Восемь — утра. Красный угол сборного пункта полон.

Одни читают газеты, другие рассматривают плакаты, третьи, стоя около разобранной винтовки, вспоминают, как какая часть называется.

А вот столпились ребята, ведут разговоры.

— В тер. часть лучше... Тут тебе дома...

— А чего тебе дома-то? Аль деревня не надоела?

— Он боится, как-бы она без него не убежала, деревня-то,— смеются ребята.

— А по-моему, лучше всего — во флот попасть... или в школу...

— В кадровых частях, куда лучше.

— А по-моему ребята, в Красной армии везде хорошо.

Это — в уголке.

А рядом — веселье.

Там задают трепака, смех, шутки, оглушает гармонь.

— Тише, товарищи... выкликают...

— Здесь...

— Такой-то?..

— Здесь. Здесь.

Но вот день близится к концу, комиссия заканчивает свою работу. Освидетельствованный получает назначение.

— Товарищи,— говорит он,— мне б в кадровую часть, поучиться хочется.

— Что-ж, подайте заявление,— говорят ему.

А вот другой:

— Товарищи, почему меня в тер. часть назначили, что я больной что-ли... Федька вон хуже меня и то его в кадровую часть назначили... А я всем здоров.

— У вас плоские пятки,— говорит врач,— вы в кадровую не подходите... Поезжайте в Тулу, на губ. комиссию, может быть, она направит...

— Что-ж, съезжу... А то — пятки плоские... Эх, мать ты моя родная... И зачем ты меня с такими пятками на свет родила.

Наблюдающий.

* Цитируется с сохранением орфографии и пунктуации первоисточника.

20 июня тульским сыскным отделением были получены сведения о том, что в Тулу скрылся из Алексина, проживающий там под надзором небезызвестный вор-громила, рецидивист, лишенный прав, из крестьян калужской губ., медынского уезда, шатовской волости, деревни Куприяновой Агапьев Андреев Герасимов, 32 лет, хромой, на деревянном костыле.

Сыскным отделением были предприняты соответствующие меры наблюдения, причем было установлено следующее.

19 июня Герасимов явился в квартиру цыгана А. Я. Клейна, проживающего на Сушкинской (ныне Пионерской. — С. Т.) ул., на коего произвел впечатление богатого помещика, любителя кутнуть в компании цыган. Жена Клейна — Марфа Ефимовна пригласила молодого цыгана Мерхаленка, плясунью цыганку девицу Цубревич и еще одну девушку „гимназистку“ Ч.

Цыгане начали свое искусство — удальство с плясовой „пятками в кольцо“, что очень понравилось „помещику“, и он не без достоинства дал цыганам 5 руб.

Спустя несколько времени, которое было весело проведено за выпивкой, помещик предложил покататься на автомобиле, на что цыгане охотно согласились.

Вскоре к квартире Клейна подкатил автомобиль Н. Д. Лабозова, и веселая компания помчалась за город, напевая веселые цыганские мотивы.

— Господа, едемте в Алексин! — предложил „помещик“.

— С удовольствием! — ответили молодые цыганки и запели:

— Гай-да тройка!..

В пути вследствие плохой дороги, автомобиль потерпел несколько незначительных аварий, все же компания прибыла в Алексин часам к 12 ночи и не без шика подкатила к местному клубу.

Компания требовала изысканные блюда, вина хорошей марки и держала себя, что называется, по-барски, вызывая аппетит и зависть у посетителей клуба…

Когда настало время оставить клуб, „помещик“ щедро расплатился и приказал отпустить ему в дорогу ликеру, коньяку, хорошего вина и фруктов, за что также было уплачено по счету.

На обратном пути в Тулу, компания делала привалы и прибыла в квартиру Клейна около 11 ч. дня. Вскоре сюда явились чины сыскной полиции.

„Помещик“ лежал на кровати в крепких объятиях Морфея… Компания также разошлась по домам, и в квартире были лишь жена и муж Клейны. На столе стояла батарея бутылок и следы закусок.

Разбуженный „помещик“ Герасимов долго не мог сообразить в чем дело, потом рассказал всю историю самовольной отлучки из Алексина и веселого путешествия туда и обратно в Тулу на автомобиле с молодыми цыганками и цыганами, которые подтвердили рассказ Герасимова.

Герасимов добавил, что за поездку в автомобиле он заплатил 50 руб. и столько же израсходовано им на угощение компании.

Деньги эти, по его словам, он выиграл в карты.

После допроса Герасимов был направлен по месту назначенного ему по суду жительства в Алексин.

* Текст из дореволюционной газеты адаптирован к современной русской орфографии.