0 просмотренных постов скрыто
Я могу сделать то же самое
Показать полностью
Эта птица может изобразить бензопилу, лазер и плач ребёнка
Знакомьтесь, большой лирохвост - австралийская птица, которая поёт не свои песни, а чужие. Причём не просто «чик-чирик», а полноценные звуковые сэмплы: крики других птиц, сигнал автомобиля, щелчок фотокамеры, работающую дрель и даже плач младенца. Если Вы окажетесь в лесу и услышите, как дерево плачет голосом ребёнка - скорее всего, это лирохвост развлекается.
Самцы используют этот талант для привлечения самок. Чем сложнее и разнообразнее «плейлист», тем больше шансов. И они делают это в танце: распускают шикарный хвост, похожий на лиру, и выдают музыкальный коллаж.
Удивительно, что голосовой аппарат лирохвоста не сложнее, чем у обычного скворца. Просто мозг устроен так, что он может анализировать и воспроизводить почти любой звук. Природа создала идеального диджея, которому не нужен ноутбук. Только лес и желание покрасоваться.
👍 - если хотели бы себе такого пернатого продюсера
Показать полностью
1
Самуэль Хендерсон. Подражания звукам более 50 видов птиц
Талантливый мальчик с синдром Туретта и аутизмом.
Показать полностью
1
Детство узбека
#comment_388579841
В четыре года я прочитал "Филипок" и понял две вещи:
во-первых, буквы — это сила.
Во-вторых, если маленький пацан может сам уйти в школу зимой, то и я как-нибудь смогу, без куртки, в одной рубашке!
Родителей у меня не было. Зато был дядька-нарик и кот Семён без одного уха и глаза, но с огромными яйцами!
Я просыпался в пять утра, сам себе варил макароны. Ну как варил — кидал их в чайник. Я узбек.
В садик я себя тоже водил сам. Воспитательница сперва думала, что меня кто-то приводит. Потом заметила, что я прихожу с табуреткой. Оказалось — я просто не доставал до домофона.
С четырёх лет я уже был взрослым мужиком.
У меня были заботы:
— где взять табак и водку,
— почему кот орёт на шкаф,
— и как платить за свет, если все деньги ушли на жвачку с динозавром.
Однажды я пришёл в магазин и говорю:
— Дайте гречки в долг. Я сирота и узбек.
А продавщица:
— Сколько тебе лет?
Я:
— По ощущениям — сорок семь.
По вечерам я сидел один на кухне и перечитывал «Филиппка». Мне казалось, что он меня понимает. Он тоже был маленький, тоже шёл куда-то по снегу, тоже постоянно огребал от жизни. Только у него хотя бы мать дома была. А у меня — кот Семён и квитанции.
Помню, заболел. Температура под сорок. Лежу и сам себе говорю:
— Ничего. Мужики не плачут.
И тут Семён сел рядом… и блеванул в тапок.
И вот тут я реально заплакал.
Сейчас мне уже много лет. Я вырос. Сам научился всему: готовить, работать, стирать, оплачивать коммуналку и не покупать пельмени по акции, если на пачке нарисован слишком счастливый повар.
А «Филиппок» до сих пор стоит на полке.
Иногда открываю его, нюхаю страницы и думаю:
если четырёхлетний я смог выжить с чайником макарон, котом-алкоголиком и одной книжкой — значит, всё было не зря.
Хотя Семён, конечно, до сих пор должен мне тапок.
Показать полностью
Удовольствия, связанные с игровой трансформацией привычного порядка
Обращаясь к развитию форм регуляции аффективных процессов, можно заметить, что на фоне удовлетворения потребности в стабилизации и упорядочении индивидуальной картины мира все большее место в жизни ребенка начинают занимать удовольствия, связанные с новизной и игровой трансформацией привычного порядка. Ребенок в это время настолько активно экспериментирует с собственным телом и чувственной фактурой вещей, что может, заигравшись, совершить опасное для себя действие. Осваивая речь, он тоже играет, едва научившись говорить, начинает шуточно коверкать слова, пытается рифмовать.
Определив порядок принадлежности вещей и требуя его соблюдения от других людей, он сам получает удовольствие от игры в его нарушение. В это время рождается новая форма игрового подражания: если раньше оно осуществлялось непроизвольно в виде пластичного следования мимике, жестам, интонациям близких, то теперь малыш сознательно изображает их с помощью значимых вещей-атрибутов - бабушкиных очков, папиного портфеля и т. п. Это, конечно, еще не ролевая игра, пока ребенок может даже испугаться, если близкий начнет активно навязывать ему в игре чью-то роль.
Таким образом, в самостоятельной аутостимуляции наблюдается нарастание доли механизмов третьего уровня, когда удовольствие доставляют впечатления от игрового нарушения и восстановления привычного порядка.
Анализируя помощь, которую ребенку оказывает взрослый в активизации и поддержании аффективной стабильности, мы можем отметить, что в это время меняется характер эмоционального комментария близких: уменьшается доля непосредственного сопровождения всего происходящего с ребенком (в норме он уже не столь нуждается в этом) и аффективно выделяются отдельные яркие сюжеты, связанные с событиями, приключениями, в которых подчеркивается активная роль их участников - малыша, мамы, папы, бабушки. Ребенок с огромным удовольствием слушает эти рассказы о себе и близких, требует их многократного повторения и не позволяет пропускать уже знакомые любимые детали. С помощью такого комментария впечатление приключения вплетается в уклад жизни и становится его неотъемлемой частью.
Аффективная сфера человека. Взгляд сквозь призму детского аутизма / Никольская О.С. М.: Центр лечебной педагогики, 2000
Показать полностью
1