«Последнее китайское предупреждение» - сегодня эта фраза звучит как анекдот, но у нее вполне реальные исторические корни, уходящие в эпоху Холодной войны.

Как это было

В 50–60-е годы прошлого века, в разгар противостояния КНР и США, американские разведывательные самолеты постоянно «висели» у границ китайского воздушного пространства, особенно в районе Тайваня.

Пекин реагировал жестко, но исключительно по дипломатическим канонам — каждый инцидент сопровождался отправкой официальной ноты протеста. В тексте неизменно подчеркивалось, что это «серьезное» или даже «последнее» предостережение, за которым последуют суровые меры.

Парадокс ситуации

Проблема была в том, что несмотря на все грозные предупреждения нарушения воздушных границ Китая продолжались. И на каждый новый полет Китай отвечал... новой точно такой же грозной нотой.

По некоторым оценкам, таких дипломатических писем набралось под несколько сотен — некоторые исследователи утверждают, что таких нот протеса было более 900.

Западная и советская пресса быстро уловили комичный контраст между грозной риторикой и полным отсутствием реальных силовых действий. Так родился саркастичный штамп, иллюстрирующий угрозы, за которыми как правило никаких действий в ближайшее время не последует.

Почему именно «китайское»?

В русскоязычном пространстве выражение прижилось мгновенно, поскольку советские СМИ активно и подробно освещали каждый демарш Пекина. К 1960-м годам это словосочетание уже прочно вошло в обиход как символ пустой болтовни.

Сейчас «последнее китайское предупреждение» — это универсальный ярлык для любой пустой угрозы:

• Обещание наказать, которое так и остается обещанием.

• Демонстрация решимости, не подкрепленная действиями.

• Попытка психологического давления без реального «козыря в рукаве».

ПС

Исторический факт многократных нот протеста китайского МИДа отрицать нельзя. Однако «магическое» число в 900 предупреждений — это скорее всего явное преувеличение. Но суть от этого не страдает — выражение намертво закрепилось в языке как насмешка над бесконечными вербальными интервенциями, за которыми не следовало никакого «последнего» удара.

ППС

К сожалению, события новейшей истории привели к тому, что у этой известной фразы, появился не менее яркий "конкурент" - думаю, сами знаете какой. ((

Китайская Народная Республика провела специальную правоохранительную операцию в акватории к востоку от Тайваня. Об этом сообщает Xinhua.

"Министерство транспорта организовало <...> проведение специальной операции по обеспечению морского движения в восточных водах острова Тайвань", - говорится в сообщении.

Проведение операции стало ответом на одностороннее решение Японии и Филиппин начать переговоры о делимитации морской границы в районе восточнее Тайваня. В Пекине считают, что такие шаги затрагивают территориальный суверенитет Китая и его морские права.

В маневрах были задействованы подразделения морской безопасности провинций Фуцзянь и Гуандун, Центр обеспечения судоходства Восточно-Китайского моря, а также Спасательное управление этого региона.

Целью операции является усиление контроля за соблюдением морского законодательства КНР, расширение возможностей патрулирования в удаленных районах, мониторинг движения судов в стратегически важных акваториях, обеспечение безопасности судоходства и защита национальных интересов страны.

Ранее представитель Минобороны КНР Цзян Бинь заявил, что Япония "дорого заплатит" в случае применения силы в отношении Тайваня. Тайваньский вопрос рассматривается как исключительно внутреннее дело Китая и не допускает вмешательства внешних сил.

С жесткой позицией выступил и министр иностранных дел КНР Ван И. По его словам, Пекин не допустит любых попыток отделить Тайвань от Китая. Он напомнил, что остров был возвращен в состав страны после Второй мировой войны, а его статус закреплен рядом международных документов.

Власти КНР также подчеркивают, что не позволят создать "два Китая". На фоне обострения международной обстановки Пекин предложил Тайваню модель мирного воссоединения, в рамках которой остров мог бы получить энергетическую стабильность.

Позицию Пекина также поддерживает Россия. В совместном заявлении президента Владимира Путина и председателя Си Цзиньпина подчеркивается приверженность принципу "одного Китая" и неприятие любых шагов, направленных на провозглашение независимости Тайваня.

