Серия «Профотбор. Взгляд психиатра»

Добрый день, коллеги. Мы подошли к финальной, и, пожалуй, самой деликатной точке нашего цикла «Профотбор. Взгляд психиатра». Тема сегодняшнего разговора редко выносится на открытое обсуждение в HR-сообществах, но ее игнорирование может привести к катастрофическим репутационным и юридическим последствиям для компании. Речь пойдет о сексуальных девиациях, или парафилиях. Мы будем говорить о них не с моральных или культурных позиций, а строго через призму прагматичной оценки профессиональных рисков: как эти скрытые нарушения могут проявиться в корпоративной среде и почему их важно уметь заподозрить на самом раннем этапе – при отборе кандидатов.

Суть явления и истоки проблемы

С точки зрения клинической психиатрии (руководствуясь МКБ-10 и DSM-5), парафилия – это не временное увлечение или безобидная фантазия. Это стойкое, интенсивное и доминирующее сексуальное влечение к нетипичным объектам, ситуациям или действиям, которое длится не меньше шести месяцев. Ключевой фактор здесь – клиническая значимость. Это влечение либо вызывает выраженные страдания и напряжение у самого человека, либо его реализация предполагает действие с партнером, не давшим согласия, или причиняет ему вред. Именно последний пункт – отсутствие добровольного и осознанного согласия является красной линией, отделяющей личную особенность от социально опасного поведения.

Этиология (происхождение) парафилий – сложный клубок из множества факторов.

Здесь переплетаются:

- биологические предпосылки (определенные особенности строения и функционирования мозга, генетическая предрасположенность).

- глубокие психологические причины, часто уходящие корнями в детство и подростковый возраст (психотравмы, фиксации на определенных стадиях психосексуального развития, нарушение привязанности).

- социально-обусловленные факторы (дефицит здоровых моделей отношений, опыт насилия, специфическое содержание потребляемой информации).

Важнейший принцип для понимания:

Наличие у человека парафилии не является автоматическим приговором и не означает, что он обязательно совершит правонарушение.
Многие люди годами борются со своими влечениями, испытывая из-за них колоссальные страдания, и обращаются за помощью к психотерапевтам и психиатрам, чтобы не причинять вред себе или другим. Однако, наша с вами профессиональная задача в рамках профотбора – не оказывать помощь, а оценивать потенциальные риски в конкретной рабочей среде. А рабочая среда, с ее стрессами, иерархиями, близостью и возможностями, может стать тем самым триггером, который переведет внутренние фантазии в плоскость реальных действий, нарушающих границы коллег или клиентов.

Классификация: основные типы рисков для рабочей среды

Нам, как специалистам по отбору, нет необходимости становиться экспертами-сексологами. Гораздо важнее понимать базовые типы поведения, которые несут в себе максимальный риск для корпоративной культуры и безопасности. Условно разделим их на группы по объекту влечения.

1. Девиации, связанные с фундаментальным нарушением границ и отсутствием согласия (наибольший и самый очевидный риск):

- вуайеризм (подглядывание). Сексуальное удовлетворение достигается при тайном наблюдении за обнаженными или занимающимися сексом людьми без их ведома и согласия. Риск: установка скрытых камер, «случайное» проникновение в раздевалки, назойливое наблюдение за коллегами.
- эксгибиционизм (обнажение). Демонстрация половых органов незнакомым людям в публичных местах без их согласия. Риск: инциденты в офисе, корпоративных поездках, перед подчиненными.
- фроттеризм (трение). Получение удовольствия от намеренного прикосновения и трения о тело человека без его согласия, обычно в толпе. Риск: поведение в переполненном лифте, на корпоративах, в общественном транспорте по дороге на работу.
- педофилия. Сексуальное влечение к детям допубертатного возраста. Категорически неприемлемый риск для любой компании, но особенно для учебных заведений, детских развлекательных центров, спортивных секций, семейных клубов.

2. Девиации, связанные с причинением или получением боли, унижения (садизм/мазохизм в клиническом смысле).
Речь идет не о консенсуальных практиках, а о патологической, навязчивой потребности, где возбуждение напрямую связано с актами унижения или страдания. Риск: создание токсичной, абьюзивной атмосферы в коллективе, жесткое психологическое давление на подчиненных, провокация конфликтов.

3. Девиации с фешитизацией объектов или ситуаций (условно меньший прямой риск, но важный как маркер):
- фетишизм. Сексуальная сосредоточенности на неодушевленных предметах (специфическая одежда, обувь, материалы).
- трансвестический фетишизм. Ношение одежды противоположного пола исключительно для сексуального возбуждения.
Риск здесь чаще косвенный: такое сфокусированное, интенсивное влечение может поглощать значительную часть психической энергии человека, делая его рассеянным, странным в общении и социально дезадаптированным в коллективе.

На что смотреть на собеседовании? Практические ориентиры и стратегия наблюдения.

Прямые вопросы на эту тему недопустимы и противозаконны. Поэтому наше оружие – высокочувствительная наблюдательность к малейшим нарушениям социальных, личных и профессиональных границ.

1) Пристальный анализ невербального поведения и взгляда

- характер взгляда. Пристальный, «сканирующий», задерживающийся на телесных, а не лицевых зонах собеседника. Взгляд не деловой и заинтересованный, а оценивающий, «объективирующий». При вуайеристических тенденциях взгляд может быть скользящим, крадущимся, будто человек пытается что-то рассмотреть украдкой.
- нарушение дистанции и пространственных границ. Беспричинное сокращение дистанции до дискомфортной. "Случайные", но повторяющиеся прикосновения (к руке, предплечью, спине) во время беседы, не несущие коммуникативной цели.
- гиперфокус на внешности. Неуместно детализированные комментарии или вопросы о деталях одежды, прическе, аксессуарах, выходящие за рамки обычной вежливости или светской беседы.

2) Содержательный анализ речи и тем для разговора

- неуместный юмор и двусмысленности: шутки или комментарии с сексуальным подтекстом, особенно в начале знакомства, когда уровень доверия еще не установлен.
- повышенный, нездоровый интерес к личной жизни. Навязчивые попытки выведать детали о семейном положении, отношениях, увлечениях коллег или клиентов под маской дружелюбия или «нетворкинга».
- тревожные сигналы в биографии. В рассказе о прошлом опыте работы могут мелькать туманные отсылки к конфликтам на почве «недопонимания», «ложных обвинений» в неподобающем поведении (харассмент), внезапных увольнений без объяснения причин или даже судебных разбирательств по трудовым спорам. Такие эпизоды требуют особенно тщательной проверки рекомендаций.

3) Оценка общего стиля коммуникации и социальной адаптации

- социальная неловкость, странно сочетающуюся с гиперфокусировкой на темах власти, доминирования, подчинения или, наоборот, унижения.
- игнорирование социальных и корпоративных норм, касающихся уважительного и профессионального общения. Может проявляться как в излишней фамильярности, так и в неадекватной, подобострастной угодливости по отношению к начальству, которая выглядит эмоционально заряженной и нездоровой.
- создание атмосферы дискомфорта. После общения с такими кандидатом может оставаться неприятное ощущение «использованности», как будто Вы были не с собеседником, а объектом для наблюдения и разрядки его внутреннего напряжения.

4) Косвенные биографические маркеры (интерпретировать с крайней осторожностью!)

- частая, немотивированная смена мест работы, особенно если в отделе или компании преимущественно работают люди одного пола или существует жесткая иерархия.
- странная, нелогичная карьерная траектория, ведущая к получению должностей, дающих неограниченный доступ к уязвимым людям (дети, старики, подчиненные в армейского типа структурах) или к частной информации/помещениям (системный администратор, сотрудник службы безопасности или отдела кадров с доступам к личным делам, уборщик служебных помещений).
Важно: сам по себе такой выбор карьеры – ни о чем не говорит. Но в сочетании с другими "красными флагами" из пунктов 1-3 он должен насторожить.

