Когда-то давно тому назад в геолого-съёмочном предприятии «Геокарта» (в которой я в то время работал) решили выпустить сборник стихов и прозы своих авторов-геологов. Назвали этот сборник "Маршрутами души", а иллюстрации к нему попросили нарисовать меня, так что именно с этой книги и начался мой путь в иллюстрацию.

И вот буквально на днях листая книгу в поисках какого-то стиха, наткнулся на занятный рассказ, написанный одной молодой студенткой и одной суровой геологиней про полевой сезон. Пожалуй, это самое лучшее описание полевого сезона геологической партии, которое я встречал в жизни. И просто решил поделиться с вами этим текстом, проиллюстрировав его фотографиями из личного архива.

***

В поле прилетает начальник партии, ждёт начальника отряда, принимает валидол, идёт на поиски.

Прилетают геологи, тоже приняли, ждут старших геологов. Прилетает первый старший геолог, характеризует обстановку тремя словами.

Прилетает студент, ему говорят кратко и он идёт. Прилетает завхоз, достаёт накладные и садится с двумя геологами за преферанс. Прилетает второй старший геолог и садится четвёртым.

Прилетает студентка и плохо себя чувствует. Прилетают маршрутные рабочие. чувствуют что им лучше не чувствовать. Прилетает третий старший геолог, говорит геологам, что нынче ни черта не выйдет. Те возражают, что вообще ни черта не выйдет. Прилетают геофизики, внимают и вникают. Прилетает начальник отряда. Смотрит на студентку. Хочет смотреть на начальника партии. Хочет посмотреть на дурака, который ещё когда-нибудь с этим свяжется. Обоих не видит. Нервничает. Не видит горного мастера, хочет видеть. Прилетают не то, чтобы все, но непонятно, кто ещё прилетел, потому что уже прилетели непонятно кто.

Начальник отряда принимает решение — приступать! Все приступают. Расходятся по лагерям. Закуривают.

У второго старшего геолога не оказывается плана работ. У первого старшего геолога не оказывается рации. У буровиков не оказывается коронок. У проходчиков не оказывается сил копать. У завхоза не оказывается сгущёнки расплатиться за преферанс. У геофизиков не оказывается батарей. У геологов не оказывается печек. У повара не оказывается сухарей. В речке не оказывается рыбы. У студентки не оказывается сил терпеть всё это издевательство. Горный мастер выходит на связь и отказывается. Начальник отряда уговаривает. Горный мастер возмущён. Третий старший геолог обещает. Горный мастер не удовлетворён, но соглашается.

Начальник отряда просит понимания и старания. Геологи просят палатки. Студент просит сапоги. Геофизики просят спички. Первый старший геолог просит карты. Завхоз просит вертолёт. Проходчики просят линию поближе. Конюх просит лошадь. Геологи просят телогрейки. Студентка просит компот. Начальник отряда просит пока так. Начальник партии просит делать план.

Начинается сезон. Начальнику партии нужен валидол. Буровикам нужны штанги. Первому старшему геологу нужны негры. Проходчикам нужны кайла. Студенту нужен спальник. Геофизикам нужны журналы документации. Второму старшему геологу нужны запчасти к бензопиле. Горному мастеру нужна крепь. Геологам нужны этикетки. Повару нужны вёдра. Студентке нужно полежать. Всем нужны сигареты.

Геологи клянут проходчиков, проходчики клянут расценки, завхоз клянёт снабженцев, студентка клянёт женскую неосмотрительность, повар клянёт завхоза, геофизики клянут старую аппаратуру, буровики клянут разрез, начальник отряда клянёт эту мафию монстров, губящих его карьеру, начальник партии клянёт мировую кардиологию.

Выходной. Начальник партии принимает валокордин, садится в вертолёт. Проходчики попадают в рабочий ритм. Лошадь попадает в побег.

Геологи попадают в маршрут. Хариус попадает в уху. Повар попадает в запой. Начальник отряда попадает в приказ. Начальник партии попадает на рыбалку. Горному мастеру попадает.

