Привет, пикабушники! Есть цель набрать мышечной массы. Сейчас вешу 66 кг при росте 175, цель хотя бы 80-85 кг. Прошу посоветовать эффективные препараты и добавки для набора. Спортивное питание (гейнер, креатин, протеин, аминокислоты и т.д.)- Фармакология посерьёзнее,, стероиды и препараты подобного действия(что можно использовать относительно безопасно при правильном подходе) Важные моменты: Я из Казахстана, поэтому важно, что реально можно достать у нас. Пожалуйста без маралфажества и лишней воды, интересует именно набор мышц. Бюджет ограничен, поэтому желательно по приоритету: что даёт максимальный эффект. Буду очень благодарен за реальный опыт от тех, кто сам проходил через набор на фарме. Заранее спасибо всем откликнувшимся!
Завтра в Лас-Вегасе пройдут первые Олимпийские игры на стероидах. Перед участием спортсмены специально накачаются анаболиками, гормонами роста и другой химией, чтобы показать человеческий максимум.
Победа в отдельной дисциплине принесёт $250 тысяч, а превышение мирового рекорда — до $1 млн.
Главная цель — продвижение специальных препаратов для спортсменов.
Спонсорами турнира стали сооснователь PayPal Питер Тиль и Дональд Трамп-младший.
Крайне позитивная новость.
Так как может в будущем вывести весь рынок спорт-фармы в белую, а с этим изменить и саму логику исследований новых препаратов так, как весь текущий спектр допинга это в массе своей медикаментозные препараты, целью разработки которых было решение медицинских задач (ака лечение болезней), а если изначально в исследование будет закладываться цель не лечение, а форсирование возможностей развития организма... то это реально может дать очень интересные результаты, при этом не только для спортсменов, но и для всего человечества.
В свои 30 открыл второе 18 летие. Плата за него 1 укол ципионата в 5 дней 500мг. Никому не советую, нужно следить за гормонами, кровью, но к счастью побочек особо пока нет, скоро подключу трен для формы к лету. Но это конечно да, жизнь совершенно другая, первый раз курсанул год назад 3 месяца, прям дурел, до курса на своих 16ннмоль был нервным, сейчас радуюсь каждому дню и созидаю. После первого курса вспомнил какого это вставать утром « не с той ноги», не то совсем было. сейчас буду полгодика сидеть снова, пару месяцев отдыхать и так думаю пока здоровье позволять будет, другой жизни уже не вижу, да и жена каждый день радуется, секс стал совершенно другим, стоит всегда и без перебоев. Вообщем хз, слышал в других странах это норма после 30, я бы все таки сначала постарался пару месяцев хороший режим с питанием и тренировками подержать, но у меня работа легкая и это возможно, а вот кто ебашит по настоящему я не знаю ребята, там только надеятся что своего теста хватит вывозить..
Вообщем сумбур такой, но возможно предостерег тех кто необдуманно полезет, почитайте сначала тут посты, от того же тимура ботана пост отличный у него про стероиды, просто купить и ставить укол не получится, здоровье похороните, в моем окружении когда вошел в эту тему оказалось 70% тех кто хоть как то тренируются ставят экзогенный тест, я ахуел! это страшно, но я не понимаю почему при таком количестве курсящих до сих пор нет нормальных спортивных врачей, попробуйте придите к эндокринологу и расскажите, что ставите хотя бы 250мг в неделю энки той же(доза гзт как по мне) вас нахуй пошлют и скажут чушью не заниматься, или выпишут гель с тестом, что полное говно или небидо какое нибудь в лучшем случае раз в месяц, вообщем вникайте ребята кому тяжко живется внимательно если собрались, не вздумайте бездумно лезть в это дело..
и да всякие тестобустеры и прочее говно, не рабочее сразу скажу, хуита бесполезная как и всякие бады, пептиды и прочее.
Помните доктора Хауса, который годами принимал Викодин (опиоидное обезболивающее)? Одна из сюжетных линий популярного сериала - это проблемы, которые талантливый врач получил из-за Викодина. В этом Хаус не одинок - сотни тысяч американцев сломали себе жизнь из-за похожих препаратов. Так началась и расцвела опиоидная эпидемия в США.