Почему это критически важно для бизнеса или компании? Цена ошибки

Пропуск на ответственную должность или в сплоченный коллектив человека с неконтролируемой и социально опасной парафилией грозит компании не просто скандалом, а системным кризисом:
- судебные иски о харассменте и создании токсичной среды с денежными компенсациями пострадавшим и репутационными потерями.
- уголовные дела против компании и ее руководства по статьям о халатности, если поведение сотрудника прейдет в плоскость преступления (домогательства, эксгибиционизм на территории офиса, съемка в раздевалке).
- полное разрушение психологического климата в команде: уход лучших специалистов, атмосфера страха, недоверия и сплетен.
- непоправимый удар по бренду и репутации. История о «харассменте в успешной компании» становится топовой новостью ,отталкивая клиентов, партнеров и будущих талантливых сотрудников.
- прямая угроза безопасности клиентов и партнеров, особенно в сферах, построенных на доверии и конфиденциальности (образование, медицина, финансы, работа с детьми).

Такой сотрудник – это не "сложный характер", а стратегическая угроза, нацеленная на самое уязвимое место компании – ее человеческий капитал и доброе имя. Его профессиональные компетенции в данном случае – лишь дымовая завеса, ширма для реализации глубоко личных, патологических сценариев.

Общий итог цикла «Профотбор. Взгляд психиатра»

Коллеги, на этом мы завершаем наш цикл. Мы прошли долгий путь, от оценки базовых когнитивных функций до разбора таких тонких и сложных материй, как парафилии. Если попытаться вывести одну, главную мысль, которая красной нитью проходит через все восемь статей, то она будет звучать так:

Профессиональный отбор на ответственные позиции – это в первую очередь дисциплина управления рисками, а не поиск супергероя. Наша задача – не играть в доктора и не ставить диагнозы (это прерогатива и ответственность лицензированных специалистов). Наша задача – выработать профессиональную «чуйку» на несоответствие: увидеть трещину между тщательно создаваемым образом успешного кандидата и объективными, наблюдаемыми признаками нарушений в сфере мышления, эмоциональных реакций, поведения и жизненной истории.

Давайте еще раз вспомним, к чему ведет игнорирование этих рисков:

- когнитивный дефицит обернется хроническими ошибками, неспособностью к сложным решениям и финансовым потерям.
- расстройство личности (псхиопатия) отравит коллектив интригами, манипуляциями и токсичностью, поставив под удар любые долгосрочные проекты.
- шизофрения или биполярное аффективное расстройство приведут к непредсказуемым срывам, провалам в коммуникации и потенциальным чрезвычайным ситуациям.
- органическое поражение мозга станет источником постоянных сбоев, эмоциональных вспышек и невыполнения обязательств.
- химическая или игровая зависимость поставят под угрозу финансовую целостность, активы и безопасность компании.
- неконтролируемая парафилия – это прямой путь к судебным разбирательствам, разрушенной репутации и травмированному коллективу.

Итоговый вывод:

Психическое здоровье кандидата – это не его личное дело и не дискриминирующий признак. Это такой же фундаментальный параметр профессиональной надежности, как квалификация или опыт работы. Ваша способность быть внимательным наблюдателем, задавать точные вопросы, анализировать контекст и видеть закономерности – это высокоценный навык, который защищает бизнес от катастрофических кадровых ошибок.

На этом наше путешествие завершено. Было чрезвычайно интересно делиться с вами этим специфическим, но, уверен, полезным взглядом на процесс профотбора.

Спасибо, что были со мной на протяжении всего этого цикла. Берегите себя, своих коллег и принимайте взвешенные, обоснованные решения.
Удачи в нелегком, но таком важном труде!

А уже совсем скоро мы встретимся с вами на моем новом цикле "Родственникам. Взгляд психиатра". Оставайтесь на связи!

Новости из мира HR и психиатрии в моем telegram

Тот же канал в MAX, учитывая современные реалии

Все статьи и даже больше в моём Дзен

#парафилии #сексуальныедевиации #профотбор #кадроваябезопасность #харассмент #нарушениеграниц #психиатриявHR #тревожныесигналы #финальнаястатья #психологическийклимат #юридическиериски #заключение

Добрый день, коллеги. Мы продолжаем разговор о зависимостях, но сегодня отложим в сторону химические вещества. Наш фокус - на болезни, которая не требует шприца или бутылки, но разрушает жизни с той же беспощадной эффективностью. Речь пойдет об игровой зависимости или лудомании – патологической страсти к азартным играм. А также о ее более объемном "родственнике" - игромании, которая может включать зависимость от видеоигр, онлайн-игр и других форм неазартного, но компульсивного игрового поведения.

Отличие от химической зависимости.

Ключевое отличие в объекте. Здесь нет внешнего психоактивного вещества, меняющего биохимию мозга напрямую. Но механизм воздействия на систему вознаграждения мозга почти идентичен. Азартная или захватывающая игра провоцирует мощный выброс дофамина - нейромедиатора удовольствия и предвкушения. Мозг "подсаживается" не на химию, а на кайф от риска, неопределенности и возможной награды. Результат, однако, тот же: формируется болезненная зависимость со всеми классическими признаками - потерей контроля, обсессивно-компульсивным влечением, абстинентным синдромом (тревога, раздражительности при отсутствии возможности играть) и, в финале, личностной деградацией.

Тонкости различий лудомании и игромании.

Лудомания (гемблинг) – это строго зависимость от азартных игр на деньги: казино, карты, букмекерские ставки. В современном мире каждая из этих игр в основной своей массе существует в онлайн-мире, доступ к ним стал гораздо проще, поэтому проблема лудомании в 21 веке стоит куда острее, чем во все предыдущие этапы развития человечества. Ключевой драйвер этой зависимости - именно деньги и риск. Джекпот, крупный выигрыш - кульминация и основная цель.

Игромания (гейминг-аддикция) может не касаться денег напрямую. Это компульсивная, неконтролируемая тяга к видеоиграм, игровым мирам, соцсетям с игровыми элементами. Драйвер здесь - процесс, достижения, статус в виртуальном мире, бегство от реальности.
Однако часто грань между двумя зависимостями стирается: многие онлайн-игры сегодня включают те же механизмы, что используют букмекерские конторы и казино (например лут-боксы, прокачка своего "героя" за реальные деньги), формируя гибридную (смешанную) зависимость.

Общие черты. Красные флаги зависимости.

Независимо от объекта, болезнь имеет общий каркас:
1. Потеря контроля. Невозможность остановиться, несмотря на негативные последствия.
2. "Туннельное" мышление. Все мысли и разговоры вращаются вокруг игры, стратегий, прошлых сессий.
3. Рост толерантности. Постепенно нарастает потребность в игре - нужно играть все больше и больше, чтобы получить тот же "кайф".
4. Синдром отмены. При невозможности играть по той или иной причине возникает тревога, раздражительность, сниженное настроение, нарушения сна.
5. Ложь и манипуляции. Человек становится изворотливым, лживым, готовым на предательство ради того чтобы скрыть масштаб проблемы и добыть необходимые для продолжения игры ресурсы (деньги, время).
6. Пренебрежение всеми другими сферами жизни: работой, семьей, друзьями, здоровьем, социальным статусом. Все жизненные интересы сужаются до одного: продолжение игры.

На что смотреть на собеседовании? Практические ориентиры.

В отличие от химической зависимости, здесь нет явных физических маркеров (тремор, следы инъекций и т.п.) Все кроется в поведении, биографии и когнитивных паттернах.

