Введите описание к изображению (не обязательно)

Невероятная книга, просто читательский шторм! Бросает от прекрасного к ужасному и обратно. Книга полна чистой любви и подлости, а ещё в ней много, нет очень много физиологии. Мо Янь относится к своим героям очень безжалостно, по сравнению с ним Джордж Мартин просто наивный школьник! Так что, если вы слишком впечатлительны, брезгливы или религиозны, книга точно не для вас.

Я читала и отвращение сменялось восхищением, временами хотелось бросить, но бросить было просто невозможно! Книга читается живо и кинематографична сама по себе, написана прекрасным литературным языком. Хотя обилие персонажей с похожими именами вызывает определенные трудности.

Не просто жить в эпоху исторических перемен! Семья Шангуань выживает в жерновах истории: тут и Японо-Китайская война, и становление государственности, и партизаны, и гражданская война, голод, пропаганда, коррупция, культурная революция, коммунизм. Где-то встречала выражение, что данная книга - это "Тихий Дон" по-китайски и я склонна с этим мнением согласится. Удивительно, но для простого человека: хоть китаянки, хоть донской казачки события не сильно отличались. Сберечь семью, выкормить детей, подстроится под изменения государства, под мужчин, под свекровь, под общественное мнение, безропотно и со смирением принимать удары судьбы. Незавидная женская доля.

Я очень не люблю книги с темой маленького человека и очень люблю истории про сильных людей. И опять автор удивил: здесь два главных героя - сильная самоотверженная Шангуань Лу, мать, готовая буквально на всё ради своих детей, хрупкая, но обладающая стальным характером и силой духа. И ее долгожданный сын, восьмой ребенок среди девочек, единственная надежда на продолжение рода, безвольный, набалованный, пугливый и жалкий, да ещё и имеющий болезненную фиксацию на женских грудях, постоянно требующий от окружающих сострадания и понимания, но не делающих не малейшего усилия, обращающий все шансы, которые в том числе ему предоставляли по благодарности к матушке, в прах. Очень неприятный персонаж, хотя и винить его нельзя, вырасти в таких условиях и исторических событиях - собрать букет всех психических травм. Впрочем, вся женская половина семьи Шангуань обладала завидной силой духа. И все дочери, и даже свекровь вызывают уважение. А вот с мужчинами семье не повезло: слабые или морально, или физически, или психически, все три поколения, от свекра до сына (хоть мы практически сразу узнаем, что долгожданный мальчик не от мужа). Да и вообще, автор мужских персонажей, даже второстепенных, не балует прекрасными чертами. Если добрый, то под пятой у жены, если героический и смелый, то равнодушный к бедам собственной семьи, а то и просто жалкий и недоделанный, хоть и совестливый.

Впечатлений от книги очень много, давно меня на такие длинные рецензии не пробивало. Впечатления ещё не улеглись окончательно, книга всё ещё занимает мои мысли, не отпускает. Думаю, что через несколько лет обязательно перечитаю снова.

P.S. автору безусловно верю. Моя прабабушка, крестьянка из центральной России также кормила грудью младшего сына до четырех лет. Дело было во время войны, девятеро детей, они голодали. Прабабушка пекла лепешки из лебеды и со старшими детьми их ела, а младший сын есть их не мог, поэтому кормила его собственным молоком. Да и вырос он такой же набалованный и неудачный и умер раньше всех. Все девять детей ее силами выжили, получили образование, стали уважаемыми людьми, кроме меньшого. Ещё и двоих соседских сирот тянула. Да, и прожила 96 лет. А меня назвали в ее честь, родилась я в ее восьмидесятилетний юбилей. Гвозди бы делать из таких женщин, как Шангуань Лу и моя прабабуля.

Продолжаю читать "Большая грудь, широкий зад" Мо Яня. Местами история рассказывается от первого лица младенца.

