Известно, что в конце Второй мировой войны немецкие солдаты часто предпочитали сдаваться именно американским и британским частям, избегая плена у Красной армии. Русские считались у них менее гуманными. Поразительно, но с японцами всё было совсем наоборот. Они до последнего бились с американцами, а при виде советских войск толпами поднимали руки. Но почему так происходило? Может быть они просто не знали про "носки Сталина?" Давайте разберёмся.
Пропаганда Йозефа Геббельса о советском плене имела первостепенное значение. Она была направлена на то, чтобы посеять страх и отчаяние среди немецких солдат и гражданского населения, убеждая их, что плен в СССР означает неминуемую и мучительную смерть. Русские изображались как «нечеловеческие звери» и «большевистские орды», лишенные цивилизованных понятий о гуманности и правилах ведения войны. Это делалось для того, чтобы оправдать жестокое обращение с советскими военнопленными и одновременно убедить немцев, что пощады им не будет. Немцам внушалось, что в плену их ждут голод, болезни, рабский труд и систематические пытки, вплоть до физического уничтожения. Целью было устрашение, чтобы солдаты сражались до последнего и не сдавались.
Большевистские орды на пропагандистских плакатах
Желание немцев сдаться американцам проявлялось не только в тактике боевых действий, но и в отчаянных попытках прорыва: группы вермахта иногда прорывались сквозь советские линии, чтобы сдаться союзникам на западе. Например, во время Западной союзнической операции по вторжению в Германию в апреле 1945 года в "кармане Рура" (Ruhr Pocket) сдалось около 325 тысяч немецких военнослужащих за всего три дня — с 16 по 18 апреля, — когда сопротивление просто сошло на нет. Городки и деревни вывешивали белые флаги, простыни и скатерти в знак капитуляции, а гражданские и военные лидеры подчинялись требованиям союзников, чтобы избежать хаоса. Общий подсчет показывает, что с января по май 1945 года на всех фронтах немцы потеряли в плену более 2 миллионов человек, значительная часть из которых — на Западном направлении.
Такая предпочтительность не была случайной. Немецкие солдаты хорошо представляли, какой след оставила оккупация на Востоке: разрушение городов, массовые убийства гражданских, голод на оккупированных территориях и жестокие репрессии. Они опасались возмездия — и не зря. Историки отмечают, что страх перед советским пленом был глубоко укоренен в пропаганде вермахта и личных рассказах выживших. Советские войска, в свою очередь, часто мстили на месте, особенно эсэсовцам из Waffen-SS, которых расстреливали без суда, как и их американские и британские коллеги.
Пленные немцы на стадионе Динамо
Однако, забегая вперед, стоит отметить, что сдача американцам не всегда сулила легкую судьбу. В хаосе последних месяцев войны ситуация на Западе в точности повторила катастрофу 1941 года на Восточном фронте, когда Красная армия не была готова к приему миллионов пленных. Союзники столкнулись с той же проблемой: внезапный наплыв сотен тысяч "вооруженных сил противника без оружия" (Disarmed Enemy Forces, DEF) — так классифицировали немцев, чтобы обойти Женевскую конвенцию 1929 года и избежать обязательств по их содержанию. Американский генерал Дуайт Эйзенхауэр лично одобрил это решение в марте 1945 года, опасаясь саботажа от "вервольфов" — остатков нацистского сопротивления.
Колоризация фото Rheinwiesenlager
В результате были созданы Rheinwiesenlager (Рейнви́зенлагер) — 19 временных лагерей вдоль Рейна (в Рейнберге, Ремагене, Зинциге, Андернале, Кобленце и других), предназначенных для 1–1,9 миллиона пленных. Но условия оказались ужасающими: открытые поля, обнесенные колючей проволокой, без укрытий, где узники рыли ямы в земле для сна. Переполненность была запредельной — например, лагерь в Ремагене, рассчитанный на 100 тысяч, принял 184 тысячи. Еды и воды не хватало: в апреле-мае рационы составляли 1200–1500 калорий в день, что приводило к истощению. Медицинская помощь отсутствовала, а Международный комитет Красного Креста (ICRC) допустили только осенью 1945-го, когда лагеря уже закрывались. Делегация Красного Креста зафиксировала "отвратительные условия", сравнимые с американским лагерем Андерсонвилл во время Гражданской войны 1864 года.
В последние военные и первые послевоенные месяцы разницы в участи проигравших не было: везде — голод, болезни, унижения. Лагеря закрылись к сентябрю 1945-го, часть пленных передали Франции для принудительного труда (182 тысячи), а остальных выпустили для восстановления экономики. Но этот эпизод омрачил образ "милосердных" союзников и усилил послевоенные нарративы о страданиях.
Советская танковая часть пересекает Большой Хинган в Маньчжурии. Август 1945 года.
А дальше СССР вступил в англо-американскую войну с Японией — 9 августа 1945 года началась Маньчжурская стратегическая наступательная операция. И здесь картина перевернулась с ног на голову: японцы дрались до последнего с американцами и британцами, но толпами сдавались Красной армии. Классический пример — битва за Иводзиму (февраль-март 1945 года), где американцы после 36 дней штурма взяли остров ценой огромных потерь. Из почти 21 000 японских защитников (13 586 армейских и 7347 морских) погибли 17-18 тысяч, а в плен попали всего 216 человек — в основном бессознательные или тяжелораненые. Еще 867 сдались позже, измотанные в пещерах, но общий процент выживших в плену — менее 5%, или чуть больше тысячи. Остальные 20 тысяч предпочли смерть.
Напротив, в Маньчжурии Квантунская армия Японии — около миллиона человек, ослабленная перебросками на Тихий океан и против Китая, — рухнула за три недели. Советские войска (1,5 миллиона солдат, 5556 танков, 3721 самолет) нанесли молниеносное поражение: атаки с востока, запада и севера через Большой Хинган, где японцы не ждали удара. Японские потери: 84 000 убитыми, плюс 640 тысяч пленных и раненых. Советские безвозвратные потери — всего около 12 000 убитыми и 24 000 ранеными. Из 700 тысяч японцев около 600 тысяч сдались без "лишних трепыханий", как отмечают историки, — командующие вроде Отодзо Ямады были застигнуты врасплох во время учений, связь рухнула в первые часы, а разведка просчиталась с датой атаки (ждали не раньше конца августа или весны 1946-го).
Японцы сдавались спокойно и организованно
Это не было случайностью. Японская военная культура, пропитанная бусидо, презирала сдачу как позор — сдавшиеся солдаты считались "трупами на плаву" (ikotsu), лишенными чести. Пропаганда вдалбливала превосходство японцев и "недочеловечность" врагов, особенно белых. Но ключ — в накопленных претензиях союзников. Японцы знали: за "Марш смерти" на Батаане (1942), где 75 тысяч американо-филиппинских пленных гнали 100 км без еды и воды, убив тысячи; за резню в Сингапуре (Sook Ching, 1942), где 50–90 тысяч китайцев казнили как "анти-японских"; за вероломный удар по Пёрл-Харбору (7 декабря 1941), убивший 2403 американца без объявления войны, — Запад отомстит без пощады. Другие зверства — Нанкинская резня (260–350 тысяч убитых), "комфортные женщины" (до 200 тысяч порабощенных), каннибализм в войсках, биологическое оружие Unit 731 — сделали японцев в глазах союзников "демонами". Американцы и британцы часто не брали пленных, стреляя "сдающихся" из-за подлогов вроде засад с белыми флагами на Гуадалканале.
Советский военнослужащий общается с пленными японцами
У советских солдат таких личных обид не было — война на Востоке велась против Китая и марионеточных армий Маньчжоу-го, а не прямых боев с СССР. Плюс, операция шла в Китае, где японские оккупанты нажили себе 19–30 миллионов врагов среди гражданских. Альтернатива советскому плену — ярость местных: толпы китайцев могли растерзать японцев на месте. На этом фоне РККА выглядела спасением. Японские офицеры, видя крах, отдавали приказы на капитуляцию, а марионеточные войска (Маньчжоу-го и Мэнцзяна) дезертировали заранее.
Правда, у японцев, в отличие от немцев, выбора не было: после Ялтинских соглашений зоны оккупации были четко разделены — Маньчжурия отходила СССР, без "метаний" частей. Но даже в советском плену не все кончилось хорошо: многие из 600 тысяч так и не вернулись домой из-за болезней и принудительного труда в ГУЛАГе до 1950-х. Тем не менее, в тот момент поднять руки перед "русскими медведями" казалось меньшим злом, чем смерть от американских "демонов" или китайской мести. Эта асимметрия предпочтений — яркий пример, как история войны эхом отзывается в психологии солдат.
Нас шли не завоёвывать – нас шли уничтожать. Скрупулёзно, точно, до конца и под фото, видео и документальную фиксацию. Идеология нацизма простота и понятна – игра на самых низких чувствах человека. У тебя нет имущества и денег?
Это не потому, что ты плохо учился и не хочешь много работать – это потому, что всё положенное тебе забрали евреи.
Не хватает земли?
Ну так это славяне забрали твою землю.
Не хочется работать?
Это твой арийский ген повелителя требует, чтобы за тебя работали рабы!
И всё.