1. Финансовые маркеры и поведение, связанное с деньгами. Это главная улика, особенно для лудомана.
- неадекватные финансовые запросы или решения: может просить аванс при трудоустройстве, интересоваться, как часто выдают зарплату (аванс/расчет), спрашивать о возможности подработок или сверхурочных. Его мотивация – не карьера, а постоянный поток наличности для игры или покрытия долгов.
- кредитная история и долги. Может косвенно проявиться в разговоре. Фразы в духе: "были времена, когда с деньгами было туго", "приходилось занимать", "закрывал кредиты". Может проявлять нездоровый, живой интерес к финансовым операциям компании, доступа к которым иметь не должен.
- нелогичные карьерные решения. Способен согласиться на заведомо низкую для своей квалификации зарплату, лишь бы получить деньги побыстрее. Или, наоборот, претендовать на непомерно высокий оклад в надежде решить все проблемы одним выигрышем.
2. Когнитивные и поведенческие особенности.
- искаженное восприятие вероятности и риска. В мышлении может сквозить иррациональный оптимизм, вера в "счастливый случай", склонность к рискованным решениям. На вопросы о прошлых неудачах может отвечать в духе: "не повезло", "в следующий раз сорву куш".
- рассеянность и "виртуальное" присутствие. Мысли часто где-то далеко. Может проверять телефон во время беседы (следить за ставками, игровыми событиями). Внимание скачкообразное, легко отвлекается.
- цикличность состояния. Может приходить на собеседование либо в состоянии подъема и ажитации (после удачной сессии или в предвкушении игры), либо подавленным, раздражительным (после проигрыша, в состоянии "ломки"). Порой эти перепады могут быть заметны даже в течение одной встречи.
3. Социальный и биографический анамнез.
- социальная изоляция. Как и у химически зависимого, социальные связи разрушены. Друзья остались в прошлом, семья отдалилась. Человек живет в мире, где его главный (а часто и единственный) партнер - игра.
- хобби и увлечения. В разговоре может невольно проскальзовать игровая, ставковая или геймерская лексика. На вопрос о хобби чаще ответит уклончиво, но иногда может с жаром начать говорить о покере, ставках на спорт или новой онлайн-игре. Однако это не хобби, это - симптом.

Практические советы для собеседования.

1. Сделать фокус на финансовой биографии.
Задавайте вопросы не столько о зарплате, сколько о причинах ухода и финансовых мотивациях.
- "Что для Вас важнее в работе: стабильный оклад или бонусы (проценты), связанные с риском?"
- "Были ли в Вашей практике ситуации, когда приходилось принимать финансовые решения в условиях неопределенности? Как Вы к этому относитесь?"
Жажда быстрых денег, восхищение рискованными схемами, вера в удачу - тревожные сигналы.
2. Предложить гипотетическую ситуацию с риском. "Представьте, Вам нужно принять решение на миллион, от которого зависит проект. Данных мало, времени нет. Ваши действия?". Лудоман выдаст себя склонностью к импульсивному, азартному решению "наудачу", а не к взвешенному анализу или запросу информации.
3. Внимательно наблюдать за отношением к гаджетам. Беспокойство, если телефон лежит экраном вниз; попытки украдкой проверить его; получение уведомлений, на которые он резко реагирует - все это косвенные признаки.
4. Проверить "прожективность" мышления. Спросите о карьерных планах на 5 лет. Ответ лудомана часто будет построен вокруг грандиозных, но туманных "выигрышей" (открыть свой бизнес, сорвать куш на бирже), а не вокруг постепенного и планомерного карьерного роста.

Вывод для профотбора.

Принять в команду лудомана - это посадить за кассу или доверить финансовый отчет игроку в рулетку.

Риски столь же конкретны и высоки:
- воровство и хищения - для финансирования игры или отдачи долгов.
- прогулы и невыполнение обязанностей (ночные игровые сессии, "залипание" в игре в рабочее время).
- непрофессиональные, азартные решения, способные привести к финансовым потерям компании.
- вовлечение коллег в азартные игры, создание напряжения в коллективе.
- шантаж и манипуляции на почве долгов. Давление со стороны кредиторов, что может угрожать безопасности компании.

Этот сотрудник физически присутствует на работе, но ментально и эмоционально - за игровым столом или в виртуальном мире. Его нельзя ставить на позиции, связанные с материальной ответственностью, управлением бюджетом или принятием самостоятельных решений в условиях неопределенности. Его надежность равно нулю.

Ваша задача - связать воедино: финансовую нестабильность в биографии + искаженное, азартное мышление + признаки социальной дезадаптации. Если Вы видите этот треугольник, Вы видите профессиональную бомбу замедленного действия.

На этом завершаем разговор об аддикциях. А в финальной, заключительной статье цикла разберем одну из самых неоднозначных и деликатных тем - сексуальные девиации (парафилии). Вы узнаете, как эти нарушения могут неожиданно проявиться в корпоративной среде и какие скрытые угрозы для репутации и психологического климата они в себе несут.

Оставайтесь внимательными. Умение видеть неочевидные риски – признак высшего пилотажа в профотборе.

До встречи!

Telegram (канал с приколдесами и интересными фактами из мира профотбора и психиатрии)

Max (канал-дублер, учитывая современные реалии)

Дзен (все статьи и даже больше)

#лудомания #игромания #гемблинг #игроваязависимость #профотбор #азарт #финансовыериски #кадроваябезопасность #нехимическаязависимость #аддикция #психиатриявHR

Добрый день, коллеги. В нашем цикле мы разбирали эндогенные болезни, корень которых – в сложной внутренней «настройке» мозга. Сегодня переходим к расстройствам, причина которых вполне материальна и осязаема – органическим расстройствам личности и поведения. Ключевое слово здесь – «органическое», то есть нарушение, вызванное физическим повреждением, заболеванием или дисфункцией самого вещества головного мозга.

Что может быть причиной?

Спектр широк: тяжелые черепно-мозговые травмы (особенно с потерей сознания), нейроинфекции (энцефалит, менингит), опухоли головного мозга, последствия острого нарушения мозгового кровообращения (инсульт), интоксикации (тяжелые отравления, наркомании, последствия злоупотребления алкоголем), эпилепсия, некоторые сосудистые и дегенеративные заболевания. Суть в том, что структура и химия мозга необратимо меняются, и это напрямую деформирует психику.
В отдельную, особую группу органических расстройств можно выделить деменции (включая болезнь Альцгеймера). Это приобретенное слабоумие, стойкое и прогрессирующее снижение когнитивных функций, которое приводит к полной социальной дезадаптации.

Важно отличать органическое расстройство личности от умственной отсталости (см. статью «Неглупый взгляд на умственное снижение»), которое является врожденной патологией. Это исходно низкий «потолок» развития интеллекта. В отличие от него, предмет нашего сегодняшнего обсуждения – состояние приобретенное уже в процессе жизни. Это снижение с некогда более высокого уровня. Человек мог быть блестящим инженером, но после травмы стал другим – забывчивым, раздражительным, медлительным. Это трагедия утраты, а не изначального дефекта.

Главный принцип для понимания: при органике редко нарушается какая-то одна функция. Чаще возникает «лоскутное» или тотальное поражение высших мозговых функций. Меняется характер, ослабевает память, истощается внимание, рушится эмоциональный контроль. И ключевая подсказка: эти изменения стойкие и появились вслед за конкретным событием (травмой, болезнью) или постепенно нарастают (как при деменциях).

На что смотреть? Ключевые синдромы и их яркие проявления.

На собеседовании Вы встретите не острый психоз, а последствия – органическое изменение личности.

1. Когнитивный дефицит: трещины в фундаменте интеллекта.
Страдает не интеллект как запас знаний, а инструменты для его применения. Особенно уязвима кратковременная память. Человек может только что получить задачу и через минуту спросить: «А что нужно сделать?». Он забывает детали вашей беседы, путает даты в резюме, не может с ходу вспомнить название своего прошлого отдела. При этом долговременная память (накопленные профессиональные знания, опыт) может сохраняться лучше. В сфере внимания заметна рассеянность. Взгляд «блуждающий», человек легко отвлекается на любой шум. Не может долго удерживать фокус на одной теме. Создается впечатление, что он Вас не слушает. Мышление становится замедленным, вязким, излишне детализированным. Человек «увязает» в мелочах, не может отделить главное от второстепенного. Задача «расскажите о себе за 5 минут» вызывает панику. Решения принимаются с трудом. Отмечается конкретность мышления – неспособность мыслить абстракциями, переносить опыт, понимать переносный смысл метафор и пословиц.