KP.RU

Действующий двукратный чемпион RDS GP Аркадий Цареградцев находится на четвертой позиции. Для защиты титула ему понадобится практически идеальный финал и серьезная осечка соперников. Но именно Цареградцев уже доказал, что умеет выигрывать чемпионат после старта финального этапа с четвертого места.

Многое может решиться уже в квалификации. Если претенденты окажутся друг против друга в сетке ТОП-32, борьба за титул начнется гораздо раньше финального заезда.

Fresh Racing близка к командному титулу

В командном зачете Fresh Racing опережает «Systeme Electric Одержимые Моторспорт» на 453 балла. Шансы соперников выглядят небольшими, но в дрифте прогнозы легко меняются за один заезд.

За второе и третье места также продолжат бороться Takayama Forward Auto и Carville Racing.

Чемпион RDS Open на старте

Финальный этап станет шансом проявить себя не только для лидеров RDS GP. По уайлд-кард на старт выйдут Сергей Давидадзе, Владислав Ерофеев и Анатолий Щербак — действующий двукратный чемпион RDS Open.

А еще на Moscow Raceway снова выступят юниоры в рамках учебно-тренировочных сборов Aimol Junior. Среди них Тимофей Колобов, Степан Попов и Лука Мигаль.

За событиями можно следить на трибунах Moscow Raceway или в прямом эфире RDS TV. Квалификация доступна бесплатно после регистрации, парные заезды — по подписке.

Кто заберет чемпионский титул — решится в последние выходные лета.

Снизить риск конфликта можно, если действовать аккуратно. Речь не про пассивность, а про контроль. Тайваню важно сохранять обороноспособность, не делать резких шагов, которые меняют текущий баланс, и при этом не закрывать каналы общения через пролив. Когда диалог обрывается, любое недопонимание становится опаснее.

При этом напряжение растёт не только из-за внешнего давления. Внутри самого Тайваня тоже есть решения, которые подливают масла в огонь. Более жёсткая риторика, остановка диалога с материком после 2016 года и политические сигналы, которые можно трактовать как движение к независимости, — всё это сужает пространство для манёвра. Внутри страны такие шаги могут давать политические очки, но снаружи они делают ситуацию менее предсказуемой.

Партия Гоминьдан предлагает другой подход. В их логике главное — не доводить ситуацию до точки, где остаётся только силовой сценарий. Они выступают против независимости Тайваня и опираются на так называемый консенсус 1992 года. Его суть в том, что есть «один Китай», но каждая сторона понимает это по-своему. Формулировка намеренно размытая, и именно поэтому она работает. Она позволяет вести диалог, не решая сразу самый болезненный вопрос — о суверенитете.

Такая неопределённость может выглядеть слабостью, но на практике это инструмент. Она даёт Тайваню возможность сохранять гибкость и не загонять себя в угол.

Отдельная тема — безопасность. Часто её сводят к военным расходам, но этого недостаточно. Оружие само по себе не гарантирует стабильность. Если не хватает людей в армии или возникают проблемы с подготовкой, техника мало что меняет. Более того, если при этом нет каналов связи с другой стороной, любое напряжение быстрее выходит из-под контроля. Сдерживание работает лучше, когда вместе с военной силой есть и понятные механизмы общения.

При этом сотрудничество с материковым Китаем не означает отказ от связей с США. Эти отношения выполняют разные функции. С США Тайвань связан вопросами безопасности и технологий, с Китаем — экономикой и географией. И одно не исключает другое.

Для Вашингтона удобнее иметь дело с партнёром, который способен сам выстраивать баланс, а не полностью зависит от внешней поддержки. Для Пекина, в свою очередь, стабильные отношения с Тайванем выгоднее, чем давление, которое может подтолкнуть остров к более жёсткому сближению с США.

Но есть и внутренние ограничения. Экономика Тайваня всё сильнее завязана на узкий сектор — полупроводники. Это даёт рост, но не распределяет его равномерно. Плюс усиливается политическое разделение внутри страны. Всё это снижает устойчивость.

В итоге ключевая мысль простая. Тайвань не обязан становиться чьим-то инструментом. Его сила как раз в том, чтобы удерживать баланс и не давать ситуации скатиться в жёсткий выбор между двумя сторонами.

И чем дольше этот баланс удаётся сохранять, тем ниже шанс, что напряжение перейдёт в реальный конфликт.