Пошли немцы за золотом евреев и за землёй славян. Пошли за рабами и другими богатствами. И ради такой цели им показалось можно творить всё, что угодно! Это очень простые, но очень страшные идеи быстро захватили целую страну. И Подвиг наших прадедов Велик не только Победой над эти зверьём в человечьем обличье, но и Победой наших идей, идей светлых, гуманных и научных, над низменными идеями рабовладельцев...
Обречённые
Когда-то, очень давно мне попался перевод дневника пленного немецкого унтер-офицера 578-го пехотного полка 305-й пехотной дивизии вермахта. Он пытался штурмовать с 1942 года по 1943 год наш Сталинград.
Ему повезло, и он пережил ту зиму, но оказался в плену.
В 1953 году вернулся домой.
Живым, как ни странно.
Частями и цитатами маленькими я его уже публиковал. Сейчас решил выложить полностью. Букв много, потому одолеют не все, но тем, кому интересна тема взгляда «с той стороны окопа», оценят.
На фото солдаты 578-го пехотного полка 305-й пехотной дивизии вермахта. Для этой фотографии напрашивается лишь одно название — Обречённые
«…9 сентября 1942 года
Мы увидели Волгу и дым горящего Сталинграда.
Когда подходили на развилке увидел и прочитал на указателе, что в городе небезопасно. Шутники.
13 сентября 1942 года
Наш штурмовой отряд пробился к берегу Волги. Всё идёт по плану. Мы наступаем – русские убегают.
Немецкая табличка у моста в пригороде Сталинграда: «Вхождение в Сталинград связано с опасностью для жизни»
14 сентября 1942 года
Меня легко ранило в плечо. Пулевое. Похоже на работу снайпера, но видимо он задрожал, увидев мощь вермахта и его винтовка дала промашку.
21 сентября 1942 года
Я рвусь в бой. Наша 9-я рота уже штурмует Сталинград.
Бравые парни! Всегда гордился вами!
Видел своего командира (лейтенант Клаус Фогт –Klaus Vogt– командир роты 578-го пехотного полка 305-й пехотной дивизии вермахта), он сказал, что представит меня к награде и сразу после взятия города я могу уехать в отпуск. Какое счастье, я увижу свою супругу Хельгу и дочерей Эрику и Эльке.
Части немецкой 6-ой армии наступают на Сталинград. Август 1942. Через полгода в ходе нашего наступления эта армия будет окружена и разгромлена. 2 февраля 1943 года 91 тысяча солдат и офицеров во главе с фельдмаршалом Паулюсом, сдались в плен
27 сентября 1942 года
Я выписан из госпиталя и с нетерпением жду отправки на фронт. До окончания войны считанные дни, но без меня она не может закончится, ведь это несправедливо. Ведь мы проходили маршем по сорок километров в день, чтобы первыми ворваться в этот город и победить. Наша жизнь в бедности заканчивается.
Фюрер говорил нам, что мы (немцы) бедные не потому, что плохо учимся или мало работаем, а потому что всё, что должно быть у немцев, забрали евреи. А на нашей (арийской) земле временно живут славяне (смесь казаков, татар и арийцев), потому мы пришли сюда забирать своё, а щадить их приказа не было. Наоборот, наши бравые солдаты без жалости уничтожали всех, кто пытался сопротивляться или помогать нашим врагам.
Женщины, старики или дети, если берут в руки оружие, кормят раненных, или не выполняют наши приказы – являются врагами Рейха и должны быть уничтожены!
Хайль Гитлер!
Ну а оставшиеся в живых славяне пойдут на роль хороших рабов – они выносливые, легко приспосабливаются к морозам и могут есть любой корм.
Их солдаты получали в день несколько сухарей. Прожаренных на подсолнечном масле и этого им хватало для пропитания – это не люди, это полу звери какие-то.
Мы брали в плен много русских прошлой зимой. Я видел, что им достаточно валенок, меховых рукавиц и ватных штанов для того, чтобы переночевать закутанными в плащ-палатке в самый лютый мороз с ветром (который убьёт любого из нас, немцев) в яме, которую они рыли голыми руками в снегу.
Но мы немцы, рождены повелителями и будем их хозяевами.
После победы они (русские) вынуждены будут это признать.
5 октября 1942 года
Наш фюрер говорил, что мы закончим войну в 1941 году.
К холодам. Я же могу сказать, что он немного ошибся.
Завтра, именно завтра, 6 октября 1942 года мы будем на том берегу реки, и война будет закончена, попомните мое слово!
Русские уже все сбежали на тот берег Волги, здесь же оставили смертников, для того чтобы они нас задержали, дав возможность переправиться основным силам и раненным. Наивные.
Мы с ними разберёмся очень быстро, а с их отступающими войсками разбирается Люфтваффе и судя по чёрному дыму очень успешно.
Уверен, что этот дневник войдет в историю Новой Германии – Третьего Рейха!
Его будут читать нашим школьникам и нашим студентам учителя нашей истории!
Заканчиваю писать уже ночью.
До Волги нам осталось пройти ещё метров шестьсот.
6 октября 1942 года
Утром начался ад. Чёртовы русские оказывают очень сильное огневое сопротивление.
Первая штурмовая группа смогла взять аптеку и дом №78, наша же группа завязла и к концу вечера мы так и не смогли преодолеть эти шестьсот метров. Вообще.
Стоим возле какой-то школы.
Наши дети возвращаются домой с уроков. Позади видна разрушенная школа. Сталинград. Сентябрь 1943 года
7 октября 1942 года
Чёртова школа. К ней просто невозможно подойти. Потери нашего батальона уже превысили тридцать процентов.
13 октября 1942 года
Всем, кто остался жив из нашего батальона, интересно, откуда берутся эти русские? Школы давно уже нет, но каждый раз, когда мы к ней приближаемся, откуда-то из-под развалин раздается кинжальный огонь и убивает очередного самонадеянного немца.
19 октября 1942 года
Мой бог, аллилуйя, мы преодолели развалины школы. От нашего батальона осталось около ста человек. Две недели назад нас было 328 ... 328 солдат и офицеров Великой Германии.
... Оказалось, что чёртову школу обороняли 15 русских, и мы нашли 15 трупов, среди них не было ни одного офицера, Господи, кто ими командовал? Представляете? 15 трупов! Всего 15 чёртовых трупов! И их штурмовал целый батальон, лучший штурмовой батальон Великой Германии! Но самое горькое нас ожидало впереди.[1]
До Волги остается ещё четыреста метров, но перед нами, через дорогу, стоит разрушенный четырёхэтажный дом, а рядом еще с десяток развалин и оттуда русские стреляют по нам ...
И что-то мне подсказывает, что через эту улицу наш батальон не сможет перейти …
Солдаты 578-го пехотного полка 305-й пехотной дивизии вермахта на привале в населенном пункте во время наступления на Сталинград
9 ноября 1942 года
На наш участок был передан 162-й саперный батальон (из 62-й пехотной дивизии 2-й венгерской армии).
Русская армия, которая осталась в Сталинграде уже в котле.
Сопротивление русских остаётся ненормально упорным.
Слушали фюрера по радио. Успех и победа близки. Об этом знает вся наша армия, только русские наше радио не слушают, потому на узкой полоске берега и в школе они продолжают держаться.
Зачем? Вы обречены! Сдавайтесь!
10 ноября 1942 года
Весь день русские ведут артиллерийский огонь, корректируемый видимо из отдельных воронок, который был дьявольски точен.
Сегодня мы получили неожиданный подарок от русских. С их самолёта сбросили мешки для тех, кто в котле, один из которых попал к нам. Это предназначалось окружённым русским, которые испытывали большие трудности.
Там был твёрдый хлеб и солёное сало. Мы кушали их еду и радовались, ведь голод во вражеском стане давал нам надежду на скорый успех и принуждение окруженных русских к капитуляции.
13 ноября 1942 года
Видел, как с южного направления последовала наша атака с танковой поддержкой (12 танков). Бой был очень быстрым и все наши панцеры вспыхивали один за другим. Последние четыре начали пятиться назад, но тоже были уничтожены. Смотреть на то, как гибли лучшие солдаты с лучшей в мире техникой было мучительно больно. Они даже расстреливали наших танкистов, которые покидали свои горящие машины не жалея снарядов! Проклятые русские.
14 ноября 1942 года
Из штурмовой группы, прорвавшейся к песчаной балке, вернулся только один человек, он был ранен.
Унтер-офицер Шнитке вызвался добровольно со своим подразделением выполнить приказ и выбить русских с песчаной отмели (как они там держаться в мороз и по колено в воде?), но к вечеру вернулся он и ещё двое. Из семидесяти пяти. Это была бесполезная трата храбрых бойцов.
Дописываю уже вечером. У нас радость – вторая штурмовая группа захватила дом №81, это рядом с той чёртовой четырёхэтажкой ... а там ещё девять ...
До Волги на этом направлении всё так же 400 метров.
15 ноября 1942 года
Который день в этом аду идут кровопролитные бои.
Мы смогли взять два дома и преодолеть пятьдесят метров.
Теперь уже понятно каждому немцу в этом пекле, что это совершенно другой вид войны, в котором мы участвуем и к которому мы не готовы.
Бои в городе без правил. Без перерывов. Без жалости.
Но как можно воевать голодным и не побритым?