2. Эмоционально-волевая дисфункция: сломанный темперамент.
Меняется сама личностная основа, как правило, в сторону упрощения. Отмечается слабодушие (эмоциональная лабильность): непроизвольные, бурные и быстрые смены настроения, неадекватные ситуации. В ответ на нейтральный вопрос о зарплатных ожиданиях может внезапно расплакаться, а через мгновение – беспричинно засмеяться. Контроль над эмоциями резко снижен. Нарастает эмоциональное огрубение (эмоциональная тупость): исчезают тонкие, сложные эмоции – чувство такта и меры, сопереживание, стыд. Появляются эгоцентризм, хамоватость. Может отпускать плоские, неуместные шутки, грубо перебивать. Эмпатия практически отсутствует.

3. Апато-абулический синдром: снижение воли и побуждений.
На вопрос о карьерных целях отвечает: «не знаю», «как получится». Нет внутреннего драйва, инициативы. Производит впечатление пассивного и безразличного. Фоном может быть угрюмое, раздражительное настроение, которое взрывается яростью из-за мелочи (например, после просьбы уточнить пункт в резюме). Эти вспышки быстро проходят, как правило, сменяясь не раскаянием, а безразличием.

4. Астенический синдром (синдром «севшей батарейки»).
Это не просто усталость, а патологическая, быстро наступающая истощаемость нервной системы. Уже через 20-30 минут беседы человек явно «садится»: голос становится тише и монотоннее, взгляд тускнеет, поза «обвисает», ответы становятся еще более короткими и замедленными. Он может прямо сказать: «я устал». На вопрос «как Вы восстанавливаете силы после напряженного дня?» ответит: «никак, я все время уставший». При истинной астении восстановления не происходит – человек описывает состояние постоянной, изматывающей усталости, от которой не спасает даже отдых.

5. Неврологические «намеки» и стиль общения.
Внешне иногда можно заметить легкую асимметрию лица, медлительность и некоторую неловкость движений, тремор (дрожание) пальцев рук или век. Стиль общения может быть назойливым, прилипчивым, со сниженной критикой к своему состоянию и реакциям собеседника.

Практические советы для собеседования: стратегия выявления.

Внешне иногда можно заметить легкую асимметрию лица, медлительность и некоторую неловкость движений, тремор (дрожание) пальцев рук или век. Стиль общения может быть назойливым, прилипчивым, со сниженной критикой к своему состоянию и реакциям собеседника.
Создайте мягкую когнитивную нагрузку. Попросите кратко, своими словами, пересказать суть его ключевого проекта из резюме. Оцените связность, последовательность, способность выделить суть. Задайте простую задачку на абстрактное мышление или логику (например, из статьи «Неглупый взгляд на умственное снижение»). Человек с органическими изменениями будет испытывать заметные трудности, мыслить шаблонно и конкретно, может раздражаться или быстро сдаться.
Наблюдайте за динамикой состояния. Если встреча длится 45-60 минут – отмечайте не только содержание ответов, но и то, как меняется состояние кандидата. Резкое нарастание заторможенности, рассеянности или раздражительности – яркий диагностический признак астении и истощаемости.
Внимательно анализируйте речь и эмоциональные реакции.Речь может быть обедненной, с частыми паузами для подбора слов («это… ну как его… такая штука…»).
Дайте провокационную (но этичную) обратную связь. Скажите: «я вижу, Вы немного волнуетесь». Нормальная реакция – легкое смущение или отрицание. Органическая реакция – может быть взрыв обидчивости, слезы или полное безразличие.

Вывод для профотбора:

Кандидат с некомпенсированным органическим расстройством (включая начальную деменцию) – это не просто «сложный человек», это сотрудник с фундаментальным, неисправимым изъяном в базовом психическом функционировании.
Его профессиональные риски катастрофически высоки: ненадежность из-за быстрой истощаемости и прогрессирующего ухудшения; непредсказуемость в стрессовых ситуациях (слезы, агрессия, срыв задач); низкая обучаемость и негибкость мышления; токсичность для коллектива из-за эмоциональной грубости, бестактности и конфликтности; прямая угроза бизнес-процессам из-за прогрессирующих провалов в памяти, ошибок в суждениях и потере профессиональных навыков.
Такой человек может идеально знать свои должностные инструкции, но в критический момент, под давлением обстоятельств, его поврежденный мозг даст сбой: он забудет последовательность действий, впадет в ярость из-за замечания клиента, примет абсурдное решение или просто «выключится» от утомления.

Ваша задача – сложить пазл: указание на возможное повреждение мозга в анамнезе + стойкие когнитивные «проседания» + грубые изменения эмоционально-волевой сферы. Если эта картина складывается, то, несмотря на возможное сохранение узкопрофессиональных навыков, принятие такого человека на ответственную должность – это осознанный и неоправданный кадровый риск.

В следующем материале мы разберем еще одну критически важную тему в рамках профотбора – выявление у кандидата признаков зависимости от психоактивных веществ (ПАВ).

Будьте бдительны и принимайте обоснованные решения.
До встречи в блоге!

Здравствуйте, уважаемые коллеги. Продолжаем разбирать различные психиатрические диагнозы в цикле «Профотбор. Взгляд психиатра». Сегодня речь пойдет о биполярном аффективном расстройстве (БАР) – также как и шизофрения, эндогенном (то есть с внутренними, до конца не изученными механизмами развития) и тяжелом заболевании, но проявляющемся в иной сфере психической деятельности человека – в сфере настроения.
Название говорит само за себя: болезнь движется между двумя полюсами – депрессией (полюс «минус») и манией (полюс «плюс»). У одного человека могут чередоваться обе фазы, у другого – раз за разом повторяться только одна (например, только депрессивные эпизоды).
Важно понимать отличие болезни от нормы. Временная грусть или прилив сил - это нормально. Эндогенное расстройство – это состояние, которое возникает и длится без видимой внешней причины (или неадекватно ей). Оно захватывает всю личность и меняет ее функционирование.
Депрессия – это не «просто плохое настроение». Это состояние, при котором человек может целыми днями лежать, не в силах подняться, а поход на работу становится пыткой. Окружающие часто списывают это на лень. Но на деле это тяжелейший симптом, требующий лечения.
Мания – это не «просто активность». Это состояние неадекватного, неуемного подъема, когда человек берется за десяток проектов, не доводя до конца ни один, раздает невыполнимые обещания и тратит деньги без счета. Со стороны это могут принять за гиперответственность или предпринимательский задор. Но это болезнь, которая опасна и для самого человека, и для бизнеса.
Важно понимать отличие болезни от нормы. Временная грусть или прилив сил - это нормально. Эндогенное расстройство – это состояние, которое возникает и длится без видимой внешней причины (или неадекватно ей). Оно захватывает всю личность и меняет ее функционирование.

Общие черты обоих полюсов БАР:

- сезонность. Часто (хоть и не всегда) эпизоды обострений привязаны ко времени года. Можно отметить, что депрессивные эпизоды чаще проявляются в осенне-весенний период, хотя может отмечаться привязка и к другим временам года. В целом, если кандидат отмечает, что в «марте-апреле мне всегда тяжело» или «летом я всегда полон энергии», это важная информация для выявления аффективных нарушений.
- суточные колебания настроения. Особенно характерны для депрессии: утром – разбитость и тоска («проснулся уже уставшим»), к вечеру – некоторое облегчение. При мании может быть обратная картина.

Социальная значимость и опасность:
БАР – не просто «перепады настроения». Это заболевание, которое требует наблюдения психиатра, так как оба полюса могут привести к тяжелым последствиям.
- при депрессии человек, находясь в поисках избавления от невыносимой душевной боли, может прийти к мыслям и действиям, представляющим угрозу для собственной жизни.
- при мании опасны не только расточительность и неадекватные решения. На пике возбуждения может развиться гневливая мания с агрессией к окружающим или импульсивным причинением вреда себе.

