не имеет частей в себе, т.-е. она непрерывна, хотя и не ограничена. Таких ограниченных пространств я могу представлять сколько угодно, но каждое из них, большое или малое, всегда непрерывно. Это и заставляет нас думать, что малые пространства суть части больших. На самом же деле они не реальные части, а лишь идеальные, и представления о них, как частях, образуются иными актами ума по сравнению с актами ограничения возможных «репликаций» пространства. Поэтому-то бесконечная делимость пространства есть не что иное, как возможность повторять бесконечно (ripetere indefinitamente) ограничение пространства, нами мыслимого, или, как говорит св. Фома Аквинский, – «пространство имеет бесконечное число частей потенциально и ни одной актуально».

Я долго не мог нормально объяснить одну вещь людям поэтому попробую описать здесь. Речь не про воображение и не про я представляю комнату с другой стороны. Это не дежавю, это какое-то другое ощущение и оно управляемое. Не претендую на должность психа, я взрослый, успешный и осознанный человек.

Физически всё одинаково, шкаф стоит на месте, дверь там же, стул не двигается, расстояния те же, я всё это вижу и понимаю как есть.

Но есть странный момент. Я могу воспринимать одно и то же пространство по разному, как будто мозг переключает режим сборки этой картинки

И таких режимов обычно 2-3, они не случайные они устойчивые. Самое странное, что я могу переключаться между ними осознанно, просто меняется ощущение того, как организовано пространство в голове, но ориентация не теряется и я не путаюсь и не ухожу в фантазию.

Если смотреть на фото или камеру, эффект остаётся, одна и та же картинка воспринимается по-разному в зависимости от того, в каком я сейчас режиме.

В детстве это происходило само. Я вроде просто замечал, что одно и то же место иногда ощущается иначе, хотя ничего не меняется сейчас. Понял что могу это вызывать сам. И ещё важный момент, у каждого режима сильно меняется эмоциональное ощущение места,это не радость или грусть, а словно это пространство ощущается как будто это разные версии одного и того же места

Когда я пытался объяснить это друзьям или родителям, меня не понимают. Они думают так есть объекты, они стоят на месте, значит всё одинаково

Но я говорю не про объекты, а про то как мозг собирает это пространство внутри

Я не знаю, есть ли у этого явления название и не знаю, насколько это редкая штука или просто у всех так, но никто не обращает внимания

Поэтому интересно, есть ли тут люди, которые понимают о чём речь или у меня это какой то индивидуальный баг восприятия?