Как можно воевать и не ездить в отпуск. Как можно идти в атаку и не выпить кофе?
Бедные мои девочки. Когда я их увижу?
Подошло подкрепление.
Первые четыреста человек распределили в дивизию Бодензее. Среди них в основном молодые австрийцы из Вены и много студентов.
Наши бойцы ведут огонь из окон здания (завод «Красный Октябрь». Сталинград)
19 ноября 1942 года
Зачитали приказ фюрера – усилить атаки в Сталинграде на нашем направлении, пользуясь трудностями, которые доставляет противнику ледоход на Волге. Он не даёт им переправить боеприпасы и провизию.
Сегодня мы уже поверили в то, что мы быстро победим, потому что становится очевидным, силы противника подходят к концу.
У них нет боеприпасов и часть русских сегодня утром пошла в рукопашную (штыковую) атаку.
Мы отошли. Дом они отбили, но погибли все. Я видел их трупы.
Ещё одна хорошая новость – командование сообщило, что на завтра запланирована наша атака по всему фронту.
- - - - -
Но всё вышло по-иному.
Русские начали генеральное наступление.
Мы получили приказ: «Атаки 305-й пехотной дивизии отложить до дальнейших указаний».
19 ноября – теперь чёрный день нашего календаря?
Мы ничего не понимали, как это вообще возможно?
Где русские наступают?
Какими силами?
Почему наша разведка не засекла передвижения их войск? Да, был дьявольский туман, но всё же ...
Вскоре каждый из нас стал понимать, что произошло непоправимое и это коснётся каждого немца.
Оказалось, что русские дождались, когда их главный союзник – мороз, наберёт силу и пойдут в атаку.
Температура снизилась до -25 градусов.
На Волге бушует ледяной шторм с ураганным ветром, который дул сразу во все стороны и от которого не было спасения даже в очках.
Ветер поднимал облака снежной пыли, которая с огромной скоростью проносилась над заснеженными степями. Он же срывал с воды ледяную крошку, которая резала лицо, шею и руки и не давала возможности открыть глаза.
Мы замерзали. Русские нет.
Именно при такой погоде русские предпочитали наступать, это знал каждый немецкий солдат на Восточном фронте.
20 ноября 1942 года
И ещё один любопытный факт, за всё время штурма мы не взяли в плен ни одного русского – все сражались до смерти. Может на других участках кто и брал русских живьём, но я не слышал.
Те, что шли в рукопашную тоже все погибли, но когда ночью мы пошли их обыскивать, и начали переворачивать трупы, то один из них был жив и держал в руках гранату, а чеку в зубах.
Трое наших погибли, ещё четверо были ранены.
Я уже ничему не удивляюсь. Русские – это безумцы. Они не ценят свою жизнь и готовы её отдать за мифическую свободу или, как они говорят "За Родину".
25 ноября 1942 года
Коммуникации прерваны. Едим коней. Хорошо, что не всех перегнали на зимовку. Румыны предатели. Патронов нет. Итальянцы сдаются в плен без боя – трусы. Вши кругом. Мороз и днём и ночью.
Храню в личных вещах обмылок, чтобы не забыть то, как выглядит и чем пахнет настоящее немецкое мыло... последний раз мылся с мылом уже не помню и когда, по-моему, ещё школу штурмовали.
25 декабря 1942 года
Мы так и не взяли четырёхэтажку. Получили приказ и отошли с той улицы. Я жив. Всё ещё.
Встречаем Рождество в развалинах чёртовой школы.
Русских, которые её обороняли, пришлось похоронить – отнести в воронку и закидать камнями. Они своим видом, даже у мёртвых были сжаты кулаки! полностью деморализовали молодых новобранцев, которых каждую неделю присылали в наш батальон. Количество потерь уже не укладывается в моей голове …
После тысячи я перестал их считать, а по данным разведки, эту чёртову четырёхэтажку обороняет не больше сорока человек! И мы все уже поняли, что среди них есть снайпер, который ни разу не промазал. Если услышали одиночный выстрел, хлёсткий, как удар плетью, то наш повар готовит обед или кофе (кофе нынче редкость – в связи с тем, что мы окружены, потому все продукты и боеприпасы нам доставляют самолётами, да и слово обед, тоже звучит громко – горячие помои) за вычетом одного человека …
Оказалось, что война – это вовсе не веселая прогулка, как обещал нам фюрер, а кровь, кишки, грязь и вши ...
Эту четырёхэтажку мы обстреливаем без остановки уже два месяца! Чёртовы русские! Чёртов Сталинград!
Надо было не обстреливать школу из тяжелой артиллерии, больше бы было мест, где не дует и можно погреться и поспать...
29 января 1943 года
Пытаюсь вспомнить, когда я последний раз ощущал себя непобедимым потомком Ариев,[2] по-моему это было 5 октября прошлого года, да, мы перестали быть непобедимыми, как только нас начали убивать русские в чёртовой школе и в этом чёртовом Сталинграде ...
1 февраля 1943 года.
Мы полностью окружены. Холодно. Нет ни чая, ни шнапса. Самолёты с провиантом и патронами сбивают раньше, чем они успевают сбросить нам свой груз. Раздеваем убитых немцев (хорошо, что их много) и из их одежды делаем себе тряпочные шубы. Костры жечь нельзя ни днём, ни ночью. Чёртовы русские снайперы! Не просто норовят попасть в голову, а ещё обязательно в центр шапки, где прикреплен наш непобедимый символ – свастика… А если нас не убивают снайперы, то тут же начинается артиллерийский обстрел. Ночью бьют по костру, днём по дыму. Чертову школу изучил по кирпичику. Нашёл обгоревший школьный дневник на непонятном языке и обернутый в бумагу томик Ницше…[3]
Зачем русским изучать немецкого философа? Или кто из наших потерял?
Чертовы дикари ...
2 февраля 1943 года.
Я бы на месте русских уничтожил всех нас...
Нас всех, чёртовых немцев, возомнивших себя непобедимыми полубогами, высшей расой, обернутой в лохмотья, которые сняли с убитых товарищей, и уже готовой сто раз продать и Гитлера, и Германию за глоток горячего чая ...
Нас есть за что расстрелять … И не один раз, потому что мы и есть «ЗЛО»! Если хоть кто–то из нас отсюда уйдет живым, это будет Чудо ...
Ни нашего 578-го пехотного полка, ни нашей 305-й пехотной дивизии вермахта, ни нашей великолепной 6-й армии больше нет.
Есть стадо замерзающих и испуганных неотвратимостью возмездия существ, говорящих на немецком языке.»
Немецкие пленные идут мимо замерзшего трупа немецкого солдата. Сталинград, 1943 г. Автор Наталья Боде. Судя по состоянию трупа он раскатан – многократно был переехал различными видами транспорта.
К февралю 1943 года немецкие войска в Сталинграде находились в таком состоянии, что раздавленный труп их товарища – это всего лишь мелкая деталь местности, тысячи замороженных трупов немцев валялись буквально везде. Ведь им всё время и без остановки говорили, что они побеждают. Сначала радовались тому, что завоёвывали области, потом города, теперь вот радуются тому, что один дом взяли за два месяца. А потом оказалось, что они уже и не побеждают. А ещё чуть позже радовались тому, что война для них закончилась и начался плен.
Впервые в Волгоград я попал семь лет назад, приехав в командировку. Вначале, город как город, жара, мошка, Волгу видел издалека, только из окна автомобиля. Однажды водитель, который вез меня на работу, обмолвился, что в детстве, а ему было около тридцати, перекапывая с родителями огороды под зиму, всегда находили патроны, даже останки бойцов, осколки гранат. Для меня это был шок. Казалось, война очень далеко осталась.
Потом в августе, коллега предупредила, что не будет на работе, потому что хоронят с почестями останки 900 красноармейцев, которых нашёл поисковый отряд, 900!!! всего лишь за несколько месяцев 2018 года. Для меня, правда, это было очередным потрясением. Потом ребята показали видео, как поднимают из Волги бронекатер. Фотографы, которые при этом присутствовали, не могли понять – что с бортами. Позже увидели сотни деревянных чопиков, ими закрывали отверстия от пуль и снарядов, так и воевали. 82 года назад завершилась Сталинградская битва. 81 год – целая жизнь, на дворе 2025 год, а до сих пор там утром птицы не поют, по крайней мере, я не слышал.
В этом Городе-Герое надо побывать всем, кто хочет таки понять, что пережила наша с вами страна, и наши с вами дедушки и бабушки, восемьдесят лет назад...
Вчера мне пришло письмо от жительницы Сталинграда (Волгограда)
Добрый день!
Пару лет назад увлеклась Ваши постами на Пикабу и все же решилась написать для того, чтобы Вы выслали книгу.
После откладывала чтение в долгий ящик, успев, кроме всякой ерунды, прочитать «Молодую гвардию» и «Как закалялась сталь». В этом году зимой все же начала читать «Летят лебеди».
Начинала и бросала несколько раз. Сложно было читать. Еле сдерживала слезы, читая про оборону Севастополя. Потом по осени поехала с сыном на поезде. Решилась продолжить чтение. Читала даже вслух по просьбе сына (ему 7 лет, но он живо интересуется историей ВОВ, наверное сказывается, что мы из Волгограда, и у нас все пропитано памятью о Сталинграде). А дальше я брала телефон с книгой в любую свободную минуту. Сколько эмоций я испытала во время прочтения: страх, горечь, радость, восхищение силой духа людей, плакала, злилась, переживала за каждого человека. Сколько судеб переплелось! Никогда ранее не задумывалась, сколько людей погибли в последние дни войны и после Победы. Спасибо Вам за книгу большое!