Дело в том, что… Жил-был эмигрант Исаак Саклер. И было у него три сына - Артур, Мортимер и Рэймонд. И все они пошли в медицину.
Старший Артур был самым деятельным, активным и пробивным. Он добился больших успехов, как врач, ученый, рекламист, бизнесмен.
Еще в 1940-е в США психически больных людей держали в специальных учреждениях. Мест не хватало, а больница напоминали концлагерь. Отправляли в такую больницу на длительный срок, фактически навсегда. Ведь при психозе пациент мог быть опасным для окружающих. “Лечение” состояло из электрических разрядов, а позднее - лоботомия.
Группа начинающих медиков, в том числе и браться Саклеры, проводили эксперименты. Результатом стал первый антипсихотик - аминазин, а впоследствии рисперидон и другие. Это была настоящая революция в психиатрии. Психбольницы стали пустеть. Ведь пациент мог дома принимать таблетки.
Дальнейшее развитие - изобретение транквилизаторов, в частности Валиума. Концерн Пфайзер с удовольствием нанимал на работу талантливых мигрантов из Европы, в частности евреев. Один их таких работников и синтезировал Валиум.
Артур Саклер создал систему, которой позавидовала бы современная Биг Фарма. Концерн Пфайзер производил и отгружал Валиум. Рекламное агентство Артура пиарило Валиум. Формально независимые медицинские журналы тоже активно продвигали Валиум. Изобретались и использовались все новые и новые методы рекламы. Некоторые из них используют и современные инфоцыгане.
Артур Саклер, основатель династии, коллекционер и филантроп
Была еще одна конкурирующая рекламная контора, с более медийным директором. Никто не знал, что это тоже часть бизнеса Артура Саклера.
При этом, сам Артур Саклер оставался в тени. Никто не мог связать разрозненные факты в одно целое. Формально, не было ничего незаконного. Но по факту - конфликт интересов и почти монополия.
Уже будучи богатым, Артур Саклер увлекся искусством, спонсировал галереи, музеи, университеты.
Артур был двигателем семейного бизнеса, а Мортимер и Рэймонд на вторых ролях.
Еще в 1952-м Артур купил небольшого производителя лекарств Purdue и передал доли братьям.
Говорят, что второе или третье поколение нуворишей живет расслабленной жизнью, наслаждаясь богатством, которое заработали отцы или деды. Но в клане Саклеров это было не так. Сын Рэймонда Ричард жаждал заработать миллиарды. И заработал, но вздрогнула вся Америка.
Более 100 лет врачи крайне осторожно назначали опиоиды. Да, опиоиды - самое эффективное средство от боли. Обратная сторона медали - быстро возникающая зависимость, рост дозировок, риск передоза. Поэтому, врачи назначали опиоиды только пациентам с терминальной стадии рака. Это была черная метка - если назначили опиоиды, значит не жилец.
Но было одно неудобство - опиоиды вводились внутривенно. Шприц, шнур, укол. Нужны специальные навыки, чтобы сделать укол. Особенно, если вены плохо видны или повреждены. А еще, укол - это мгновенное попадание опиоида в кровь, а дальше быстрое падение концентрации. Это удобно, когда пациент в шоковом состоянии, например после ранения. Но это проблема, если пациенту надо избавиться от боли 24 часа в сутки на недели, месяцы и даже годы.
Один из исследовательских центров, купленных Purdue, нашел решение. Опиоид оксикодон покрывали специальной оболочкой, которая медленно рассасывалась в желудке. Таблетка действовала 12 часов. Предполагалось, что пациент дважды в сутки принимает таблетку и полностью избавляется от боли. А еще предполагалось, что наркоманам это не интересно - нет укола, нет пиковой концентрации. Конечно, это была ошибка.
Тут в Purdue задумались. Типичный рынок опиоидов ограничен. А что, если его расширить? А что, если такие волшебные таблетки будут назначить всем, у кого хронические боли? Например, болит спина, живот, левая пятка. Ведь это огромный рынок!
Весь маркетинговый ресурс, который создал десятки лет назад Артур Саклер бросили на продвижение нескольких идей.
Опиоид в таблетках вызывает зависимость только у 1% пациентов.
До 20% американцев страдают от хронических болей. 2 таблетки в сутки полностью устранят боль и поднимут качество жизни.
