Наступила звенящая тишина... И вдруг из-за угла разрушенного склада полилась сладкая мелодия ситара. Появились два десятка женщин в ослепительных золотых сари, усыпанных стразами. Их движения были синхронны и полны невероятной грации. С лица Викрама тут же исчезла суровая гримаса, улыбка озарила его лицо.

Он влился в танец, его усы в такт отбивали сложный ритм таблы, а сапоги чеканили шаг, дробя осколки бутылок в мелкую крошку. Он пел высоким, чистым голосом о победе добра, о любви к матери-Индии и о том, что справедливость, как и его усы, непоколебима.

Это был обычный день в пригородном округе Мумбаи, и ничто не предвещало неожиданностей. Но вдруг Викрам Сингх замер посреди танца, его усы дрогнули — не от ритма таблы, а от предчувствия. Сладкая мелодия ситара внезапно оборвалась. Женщины в золотых сари расступились, и из-за их спин вышел человек.

Он был одет в идеально выглаженный льняной костюм цвета слоновой кости, на запястье — часы Patek Philippe, а в руке он держал не пистолет и не кинжал, а планшет.

— Мистер Сингх, — произнёс он мягко, но так, что его голос разнёсся по всему ангару громче, чем когда-либо голос Кумара. — Меня зовут Адитья Мехта. Я из отдела налоговой инспекции, зона Бандра-Курла.

Викрам моргнул. Его сапоги, ещё секунду назад чеканившие ритм, застыли на осколках бутылок.

— Вы, — продолжал Мехта, водя пальцем по экрану планшета, — только что уничтожили имущество на сумму семнадцать крор рупий. Экскаватор "Железная Кобра" — зарегистрированное транспортное средство, принадлежащее фирме "Кумар Энтерпрайзес". Бронированный фургон — ввезён по лицензии Министерства обороны, таможенная пошлина составила...

— Постой! — Викрам поднял руку, и в этот момент его знаменитые усы выглядели почти жалко. — Это была самооборона! Кумар — преступник!

— О, я не спорю, — Мехта кивнул, и на его лице появилось выражение, от которого у Викрама похолодели ладони. — Санжай Кумар арестован. Но вот вопрос: кто возместит ущерб? Государство? Страховая компания, у которой полис на экскаватор истёк три дня назад? Или, может быть, вы, мистер Сингх, лично? — он приблизился, и его тень легла на капот смятого Ambassador. — У вас есть счёт в швейцарском банке? Нет? Жаль. Потому что семнадцать крор — это только начало. Плюс штраф за несанкционированное использование бензинового шланга в промышленной зоне без разрешения пожарного инспектора. Плюс...

Викрам Сингх, Ураган Викрам, герой тысячи боёв, медленно опустился на капот своего Ambassador. Его усы повисли. Табла замолчали. Женщины в сари начали расходиться — им нужно было успеть на последний пригородный поезд до Васаи.

— У вас есть право хранить молчание, — закончил Мехта, и в его голосе не было ни злобы, ни торжества. — Но, учитывая количество зафиксированных нарушений, я бы рекомендовал позвонить адвокату.

И тогда, впервые за двадцать лет, Ураган Викрам заплакал. Не от боли, не от поражения — от того, что справедливость осталась непоколебимой, но у нее есть бухгалтерия.

– Да, и чуть не забыл, - продолжил Мехта. - Прилагаю форму 26АС за три предыдущих года. И у вас, кстати, неуплаченный налог на имущество за старый Ambassador 1987 года выпуска. Плюс экологический сбор за сжигание покрышек в черте города...

Викрам Сингх поднял глаза, полные слёз, посмотрел на налогового инспектора и прошептал дрожащим голосом:

— Брат... убей меня лучше, как мужчину. Экскаваторным ковшом.по голове.

– Я не могу, мистер Сингх, - развел руками Мехта. – У меня нет акта списания на экскаваторный ковш.