P.S. А птицы у нас в Волгограде все же поют!
С уважением, Е. Ж.
Все эти цитаты из документального военно-исторического романа "Летят Лебеди"в трёх томах, который стал лауреатом XIX Международной литературной премии имени П.П.Ершова за произведения для детей и юношества в 2025 году
[1] В течение всей битвы в Сталинграде штурмующие город немецкие дивизии получали пополнения. Всего в октябре 1942 г. в район Сталинграда были направлены подкрепления общей численностью около 200 тысяч человек, а также 90 артиллерийских дивизионов (50 тысяч человек и более тысячи орудий).
[2] Арии, Арийцы, так себя называли фашисты, которые считали себя высшей расой на земле, якобы происходившей от Ариев. Арии – псевдонаучный термин, раса, расовая группа, якобы включающая в себя индоевропейские народы и их предков и физически и интеллектуально превосходящая другие расы. Идея была выдвинута в середине 19 века авторами расовых теорий и получила широкое распространение в 20 веке в Германии.
В апреле 2023 года мы запустили необычный для нас проект - ремонтный сервис нового формата. Первого клиента нашли только в начале лета, но уже с первого проекта удалось достичь запланированной прибыли. Расскажу, как мы создали современную компанию для поколения "новых денег", которые не готовы к тому, что прораб будет класть половину стоимости ремонта себе в карман, а сроки растягиваются без ограничений и почему это оказалось прибыльным бизнесом.
Как всё начиналось
Конец 2022 года. Я работал менеджером проектов в крупной IT-компании, мой друг Антон - тимлидом в другой известной технологической компании, а Дима занимал позицию backend-разработчика в третьей. У всех стабильные зарплаты, интересные проекты - жизнь шла своим чередом, пока Антон не решил купить квартиру в новостройке.
После долгих поисков он остановился на 85-метровой квартире в ЖК около метро Саларьево - современный комплекс с подземным паркингом и зелёным двором. Как типичный программист, к поиску ремонтников он подошёл педантично: изучил десятки предложений, провёл собеседования с кандидатами. В итоге выбрал бригаду с Авито с "15-летним опытом работы".
Денис (это я:) - один из создателей сервиса
За время ремонта у Антона мы с Димой часто приезжали к нему - помочь, посоветовать, и просто поржать над очередными косяками строителей. У нас обоих за плечами был серьёзный опыт управления командами, внедрения процессов, автоматизации и контроля качества. И знаете что? Нам казалось, что главное в ремонтном бизнесе - это грамотный менеджмент и организация процессов. И на самом деле, все примерно так и есть.
День когда мы решились
Если честно, мысли о собственной ремонтной компании появились у нас задолго до этого случая. В IT-тусовке часто шутят, что в России есть три верных пути: вебкам, айти и стройка. И мы, насмотревшись на хаос в ремонтной сфере, не раз обсуждали возможность открытия своей “фирмы”.
Мы выделили основные проблемы, которые должны были исправить с помощью своего сервиса
Первое - это постоянно растущие сметы и "задранная стоимость" на работы. Ну вы серьезно? Почему для меня ремонт в квартире должен чем-то отличаться от заказа носков на Вайлдберриз? Почему-то там нет такого, что цена носков может вырасти в 2 раза за время доставки. А тут начальная смета в 1 миллион превратилась почти в 1,7! И каждый раз это "ой, тут стены кривые", "ой, а тут придется докупить", "ой, а это мы не учли".
Второе - это бесконечно растущие сроки. Это еще хуже. Как люди с опытом в менеджменте, мы прекрасно знали, что растущие сроки – это всегда раздолбайство управления и ленивые рабочие. Но тут было чуть посложнее, об этом чуть позже. У Антона обещали сделать за 4 месяца, а в итоге растянули на 8.
Третье - хитрые прорабы. Это вообще отдельная история. Когда прораб говорит "давайте я сам закуплю материалы, у меня скидки", знайте - он накинет сверху процентов 30-40. А еще есть "срочные работы", которые почему-то не были учтены в смете. И конечно, вечная классика - экономия на материалах: заказываешь одно, а привозят что-то попроще, но по той же цене.
Целевая аудитория
А параллельно с этим мы определили нашу целевую аудиторию. Чтобы выделиться на конкурентном рынке, мы решили ориентироваться на молодых IT-специалистов и представителей “современных” профессий, живущих в Москве в возрасте 30-40 лет. Тех, кто покупает квартиру в новостройке и привыкших к хорошему сервису. Кто не готов, что его будут водить за нос и разводить на деньги.
Что с ценой?
При этом очень важно было держать цены НИЖЕ, чем у других компаний, иначе на рынке просто не выжить. В премиум сегмент нужен "пропуск" в виде большого количества работ для определенного типа клиентов, поэтому нам было понятно, что "брать" много - пока что, непозволительно. Но мы нашли способ: автоматизация процессов, прямые поставки материалов, четкое планирование работ и никаких скрытых накруток. Но несбыточной мечтой это покажется только обывателю: на самом деле сервис и правда должен быть таким, вообще любой.
История первого заказа летом 2023 года
А теперь самое интересное - наш первый заказ. Это была отдельная эпопея. Начало лета 2023, звонок от потенциального клиента.
Первый клиент оказался прямо "в яблочко" - тоже айтишник (пришедший из первой контекстной рекламы в яндексе запущенной на 20 тыс.), работал в крупной компании, купил двушку в панельке 80-х годов. Причем достаточно убитую - стены местами с дырками, старый паркет, трубы помнящие еще Горбачева... Но нам, если честно, даже повезло что первый объект был не новостройкой. На старом фонде учиться легче - там хотя бы есть на что посмотреть, в отличие от новостроек, где все "сюрпризы" спрятаны в голых стенах.
Дырка в стене была ДО демонтажа. Клиент купил квартиру с "убитым" ремонтом подешевле, в надежде сэкономить
Как мы мастеров искали
Начали с поиска бригады. Вот тут был первый холодный душ - оказалось, что найти классных специалистов без своей наработанной базы очень сложно. Мастера хорошего уровня либо уже при деле, либо просят космос. А те, кто сразу соглашается - ну, вы понимаете. За две недели провели больше 10 собеседований (назовем их так😊). Причем процесс собеседования мы сразу сделали "как в айти" - тестовые задания, проверка портфолио, разбор технологий работы. Бригадиры были в шоке - некоторые прямо уходили с собеседований, когда мы начинали распрашивать про технологии укладки плитки и показывали фотографии косяков с объектов с форумов.
В итоге нашли бригаду - два брата, которые до этого работали в крупной ремонтной компании, но ушли потому что устали от "серых" схем – по отношению К НИМ ЖЕ. В основном - задержки з/п и прорабы.
В том же санузле, но уже после демонтажных и некоторых черновых работ. Братья очень помогли нам с первым ремонтом, кроме этого, они дали нам контакты проверенных рабочих, которые впоследствии делали ремонт вместе с ними
Купили первый комплект инструмента - это отдельная история на 100 тысяч рублей. Ещё сразу купили свою тепловую пушку - это из необычного. Большинство компаний привлекают "потолочников" на субподряд. Мы захотели сразу начать формировать свой инструментарий для будущих сотрудников. Зато потом эта закупка очень помогла - не зависели от того, что принесет с собой бригада. Позже, когда начали расширяться купили свою штукатурную станцию. Это, на удивление, было самой выгодной покупкой.
Первые сложности
Начали ремонт. И тут поехало... Первый сюрприз - когда начали снимать старую штукатурку, оказалось что стены буквально рассыпались. Плюс под старым линолеумом в коридоре нашли деревянный пол с насыпью под ним.
Тут был первый серьезный разговор с заказчиком. Объяснили ситуацию, показали все фотки, рассказали что сколько будет стоит в соответствии с прайс-листом. Тут очень помогло то, что мы сразу взяли за правило - фотографировать вообще все. Каждый этап, каждый слой, каждую трубу.
С материалами тоже было весело. Первый месяц я лично объездил все крупные строительные магазины в радиусе 30 км. Искал поставщиков, договаривался о скидках. Помню, как чуть не купили партию плитки по "супер-выгодной" цене, а потом выяснилось что это условно "второй сорт" - брак, который продают через "серые" схемы.
Cделали систему закупок: (Первый заказ полностью сделан из материалов, купленных в Петровиче и на маркетплейсах). Бригада присылает список - мы проверяем цены у 3-4 поставщиков и заказываем где дешевле.
Мы сразу внедрили систему ежедневных фото-отчетов и еженедельных созвонов. Плюс сделали чат в телеграме, куда скидывали все чеки, все накладные, все фотки. Такая прозрачность очень помогла - клиент видел, что мы не химичим с ценами и не пытаемся на нем нажиться.
В итоге сделали.