Качество жизни и правда выросло, по крайней мере у Саклеров. Огромными усилиями удалось сдвинуть гору с места. Конференции по проблемам боли, статьи в научных журнала, отзывы благодарных пациентов и армия торговых агентов, которая общалась с врачами,. Ведь в конечном итоге, объем продаж зависит от рядового врача, который прописывает пациенту Оксиконтин (фирменное название препарата). Некоторые врачи быстро смекнули выгоду и выписывали тысячи рецептов. Объемы продаж взлетели в космос, что позволяло Саклерам распределять между собой сотни миллионов долларов в год.
Наркоманы быстро распробовали Оксиконтин и аналоги, которые выпускали другие фарм компании. Они крошили таблетки и вводили через шприц. Возник черный рынок таблеток и рецептов. И это было только начало. Для части пациентов на хватало 2-х таблеток в сутки. Они либо повышали дозировку, либо искали другие способы, например крошили таблетки. А еще, Оксиконтин был дорогим - запас таблеток на месяц доходил до 600 долларов и выше. Привыкнув к опиатам пациент мог перейти на более доступный уличный героин.
Также начались смерти от передозировки. В какой то момент в Америке их стало больше, чем от ДТП. Америку накрыл опиоидный кризис. Традиционно, опиаты были наркотиком для “отбросов общества”. Но Оксиконтин пробил дорогу в средний класс и выше, подсадил обывателей на зависимость и открыл врата ада. Также Оксиконтин проник в кампусы студентов и колледжи, чего раньше никогда не было с героином. Впрочем, другие производители не отставали. Например, концерн Джонсон и Джонсон выпускал пластырь с фентанилом - еще более опасная штука.
Саклеры яростно отрицали реальность. Официальная позиция - во всем виноваты “абьюзеры”, а не Оксиконтин. Если кто-то не соблюдает рекомендации врача или ищет способ кайфануть, то при чем тут одобренный FDA Оксиконтин?
Один из амбициозных прокуроров инициировал расследование против Purdue и трех его топ менеджеров. Тут надо отметить, что Purdue - это частная компания, ее нет на бирже. А значит, уголовное расследование и обвинения не обрушат акции. Не будет пострадавших “мам и пап”, которые на семейные сбережения покупали акции (в отличии от Пфайзер, Джонсом и Джонсон, и других фарм концернов).
Формально, несколько членов семейства Саклеров входили в совет директоров и не управляли фирмой. Одно из обвинений - топы знали, что Оксиконтин вызывает зависимость, но скрывали результаты исследований. Также, получая статистику со всей страны, видели отдельных докторов, которые выписывали тысячи рецептов. Но закрывали на это глаза. В 2007-м, в рамках соглашения со следствием, Purdue выплатила штраф 600 млн, а три топа получили условные сроки.
Но горшочек продолжал варить. Благодаря гражданским активистам имя Саклеров стало нарицательным - нечто среднее между Гитлером, Чикатило и Эскобаром. Музеи, галереи и университеты уже не могли закрывать глаза на источник денег своих спонсоров - Саклеров. Они начали отказываться принимать “наркоденьги”, убирать имя Саклеров из названия выставок итд.
Пятно легло на всех Саклеров, а их было много. Ведь трое братьев - Артур, Мортимер и Рэймонд имели по несколько детей от разных жен. В свою очередь, дети тоже активно размножались. В 1980-е, после смерти основателя династии Артура, Мортимер и Рэймонд выкупили у его наследников долю в Purdue. В то время Purdue зарабатывала на продаже средства от диареи и еще нескольких безобидных препаратов.
Фактически, все наследники Артура Саклера не имели никакого отношения к Оксиконтину и опиоидному кризису. Но это им не помогло. Они были Саклеры, а значит их надо распять.
Как сказала одна активистка - они тоже виноваты. Ведь именно Артур создал машину по маркетингу лекарств, запутывал FDA, манипулировал докторами. Так что страдайте, Саклеры.
Невестка внука Артура Джосс тоже взяла фамилию Саклер. Она создала бренд модной одежды LBV и попыталась провести презентацию, на которую пригласила несколько звезд. В частности, Кортни Лав (певица, вдова Курта Кобейна из Нирваны) обещали гонорар 100 тыс, подарок и прочие бонусы. Но Кортни с возмущением отвергла приглашение. Как можно, ведь это поганки Саклеры!