Основные симптомы (классические триады):
Депрессивный эпизод (триада по Э. Крепелину):
1. Сниженное настроение (гипотимия): тоска, апатия, чувство безнадежности («каменная» грусть)
2. Замедление мышления (брадифрения): мысли вязкие, бедные, трудности при сосредоточении
3. Снижение двигательной активности (гипобулия): заторможенность, чувство усталости, «свинцовая» тяжесть в теле

Маниакальный эпизод (триада, обратная депрессивной триаде):
1. Повышенное настроение (гипертимия): неадекватная веселость, эйфория, раздражительность
2. Идеаторное и психическое возбуждение: ускорение мышления, «скачка» идей, болтливость
3. Двигательное возбуждение (гипербулия): неусидчивость, суетливость, повышенная активность

Как это увидеть на собеседовании? Практические ориентиры.

Помните: депрессия и мания у одного человека не бывают одновременно. Фазы сменяют друг друга (иногда по несколько раз в год). Поэтому кандидат на первом и следующем собеседовании может производить кардинально разное впечатление. Это само по себе – важнейший «красный флаг».

Если перед Вами человек в депрессивной фазе:

1. Внешний вид: выглядит старше своего паспортного возраста, осунувшимся. Мимика застывшая, скорбная («маска скорби»). Взгляд потухший, часто опущен. Может отмечаться некоторая неряшливость: несвежая одежда, неубранные волосы – как будто нет сил на самообслуживание.
2. Мышление и речь: отвечает с большими паузами между предложениями или даже между словами, часто односложно. Создается впечатление, что каждое слово дается с трудом. На вопросы о достижениях или сильных сторонах может сказать «не знаю» или «их нет».
3. Сон и аппетит: если спросить, то ответит, что спит плохо (рано просыпается и не может заснуть), а аппетит снижен («ем через силу»).
4. Энергия и интересы (энергетический потенциал): на вопросы о хобби или отдыхе последует ответ в духе: «ничем не занимаюсь», «нет сил», «ничего не хочется». Рассказ о прошлой работе будет окрашен в тона беспомощности и безнадежности.

Если перед Вами человек в маниакальной фазе:


1. Внешний вид: может быть ярким, даже экстравагантным, как у истероида (см. статью «Личность или патология? Как отличить сложный характер от расстройства личности»), но без той же театральности – скорее, из-за общей расторможенности. Выглядит оживленным, глаза блестят. Жесты широкие, энергичные.
2. Мышление и речь: говорит «без умолку», перебивает, перескакивает с темы на тему («скачка идей»). Может сыпать каламбурами, рифмами. Собеседование практически превращается в монолог кандидата, сложно вставить слово. Речь громкая, быстрая.
3. Сон и аппетит: может говорить о том, что спит мало (3-4 часа в сутки), но при этом высыпается и полон сил. Аппетит часто повышен – «ем за троих».
4. Энергия и планы: расскажет о множестве новых увлечений, стартапов, проектов, в которых он участвует и где его непременно ждет оглушительный успех. Будет давать грандиозные, нереалистичные обещания относительно будущей работы. Легко берется за сверхсложные задачи.

Вывод для профотбора:

Биполярное аффективное расстройство – это колоссальный профориентационный риск. Человек в депрессии не справится с нагрузкой из-за отсутствия энергии и мотивации. Человек в мании, с его скачкой идей, нарушением критики и склонностью к рискованным решениям, способен за короткий срок нанести проекту или репутации компании серьезный ущерб. Ненадежность, вызванная непредсказуемой сменой фаз, – главная причина для крайней осторожности.

Ваша задача – не утешить грустного или охладить пыл слишком веселого кандидата. Ваша задача – заметить неадекватность и стабильность этих состояний. Если перед Вами не просто пессимист или оптимист, а человек, чье состояние явно выходит за рамки адекватной реакции на ситуацию и влияет на все сферы (мышление, речь, активность) – это повод для серьезных раздумий о его профессиональной пригодности на ответственной должности.

В следующей статье мы продолжим цикл и разберем органические расстройства – те проблемы, корень которых лежит в дисфункции самого мозга. А в планах – обсуждение кандидатов с зависимостью от психоактивных веществ и другие важные темы.

Берегите себя и принимайте взвешенные кадровые решения!

До встречи!

Добрый день, коллеги. Продолжаем цикл статей, и сегодня мы подходим к, пожалуй, самому сложному и мифологизированному диагнозу в психиатрии – шизофрении.
Прежде всего, важно понимать: шизофрения – это хроническое процессуальное заболевание. Это значит, что оно протекает длительно, часто волнообразно, и в его течении есть некая внутренняя логика развития симптомов. Ее многоликость поражает: от параноидной формы с бредом и галлюцинациями до кататонической с замиранием в ступоре или неконтролируемым возбуждением.
Изучение шизофрении – огромный раздел научной психиатрии, где теории постоянно обновляются. Я не буду углубляться в дебри патогенеза, а расскажу о том, что можно заметить на практике при осуществлении профотбора.

Ключевое разделение: продуктивные и негативные симптомы

Итак, начнем с того, что все симптомы шизофрении делятся на две группы: психопродуктивные (когда психика человека производит лишнего, то, чего не должно быть в норме) и негативные (когда наоборот, психика теряет что-то, что в норме быть должно).

1. Продуктивные (психопродуктивные) симптомы. В первую очередь это галлюцинации (когда человек слышит, видит, ощущает то, чего на самом деле нет) и бред (непоколебимые, абсурдные с точки зрения окружающих убеждения, не поддающиеся разубеждению). Это не про обман и заблуждение, которые со временем проходят сами по себе, а про внутреннюю, болезненную уверенность, которая поддается корректировке только с помощью психотропных лекарственных средств.
Также некоторые исследователи относят к психопродукции и нарушения настроения, но о них мы поговорим в следующей статье, посвященной еще одному заболеванию «большой» психиатрии – биполярному аффективному расстройству.

Сразу оговорюсь - в своей работе Вы вряд ли встретитесь с данными симптомами, поскольку сомнительно, что человек в состоянии острого психоза с яркой продуктивной симптоматикой сможет дойти до Вашего собеседования. Такие состояния социально дезадаптивны, часто опасны и являются прямым показанием для лечения. Современные препараты (нейролептики) в первую очередь купируют именно эту симптоматику. Но если вдруг каким-либо образом кандидат в болезненном состоянии все-таки добрался до Вас… Вы сразу почувствуете что-то не то. Беседа будет строиться вразнобой, Вы услышите странные, нелогичные или откровенно бредовые высказывания («меня преследуют спецслужбы через микроволновку», «голоса сказали мне улететь на другую планету»). Возникнет стойкое ощущение, что человек «несет несуразицу» и Вы интуитивно захотите поскорее закончить разговор.

2. Негативные симптомы. Это главная «ловушка» для специалиста по отбору. Здесь психика не добавляет, а теряет. И именно негативная симптоматика тяжелее поддается коррекции, нарастает с течением жизни и может быть единственным проявлением болезни годами (без добавления симптоматики продуктивной). Ее и нужно суметь разглядеть.

На что смотреть? Практические ориентиры.

1. Нарушения мышления – основной симптом. Не бывает шизофрении без нарушений мышления. Даже если пациент возбужден, высказывает бредовые идеи, испытывает галлюцинации, но после купирования острого состояния его мышление остается без болезненных проявлений – это другая психическая патология, но не шизофрения.
- разорванность. Мысли «скачут», связь между ними теряется. Вы задаете вопрос о работе, а в ответ получаете: «Работа – это процесс… Процесс похож на голубое небо, а небо сегодня без облаков, облака как вата, ватой лечат раны». Классический пример разорванности мышления – «в огороде бузина, а в Киеве дядька».
- резонёрство (или бесплодное мудрствование). Кандидат увязает в бесконечных, оторванных от практики рассуждениях на простую тему, не приходя к сути. Например, на вопрос «Почему Вы выбрали профессию бухгалтера?» следует не ответ про карьеру или интерес, а поток абстрактных рассуждений: «Бухгалтерия – это философия цифр. Цифра, как известно, символ порядка в хаотичном мире финансовых потоков. А порядок – это отражение космической гармонии. Таким образом, сводя дебет с кредитом, я восстанавливаю вселенский баланс…» И так далее, пока Вы его сами не прервете.
- символизм. Придание обычным вещам тайного, особого, часто понятного только самому человеку смысла. «Я ношу красный галстук, потому что это символ моего сопротивления системе». «Номер машины 476, значит сегодня нужно держаться в стороне от домов».
- вербигерация. Бессмысленное, стереотипное повторение одних и тех же слов, фраз или слогов. Например, на любой Ваш вопрос кандидат может тихо, почти шепотом повторять: «Так нужно… так нужно… так нужно…». Или внезапно вставить посередине ответа: «это хорошо, да, это хорошо, да».
- соскальзывание (аморфность мышления). Мышление теряет целенаправленность, «соскальзывает» с основной темы на побочные, не доводя мысль до конца. Это создает ощущение размытости и неконкретности. Вопрос: «Как Вы будете действовать в случае конфликта с клиентом?» Ответ: «Конфликт… Да, это сложная тема. Вообще, взаимодействие с людьми требует тонкости. У меня, кстати, была ситуация в прошлом году, я тогда еще жил на старой квартире, и там сосед… В общем главное – найти подход. А подход зависит от многих факторов – от настроения, даже от погоды…»