Братья советовали нам недостающих специалистов по ходу ремонта и постепенно, укладываясь в срок мы сдавали клиенту новый и новый этап. Честно, это было не так сложно как казалось в начале, но нужно понимать, что на самом деле, проблем по ходу ремонта и мелких трудностей было ОЧЕНЬ много, просто мы как люди привыкшие, понимали что сейчас это и есть наша работа , за которую нам платит клиент - взять на себя все заботы по ремонту. Но серьезных форс-мажоров не возникало, максимум понервничали, когда внесли предоплату потолочникам, которых нашли по объявлению, после чего они явно начали задерживать сроки, но в итоге, все обошлось. Нам и до этого было ясно, что чем быстрее мы соберем свой , хотя бы, небольшой штат, тем лучше и выгоднее. Но для этого надо быть уверенным в постоянном потоке заказов, что мы на тот момент, не могли себе позволить.
Главное - мы поняли как надо и как не надо. Все закупки только через нас. Все договоренности - только в письменном виде.
По деньгам первый проект получился условно в ноль - не считая наших вложений в инструмент и рекламу. Но мы получили бесценный опыт, наработали связи с поставщиками (если это можно назвать так пафосно) и главное - поняли, что наша модель рабочая, хотя на тот момент не были в этом до конца уверены. Наши сомнения развеяло лето 2023 года.
1/5
Наша первая работа, которую нам помогли закончить "братья", советуя недостающих мастеров на каждый этап работ. Цена работ для заказчика вышла 750 000 рублей. Летом 2023 года, за аналогичный объём работ авитовские бригады просили до миллиона(!)
Сайт и маркетинг или как мы общаемся с клиентами ещё до первого звонка
Кстати, про сайт. Первую версию мы сделали за пару вечеров на Тильде - максимально простую: фотки, цены, контакты. Знаете что? Он у нас до сих пор такой – но с значительно изменённым UI/UX. Я иногда ловлю себя на мысли - вот мы же, можем сделать что-то крутое, с личным кабинетом, онлайн-сметами... Но потом смотрю вордстат, статистику и думаю - а зачем? Клиенты находят нас, звонят, все работает. Иногда лучшее решение - самое простое.
1/2
На главной странице "в лоб" о том кто мы, наши конкурентные преимущества, специализация и примеры работ
1/2
Сразу "ярко" заявляем о действующих скидках. Кроме этого, простым текстом пытаемся общаться с клиентом и убедить его в нашем сервисе, пока что, не общаясь с ним лично - конверсия в лиды увеличилась значительно, но важно, чтобы все предложения были реальны
А вот ворд стат. За последний месяц нас искали 680 раз не считая статистики переходов по прямой ссылке. Доказательство того, что дорогой сайт не нужен. Наш стоит 6 000 рублей в год, а сделан за 20 часов
Примеры лучших работ как маркетинговый инструмент
1/4
Оставляли подобные фото с примерами работ и вотермаркой в отзывах к жилым комплексам. Отличный маркетинговый инструмент - сразу определяем нужную ЦА и бесплатно заявляем о себе. Точно знаем, что минимум один клиент был из отзывов яндекс - поэтому работает
Как мы масштабировались и разбирались в проблемах ремонта
Теперь про то, как мы начали разбираться в проблемах ремонта и потихоньку расти. Знаете, за этот год мы много думали - почему вообще ремонтные компании задерживают сроки и не могут сделать работу по первоначальной цене? И нашли несколько интересных моментов.
Первое - сроки. Тут даже копать глубоко не пришлось - сам рынок сформирован так, что клиенты просто привыкли к задержкам. "А, ну это ремонт, тут всегда так" - классическая фраза. Благо тут нам помог опыт организации процессов из айти. Четкие спринты, ежедневные отчеты, календарный план. Работает как часы, если не филонить.
Второе - вечно растущая цена. Вот это было сложнее. В новостройках еще можно точно посчитать, а во вторичке... Но благодаря наработкам этот вопрос стал гораздо яснее. При правильно организации процессов, непредвиденные работы лучше оплатить из своих средств, чем терять клиента. Только так и делается сервис.
Третье - больная тема - воровство на материалах. Тут мы конкретно закрутили гайки. Завели строгий учет, до последнего мешка штукатурки. Прорабам сразу сказали - любая жалоба от клиента на нечестность - это конец сотрудничества. Знаете что самое смешное? Когда начали работать честно, оказалось что маржа все равно хорошая. Просто многие привыкли что надо обязательно накручивать еще и еще.
Неприятные особенности прозрачного сервиса
Большинство компаний, которые начинают работать честно, быстро сдуваются. Потому что сам потребитель привык к плохому сервису. Приходишь к клиенту, говоришь "мы все сделаем четко по смете и в срок", а он смотрит с недоверием - "да ладно, так не бывает". Сейчас в 2024-м ситуация получше, но рынок все еще очень консервативный.
Продвижение или как мы брали “Новую Москву”
Наш любимый Прокшино в Новой Москве - в 2024 году, это самый перспективный район в котором покупатели - наши потенциальные клиенты
Расти начали потихоньку. Сначала сделали специальные цены для новой Москвы - там как раз много новостроек, где мы хорошо научились работать. Потом пошли заказы по рекомендациям. Когда я говорю “пошли” заказы нужно понимать, что это 1-3 заказа в месяц стабильно, что на самом деле, тогда казалось не мало. С рекламой экспериментировали забавно - оставляли визитки в подъездах (да, просто старые добрые визитки!), ставили рекламные ящики у офисов продаж в дни выдачи ключей.
Был случай, когда на одном ЖК поставили такую стойку, а через неделю риелтор оттуда сам позвонил и предложил взять себе процент, если клиент пойдет к нам.
Сейчас берем 2-5 заказов в месяц, (летом было 5 в месяц, если разделить). Большинство клиентов приходят по рекомендациям. Штат за год работы постепенно собрали свой. Трудоустроено 14 сотрудников. Если их не хватало (как летом), привлекали мастеров с которым уже работали раньше, по договору ГПХ. Просили всех регистрировать самозанятость или ИП – это было тяжело, но зато честно платим налоги по Доходы – расходы.
Как устроен процесс
Знаете, что самое сложное в ремонтном бизнесе? Нет, не поиск клиентов и не работа с материалами. Самое сложное - это выстроить систему, которая будет удовлетворять запросы клиента и при этом позволит компании зарабатывать. Мы долго думали над этим и придумали несколько интересных решений.
Начнем с оплаты. Если посмотреть на московский рынок, там забавная система - вроде бы без предоплаты, но это только за первый, самый дешевый этап. А потом - бац, и клиент должен внести 50% от всей суммы. И попробуй не внеси - бригада уйдет на другой объект. Мы сделали иначе: разбили весь ремонт на этапы (их получилось 12 для капитального ремонта), и берем предоплату только за текущий этап. То есть клиент всегда понимает, за что именно платит, и может контролировать процесс.
С договорами тоже интересно получилось. Сначала делали один стандартный, а потом поняли - люди разные, запросы разные. Сейчас у нас три варианта: просто на работы (для тех, кто сам хочет закупать материалы), на работы плюс материалы (самый популярный), и полный пакет с дизайн-проектом. Кстати, про дизайн - мы не держим штатных дизайнеров, работаем с фрилансерами. Так получается и дешевле для клиента, и качество выше - каждый дизайнер специализируется на своем стиле.
Первый образец договора, который ставили на сайт
Расчёт стоимости
Расчет стоимости работ - отдельная история. Когда начинали, было очень сложно. На рынке нет четких цен - один мастер берет 3 тысячи за квадрат стяжки, другой - тысячу, третий вообще говорит "ну давайте посмотрим по факту". Сначала работали по среднему прайсу, но часто уходили в минус по отдельным этапам - то бригада дороже встанет, то материала больше уйдет. Сейчас, когда появились постоянные сотрудники, стало проще - мы точно знаем их расценки и можем давать фиксированную цену.
Материалы
Выяснилось, что в крупных магазинах часто дешевле в сравнении с рынками стройматериалов, особенно если ловить акции. Плюс появились маркетплейсы - там вообще красота по ценам. И главное - полная прозрачность, клиент сам видит все позиции. Если находим материал дешевле - возвращаем разницу. Был случай, когда на керамограните сэкономили клиенту почти 30 тысяч - просто потому что, нашли ту же плитку в другом магазине по акции.
Как работаем сейчас
Сейчас берем 2-5 заказов в месяц, зависит от сезона и сложности объектов.
Процесс обкатан до мелочей: сначала выезд на замер, потом предварительная смета. Если клиента все устраивает - детальный расчет и договор. Дальше начинается самое интересное - согласование материалов, закупки, работа.
Особенности продвижения и подводные камни
С продвижением интересно получилось. Сначала, как все, полезли на Авито. И знаете что? Не зашло. Там своя специфическая аудитория и конкретно у нас, с Авито “ не пошло”.
Свежий пример страницы с авито в категории "Ремонт квартир". Как клиенты определяются с подрядчиком среди тысяч однотипных объявлений - хороший маркетинговый вопрос, который мы решаем, после чего полноценно "зайдём" на авито
Пробовали контекстную рекламу яндекс - тоже так себе результат. Клики дорогие, конверсия низкая. Зато отлично зашла таргетированная реклама в Instagram* (*запрещен в РФ) и реклама в районных пабликах ВКонтакте. Особенно в группах новостроек в ТГ - там как раз наша целевая аудитория.