Но презентацию с успехом провели, отказались далеко не все. Что касается Кортни Лав, то Джин Саклер ей ответила - “Хватит троллить, Кортни Лав. Я никогда не работала на Purdue. Разве это не ваши слова, что “we are not who we fuck”. Намек на то, что сама Кортни Лав долго пыталась выйти из тени Курта Кобейна.
На данный момент Оксиконтин все еще продается в США. Компания сменила имя и обязалась часть доходов передавать на рехабы и лечение зависимых.
П.С. Текст написан на основе бестселлера “Empire of Pain: The Secret History of the Sackler Dynasty” Patrick Radden Keefe, который вышел в 2021 году.
Ребзя, народ, человеки, вопрос такой. Кто нибудь пробовал эти пептиды для заживления ран? Травм.. Старые травмы дают о себе знать хочу попробовать их. Спасибо, люблю всех!! Мамочек с праздничком, поцеловал каждую, потрогал за грудь, нежно. Будьте умницами, не распускайте своих деток, ремень всегда должен быть рядышком
Современная фарма устроена следующим образом. Крупные концерны вроде Pfizer, J&J и многие другие тратят до 10 и более лет и сотни миллионов на разработку принципиально новых препаратов. Попутно, получают патенты. Патент на 20 лет защищает новый препарат от конкурентов.
После истечение срока патента, любой другой производитель может наладить выпуск дженерика, т.е. копии брендового лекарства, с таким же активным веществом. В 1984 на самом выгодном рынке в мире - США произошла революция. Президент Рейган подписал закон, по которому производители дженериков освобождались от необходимости проводить полный цикл клинических испытаний. Предполагалось, что такие испытания уже провел производитель фирменного препарата. А значит, процедуру можно упростить.
Американское общество старело и был запрос на более дешевые лекарства, т.е. дженерики. Конечно, в США действовали жесткие стандарты FDA (Food and Drug Administration). Любой завод, производящий фарму, имел жесткую систему контроля качества на разных этапах производства. Так например, инспектор FDA мог внезапно посетить любой завод и устроить проверку, по результатам которой предприятие могло быть закрыто.
На дженерики возлагали большие надежды. И действительно, ведь фирменные препараты стоили очень дорого. А дженерики имели низкую цену, но аналогичное качество (по крайней мере, поначалу так думали). Дополнительный бонус - если производитель дженериков первым подавал документы на регистрацию препарата, то к зависти конкурентов, в течение следующих 6 месяцев имел эксклюзивные права на продажу в США.
В конце 90-х произошла еще одна революция - патентное право подверглось атаке активистов. В 1991-м от последствий ВИЧа умер Фредди Меркьюри. В то время болезнь считалась смертельной. Но уже к концу 90-х Большая Фарма разработала препараты, которые подавляли вирус. Фредди не дожил всего 7 лет. Годовой курс стоил около 8 тыс долларов. Доступно для США и Европы, но безнадежно много для Африки, которая загибалась от ВИЧа.
Активисты начали массовые акции против алчной Фармы. Пока жадные капиталисты держатся за свои патенты, Африка вымирает от ВИЧа. Бедным странам нужны дешевые лекарства от производителей дженериков. В идеале, стоимость годового курса должна быть не дороже 600 долларов. Такие цены и предложили фарм компании в Индии.
Мировой тренд на глобализацию не обошел и фарму. Крупные заводы по производству активных веществ и препаратов открылись в Индии и Китае. Конечно, они стали производить и дженерики. Уже к концу нулевых Индия и Китай заняли 80% мирового рынка по производству активных веществ.
Но тут мы уперлись в треугольник - Цена - Скорость - Качество. Для концернов вроде Pfizer и многих других качество - важнейшая константа. На качестве не экономят. А вот цена и скорость - тут возможны вариации.
Для фарм компаний Китая и Индии, например Ranbaxy низкая цена - ключевой фактор. Маржа у дженериков небольшая, приходится усиленно “резать косты”. Первым страдает качество.
Индия - страна с низким уровнем регулирования в медицине и большой коррупцией. Как говорят в Индии - “мы не живем в системе, мы обходим систему”. Jugaad - индийский термин, который означает приспособление, поиск возможностей с ограниченным бюджетом. В фарме это означало - крутись, ври, подделывай результаты тестов на биоэквивалентность и качество, делай красивые отчеты.