2. Эмоциональная сфера. Здесь изменения часто бывают самыми заметными, создавая то самое ощущение «странности» и дистанции.
- эмоциональная уплощенность («холодность»). Это не просто сдержанность. Это глобальное обеднение эмоциональных реакций. Лицо становится маскообразным, лишенным живой мимики. Взгляд может быть отстраненным, «незрячим» (кандидат смотрит как бы «сквозь» Вас или в одну точку). Голос теряет модуляции, становится монотонным, «деревянным». Человек может рассказывать о своем профессиональном успехе или о личной трагедии с одинаково бесстрастным, холодным выражением лица и ровным голосом.
- эмоциональная неадекватность (паратимия). Реакция не просто скудна – она полностью не соответствует содержанию разговора или ситуации. Например, на Ваш вопрос о сильных сторонах кандидат может заплакать. На уточняющий или нейтральный вопрос («расскажите о Ваших обязанностях на прошлом месте работы») – громко и не к месту рассмеяться. На комплимент его резюме отреагировать выражением гнева или подозрительности.
- амбивалентность (симптом «стекла и дерева»). Одновременное сосуществование двух противоположных чувств к одному и тому же объекту (любовь и ненависть, интерес и отвращение), что ведет к полной эмоциональной парализации и неспособности сделать выбор и занять четкую позицию.
Проще говоря, Вы общаетесь с человеком, но не чувствуете эмоционального резонанса, живого контакта. Его внутренний мир кажется отгороженным невидимой, но прочной стеной, а реакции – либо отсутствующими, либо взятыми из совершенно другого контекста.

3. Внешний вид и поведение. Частая, но не обязательная неряшливость. Одежда может быть не просто неэстетичной, а несуразной: не по сезону, с несочетающимися вещами, грязной. Волосы, ногти неухоженны. Создается впечатление полного безразличия к тому, как его воспринимают. Поведение может быть неадекватным ситуации. Молча встать и уйти посреди беседы, чтобы сходить в туалет. Громко засмеяться в тишине. Нарушать социальные границы (подойти слишком близко, пристально разглядывать). Движения могут быть угловатыми, неловкими.

4. Снижение энергетического потенциала (абулия). Это не лень, а патологическое отсутствие воли и побуждений. Спросите о друзьях, хобби, планах. Ответы будут пустыми. Социальные связи обрываются, интересы затухают. На вопрос «чем увлекаетесь?» ответит: «ничем» или молча пожмет плечами.

Заключение: почему это важно для профотбора?

Шизофрения – заболевание, которое разрушает социальную и профессиональную адаптацию. Даже в состоянии ремиссии (ослабления симптомов) у человека могут сохраняться сниженная критика к своим действиям и ситуации, нарушения коммуникации, неспособность к быстрому, гибкому принятию решений, низкая стрессоустойчивость.
Приняв на ответственную должность человека с нераспознанным расстройством, Вы рискуете получить сотрудника, который в критический момент может отстраниться, принять неадекватное решение на основе искаженного мышления или просто «выпасть» из процесса из-за нарастающей апатии. Его действия будет сложно или невозможно логически предсказать.

Ваша задача – не ставить диагноз, а заподозрить несоответствие между формальными навыками в резюме и реальной картиной: странное мышление + бедные эмоции + неадекватное поведение. Эта триада – серьезный повод для осторожности.

В следующей статье мы поговорим о разных полюсах настроения – депрессии и мании в рамках биполярного аффективного расстройства, которое не менее коварно в профессиональной среде.

До связи!

Добрый день, друзья. Продолжаем наш цикл «Профотбор. Взгляд психиатра». Если в прошлый раз мы говорили об интеллекте как о фундаменте, то сегодня переходим к более «тонкому» материалу – расстройствам личности, или, говоря по-старому, психопатиям.
Сложность в том, что каждый человек – это набор уникальных личностных черт. Они могут нам нравиться или раздражать, но это не делает их болезнью. Более того, есть акцентуации характера – когда определенные черты выражены особенно ярко, делая личность более колоритной, но не ломая ее. Акцентуанты часто бывают весьма успешны: истероиды – в творчестве и продажах, шизоиды – в программировании и инженерии, эпилептоиды – в работе, требующей порядка и контроля.
А вот психопатия (расстройство личности) – это уже другая история. Это не просто «трудный человек», а глубокая, тотальная деформация характера., которая мешает человеку не только работать в коллективе, но и жить в обществе в целом. Грань между яркой акцентуацией и патологией часто размыта, но для проведения профотбора критически важно научиться ее видеть.

Давайте вспомним основные типы, которые вы скорее всего встретите:
- Истероидный (демонстративный):
Жажда внимания, театральность, эгоцентризм. Эмоции яркие, но неглубокие. Живет по принципу (порой и не осознавая этого): «если на меня не смотрят – меня не существует».
- Шизоидный (отрешенный):
Замкнутость, погруженность во внутренний мир, сдержанность в эмоциях. Блестяще разбирается в системах, но часто беспомощен в простом человеческом общении.
- Эпилептоидный (возбудимый):
Вязкость мышления, педантизм, взрывная гневливость, ригидность (негибкость). Любит порядок, иерархию и контроль. Может быть склонен к накоплению обид и мстительности.
- Гипертимный (чрезмерно веселый):
Неиссякаемый оптимизм, энергичность, общительность, но часто – поверхностность, неусидчивость, пренебрежение правилами и границами.
- Тревожно-мнительный (ананкастный, психастенический):
Неуверенность, склонность к сомнениям, болезненная совестливость, повышенная тревожность и боязнь новизны.

Важный момент: «чистые» типы (широко известное деление на сангвиников, холериков, меланхоликов и флегматиков) встречаются редко. Обычно в человеке «намешано» несколько черт. Однако у акцентуанта одна из них будет ведущей, затмевающей остальные. У психопата же эта черта становится абсолютным диктатором, подчиняющим себе всю личность целиком. При этом классификация психопатий такая же, как и у акцентуаций. Это суть одни и те же проявления, разница лишь в степени их выраженности. Можно выстроить пирамиду от простого к сложному, или точнее, от нормы к патологии: особенности личности (черты характера) – акцентуации – психопатии.

Стоит отметить, что в современных классификациях болезней (МКБ-10, МКБ-11) термин «психопатия» заменен на «расстройство личности» для снижения стигматизации. Однако в своей статье я буду использовать старую, более образную и понятную широкой аудитории терминологию.

