27 Августа. Запрет взяточничества (нет)
27 августа 1760 года императрица Елизавета Петровна подписала указ, который должен был искоренить корупцию в высших слоях российского общества, но в конечном итоге сделал её более извращённой. Но обо всём по порядку...
Предыстория
Предыстория указа уходит в петровскую эпоху. Пётр I пытался искоренить «мздоимство» и «лихоимство» жесточайшими мерами - вплоть до смертной казни, конфискации имущества и кнута. Но после его смерти контроль ослаб, а в годы правления Анны Иоанновны государственная служба стала восприниматься многими чиновниками как законный источник дохода. «Кормление», древняя традиция содержания должностных лиц за счёт населения, формально ушло в прошлое, но на практике продолжало существовать в виде поборов, «посулов» и «благодарностей». Елизавета, придя к власти в 1741 году, обещала вернуться к петровским порядкам и очистить администрацию от злоупотреблений, однако её двор славился роскошью, фаворитизмом, а высшие сановники сами нередко были погружены в коррупционные связи. К концу 1750-х годов положение усугубила Семилетняя война: резко выросли государственные расходы, увеличились рекрутские наборы, сборы податей, военные подряды - всё это открывало огромные возможности для казнокрадства и вымогательства. В Сенат поступали многочисленные жалобы от дворян, купцов, государственных крестьян на воевод, губернаторов, судей и канцелярских служителей, которые без взятки не решали ни одного дела.
Указ о запрете взяточничества
Непосредственным поводом к указу стали доклады Сената и отдельных сановников о вопиющих злоупотреблениях в провинции, особенно в судах и при сборе податей. Елизавета, уже тяжело больная, видимо, хотела оставить после себя образ справедливой государыни и навести хотя бы видимость порядка в расшатанном аппарате. Указ от 27 августа был составлен в традиционном для русского законодательства тоне сурового монаршего предупреждения. В нём говорилось, что, несмотря на прежние запреты, «лихоимство» и «мздоимство» не только не исчезли, но умножились, отчего подданные терпят разорение, а казённый интерес страдает. Всем чиновникам, от сенаторов до последнего подьячего, строжайше запрещалось брать какие бы то ни было взятки, подарки, посулы, «кормы», а также вымогать что-либо под видом канцелярских расходов. Нарушителям угрожали смертная казнь, лишение всех чинов и имений, вечная ссылка на каторгу. Указ предписывалось читать публично во всех городах и присутственных местах, вывешивать в канцеляриях, а с чиновников брать подписку о том, что они ознакомлены с запретом.
Однако очень скоро выяснилось, что даже столь грозные угрозы легко обходятся. Прямые денежные взятки стали заменяться замаскированными формами: чиновникам дарили съестные припасы, дрова, сено, ткани, лошадей, строительные материалы - обычно под видом подарков к праздникам, именинам или «в знак благодарности» уже после решения дела. Деньги передавали через жён, сыновей, слуг или доверенных подьячих, так что сам начальник мог утверждать, что ничего не знал. Широко распространилась практика «займов»: просителя принуждали дать чиновнику деньги в долг без расписки и срока возврата, после чего долг попросту не возвращался. Другой уловкой была покупка у родственников чиновника каких-либо вещей по заведомо завышенной цене. Кроме того, сохранялась легальная или полулегальная система «акциденций» - платы за оформление бумаг, которая не считалась взяткой официально, но на практике превращалась в побор. Если же кто-то отказывался платить, его дело начинало бесконечно затягиваться: терялись документы, назначались новые справки, переносились заседания, а в конце концов человек либо разорялся, либо всё же давал требуемое. В судах нередко платили обе стороны, а победителем становился тот, кто заплатил больше. Расследовать такие дела было практически невозможно, потому что надзирать за исполнением указа должны были те же губернаторы и воеводы, которые сами погрязли в поборах. Доносы простых людей чаще всего объявлялись ложными, а заявителей наказывали плетьми или ссылали. Даже если дело доходило до Сената, высокопоставленных покровителей хватало, чтобы замять его.
Последствия
Последствия указа оказались незначительными. В первые месяцы после его обнародования в некоторых местах действительно прошли показательные наказания мелких канцеляристов, но крупные чиновники остались неприкосновенными. Страх перед наказанием быстро прошёл, и взяточничество продолжалось в прежних, а то и в ещё более изощрённых формах. Как гласит народная мудрость: «Суровость российских законов компенсируется необязательностью их исполнения».
Указ в конечном итоге не устранил глубинных причин коррупции: у большинства чиновников не было достойного жалованья, поэтому поборы считались естественным дополнением к службе. Также в указе само понятие взятки не было чётко отделено от разрешённых «добровольных приношений». И наконец вся система управления строилась на личной преданности и покровительстве, а не на формальной законности. После смерти Елизаветы в декабре 1761 года её указ фактически перестал исполняться. Уже в 1762-1763 годах Екатерина II была вынуждена издавать новые указы против лихоимства, прямо признавая, что прежние законы не действуют. В долгосрочной перспективе указ 27 августа 1760 года стал ещё одним подтверждением того, что одними запретами и угрозами казней коррупцию в России победить невозможно.
P.S Подписывайтесь, чтобы всегда быть в курсе интересных обзоров и событий. Ваша поддержка очень важна! С большим количеством обзоров и историй вы можете ознакомиться и в телеграм-канале. Спасибо!