До 2001 года индийские лекарства считались полным днищем даже в Африке. В Камеруне их называли кошачьей мочой. Но в 2001 году, после посещения одного из крупнейших индийский производителей Ranbaxy бывшим президентом Клинтоном, все изменилось. Уже к 2004 Ranbaxy вышла на 8-е место по объемам продаж в США. Также, продажи на миллиарды долларов шли по всему миру. Компания научилась делать дженерики и успешно их продавать.
Внешне все было неплохо. Все необходимые документы были в порядке - тесты, исследования и прочее. Американская FDA присылала своих инспекторов на заводы Ranbaxy в Индии. Инспекторы находили мелкие грешки, а в Ranbaxy клятвенно обещали их исправить. Был один нюанс. Зарплата у инспекторов FDA была небольшая и ехать в душную Индии желающих было мало. За исключением инспекторов, которые были родом из Индии. Вот они-то ездили с удовольствием.
Как это часто бывает, о тайных практиках Ranbaxy рассказал инсайдер. Динеш Такур родился в Индии, но получил образование в США, где и проработал десять лет в фарме. В начале нулевых его пригласили на работу в Ranbaxy. Карьерные перспективы казались отличными. А еще Такур был патриотом - ему нравилось идея принять участие в развитии индийской фармы.
Но углубившись в работу, Такур пришел в ужас. Качество лекарств было низким, системы контроля были только на бумаге, а в страны Африки и многие другие отправляли откровенный брак. Такур попытался достучаться до руководства, чтобы отозвать брак и поменять процедуры, но его осадили. Владельцы хотели объемы продаж и прибыль, а “проблемы негров индусов не волнуют”. Отчаявшись что-то изменить, Динеш Такур стал информатором FDA. Через 6 лет Ranbaxy заключила досудебное соглашение с властями США и выплатила 500 млн штрафа, из них Такуру досталось 48 млн.
Что же было в Ranbaxy?
Подделка результатов тестов. Например, для тестов на биоэквивалентность (сравнение действия дженерика и брендового лекарства) использовали не дженерик, а оригинальный препарат.
Низкий контроль качества на разных этапах.
Брак не выбрасывали, а продавали в страны Африки и бывшего СССР.
Лекарства и активные вещества делили на A/B/C. Высшее качество - A, это отправляли в Америку и ЕС. Худшее - С, это в Африку. В - всем остальным, включая бывшие страны СССР.
Обман FDA, предоставление ложных данных. Подкуп инспекторов FDA индийского происхождения.
У многих обывателей есть иллюзия, что дженерик - это как оригинальный препарат, но дешевле. Ведь не надо тратиться на многолетние исследования, испытания, рекламу и маркетинг.
На практике все сложнее. Обычно, компания бренд не помогает плагиаторам с разработкой. Плагиаторы пытаются провести reversal engineering, т.е. из готового фирменного лекарства воссоздать химические процессы. Получается по-разному. Даже у Pfizer лекарства из разных партий могут иметь небольшие отличия. У дженериков отличия гораздо больше, качество сильно плавает. А еще, некоторые содержат меньше активного вещества, чем указано на упаковке.
А что в России?
После 2022 года некоторые крупные бренды ушли. Количество дженериков на полках аптек выросло. Отечественные компании наладили выпуск и тех препаратов, на которые срок патента не истек. Самый известный пример - датская компания Novo Nordisk и препарат Ozempic и Wegovy. На базе активного вещества семаглутид в РФ производятся несколько препаратов - Семавик, Велгия, Инсудайв и многие другие.
Что с качеством у отечественных дженериков? Насколько хорошо налажен контроль на производстве? Есть ли независимые эксперты, которые контролируют качество? По какому принципу идет покупка активных веществ в Индии и Китае?
Это все вопросы без ответов.
Вывод: при возможности, есть смысл покупать оригинальный фирменный препарат, даже если он стоит сильно дороже, чем дженерик.
П.С. Все свои тексты пишу сам.
П.П.С. Этот текст написан после прочтения бестселлера “Bottle of Lies: The Inside Story of the Generic Drug Boom” Katherine Eban, издан в 2019 году.