Психопатия: где проходит черта?
Как же отличить норму (или, что сложнее, акцентуацию) от патологии? Еще в 1962 году выдающийся психиатр О.В. Кербиков сформулировал три фундаментальных критерия, которые актуальны и сегодня.
1. Тотальность. Патологическая черта проявляется везде: дома, на работе, с приятелями, с незнакомцами. Это не ситуативное поведение, а стержень личности.
Пример: эпилептоидный психопат не просто требует порядок в отчетах. Он строит по этому принципу всю жизнь: контролирует семью, злится на «хамство» продавца в магазине и ненавидит малейшее неподчинение правилам в любой сфере.
2. Стабильность. Превалирующая черта не меняется с течением времени и не зависит от возраста или опыта. Она была в юности, она осталась и в зрелом возрасте.
Пример: истероидный психопат в 18 лет эпатировал окружающих экстравагантными нарядами. В 45 он так же эпатажно и неуместно ведет себя на серьезном совете директоров, потому что потребность быть в центре внимания сильнее всех корпоративных норм.
3. Социальная дезадаптация. Это ключевой критерий! Деформация характера приводит к страданиям либо самого человека, либо окружающих его людей. Он либо сам мучается от своего характера (чаще при тревожном типе), либо заставляет мучаться других (при истероидном, эпилептоидном типах).
Пример: гипертимный психопат, неспособный выдержать сроки и соблюдать договоренности, последовательно разрушает проекты и подводит коллег. Его увольняют снова и снова, но он не делает выводов – его стиль жизни неизменен, к своим промахам и ошибкам он относится легкомысленно и снисходительно.

Как заподозрить психопатию на собеседовании? Практические советы

1. Скрупулезно соберите жизненный и профессиональный анамнез.

- Трудовая биография. Частая, беспричинная смена мест работы – красный флаг. Спросите о причинах ухода с каждой должности. Психопат редко винит себя. Виноваты всегда будут: «недалекое руководство», «завистливые коллеги», «интриги», «просто не повезло». Даже умный кандидат-психопат, не говоря этого прямо, будет последовательно обесценивать все прошлые команды. Обращайте внимание на несоответствие масштабов конфликта и его последствий (например, увольнение из-за пустякового конфликта).
- Личная история. Спросите о друзьях. Как давно знаком с самыми близкими? Какие у них общие дела? Для многих психопатов (особенно шизоидов, эпилептоидов) характерно отсутствие глубоких, длительных дружеских связей. У истероида может быть великое множество знакомых–зрителей, но не друзей–партнеров.

2. Внимательно оценивайте содержание и форму суждений кандидата.
Стиль мышления выдает тип:
- эпилептоид: суждения категоричные, ригидные, не поддающиеся коррекции и не терпящие возражений. Его, и только его мнение единственное правильное. Мышление без оттенков, черно-белое – «либо так, либо никак». В речи часто встречаются фразы: «это очевидно…», «все должны…», «как я скажу, так и будет».
- истероид: все суждения завязаны на его персоне. История о прошлом проекте – это история о его триумфе, о том, что без него бы ничего не получилось. Даже говоря о других, он быстро переведет разговор на себя. Склонен «накидывать пух», то есть к преувеличению своих заслуг и самовосхвалению.
- тревожно-мнительный: суждения неуверенные, полные оговорок. Использует безличные конструкции: «как принято», «так сказали делать», «так положено» вместо «я считаю», «я уверен». Боится брать на себя ответственность даже за собственное мнение.
- шизоид: суждения могут быть нестандартными, оторванными от контекста, излишне абстрактными. В ответ на простой вопрос о командной работе может начать рассуждать о теории систем. Эмоциональная оценка событий будет отсутствовать.
- гипертим: суждения оптимистичные, но поверхностные и непоследовательные. Легко дает обещания, строит грандиозные планы, но не углубляется в детали и риски. Может противоречить себе, перескакивая с темы на тему.

3. Наблюдайте за поведением, внешним видом и эмоциями.
- эпилептоид: внешний вид – часто педантичный. Даже в ущерб эстетике. Эмоции сдержаны, но чувствуется внутренняя напряженность. Может раздражаться на паузы в беседе, перебивать собеседника, подгонять его.
- истероид: внешний вид – продуманный, часто с элементами эпатажа, привлекающий внимание. Жестикуляция и мимика театральны, чрезмерны. Эмоции меняются быстро и демонстративно.
- тревожно-мнительный: внешний вид скорее скромный, неброский. Постоянное напряжение, «сканирующий» взгляд (при этом в глаза собеседнику старается не смотреть), могут отмечаться мелкие навязчивые движения (теребит ручку, край одежды, трясет ногой). На лице – выражение озабоченности.
- шизоид: внешний вид может быть небрежным, как будто ему неинтересно, как он выглядит. Эмоции уплощены, бедны, речь монотонна. Кажется отстраненным.
- гипертим: живая мимика, открытые жесты, энергичность, граничащая с нетерпением. Может быть излишне фамильярным, нарушать личные границы (обращаться к собеседнику на «ты», даже похлопать по плечу при случае).

Важно! Психопатия не связана с умственной отсталостью! Это расстройство характера, а не интеллекта. Среди психопатов встречаются блестяще образованные и умные люди, чьи таланты, впрочем, часто работают на разрушение (манипуляции, аферы, создание «токсичной» атмосферы в коллективе).

Также стоит уточнить, что я использую психиатрическую, а не психологическую терминологию. Например, то, что в психологии может называться паранойяльными чертами, в психиатрии ближе к эпилептоидному радикалу.

Если все же углубиться (совсем чуть-чуть) в психометрику, то можно отметить, что в личностных тестах (MMPI, СМИЛ, ММИЛ) стоит внимательно смотреть на базовые шкалы. Например, в ММИЛ 6-я шкала – ригидность, обидчивость (эпилептоидность); 3-я – вытеснение проблем, демонстративность (истероидность); 8-я – аутизация, нестандартность мышления (шизоидность); 7-я – тревожность, неуверенность (психастения); 9-я – оптимизм, активность (гипертимность); 4-я шкала – импульсивность, игнорирование общепринятых норм (говорит о наличии психопатических черт характера в целом, нужно рассматривать в совокупности с другими шкалами). Высокие пики по этим шкалам, особенно в сочетании – серьезный повод для углубленной беседы.

Подытожив все вышеизложенное, можно сказать, что Ваша задача – не диагностировать, а заподозрить. Соедините воедино трудовой анамнез, стиль мышления, манеру поведения и проверьте их на соответствие трем критериям психопатий (тотальность, стабильность, социальная дезадаптация). Если яркая черта характера мешает человеку строить карьеру и отношения, если он на протяжении многих лет наступает на одни и те же грабли, обвиняя в этом весь мир – перед Вами, скорее всего, случай расстройства личности. Такой сотрудник – не просто «кадровый риск», это системная угроза. Он способен разрушить микроклимат в коллективе, саботировать процессы, принимая решения, исходя из своей искаженной картины мира, и при этом оставаться в полной уверенности, что прав именно он.

В следующей статье постараемся разобрать одно из самых сложных и мифологизированных заболеваний – шизофрению. Посмотрим, какие формы она может принимать и на что обращать внимание, чтобы не пропустить ее проявления у кандидата.
До встречи!

Друзья, коллеги, здравствуйте! Начинаем цикл «Профотбор. Взгляд психиатра». И сегодня мы поговорим о фундаменте, на котором строится профессиональная компетентность – об интеллекте. А точнее, как заподозрить его снижение у кандидата.
Первое и главное правило для эксперта, который это выявляет – самому не страдать тем, что ищешь. Иными словами, нужно сохранять трезвый, внимательный и, простите за каламбур, неглупый взгляд.
«Да что тут сложного? – скажете вы. – Глупого человека видно сразу!» А вот и нет. Одно из самых больших заблуждений. Легкая степень умственного снижения, или по старой классификации - дебильность (да, это, наравне с имбецильностью и идиотией диагноз, а не ругательство) часто не бросается в глаза во время короткой беседы. Такие люди могут быть социально адаптированы, заканчивают среднеспециальные, в редких случаях даже высшие учебные заведения, работают. Как правило, это низкоквалифицированный труд, но выполняется он ими добросовестно. Тут мы переходим к важному принципу.