Но главный канал - сарафанное радио. Причем работает оно интересно. Всегда знаешь , от кого пришли заказчики и проще выстраивать коммуникацию. Есть клиент - он доволен, рассказал коллегам - и понеслось. За три месяца получили еще два заказа от сотрудников той же компании. Выходит такой “корпоративный ремонт”)))
Были, конечно, и провалы в продвижении. Пытались работать с риелторами - предлагали им комиссию за клиентов. Не пошло - у них свои схемы, свои бригады. Пробовали давать рекламу в лифтах, входных группах - тоже мимо, ни одного обращения, но тут скорее из-за того что эта реклама буквально на день.
ИТОГ
Сейчас мы существуем уже чуть больше года и в целом смотрим на ремонтный рынок не так, как раньше. За это время мы сделали несколько важных заметок для себя:
Оказывается, большинство проблем в ремонте - это не технические сложности, а банальная организация процессов. Когда все четко спланировано и каждый знает что делать - даже самый сложный ремонт идет как по маслу.
Мы поняли, почему многие компании "химичат" с ценами и сроками - просто потому что не умеют нормально считать и планировать. Когда все процессы выстроены правильно, можно работать честно и все равно оставаться в плюсе.
Самое сложное - это не найти клиентов или научиться делать ремонт. Самое сложное - это переломить привычку рынка работать "по-серому". И заказчики, и исполнители настолько привыкли к непрозрачным схемам, что честный подход вызывает удивление.
Мы до сих пор учимся. Каждый объект - это новый опыт и новые вызовы (особенно по части коммуникаций с клиентами). Но главное - мы видим, что наша модель работает и пока что, нам удается держать ценник немного ниже рыночного, за счёт того что до сих пор не имеем в найме маркетологов, IT, отдела продаж и менеджеров по продажам. Стараемся нанимать именно рабочих, все остальное можно отдать на аутсорс.
Уважаемые пикабушники, были рады составить для вас эту статью! С любовью, СК Комната
Пленные немцы, большая часть из которых военные медики смотрят документальный фильм о нацистских концентрационных лагерях. Дело происходит в американском лагере для военнопленных
Немецкие военнопленные читают книгу «Краткая история американской демократии». Книга 1943 года издания — 849 страниц! Особо ценились специально обученные бойцы – типа отряда О. Скорцени и им подобные, которые знали английский как родной. Зачем? Ответ ниже
Форт-Гетти, штат Массачусетс. Немецкие военнопленные на выпускной церемонии в лагере военнопленных.Эти военнопленные прошли обучение по программе подготовки административных работников для службы в различных государственных органах
Третий слева – главнокомандующий сухопутных войск Германии генерал-фельдмаршал Вальтер фон Браухич, но нам интересен тот, кто стоит справа от него – начальник оперативного отдела Генерального штаба сухопутных войск полковник Адольф Хойзингер
Стоят они у карты Восточного фронта во время совещания в штаб-квартире Верховного командования сухопутных войск «Мауэрвальд».
Так вот, Хойзингер в январе 1942 года уже генерал-майор, а через год – генерал-лейтенант. Сдался в плен американцам и уже через десять лет он уже на службе в НАТО с сохранением нацистского звания генерал-лейтенанта
Интересное фото на котором оба персонажа заслуживают вашего внимания: слева командующий 2-м воздушным флотом люфтваффе генерал-фельдмаршал Альберт Кессельринг, следующий Ганс Шпайдель – начальник штаба оккупационных войск во Франции
Шпайдель в 1957 году назначен главнокомандующим сухопутных войск НАТО в Центральной Европе
Кессельринга же английский военный трибунал приговорил к смертной казни (за приказы по которым убивали мирных жителей (Италии)), но американским и английским партнёрам Кессельринга удалось добиться изменения приговора, после чего его перевели в комфортабельную тюрьму, и уже в 1952 году освободили из мест заключения. Канцлер Германии (Аденауэр) тут же назначил его своим военным советником.
А ещё были такие, как фон Кильмансегг, сделавший карьеру и из офицера Генерального штаба вермахта, стал главнокомандующим силами НАТО в Центральной Европе.
Или такой, как лётчик Йоханнес Штайнхофф, на счету которого было 176 сбитых советских самолётов. Занимал пост немецкого представителя в штаб-квартире НАТО.
Хойзингер участник Нюрнбергского процесса, но, как свидетель)). Он был третьим в иерархии чинов, планировавших сухопутные операций вермахта. Потому уже в 1961 годубыл назначен на пост председателя военного комитета в Вашингтоне.
В том же году СССР настоятельно требовал выдачи Хойзингера — военного преступника, виновного в массовых убийствах мирного населения на территории СССР.
Безрезультатно.
Первый председатель Еврокомиссии Вальтер Хальштайн принадлежал к национал-социалистической партии Третьего рейха и участвовал в боевых действиях в составе вермахта.
Эрнст Фербер – карьера – из майора вермахта в генеральные испектора бундесвера, а с 1973 уже главнокомандующий войсками НАТО в Центральной Европе.
В СССР опубликовали книгу «Операция «Тевтонский меч»». Там собраны многочисленные факты о преступлениях главы НАТО, Эрнста Фербера, во время Великой Отечественной войны. Позже, уйдя на пенсию был избран президентом немецкого института международных отношений и безопасности.
Франц-Йозеф Шульце – карьера – из лейтенантов люфтваффе (награжден Рыцарским крестом) в главнокомандующие ВВС НАТО Центральной Европы
И так далее, и так далее, и так далее. А ещё есть "доктора" из нацистских концлагерей, которые массово эмигрировали в США и верно им служили...
Все эти цитаты из документального военно-исторического романа "Летят Лебеди"в трёх томах, который стал лауреатом XIX Международной литературной премии имени П.П.Ершова за произведения для детей и юношества в 2025 году
Работаю я водителем автобуса, и расскажу вам байку про старого немецкого туриста. Дело было не со мной, мой друг и коллега рассказал. Поскольку он сам "старый северный морской волк" в автобусе у него есть Андреевский флаг и флаг ВМФ СССР. дальше с его слов: Был у меня такой эпизод. Пришла на фасад очередная немецкая «Аида». Все, как обычно, Пушкин, Петергоф, а после музеи и театр. Решили перед Эрмитажем заехать в магазин. Подходит ко мне немка пожилая и на сносном русском языке говорит… Мой муж очень хочет с вами говорить. Я удивился . Почему со мной и я не носитель немецкого языка… их нихт шпрехен !!! Нет он говорит по русски! После подошел дедушка, поздоровался . В Эрмитаж он не пошел, остался в автобусе. Первым делом спросил, воевали ли мои родственники и давно ли мы живем в Петербурге? Я честно ему рассказал, что мой прадед защищал Кронштадт и был ранен, дед погиб на Синявинских высотах осенью 1941. Отец с братом и сестрой были в оккупации под Павловском , а мать во время бомбежки города потеряла зрение на один глаз. Дед слушал внимательно и очень скоро глаза его промокли от слез. Как только я закончил , начал он. Родом он и проживает в Варнемюнде. Есть такой под Ростоком. У него две старших сестры . Отец по призыву попал на Восточный фронт летом 1942 года. Его призвали в начале 1944 года в морскую школу по специальности дизелист торпедных катеров и минных тральщиков. В ноябре учеба закончилась и дали неделю отпуска перед отправкой на фронт. Совпало, что отцу тоже дали отпуск по ранению и всю неделю мы обсуждали войну. Отец говорил, что больше не пойдет воевать и лучше умереть в Германии, чем исчезнуть на поле в России. Он уехал служить в Пиллау , а отец остался дома. Через месяц получил счет и фото с повешенным отцом. На шее табличка «Он не хотел воевать за Германию». Распределили его на минный тральщик и началась служба. Война совсем рядом на верху, а он внизу у мотора. В январе 1945 года начался бег населения из Восточной Пруссии. Кто пешком, кто на теплоходах по морю. Им тоже приказ пришел, лишнее топливо слить в бочки и оставить на 20 миль ходу. Так и сделали. Русские войска завтра будут в городе. Пришел командир дивизиона и сказал, что смысла выходить в море нет. "Я не хочу чтобы потом ваши матери меня проклинали". В тот момент, когда войска Красной Армии вошли в порт мы стояли напротив своих тральщиков, а перед нами все стрелковое оружие. У всех было состояние обреченных. Мы знали , что творил Вермахт с русскими и даже удивились, что нас оставили в живых, а не расстреляли тут же. Началась сортировка. Молодежь, средний возраст и пожилые отдельно. Многие тогда пожалели, что не успели утопить свои награды в море. Сформировали колонны и повели на вокал в вагоны. Ехали неделю, а позже четыре дня пешком. Кто хотел бежать или устал идти сразу получал пулю и никто не обижался, ведь Вермахт и СС поступали так же. Работали на лесоповале. Очень удивились , что к осени нас всех приодели в ватники и шапки. В лагере был порядок и дисциплина. Начал осваивать русский язык. Даже письма разрешили написать, а позже получить. Так узнал, что сестры и мать живы и дом тоже целый. В 1948 году освободился и вернулся домой. Оказалось, что теперь эта часть Германии ГДР. Первый раз в Ленинград я попал с первым набором курсантов в академию ВМФ в 1950 году. В 1950 и женился. Нас за время учебы в Германию не отпускали, а женам разрешили приезжать 2 раз в год на месяц. Мы ходили, гуляли по городу и слепили старшего сына. Так, что хоть он и немец, а заложен в Ленинграде. Дальше он служил в ВМФ ГДР. Уточнил, что отправили учиться, так как он один из 16 курсантов умел говорить на русском языке. Дед рассказывал и слезы периодически текли. Мне приходилось обнимать его и успокаивать. Этот тур по Балтике мое прощание с морем и местами, где был счастлив. 4 часа пролетели незаметно и туристы увидели нас стоящих в обнимку. Подошла жена его с большой семьей, внуками и внучками. Приехали в порт. Дед нагнулся, поцеловал меня в щеку и ушел в сопровождении родных. Прошло больше 10 лет с того дня. Помню, как меня замучили вопросом, что я деду сказал, что он в последний день отказался сойти с корабля. Подошла его жена с сыновьями и поблагодарила меня. Ее мужу был очень важен этот хороший разговор. Друг мой, тэг мое. Лампу тушу, кота укладываю спать.