Студентку тошнит, она говорит, что на этот сезон — всё! У геофизиков отказала аппаратура, они говорят, что на этот сезон — всё! У буровиков кончился бензин, они говорят, что на этот сезон — всё! У проходчиков кончился запал, они говорят, что на этот сезон — всё! У студентов кончилась практика, они говорят, что на этот сезон — всё! У завхоза кончились продукты, он говорит, что на этот сезон — всё! У начальника партии кончился валидол, он говорит, что на этот сезон — всё! Начальник отряда говорит, что на этот сезон — всё!

Сезон окончен! Всем спасибо!

Вот такой пост нынче получился. Надеюсь, понравится. Как всегда, жду ваши комментарии, вопросы, критику - мы всегда прекрасно общаемся!

Нашёл на свалке коробку старых цветных диапозитивов ориентировочно конца 1950-х — начала 1960-х годов. На них — здания, памятники, храмы и виды разных республик и городов бывшего СССР.

Судя по всему, кто-то когда-то ездил по стране с фотоаппаратом и снимал самые красивые места: храмы, памятники, здания, улицы и достопримечательности разных республик Советского Союза.

Я решил, что такое нельзя выбрасывать. Сконстролил вот такой девайс, подкупил токенов AI для ретуши и заперся в ванной

Начал процесс оцифровки и реставрации. Делюсь первой подборкой.

Если кто-то может помочь с определением мест — буду очень признателен. Особенно интересно сравнивать, как эти объекты выглядят сегодня.

Оцифровываю на коленке - через смартфон и лампу. Качество так себе, детализация теряется, динамический диапазон страдает. Но терять кадры жалко.
Хотелось бы купить приличный слайд-сканер чтобы переснять всё в приличном разрешении, убрать пыль/грязь программно, и выложить большой архив.

У этого поста будет продолжение. И не одно.
Серия будет продолжаться - в наличии более 1000 слайдов, целый архив неизвестного путешественника по СССР.
Это наш с вами мини-сериал про Союз 50-х.

Буду рад вашим комментариям.

В древние времена пришли с запада давние враги манси. Хотели они отнять у манси оленьи пастбища и места, богатые зверем и рыбой. Много дней шли и остановились на плоской горе у реки Ниолс лагерем, чтобы отдохнуть. Налетел туман, а как сошёл - оказалось что стойбище мансийское совсем рядом. Вскочили враги, натянули свои луки... Вдруг за Ниолсом грохот раздался. Это проснулся Хусь-Ойка, увидел врагов и заколдовал их. Хотят они стрелять, а не могут тетиву спустить. Разбудил Хусь-Ойка одноглазую гору Сампал-Чахль. Глянул Сампал-Чахль на врагов - и окаменели они. Так и стоят каменные 77 тысяч лет на горе Мунин-Тумп.

Мунин-Тумп в переводе с манси значит "Каменная гора" (Мунин-камень, Тумп - гора с плоской вершиной). Русские охотники прозвали эту гору - Армия. Стоит она в верховьях реки Вишеры, в труднодоступных местах Северного Урала. Сейчас здесь раскинулся Вишерский заповедник, но в начале 80-х годов никакого заповедника в этих местах не было, зато в окрестностях горы расположились геологи Мойвинского геолого-съёмочного отряда.

На реках Ниолс и Хальсория были построены большие полевые базы с бревенчатыми домами, складами и банями. Но начиналось всё с обычных палаточных лагерей, построенных на берегах горных речек.

Отсюда геологи ходили в маршруты по окрестным горам и рекам.

Забирались в горы и даже делали радиометрическую съёмку. Радиометрией заведовала жена Владимира Яковлевича Ольга Леонидовна (она-то и отдала мне эти слайды на сканирование).

Лохматый Георгий Георгиевич на снимке сидит в обнимку с не менее лохматой собакой начальника партии - Чапой. Собакой глупой, трусливой но очень ласковой. Чапа была легендой Мойвинского отряда, поскольку ездила с Виктором Яковлевичем в поля с самого раннего детства и до самой своей смерти в 1997 году, когда она сбежала в лес из полевой базы в Золотанке. Очень сложно было представить начальника без неё.

