Отношения третьего уровня с другими в саморегуляции менее структурированы, чем при организации реальной адаптации к среде. Использование в аутостимуляции материала других уровней позволяет третьему достичь большей результативности в стабилизации аффективных процессов. Так, осмеивая неудачу, препятствие, врага, мы не только умаляем их силу, но и активно приписываем им качества грязного, мерзкого, т. е. обращаемся к средствам второго уровня. Для подъема активности третий уровень использует впечатления первого: переживание резкого нарушения равновесия трансформируется в игры с качелями, горками и т. п.

Как смешные и веселые события специально организуются моменты нарушения стереотипов, автоматизмов (поскользнулся и упал), вводятся откровенно неприятные впечатления второго уровня: мы помним, какую чудесную шутку готовили герои Дж. К. Джерома, прилаживая к кровати спящего приятеля вместо коврика ванночку с холодной водой; какие замечательные гастрономические эксперименты проводил знаменитый герой романа М. А. Булгакова кот Бегемот, поперчивая кусок ананаса или намазывая горчицей устрицу. Мы знаем, какую радость можем получить от шуток, связанных с намеренной моторной неловкостью, игрой, нарушающей правильность речи, алогичностью, парадоксальностью суждений. Такие удовольствия недоступны второму уровню, который, как мы знаем, относится к удовольствиям и жизненным стереотипам серьезно.