Однажды утром, когда у нас только что закончился перерыв в работе, мы увидели подъехавший грузовик, из которого вышел офицер в кожаном плаще. Лейтенант построил нас, а вновь прибывший принялся расхаживать перед нами, внимательно разглядывая каждого. В свою очередь, все мы уставились на него и пытались угадать, что нас ждет на этот раз. Из того, как вел себя лейтенант, мы поняли, что этот человек был важным начальником.
Наконец, он повернулся к нам и объявил:
- Мне нужно двадцать человек для работы в моем колхозе, и я сам буду отбирать этих людей.
Было ясно, что главным критерием будет физическое состояние человека. Мне повезло, и я оказался вторым в числе отобранных. Когда перед начальником стояли все двадцать отобранных им людей, он громким голосом объявил:
- Мне не нужны лентяи. Те, кто не хотят ехать со мной, могут остаться. С теми, кто поедет, будут обращаться хорошо, если они будут хорошо трудиться. Хотите поехать со мной на работу?
Он смотрел нам прямо в глаза. Было видно, что наш будущий начальник обладал немалой властью и был настолько уверенным в себе человеком, что ему вовсе не было необходимости демонстрировать свою власть.
- Да, - ответили мы в один голос, невольно поддавшись его обаянию. Мы чувствовали себя достаточно хорошо и здесь, но этот человек излучал доверие.
- Хорошо, - заметил он, как бы признавая нашу сделку. – Вам нужно будет взять с собой личные вещи и матрасы. У меня вас будут хорошо кормить. Я знаю, что, когда немца хорошо кормят, он и работает хорошо.
Я быстро попрощался с Машей, которая вряд ли плакала больше, когда ее мужа увозили в Сибирь [До работы в новом колхозе автор рассказа был назначен помогать колхозницам в работе и дома, жил он в доме с одной из них - Машей], и впрыгнул в грузовик, где уже сидели мои товарищи. Нас отвезли примерно на восемь километров в направлении на Смоленск. Место, куда мы приехали, оказалось хозяйством, принадлежащим НКВД, а человек, который нас отбирал, был его директором и имел звание майора. По прибытии он лично проверил, что всех нас устроили достаточно удобно. Нас поселили в здании бывшей бани, где мы устроили себе кровати из досок. Мы радовались, как дети, приводя в порядок этот домик, расположенный в глубине сада. Всегда приятно, когда к тебе относятся по-человечески. Следующим днем было воскресенье. Нам выдали хлеб, картошку и молоко, и мы приготовили себе еду в немецком армейском котле, что сделало эту пищу особенно вкусной для нас.
Мои товарищи были типичными скромными немецкими солдатами. Эрнст, которого мы выбрали поваром, очень гордился этой работой. Если какое-то непродолжительное время мы испытывали перебои с продуктами, он демонстрировал чудеса изобретательности, проявив себя непревзойденным «организатором и импровизатором». Он говорил на живописном тюрингском диалекте и, если был в хорошем настроении, радовал нас типичными для этой местности песенками, такими как Unser Gas de hat zwa Hеrnа («У нашей козы два рога»). В прежней гражданской жизни Эрнст был помощником мясника и, как мы подозревали, пользовался большим успехом у женской части клиентов. Когда он женился, его жена пыталась бдительно контролировать его жизнь, чтобы не дать ему завести флирт на стороне, но у нее не всегда это получалось. Живописные рассказы о его приключениях, большая часть которых, я уверен, была выдумана, всегда вызывали у нас взрыв безудержного хохота.
Бывший портной из Нижней Баварии Отто обладал совсем не таким характером. Скромный, как девица, невинный, как ангел, он становился пунцовым от смущения, когда начинались споры вокруг «темы номер 1», то есть о женщинах. А поскольку разговоры на эту тему были довольно частыми, Отто краснел постоянно, за что его немилосердно поддразнивали.
Альбрехт обладал разнообразными талантами. Дома у него осталась процветающая плотницкая мастерская, и при наличии инструментов он мог творить в этой области настоящие чудеса. В нашей бригаде он исполнял обязанности ремонтника. Он умудрялся поддерживать в рабочем состоянии нашу обувь, которая была настолько изношена, что должна была годиться только на свалку. Будучи настоящим мастером, Альбрехт не мог удовлетвориться только однообразным монотонным трудом. Он предпочитал решать сложные задачи и находил для них самые изящные решения. Но любовью его жизни была музыка, и нам казалось, он мог бы сыграть на любом инструменте, который попадет в его руки.
Вилли, напротив, был готов заниматься чем угодно. Он был надежным, как камень, импровизатором. Нам нужны полки? Сковородки и кастрюли? Несколько стульев для дома? Вилли было достаточно только подумать, и вскоре все было готово. Человек, который сочетал бы в себе энергию и умение приспосабливаться Вилли, мастерство Альбрехта и искусство попрошайничать Эрнста, был бы способен завоевать мир! Увидев, как строят одну из огромных русских печей, ту самую, на широкой верхушке которой можно было с комфортом спать, Вилли загорелся идеей построить такую же. Он строил свою печь для женщины, работавшей в колхозе. Готовое изделие, по крайней мере, с виду ничем не уступало тому, что было построено русским мастером. И все же, хорошо зная Вилли, я не стал бы платить за его детище те же деньги.
Одного из наших бригадиров звали Хейнрих. Он был родом из Бад-Тёльца (к югу от Мюнхена), где, как он утверждал, пользовался репутацией завзятого сердцееда. Стремление к сексу превратилось у него в хобби, которое отнимало все время и не оставляло рабочих часов для чего-то другого. Если нам вдруг требовалось срочно его разыскать, мы неизменно находили его в женской компании.
К нашему удивлению, в том колхозе было довольно много симпатичных девушек. Они прибыли туда как «осужденные», термин, который в России пользуется для определения лиц, совершивших многочисленные проступки, очень часто вполне безобидные. В июне 1945 года для таких людей была объявлена амнистия, но некоторые решили добровольно остаться в колхозе, а не возвращаться домой. Будучи сами бывшими заключенными, эти люди были нам чем--то близки, и многие, в особенности Хейнрих, всегда были готовы этим воспользоваться.
Герман и Фриц из Швабии по праву пользовались репутацией настоящих обжор. Они могли поглощать огромные количества даже самой непритязательной пищи. Например, когда не было картошки, мы готовили еду из травы и крапивы. Эти двое могли сесть у восьмилитрового ведра и дважды в день с аппетитом есть оттуда эту зеленую субстанцию. Когда картошка снова вернулась в меню, они вновь стали поглощать и ее в таких же количествах. К осени в колхоз доставили несколько реквизированных в Германии лошадей, но они прожили в изгнании еще меньше нас, людей. Им не подходил корм, а холодный русский ветер, продувающий конюшни насквозь, стал для них фатальным. Но по злому капризу судьбы именно мы, военнопленные, получили больше всех выгоды от смерти несчастных животных. Фриц и Герман наедались до такого состояния, что мы, остальные, начинали заключать пари, у кого из них первым лопнет брюхо. Самым смешным в этом состязании обжорства была разительная разница между его участниками: Герман становился все толще и толще, и вскоре он догнал по комплекции Вилли. Фриц же оставался тощим, как глист.
- Тебе нужно побольше есть, Фриц, - подбадривали мы его, - а то тебя совсем не станет видно.
- Я стараюсь, - отвечал он серьезно во время коротких пауз между пережевыванием пищи, - но Герман берет себе больше, и это нечестно.
- Мне нужно поддерживать свой организм, - резко возражал Герман.
- Не тратьте драгоценное время на разговоры, вы двое! - выкрикивал Эрнст. - Назад, к корыту!
Так в довольно приятном времяпрепровождении проходили месяцы. Нам нравилась наша жизнь, а директор часто заявлял нам, что доволен нашей работой. В ответ он, в свою очередь, старался держать слово и хорошо нас кормить. По местным меркам, наш колхоз был процветающим хозяйством, его прекрасно снабжали. Здесь было тринадцать лошадей, пятьдесят коров, восемьдесят овец и стадо свиней, за которыми присматривала пожилая женщина по имени Евгения. Всю свою жизнь она провела среди свиней.