Моя зимняя одежда — «карман» из парусины и плотной хлопчатобумажной ткани надёжно затягивался наверху тесёмкой, а прочные лямки матушка завязывала под грудью. Когда наступало время кормления, она втягивала живот и поворачивала «карман», пока я не оказывался перед грудью. В «кармане» я мог стоять только на коленках, голова плотно прижималась к груди; стоило повернуть голову вправо, как я тут же находил левый сосок, поверну влево — правый. Вот уж поистине — со всех сторон ждёт успех. Но был у этого «кармана» и недостаток: руками не пошевельнуть, и я уже не мог, следуя своей привычке, держать во рту один сосок и защищать рукой другой. Восьмую сестрёнку я отлучил от материнской груди вовсе. Если сестрёнка пыталась посягнуть на неё, я тут же начинал царапаться и лягаться, заставляя бедную слепую девочку обливаться слезами. В результате она жила лишь на жидкой каше, и старшие сёстры очень расстраивались по этому поводу.
В течение долгих зимних месяцев процесс кормления омрачался для меня страшным беспокойством. Когда я держал во рту левый сосок, всё внимание моё было обращено на правый. Мне представлялось, что в круглое отверстие куртки может вдруг проникнуть волосатая рука и утащить временно не занятую грудь. Не в силах отделаться от этой тревоги, я часто менял соски: чуть пососав левый, хватался за правый, а лишь отворив шлюз правого, старался переметнуться к левому. Матушка наблюдала за мной с изумлением, но, заметив, что я сосу левую грудь, а кошусь на правую, быстро догадалась, что меня тревожит. Холодными губами она покрыла моё лицо поцелуями и тихонько проговорила:
— Цзиньтун, сыночек, золотце моё, всё мамино молоко для тебя, никто его не отнимет.

Книгу "Устал рождаться и умирать" написал Мо Янь - популярный китайский писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе за 2012 год.

Книга повествует о послесмертных скитаниях в различных формах жизни китайского землевладельца Симэнь Нао.

Основное действие книги происходит во времена правления Мао Цзэдуна, когда Китай стал на путь коммунизма. В книге наглядно показаны трудности перехода на другой строй, хотя это здесь и не главное.

Рассказ начинается с фразы главного героя нам о том, что его уже некоторое время (2 года) пытали в аду. Несмотря на своё местонахождение главный герой пытается, доказать свою невиновность и то, что с ним поступили несправедливо. Ло-ван (местный дьявол) понимает, что Симэнь Нао ни в чём не виноват и отправляет его обратно в мир живых, но вопреки ожиданиям рождается он не человеком, а животным.

Перед тем как Симэнь Нао оказался в аду, он был землевладельцем, трудолюбивым и честным. У него была жена, несколько наложниц, дети и усыновлённый паренёк. В дальнейшем рассказ будет вестись преимущественно о них, раскрывая их взаимоотношения, а также личности каждого, а мы будем видеть их чаще всего через глаза животного.

Всем советую данную книгу. Она поднимет проблемы Китая тех времён, взаимоотношения людей и их изменения в течении времени, что не оставит вас равнодушными до самого конца рассказа. Я смело поставлю книге 10/10.

Часто рекомендуют книги, пожалуй и я предложу.

В связи с географическим положением или какой-то своей впечатлительностью азиатской культурой полюбил и литературу Китая.

Мо Янь "Страна вина"

Мо Янь "Большая грудь широкий зад"

Мо Янь «Красный гаолян»

И вот такие сборники китайской прозы на закуску. Повести и рассказы.

Китайская проза XX-XXI века

Не могу дать ссылок на данные книги, потому что, заказываю их и покупаю в бумажном варианте. Причем, я знаю, что книги Мо Янь есть, и в ePub, и в Fb2, и найти их не сложно, но я как-то к бумажным пришел именно этих книг. Что же касается серии Китайская проза XXI века, их так же заказываю в бумажном варианте и даже не знаю есть ли в электронном, потому как, переводят в Питере (Институт Конфуция в СПбГУ) или помощь в издании, серия довольно молодая, не очень известная, да и тираж небольшой.

Что могу сказать про эти книги. Автор Мо Янь очень мясисто и ярко пишет. У кого жажда по плотности изложения рекомендую, так плотно помню писал Джеральд Даррелл, но сравнение, только по плотности текста, образов и действий, ну, а о чем, жанры понятное дело разные. Мо Янь пишет в каком-то магическом реализме, за что, думаю, совершенно правильно удостоен Нобелевской премии. Диссидент. 

Серия книг Китайская проза XX-XXI века - сборники легких но очень открытых читателю произведений. Не сказал бы, что они как-то особенно эмоциональны, но каждое произведение заденет. Светлые по натуре и просты.

Упомянул Джеральд Даррелла. Не китайская проза и даже не о людях. Джеральд, это тот человек который придумал (основал) первые зоопарки по всему миру. Натуралист. Пишет о животных. Дети от его произведений, как правило в восторге.