Как-то раз во время геологического маршрута по Мунин-Тумпу Георгия Георгиевича застал сильный дождь. Гера тут же запрятался под один из останцев, пережидая обрушившийся на него ливень. Покуривая, он заметил, что Чапа вытащила из-под соседнего камня какую-то круглую штуковину и начала катать её по земле. Заинтересовавшись, Гера поднялся, подошёл поближе к Чапе и обомлел: с земли на него уставился пустыми глазницами почерневший от времени человеческий череп. Отобрав его у собаки, Георгий Георгиевич прикопал его у скалы - негоже собакам с черепами играть.

Кто это был? Какой-нибудь беглый каторжник или сбежавший из зоны зек? Северный Урал всегда "славился" своими каторгами и зонами. А может это был какой-нибудь манси, заснувший на Мунин-Тумпе последним сном, или ещё какой-нибудь безвестный оленевод или охотник? А может быть кто-то гораздо более древний? В одной из последних поездок по Вишерскому заповеднику геологи нашли в тех местах настоящее кресало времён викингов, тысячелетней давности. Вот как оно там оказалось?

Ну и напоследок ещё несколько фото с Мунин-Тумпа.

Ну а для тех, кто любит видео, могу предложить посмотреть небольшой видеофильм, снятый замечательным кинорежиссером и оператором Михаилом Заплатиным. Он практически первым снял кинофильм про Мань-Пупу-Нёр, он же и "открыл" миру Мунин-Тумп в далёком 1966 году.

Ну а я прощаюсь с вами до следующего поста. Читайте, смотрите, пишите комментарии - я всегда с удовольствием общаюсь с вами!

Совершенно неожиданно на слайдах Виктора Яковлевича мне попались геофизики. То ли маршруты совпали, то ли ещё по какой причине, но было приятно посмотреть на своих собратьев по электроду ))

С Женей Носовым я познакомился в далёком 1986 году, когда в свой самый первый полевой сезон искал золото на Ниолсовской площади в верховьях реки Вишеры. Одно время наши бригады жили на одной базе, а Женя Носов спал прямо подо мной, на нижнем ярусе нар. Ох и храпел же он! Но геофизик он был замечательный, да человек прекрасный.

В правой руке Женя тащит батарею, в левой - стульчик и молоток, чтобы забивать электроды в землю. Хотя там виднеется керамический горшочек неполяризующегося электрода - его-то уж точно в землю не забить. Может он молотком ямки для электрода выкапывал?

А вот что за прибор у него - даже я не скажу. Что-то уж совсем древнее, вроде ЭП-1. А вот метод я, пожалуй, разгадал - скорее всего это СЭП (симметричное электропрофилирование). Чем-то он напоминает ВЭЗ, о котором я здесь уже неоднократно рассказывал, только с одним-единственным фиксированным разносом. Удобно, быстро - но вот информации СЭП даёт очень мало, поэтому и отказались от него в конце 70-х годов.

А вот на электродах бегает мой будущий тесть, а тогда ещё простой студент на практике. Судя по фотографиям, успел и в геофизике поработать, и геологией позаниматься.

Как он кропотливо образцы собирает. Ну и неудивительно - есть что пособирать-то!

Цитрин - жёлтый кварц. В верховьях Вишеры как раз в те годы было найдено месторождение цитрина, сейчас, правда, это территория Вишерского заповедника, так что разработка его заморожена. Ну а мы вернёмся обратно в горы:

На заднем фоне - гора Хус-Ойка, что в переводе с манси означает Слуга-старик. Когда-то русские перепутали название горы со словом Хосуй (Муравей), поэтому и перевели гору и хребет как Муравьиный Камень. А вообще - именно в этих самых местах я постигал азы геологии в своём первом полевом сезоне. И кто знает, может быть именно под этим камнем мы сидели холодным июльским днём, а вот по тому снежнику скатывались вниз на пробных мешках.

Ну и ещё немножко фотографий людей. Кого-то из них я знал, кого-то нет. Многие уже ушли, но память о них осталась жить в этих снимках.

Ну вот, ещё одну серию фотографий выложил. Смотрите, читайте, пишите комментарии и спрашивайте - всем постараюсь ответить обязательно!