Однажды на выступление академика Т.Д.Лысенко попал физик Лев Ландау. Лысенко делал доклад о наследственной обучаемости.
Рассказывал о пшенице, которую замораживали, и считали, что она приобретёт наследственную морозоустойчивость.
И вот, когда подошла пора вопросов, Ландау его спросил:
- Правильно ли я вас понял, тов. Лысенко, если у коровы отрезать ухо, у ее потомства отрезать ухо и т.д. и т.д., то в конце концов родится одноухая корова?
- Да, совершенно верно, тов. Ландау! - ответил Лысенко.
- Тогда у меня вопрос, - сказал Ландау. - А как вы объясните рождение девственниц?
*****
Тема оказалась настолько живой, что в отведенное на дискуссию время до конца её раскрыть не удалось.
Прошли годы и к ней к теме наследственной обучаемости писатель В.В.Буковский в книге "И возвращается ветер":
"Говорят, один чудак-англичанин двадцать лет крысам хвосты рубил, всё ждал бесхвостого потомства, не дождался и плюнул.
Что с него взять, с англичанина? Не хватало ему огонька, здоровой веры в светлое будущее.
Другое дело Россия... Десятки лет рубили людям головы, и наконец стали-таки рождаться безголовые люди нового типа.
Главное - не унывать, ведь всё это ради всеобщего счастья..."

P.S. Только вот евреи, почему-то, по-прежнему рождаются необрезанными.

22 января 1908 года в Баку в семье молодых евреев ученых родился будущий нобелевский лауреат, и светило теоретической физики Лев Давидович Ландау.

Мама мальчика Любовь Вениаминовна была медиком, небезуспешно публиковавшим научные статьи по экспериментальной фармакологии. Отец Давид Львович, окончил школу, с золотой медалью работал в азербайджанской нефтяной сфере, и писал статьи для специализированных журналов.

Лев учился в закрытом лицее для еврейских детей. К удивлению родителей, знакомых семьи и учителей в 12 лет он добился серьезных успехов в точных науках, а в 14 поступил сразу на два факультета «Азербайджанского государственного университета». Когда Ландау осознал, что усидеть сразу на двух стульях даже ему будет слишком проблематично, он «променял» химию на физмат и не прогадал.

В 1924 году талантливого студента, для которого бакинское научное сообщество стало слишком тесным, перевели в «Ленинградский университет». В 18 лет он опубликовал первую серьезную теоретическую работу вызвавшую фурор в среде красной профессуры.

В 1927 году Ландау параллельно с Джоном фон Нейманом разработал «матрицу плотности».

С 1929 по 1931 год перспективный молодой ученый стажировался в Германии, Англии и Дании. За два года командировки пролетевшей как один день Льву Давидовичу посчастливилось общаться и работать с Эйнштейном, Капицей, Борном и Гейзенбергом.

Нильс Бор с распростертыми объятьями взял башковитого красного в свою копенгагенскую лабораторию. Когда датчанин узнал, что руководство, отправив Ландау в двухгодичную командировку, дало ему денег, которых едва бы хватило на полгода он через «Рокфеллеровский фонд» пробил для молодого коллеги полуторагодичный грант. До конца своих дней на вопрос о главном человеке в его жизни Лев Давидович называл только одно имя Нильс Бор.

Поездка за границу могла сорваться в связи с арестом в 1929 году отца ученого, обвиненного в хранении и сбыте золотых монет царской чеканки. Давиду Львовичу повезло, что сдав все не найденное при обыске золото, он отделался легким испугом, и не навредил карьере своего мальчика.

В 1932-1937 году Ландау плотно работал в харьковских «Физико-техническом» и «Механико-машиностроительном» институтах.

В 1937 году Лев Давидович перебрался в Москву в только что созданный под Петра Капицу «Институт физических проблем».

В 1938 году Ландау то ли стал жертвой оговора, то ли действительно подписал воззвание против «сталинской диктатуры». Антисоветские листовки планировалось распространить на первомайской демонстрации.

Раскрыв преступные замыслы научной интеллигенции, сотрудники НКВД провели точечные аресты. Физик год просидел в тюрьме и был выпущен на свободу благодаря защите двух своих ангелов хранителей Бора и Капицы.

Петр Леонидович взял оступившегося гения на поруки пообещав чекистам что отныне Ландау забудет о контрреволюционной деятельности и больше никогда не будет злоумышлять против поверившей в его раскаяние советской власти.

Ландау участвовал в «советском атомном проекте», благодаря которому он получил три сталинских премии, орден Ленина и золотую звезду Героя Социалистического Труда.

7 января 1962 году Лев Давидович попал в жуткую автомобильную катастрофу, и провел два месяца в коме. Со всех концов мира маститые ученые присылали в больницу самые дорогие препараты необходимые для спасения физика.

Произошло чудо, гений выкарабкался. Шесть долгих лет ушло на его восстановление, все были уверены еще чуть-чуть и Ландау вернется к научной работе, однако в этот раз чуда не произошло.

10 декабря 1962 года шведский посол в СССР прямо в больничной палате вручил Льву Давидовичу нобелевскую медаль, диплом и чек на денежную премию в размере 250 000 крон. Шестьдесят процентов от баснословной по тем временам суммы супруга ученого передала государству, а оставшуюся часть потратила на реабилитацию горячо любимого мужа.

1 апреля 1968 года после хирургического вмешательства и возникшего вследствие него тромбоза сосудов Ландау скончался.

С 1934 года Лев Давидович проживал в гражданском браке с Конкордией Дробанцевой. Согласно заранее достигнутым договоренностям каждый и супругов «имел право налево».

Пара оформила отношения лишь в 1946 году за несколько дней до рождения их единственного сына Игоря.

Для страстного сердцееда Ландау в мире не было некрасивых девушек, все они подразделялись на три категории:

- у хорошеньких прелестниц носик слегка вздернут;

- красавицы имеют высеченный, словно из мрамора греческий профиль;

- у интересных девиц носик картошкой.

Физик всегда предупреждал жену, когда собирался привести домой очередную пассию. В день свидания Корочка готовила Левушке ужин, стелила чистую кровать и уходила гулять по центру столицы. Домой женщина могла вернуться только после того как их на кухне зажигался свет, сообщавший ей, что Лондау остался дома один.