Она очень любила своих питомцев, что выражалось и в ее неряшливом внешнем виде, и в том, что она часто ела их корм в дополнение к обычному хлебу с кашей. Евгения часто сидела у свинарника и вела долгие разговоры со своими подопечными. Завидев приближающегося мужчину, эта женщина сердито кричала:
- Уходи! Знаю я вас, мужчин. Всем вам нужно одно и то же, но от меня вы этого не получите.
К счастью, более привлекательные колхозные дамы не были такими неприступными. После работы я много времени провел с Хейнрихом, которому удалось добиться своей цели: он стал самым популярным для женского населения мужчиной в колхозе. Помимо других, менее серьезных вещей, мне удалось значительно продвинуться в знании русского языка. Это знание очень мне пригодилось в дальнейшем.
Когда наступила зима, директор вызвал меня к себе.
- У меня для вас особое задание, - заявил он. - Вы знаете, что лес вокруг принадлежит колхозу. Но окрестным жителям нечем топить печи, и они рубят наш лес. Все это незаконно. И вы будете выполнять работу лесника и не позволите им делать это. У каждого пойманного следует отбирать топор, а самого виновного приводите ко мне для наказания. Я выбрал для этой работы вас, потому что вы показались мне человеком, заслуживающим доверия. Вместе мы должны спасти лес, иначе, проснувшись однажды утром, мы вдруг обнаружим, что вокруг совсем не осталось деревьев. А что это за лес без деревьев?
На первых порах я систематически выходил патрулировать лес и препроводил несколько пойманных правонарушителей в кабинет к директору, не обращая внимания на их протесты. Тот обращался к ним с яростной речью о порче государственного имущества, антиобщественном поведении и необходимости соблюдать законы. Но он и сам нарушал закон, не сообщая обо всех этих нарушениях наверх, как должен был поступать. После потока ужасающих угроз директор отпускал нарушителей по домам, удовлетворившись конфискаций орудий преступлений в виде топоров. Это само по себе было тяжелым наказанием. Кроме того, такое наказание приносило пользу колхозу, где постоянно ощущался недостаток инструментов.
Но через какое-то время мой характер стал меня подводить. Пойманные женщины рыдали и сквозь слезы бормотали о маленьких детях, которые мерзли в неотапливаемых избах. Я знал, что они говорят правду. Поэтому вместо того, чтобы задерживать бедняжек, я отпускал их по домам, а иногда, когда был особенно склонен поддаваться жалости, даже помогал им поскорее нарубить и собрать дрова, чтобы их не успели заметить жители колхоза. Природа создала меня таким, что я совсем не подходил на роль полицейского или судьи на игровом поле. Мне были слишком симпатичны эти «преступники» и «браконьеры», а их искренняя благодарность за то, что я хоть как-то помогал им в их бедственном положении, заставляла меня все больше пренебрегать своими обязанностями.
Наконец, меня снова вызвал к себе директор.
- Как могло получиться, - начал он допрос, - что количество пойманных при рубке леса так резко сократилось? Я хорошо знаю от местных жителей, что лес так и продолжают вырубать, просто вы больше не ловите нарушителей. Как такое может быть? На вашем посту слишком холодно, чтобы спать, но, если бы вы следили за происходящим, вы обязательно что-нибудь увидели бы. Как вы все это можете объяснить?
Я ответил:
- Я не буду прибегать к отговоркам, а скажу вам правду. Эти женщины с их рассказами о замерзающих в холодных домах детях ранят мне сердце. Я просто не могу арестовывать их. Как мне возвращаться с холода и ветра в теплый дом, зная, что у этих людей нет места, где они могли бы согреться? Я человек, а не зверь.
- От вас никакой пользы, - констатировал директор. - Думаю, что своим поведением вы еще больше поощряете этих людей. Нужно убрать охрану, и, может быть, кражи прекратятся сами по себе.
Тем самым он как бы искал себе оправдания за то, что не делал то, что должен был делать по закону. Подозреваю, что и он сочувствовал бедным крестьянам. Я был рад встретить в качестве примера такой доброты сотрудника зловещего НКВД в чине майора. Время, которое я провел в тех двух колхозах, было лучшим периодом моей жизни в плену. И половиной этого времени я обязан директору-майору. Как когда-то при других обстоятельствах генерал Дрешер, этот человек сумел заслужить мое самое глубокое уважение. Это был один из лучших людей, встретившихся на моем жизненном пути. Он всегда вел честную игру, был открытым и трудолюбивым человеком и отдавал окружающим все, чего мог для них добиться. Под его руководством наши повседневные работы - сев и сбор урожая, заготовка дров, строительство свинарников и коровников - начинали доставлять настоящее удовольствие. Человек всегда счастлив, когда он ближе к своему естественному состоянию, а здесь мы никогда не чувствовали себя пленниками и рабами. Мы были полезными членами общества, мы помогали производить продовольствие, чтобы прокормить себя и других.
Может, кому-то нужно шампанское и пуховые перины. Я же чувствовал себя по настоящему счастливым в той почти примитивной жизни в колхозе.
Беккер Ханс – «На войне и в плену». Воспоминания немецкого солдата 19З7 -1950
...Почти везде в мире животных происходит борьба самцов за обладание самками. Карабаш не был исключением: женщины здесь часто становились причиной кровавых битв. Но в отличие от того, как это принято в высокоразвитом обществе, никто здесь не принимал во внимание желания и пристрастия самой женщины. Ей приходилось либо принимать ухаживания негодяя, который сумел завоевать ее, либо самой пасть от удара ножа его приятелей.
У женщин, как и у мужчин, были свои уголовные кланы, которые тоже делились на две группировки. Некоторые из женщин были самыми грубыми и извращенными существами их пола, с которыми мне когда-либо приходилось сталкиваться. Они не боялись охранников и не допускали чьего бы то ни было вмешательства в свою сексуальную жизнь. Для того чтобы отправиться к своим дружкам, они часто без разрешения покидали территорию своего барака. Если по дороге их перехватывали охранники, эти дамы осыпали их такими бранью и проклятиями, которые мне не приходилось слышать даже от мужчин. Суть претензий обычно сводилась к следующему: «Живи и дай жить другим; у тебя есть своя женщина, поэтому оставь нас в покое; тебе ведь просто получить то, что ты хочешь; поэтому не создавай лишних сложностей для нас; для чего вообще здесь находятся мужчины?». В результате охранники только пожимали плечами и отпускали таких женщин, не желая иметь неприятности, а может быть, даже опасные последствия, которыми могло быть чревато их задержание. Женщины же продолжали свой путь, громко смеясь и вызывающе демонстрируя части тела.
То, что и у охранников имелись свои женщины, было правдой, они поддерживали связь с самыми привлекательными женщинами-заключенными, поскольку по соседству не было других существ женского пола. На этих территориях практически не было поселений свободных людей. (Большинство из представителей лагерной администрации и охраны сами были ссыльными, совершившими те или иные проступки против режима, в основном служебного характера).
Секс в Карабаше был абсолютно лишен флера тайны. Очень часто уголовники вдвоем или втроем по очереди занимались любовью с одной из своих женщин на виду у двух сотен прочих обитателей барака. При этом они вели себя так, будто занимаются совершенно обыденным делом и именно так и подобает вести себя в обществе. Закончив занятие любовью, они садились вместе, ели, курили и договаривались о том, когда дама придет к ним снова.
Иногда происходили эксцессы, причиной которых было либо грубое обращение со стороны уголовников, либо непомерно алчные требования, выдвигаемые партнершами по временному досугу. Тогда приходилось убирать тело женщины из мужского барака. А если она все еще была жива, вызывали подруг из ее барака, чтобы ее отнесли обратно. Обычно такое происходило ночью, но иногда и при свете дня. Если женщину убивали, уголовники давали своим подручным указание под покровом темноты отнести тело куда-нибудь поближе к ее бараку и оставить там. Позже женщины-уголовницы найдут способ занести ее внутрь и сделать все дальнейшие распоряжения.
Вокруг подобных происшествий никогда не поднимали шум. Лагерное начальство полагало, что жертва получила то, что заслуживала. Как-то я случайно услышал замечание женщины-заключенной, брошенное при виде одной из таких процессий:
- Ну вот, еще одна, которую так и не смогли удовлетворить. И вот теперь она заработалась до смерти. А может быть, лучше умереть, как она, чем жить так, как я?
-1950 год. Возвращение из Сибири домой по амнистии
Через шесть недель ожидания нас наконец отправили из главного лагеря сначала в Карабаш, а оттуда, как мы горячо надеялись, по дороге на Запад.
В Карабаше ничего не изменилось с тех времен, которые я там провел прежде. Все те же дикие выходки бандитов, и, несмотря на колючую проволоку, все та же продажная любовь. Многих женщин убивали за отказ выполнять роль проституток при бандитах, многие согласились с этой poлью перед лицом явной угрозы для своей жизни и здоровья. Некоторые женщины-заключенные настолько опустились, что были готовы легко вступить в связь с любым мужчиной, который этого хотел. И все-таки на фоне общей деградации какое-то, пусть очень небольшое количество женщин cyмeли сохранить в себе в заключении чувство достоинства и при этом выжить. Это было что-то новое для лагерей, и, наверное, такие люди и составляли последнюю надежду в этих краях.