Важный принцип: соотносите проверку с должностью

Если Вы нанимаете дворника или уборщицу, и данный кандидат смог найти офис и подать необходимые документы – скорее всего его интеллекта хватит, чтобы успешно вымыть полы. Здесь Ваше внимание должно быть приковано к «красным флагам» иного рода: признакам эмоциональной неустойчивости, расстройствам личности, нарушениям поведения – о них я подробно расскажу в следующих выпусках.
Но если речь идет о должности, где нужно анализировать данные, принимать самостоятельные решения, решать нестандартные задачи и нести за них персональную ответственность – оценка умственных способностей кандидата выходит на первый план. Приняв на такую позицию человека с когнитивным дефицитом, Вы подписываете себе и компании приговор на постоянные ошибки, «туннельное» мышление и финансовые потери. Помните: ответственность за принятого сотрудника несет тот, кто дал «зеленый свет» его карьере.

На что же обращать внимание? Практические ориентиры:

1. Богатство речи и глубина ответов
Сами по себе односложные ответы («да», «нет», «нормально») – еще не приговор. Это может быть проявлением скованности, замкнутости кандидата или его невысокой мотивации. Ваша задача – разговорить. Как? Задайте вопрос из области его профессиональной сферы либо того, в чем он хорошо разбирается (отсутствие профессиональных интересов, каких-либо увлечений, хобби само по себе также является тревожным «звоночком»). Вопрос должен подразумевать развернутый ответ. Например: «Расскажите, как Вы обычно решали типичную для Вашей должности проблему? С чего начинали?»; «Как давно Вы увлекаетесь велопрогулками? С чего началось это увлечение, почему Вы выбрали именно его?». И слушайте.

Оценивайте:
- плавность и связность речи.
Повествование выстраивается в одно целое или мысли скачут бессистемно? Использует ли слова-паразиты («ну типа», «короче», «это самое» и т.п.) для «связки»? Большие ли делает паузы, подбирая слова?
- словарный запас.
Насколько богата речь? Использует ли научные или профессиональные термины (пусть и сленговые)? Или всё объясняет на уровне «эта штука для того, чтобы делать вот так»? Стоит отметить, что иногда человек с когнитивным снижением способен выучить один-два специфических или псевдонаучных термина, звучащих, по его мнению «солидно». Проблема в том, что использует он их к месту и ни к месту, без понимания их смысла, для создания видимости интеллектуальной значимости: «видите, слова какие сложные знаю!». В профессиональном плане Вас должно насторожить, если кандидат применяет фразы, похожие на эти: «какой флуоресцентный закат» (вместо «яркий», «красочный закат); «у меня знакомый электрик, большой дипломат в проводах» (вместо «специалист», «профи»); «на телефоне акселерация закончилась» (вместо «зарядка закончилась» или «аккумулятор сел»).
- уверенность
Говорит о своем опыте как о последовательности осознанных действий, планомерном освоении навыков или как о череде случайностей, влиянии окружающих людей и событий?

2. Эмоциональный фон и зрелость реакций
Интеллект тесно связан с эмоциональным интеллектом. Обратите внимание на синтонность – то, насколько его эмоциональные реакции соответствуют обстановке и содержанию беседы. Зрелая личность демонстрирует гибкость и уместность реакций, сосредоточенность при обсуждении сложного, умеренную радость при рассказе об успехе, спокойную уверенность в своих силах. Настораживать должны детские, капризные интонации у взрослого человека, неадекватная веселость, «смех без причины».

3. Кругозор и осведомленность
Это мощный косвенный маркер. Задайте нейтральные вопросы о последних значимых событиях в отрасли, в городе, стране. Не стоит ожидать энциклопедических познаний в том или ином вопросе, важно оценивать саму способность поддержать разговор на общие темы, строить простые причинно-следственные связи.

4. «Семейный анамнез» в упрощенном виде
От осинки не родятся апельсинки. Биографический метод работает не только в психиатрии, но и в профотборе. Аккуратно и тактично соберите мини-историю:
- образование и род занятий родителей
- наличие братьев/сестер, их образование, должность, место работы
Это не стопроцентная гарантия подтверждения у кандидата наличия или отсутствия когнитивного снижения, но неплохой вероятностный фильтр, который может помочь Вам утвердиться в своих подозрениях. Если родители – академики, риск интеллектуального дефицита у соискателя скажем так, невысок. Конечно, это не исключает вероятность наличия у него других психических отклонений, о которых речь пойдет в следующих статьях. Если же родители с минимальным образованием, а в семье есть случаи установленной умственной отсталости, наблюдения у психиатра – это серьезный фон, требующий особенно пристального внимания к когнитивной сфере кандидата.


5. Проверка абстрактно-логического мышления (если уже есть сомнения)
При умственном снижении в первую очередь страдает способность к абстракции – мышление становится конкретным, привязанным к буквальному смыслу. Если у Вас в процессе беседы и наблюдения появились серьезные основания подозревать, что соискатель на должность не очень умный, а может и совсем не умный, то есть несколько простых тестов, способных подтвердить (или опровергнуть) Ваши опасения.

- Толкование пословиц и метафор
Пример пословицы: «не все то золото, что блестит». Абстрактный (правильный) ответ: «Внешняя привлекательность не всегда означает истинную ценность, важно смотреть в суть». Конкретный ответ: «железо тоже блестит иногда, можно перепутать».
Пример метафоры: «каменное сердце». Абстрактный ответ: «жестокий, бесчувственный человек». Конкретный ответ: «сердце из камня сделано».
Можете заготовить 3-4 таких примера, написать или распечатать их и дать кандидату с просьбой прочитать вслух и объяснить смысл написанного. Таким образом Вы, помимо способности к абстрактному мышлению, проверите и способность к чтению – скорость, правильность, наличие «запинаний» и пр., что также является маркером когнитивного снижения.

- проба «четвертый лишний»
Назовите четыре предмета, три из которых объединены по какому-либо признаком, а один – лишний. Попросите обследуемого выделить этот предмет. Человек с конкретным мышлением чаще выбирает косвенные признаки, упуская основное, фундаментальное отличие.
Пример: «топор, молоток, гвоздь, пила». Логическое мышление: «гвоздь, потому что остальные – это инструменты, а гвоздь – расходник». Конкретное мышление: «молотком забиваем гвоздь, топором тоже можно забить. А пилой нельзя забить, значит она лишняя». Пример посложнее: «гнездо, курятник, берлога, муравейник». Правильный ответ - курятник, поскольку это единственное из всех перечисленных жилищ, которое построил человек. Обследуемый может ответить «муравейник, потому что там много жителей, а в других не очень много». Также он может дать и правильный ответ, но обоснование его ответа будет неверным: «курятник, потому что он в огороде, а все остальное в лесу». Поэтому важно не просто принимать ответы, но и спрашивать, почему кандидат сделал именно такой выбор.

Важно отметить, что люди с математическим/техническим складом ума могут «спотыкаться» на пословицах, предпочитая абстрактности точность. «Гуманитарии» же в свою очередь, могут спотыкаться на строгих логических задачах. Поэтому Ваш арсенал заданий должен быть сбалансирован.

- упрощенный вариант теста «Домино»
Представьте, что у Вас две костяшки домино 2-4 и 1-3. Назовите следующую пару костяшек, если ко всем точкам мы прибавим по 2. Ожидаемый ход мыслей: 2+2=4, 4+2=6, значит первая костяшка будет 4-6. 1+2=3, 3+2=5, костяшка 3-5. Ответ: 4-6 и 3-5.

- задача на выбор фигуры:
Посмотрите на ряд квадрат-круг-треугольник-квадрат-круг. Какая фигура будет следующая? (Треугольник). Можно усложнить: квадрат-квадрат-круг-квадрат-квадрат-круг-квадрат (квадрат).

Заключение:

Ваша цель – не поставить диагноз, а создать комплексный портрет. Соответствует ли способ мышления и эмоциональная зрелость кандидата уровню задач, которые ему предстоит решать? Может ли он мыслить гибко, управлять своими реакциями и делать независимые выводы?

Если в копилке наблюдений складывается картина: бедная речь + незрелые эмоции + узкий кругозор + «отягощенный» семейный фон + конкретное мышление – это уже не отдельные «недочеты», а система. И очень серьезный повод задуматься о профпригодности соискателя для сложной позиции.

В следующей статье мы спустимся с высот интеллекта в непростые дебри расстройств личности.

Будет еще интереснее! Следите за новыми публикациями.