Стереотип диктует ожидания
- А шо это за остановка?
- Одесса.
- А почему так долго стоим?
- Паровоз меняют.
- А на что?
- Как на что?! Паровоз на паровоз.
- Нет, тогда это не Одесса...
Пожилой немец приходит к пастору и говорит:
- Я хочу покаяться. Во время войны я прятал в своем подвале еврея.
- В чем же тут каяться, сын мой? Ты совершил богоугодное дело.
- Но я брал с него деньги...
- И это небольшой грех. Ты его спас, ты кормил его.
- Но я не сказал ему, что война кончилась, и беру с него деньги до сих пор...
- Как?! Немедленно выпусти этого несчастного!
Немец приходит домой, спускается в подвал и начинает каяться.
- И ты думаешь, я не знал, что война кончилась? – перебивает его еврей. - Я только молил Бога, чтобы ты не увеличил плату!
Диссертация о Тургеневе в 100 словах
Попробовал странный жанр -- мини-диссертацию ровно на 100 слов.
Тема: "Еврейские мотивы в жизни и творчестве Ивана Сергеевича Тургенева".
Еврейские мотивы у Тургенева не образуют самостоятельной темы, но резко выявляют его главный сюжет: личность под давлением происхождения, общества и власти. В "Жиде" писатель начинает с карикатурного Гиршеля -- трусливого, корыстного, униженного штампом эпохи. Однако сцена казни не отменяет карикатуру, а сталкивает её с состраданием: смешной, жалкий "тип" у виселицы становится отцом, молящим о жизни; оба чувства живут одновременно. В "Несчастной" еврейская линия соединена с незаконнорождённостью Сусанны и её изгнанием из общества, но форма записок возвращает героине голос и достоинство. Биографическую связь с европейской жизнью Тургенева можно предполагать осторожно. Главное же: еврейский образ у него -- лакмус наследственного предубеждения и человеческого сострадания.
Ровно 100 слов. Тире не считал -- оно у меня на полставки.
Война Судного дня. Израильские больницы завалены ранеными. Которых принимают потоком, делают все что могут для спасения жизни и забывают, поскольку идет поток тяжелораненых.
В одной больнице в соседних палатах оказываются на соседних через стенку кроватях два солдата. Загипсованные с ног до головы . Оба тяжелораненые. Незагипсованы у них только руки.
Оба кричат от боли и через стенку будят друг друга. Cтенка тонкая и изоляции никакой.
При этом фазы сна у них не совпадают, и когда один кричит, второй стучит в стенку, чтоб тот перестал... Потихоньку боли утихают, но они уже привыкли стучать в стенку и продолжают перестукиваться, изобретая по ходу дела код. Типа "Как дела ?" и "Все в порядке?".
Потом решают познакомиться. Криком через стенку. Остальные раненые в палатах в таком состоянии, что не замечают.
Выясняется, что это солдат и солдатка. У солдата тяжелые ранения на поле боя, а солдатка попала в тяжелую аварию.
Быстро выясняется, что без друга они не могут, и мешают больным своими разговорами.
И тут в госпиталь приезжает Рафуль - тот самый, член партии которого... Увидев этих пациентов, он приказывает поставить им телефон...
Совсем быстро оба объясняют врачам, что хотят увидеть друг друга. Вестимо "Не положено!"
Ну и понятно, что медсестер им удалось уговорить... Ночью медсестры вывозят кровати в коридор, где солдат как это положено по логике истории, начинает встречу словами "Ты согласна выйти за меня замуж?", и, естественно - "Да!"
Через полгода обоих выписывают из больницы. После снятия гипса оказалось, что ноги солдата в таком состоянии, что он никогда не сможет ходить.
Начинается тяжелая семейная жизнь...
У них рождается ребёнок. Оба работают, чтобы содержать семью, на бензоколонке, где далеко ходить не надо.
И тут отец решает учиться ходить вместе с сыном. Вываливается из коляски и ползает вместе с ребенком, потом становится на четвереньки. Копируя его движения. И падая немного чаще, чем ребенок... Когда ребенок пошел, он пошел вместе с ребенком. Шок был у всех.
И когда ребенок побежал, он тоже побежал... Хотя и медленно...
Когда ребенок сел на велосипед, он купил велосипед...
Через пару лет им позвонили, что надо поменять коляску на новую модель, и удивились, что коляска больше не нужна.
Врачи написали статью про неизвестный до сих пор науке метод реабилитации.
Сейчас они на пенсии. Четверо детей, десять внуков. До сих пор он ходит сам. Правда, уже на небольшие расстояния...